Заргарян игорь олегович биография


Игорь Заргарян: Мы верим в успех партии «Национальная повестка»

Об экономической ситуации в Армении, новой политической партии страны и ее программе, решениях Венецианской комиссии в связи с обращением КС республики, сегодняшнем Ереване редакции газеты «Ноев Ковчег» рассказал Игорь Заргарян (на фото), предприниматель, соучредитель партии Армении «Национальная повестка».

– Игорь Олегович, в течение ряда лет Вы возглавляли большое производство по изготовлению гофрокартона, известную в Москве фабрику «Союз». Почему Вы приняли решение уйти из бизнеса?

– Основная моя деятельность всегда была связана с промышленностью, до 1993 года в Армении, а затем в Москве продолжилась в 1994 году в составе группы инвесторов промышленных предприятий. Я входил в совет директоров порядка 20-25 предприятий различных отраслей промышленности, отвечал за их вывод из полубанкротного состояния и трансформацию в нормально функционирующие. Это был хороший драйв, хорошая динамика.

Когда я возглавил московское предприятие «Союз», одно из крупнейших на сегодняшний день в России, оно находилось на стадии банкротства. Мы вывели предприятие из кризиса, а затем превратили в фабрику европейского уровня. Полтора года тому назад появился новый акционер, крупнейшая мировая компания, занимающая на рынке картонажного производства второе место в мире.

Последние пять лет, до момента приобретения, мы обменивались знаниями и опытом с этой компанией. В итоге к концу 2018 года от динамики перешли к статике. Это первая причина, по которой я отошел от бизнеса. И второе – это моя давняя мечта – высвободить время для того, чтобы иметь возможность передавать свои знания молодому поколению и предоставлять консультации по промышленному менеджменту и навыкам ведения бизнеса.

– Можно сказать, что Вы «переросли» дело, которым занимались?

– Может, это прозвучит нескромно, но да. Я привык работать в динамичной и антикризисной среде, имеющей предпосылки для активного развития. Сегодня для меня главное – передавать знания и помогать тем, кто видит себя в эскалации бизнеса. Другая важная мотивационная составляющая – совместное с друзьями и единомышленниками намерение заняться политической деятельностью. Символично, что эти два решения – уход из «Союза» и создание политической партии в Армении – были приняты в один и тот же день.

– В свое время Вы были советником премьер-министра Армении по промышленной политике, как сегодня Вы оцениваете экономическое положение в республике?

– Период, когда я являлся советником премьер-министра Армении, был очень интересным в моей жизни. Вместе с коллегами мы разрабатывали промышленную политику республики и, конечно, глубоко вникали во все отраслевые процессы.

Если говорить о происходящем в сфере промышленности сегодня и сравнивать со вчерашним днем, наблюдается схожая картина – что-то мешает. Тогда изменениям мешало сопротивление олигархической системы. Те новшества, которые незначительно затрагивали интересы крупных групп, реализовывались. Как только требовались налоговые изменения, предоставление большей свободы среднему и малому бизнесу, возникали барьеры. Но прежняя система при всех ее минусах дала толчок развитию различных отраслей, и динамика их развития сохраняется.

– А сегодня?

– Нынешняя власть пока не понимает своей роли в развитии промышленности, не знает, что надо делать, как делать, а главное, кто будет делать. Много деклараций на тему необходимости развития агропромышленного комплекса и IT-технологий. Фон хороший, а конкретики мало. Конечно, положительный момент в том, что ей удалось сломать старую систему, былых препонов больше нет.

Если подытожить, ситуация выглядит так: при прошлой системе были грамотные специалисты, понимающие дело, но которым мешала прежняя «понятийная» система управления. Сегодня обратная ситуация: те люди, которые находятся у власти, не очень разбираются в вопросах промышленности, но и не мешают развитию бизнеса, однако говорят об экономической революции. Никакой объявленной экономической революции в стране не происходит.

– В связи с провозглашенной экономической революцией в Армении партия «Национальная повестка» выступила с предложением реализовать ряд приоритетных шагов по развитию промышленности и аграрного сектора страны. Расскажите об этой программе.

– Учредители партии «Национальная повестка» – люди, которые имеют хороший опыт в экономике, промышленности, политике, вопросах безопасности и системе образования. То, что мы предлагаем, не теория, а практические шаги, практический опыт, реальное понимание того, как экономика должна развиваться.

Кстати, мы были первыми, кто задался вопросом: для чего стране нужна экономическая революция? Революция означает разрушение старого и строительство нового или радикальное глубокое изменение всей системы. Вопрос в том, зачем разрушать то, что работает? Развивать, улучшать, двигать вперед, но без революции. И мы оказались правы, поскольку сама власть не смогла объяснить, что подразумевается под этим термином. Кто-то во власти говорил, что революция должна происходить в головах, и тогда экономика пойдет вперед. Кто-то утверждал, что экономическая революция уже произошла, и даже раньше, чем политическая. Я надеюсь, что здравомыслие восторжествует и власть придет к выводу, что надо идти путем эволюции.

Мы предлагаем конкретные решения, а не только критикуем. Наша цель – не критика, а выявление проблемы, обсуждение ее сначала внутри себя, затем с экспертами, выработка достойного решения и предложение этого решения обществу и государству. Мы надеемся, что власть прислушается к нам, либо мы возьмем ответственность за решение проблем на себя в определенный промежуток времени.

Сейчас мир находится уже на пороге 4-й промышленной революции, и это предоставляет громадные возможности, но и несет определенные риски.

Это действительно революция в масштабах планеты, и мы должны быть одними из активнейших лидеров процесса, так как потенциал у нас есть!

«Национальная повестка» предлагает 10 приоритетных шагов для развития промышленности и аграрного сектора.

– Какие это шаги?

– Снизить агрессивную риторику в части борьбы с коррупцией и сосредоточиться на системном снижении коррупционных рисков. Провести аудит основных отраслей аграрного сектора и промышленности с целью получения информации о ситуации «как есть». Возобновить частно-государственное партнерство по приоритетным отраслям для выработки соответствующих отраслевых программ развития на 5–10 лет. Обеспечить приоритетные условия для быстрого развития IТ-сектора, в частности, пересмотреть шкалу подоходного налога. Все ключевые посты в этих областях в правительстве и в комиссиях парламента должны занять профессионалы с опытом работы и знаниями. Повысить прозрачность деятельности налоговых и таможенных органов, упростить процедуру обжалования их решений со стороны представителей бизнеса. Обеспечить равные условия для всех инвесторов, прозрачность процедур тендеров.

Изменения налогового законодательства не должны привести к увеличению налоговой нагрузки в течение 5 лет. После 2-летней проверки, если налогоплательщик не нарушил законодательство, на следующие 2 года освободить от налоговых проверок в случае сохранения уровня налоговых платежей. Сосредоточиться на развитии всех возможных рынков сбыта по принципу и/и, а не или/или, исключив противопоставление ЕАЭС, ЕЭС или иных рынков.

Сильна не та власть, которая отметает достижения прежних властей и свои поражения списывает на результат работы предшественников, а та власть, которая может развивать все прежние достижения и готовить плацдарм для последователей!

– Как позиционирует себя «Национальная повестка» на политическом ландшафте Армении?

– «Национальная повестка» – правоцентристская партия. Основные направления – экономика, политика, безопасность, духовность, культура, образование. Главная цель – добиться того, чтобы Армения стала государством, центром притяжения не только для своих граждан, но и для диаспоры во всем мире. Мы убеждены, что эта цель реальна, и будем к ней идти.

У нас есть знания, мы вооружены чувством ответственности за свои поступки. Ответственность, открытость, честность – наши принципы. Мы отвечаем за то, что говорим. И мы видим, что наши идеи востребованы. К нам присоединяются интересные люди из самых разных сфер – науки, бизнеса, политики, объединенные общими целями. Мы верим в успех партии «Национальная повестка».

– Каково отношение «Национальной повестки» к нынешней власти?

– Конструктивно оппозиционное. Мы – конструктивная оппозиция, которая знает, о чем говорит.

– Как Вы относитесь к заключению Венецианской комиссии по поводу обращения Конституционного суда Армении в связи с призывами руководства страны блокировать здания судов?

– Заключение Венецианской комиссии все расставило на свои места.

Революция предоставила определенные свободы, начала борьбу с коррупцией – это положительные моменты. Но когда власть выступает с призывом к «революции тотальной», в том числе и в судебной системе страны, возникают вопросы.

Что на самом деле произошло? А произошло следующее: решение суда не оправдало ожидания властей, и она призвала народ блокировать суд. Это означает вмешательство одной ветви власти в ветвь другую, что недопустимо. Это и подтвердила Венецианская комиссия. Нравится или не нравится то или иное решение суда – вопрос второй. Но вмешательство в судебно-правовую систему и призывы блокировать здания судов – непозволительны, тем более что им последовали депутаты, которые оставили свои рабочие места и покинули заседание парламента.

Второй очень важный пункт – веттинг. И в этом вопросе Венецианская комиссия указала властям Армении верный путь. Да, судья должен отчитываться за свои доходы. Да, он должен их декларировать, но не более того. Это вопрос администрирования, а не веттинга.

Третье положение, которое я считаю принципиальным, касается некой игры терминов – «член Конституционного суда» и «судья Конституционного суда». Руководствуясь этой подменой, Ваге Григорян попытался возложить на себя обязанности председателя Конституционного суда. При этом он ссылался на свою, техническую интерпретацию закона, согласно которой в новой Конституции нет понятия «член Конституционного суда», а есть лишь «судья Конституционного суда». Венецианская комиссия подтвердила, что судьи должны исполнять свои обязанности до окончания своего срока полномочий и никакой игры терминов быть не может. Конституционный суд – высшая инстанция в государстве. Этот институт надо оберегать.

– Руководство Армении прислушается к выводам Венецианской комиссии, по Вашему мнению?

– Думаю, власти будут обсуждать выводы комиссии. Определенные корректирующие меры должны последовать. Надеюсь, что споров на предмет правомерности решений не возникнет. Игнорировать выводы Венецианской комиссии было бы крайне нелогично, тем более власти Армении объявили, что страна идет путем демократии и открытости. Это означает соблюдение демократических принципов. В противном случае возникнет противоречие между словом и делом.

– Вы родились и выросли в Ереване, получили там образование, часто бываете в армянской столице. Какие положительные перемены Вы могли бы отметить?

– Я ереванец в четвертом поколении. Город мне дорог, я часто бываю там с семьей, с детьми. Сегодняшний Ереван – раскрепощенный, оживленный, в нем много туристов. Особенно радует молодежь.

Но я не могу понять, почему Ереван так замусорен. Город буквально зарастает мусором. Это ощущение возникло у меня еще тогда, когда по распоряжению нового мэра начался снос кафе возле здания оперы. Около кинотеатра «Москва», сердца города, также кругом мусор, окурки, и это не особо волновало городские власти. По уровню чистоты город можно сравнить с какой-нибудь далекой африканской страной. При этом меня удивляет позиция чиновников из мэрии, которые заявляют, что мусор – не их проблема, а компании «Санитек», которая занимается в Ереване его вывозом. Разве мэрия не должна решать вопросы городского хозяйства?

В нашем дворе я сфотографировал переполненный мусорный контейнер, выложил на свою страничку в интернете с предложением направлять такие фото на сайт мэрии, чтобы наглядно показать чиновникам, что происходит в городе. И, если это не поможет, передвигать контейнеры к зданию мэрии…

– И какова была реакция городских властей?

– На следующий день в нашем дворе контейнер был уже идеально чистым.

– А как обстоит дело с вывозом мусора сегодня?

– Насколько мне известно, ситуация с мусором в Ереване не улучшилась. Если бы я находился на месте мэра, то либо решил вопрос в кратчайшие сроки, либо подал бы в отставку. Это вопрос управления, а не ответственности какой-либо отдельной компании. Когда на предприятиях, которыми я руководил, происходило что-то не так, мы не искали виновных, а общими усилиями решали проблемы.

– Вы участвуете во многих армянских благотворительных фондах, общественная деятельность занимает важное место в Вашей жизни?

– Совместно с друзьями и коллегами мы разрабатываем различные программы, которые в итоге объединяются в одно целое. Это фонд Repat Armenia, занимающийся репатриацией армян спюрка в Армению и помощью им. Когда мы организовали этот фонд, все удивлялись, говоря: о какой репатриации может идти речь, когда из Армении уезжают. А положительные результаты есть.

– Сколько наших соотечественников вернулось благодаря этому фонду в Армению?

– Несколько десятков человек. Но еще больше сирийских армян и других наших соотечественников, приезжающих в Армению, обращаются за поддержкой в Repat Armenia. Фонд помогает им адаптироваться в Армении.

Другой фонд – Арар – нацелен на программы поддержки безопасности страны.

– Кто или что оказало влияние на формирование Вашего мировоззрения, жизненной позиции?

– Безусловно, мои родители. Мама – учительница, отец – сварщик, он был одним из лучших в Ереване. С детства я слышал от отца об «армянском вопросе». Любовь к Родине впитал с первых лет жизни.

Когда я учился в школе, на меня повлияло несколько событий. Я случайно упал в бассейн недалеко от школы и начал тонуть. Меня вытащили из воды, и этот случай запечатлелся в памяти. Лет через пятнадцать я проходил мимо фонтана недалеко от моего дома, и точно такая же ситуация произошла с другим ребенком, который упал в воду. Теперь уже я сам вытащил его из воды. На добро надо отвечать добром, таков был урок.

Еще одно событие, более серьезное, которое оказало на меня влияние, это землетрясение в Армении. Я работал тогда на заводе «Марс». На второй день после землетрясения мы были уже на месте трагедии, провели там первые десять-одиннадцать дней, участвовали в спасательных работах, хотя никто из нас не имел опыта. Никогда не забуду, как мы помогали друг другу, а также людей, которые теряли своих близких и так достойно вели себя. Я видел, как с самого дна разрушенного дома доставали сережку и передавали из рук в руки, чтобы она не потерялась.

Глубокий след оставила и Арцахская война, в которой погибли друзья, с которыми я вместе рос. Моя мама была классным руководителем у Леонида Азгалдяна, Национального героя Армении, посмертно награжденного «Боевым крестом» I степени. Она с детства мне рассказывала, какой он был хороший ученик, с лидерскими способностями. Она ставила Лёню Азгалдяна нам всем в пример за много лет до Арцахской войны. Тогда я понял, что человек со «стержнем» остается таковым на всю жизнь.

– Вы верите в дружбу? Сегодня многое, к сожалению, монетизировано…

– Монетизация всегда присутствовала в человеческой жизни. Если я скажу, что не верю в дружбу, это прозвучит провокационно. Я отношусь к понятию дружбы очень аккуратно. У меня большой круг знакомых, но очень ограниченный круг друзей. Первые мои друзья – моя семья в полном составе.

– Что бы Вы пожелали читателям газеты?

– Главное мое пожелание – не быть безразличным. Сейчас Армения переживает критический период. И участие каждого нашего соотечественника жизненно важно. Главное – определить степень своего участия в судьбе Родины, и неважно, находишься ты в Москве, Казани или Америке. Каждый из нас должен внести свой вклад в благополучие Родины, если она нам дорога.

Беседу вел Григорий Анисонян

Всего проголосовал 41 человек

noev-kovcheg.ru

Де Факто - Игорь Заргарян назначен советником премьер-министра Армении

Де-факто. Решением премьер-министра Республики Армения Тиграна Саркисяна, Игорь Заргарян назначен советником премьер-министра Республики Армения на общественных началах. Об этом сообщает пресс-служба правительства Армении.

СПРАВКА:

Игорь Заргарян родился в 1965 году в Ереване.

В 1981 году окончил ереванскую школу им. Пушкина. В 1986 году окончил электротехнический факультет Ереванского политехнического института им. К.Маркса, затем продолжил учебу на юридическом факультете Российской академии государственной службы при Президенте РФ. В 1986-1988 гг. работал в научно-исследовательском институте «Электромаш» инженером, затем в специальном проектно-технологическом бюро инженером-технологом. В 1988-1993 гг. работал в ереванском производственном объединении «Марс» начальником цеха, в 1994-1996 гг. – заместителем управляющего фондом «Ветеран-инвест».

В 1996-2011 гг. работал в акционерном обществе «Юнион» (с 1997 г. – производственно-экспериментальная фирма ОАО «Союз») заместителем генерального директора, затем — генеральным директором. В 2011-2012 гг. занимал должность советника Министра экономики Республики Армения.

Беспартийный.

defacto.am

100 известных армян, проживающих в России (2011)

по версии читателей газеты «Ноев Ковчег»

список представлен по алфавиту

1. Абрамян Ара Аршавирович

президент ВАК и САР, г. Москва

2. Авакян Грач Саркисович

президент группы компаний «Адамант», г. Москва

3. Аганбегян Рубен Абелович

президент ЗАО «ММВБ», г. Москва

4. Адабашьян Александр Артемович

сценарист, режиссер, актер, г. Москва

5. Адамян Лейла Вагоевна

академик РАМН, гинеколог, г. Москва

6. Азнавурян Карина Борисовна

двукратная олимпийская чемпионка в фехтовании на шпагах, г. Москва

7. Айрапетян Левон Гургенович

председатель совета директоров ИД «Собеседник», г. Москва

8. Алекян Баграт Гегамович

кардиохирург, академик РАМН, г. Москва

9. Аллегрова (Саркисова) Ирина Александровна

эстрадная певица, народная артистка России, г. Москва

10. Амбарцумян Сергей Александрович

президент концерна «Монарх», г. Москва

11. Ананянц Герман Сергеевич

вице-президент Союза армян России, г. Москва

12. Арзуманян Граат Мамиконович

председатель правления «Трансстройбанка», г. Москва

13. Арутюнов Роман Сергеевич

председатель исполкома московской армянской общины, генерал-майор в отставке, г. Москва

14. Арутюнян Сурен Гургенович

Чрезвычайный и Полномочный Посол, г. Москва

15. Варданян Рубен Карленович

председатель совета директоров ОАО «Российская венчурная компания», г. Москва

16. Варжапетян Артур Размикович

президент компании «Лудинг», г. Москва

17. Вермишева Сэда Константиновна

поэт, публицист, общественный деятель

18. Галоян Седа Вагановна

заслуженный учитель РФ, директор школы №2042, г. Москва

19. Галустян Михаил (Ншан) Сергеевич

шоумен, актер, сценарист, продюсер, г. Сочи

20. Галустьян Оскиан Аршакович

генерал-майор МВД РФ, доктор юридических наук, г. Москва

21. Гарибян Артуш Гришаевич

председатель РНКА Ивановской области и регионального отделения САР, г. Иваново

22. Гарслян Армен Гайосович

председатель совета директоров АО «Метафракс», Пермский край, г. Губаха

23. Геворгян Эдвин Иванович

президент компании «Эдвар Интернешнл», композитор, г. Москва

24. Геворкян Гагик Гургенович

президент ювелирного дома «Эстет», г. Москва

25. Геворкян Татьяна Григорьевна

телеведущая, актриса, журналист, г. Москва

26. Григорян Самвел Самвелович

академик РАН, доктор физико-математических наук, профессор, г. Москва

27. Гулян Эдуард Карленович

ООО «Инкомстроймаркет», член совета ФАОМ, г. Москва

28. Джазоян Ашот Егишеевич

генеральный секретарь Международной конфедерации журналистских союзов, г. Москва

29. Джигарханян Армен Борисович

артист театра и кино, народный артист СССР, г. Москва

30. Доев Сергей Измаилович

председатель правления АКБ «Банк развития региона», г. Владикавказ

31. Долбакян Эммануил Егиаевич

руководитель региональной общественной организации «Армянское культурно-просветительское общество «Арарат», член совета ФАОМ, г. Москва

32. Енгибарян Роберт Вачаганович

директор Института госуправления МГИМО, доктор юридических наук, г. Москва

33. Есаян Рубен Татевосович

руководитель ГОСНИИ гражданской авиации, Герой России, г. Москва

34. Закарян Гагик Тигранович

президент КБ «Юниаструмбанк», г. Москва

35. Заргарян Игорь Олегович

генеральный директор ОАО «ПЕФ «Союз», член совета ФАОМ, г. Москва

36. Исаакян Степан Исакович

дрессировщик, народный артист АрмССР, г. Москва

37. Кагиян Симон Гарегинович

учредитель общественного движения «Правозащита ХХI век», г. Москва

38. Казарян Армен Араратович

председатель правления ООО «КБ «Анелик.ру»

39. Казарян Артур Левики

председатель Амурского регионального отделения САР, г. Благовещенск

40. Казарян Самвел Григорьевич

генеральный директор издательства «Юнипресс», г. Москва

41. Календжян Сергей Оганович

доктор экономических наук, академик Международной академии организационных наук, декан ВШКУ, г. Москва

42. Камалов Армаис Альбертович

доктор медицинских наук, профессор, завотделом НИИ урологии, г. Москва

43. Карапетян Самвел Саркисович

владелец группы компаний «Ташир», г. Москва

44. Карапетян Шаварш Владимирович

многократный чемпион мира и Европы по подводному плаванию, г. Москва

45. Кеосаян Тигран Эдмондович

кинорежиссер, телеведущий, г. Москва

46. Макеян Грач Оганесович

председатель армянской общины «Севан» в составе САР, г. Сочи

47. Мартиросян Гарик

телеведущий, резидент «Камеди Клаба», г. Москва

48. Меграбян Геворг Григорович

председатель совета директоров ОАО «Александровский машиностроительный завод», Пермский край

49. Меликян Анна Гагиковна

кинорежиссер, г. Москва

50. Микаелян Карен Залибекович

заместитель председателя Национального конгресса западных армян, г. Москва

51. Микоян Серго Анастасович

доктор исторических наук, писатель, г. Москва

52. Мирзоян Гамлет Ашотович

президент ОАО «САТЭКС», писатель, публицист, г. Москва

53. Мкртчян Ашот Наириевич

генеральный директор туристической компании «Виза Конкорд», г. Москва

54. Мовсесян Мовсес

глава епархии Юга России ААЦ, епископ, г. Краснодар

55. Навоян Юрий Людвигович

председатель общественной организации «Российско-армянское сотрудничество», член совета ФАОМ, г. Москва

56. Намин Стас (Анастас Алексеевич Микоян)

композитор, музыкант, создатель рок-группы «Цветы», г. Москва

57. Нахапетян Гор Борисович

управляющий директор компании «Тройка Диалог», г. Москва

58. Нерсисян Езрас

глава Ново-Нахичеванской и Российской епархии ААЦ, епископ, г. Москва

59. Никогосян Николай Багратович

скульптор, народный художник СССР, г. Москва

60. Оганесян Нерсес Гедеонович

сценарист, кинорежиссер, г. Москва

61. Оганесян Самвел Беникович

президент Оренбурского областного Фонда армянской культуры «Терьян», г. Оренбург

62. Оганесян Юрий Цолакович

физик, академик РАН, г. Москва

63. Оганян Оганес Арменакович

депутат Государственной думы РФ, г. Москва

64. Палакян Валерик Седракович

председатель регионального отделения САР, генеральный директор компании «Универсал», Ярославская область

65. Петросян Владимир Аршакович

заместитель мэра г. Москвы по социальной политике

66. Петросян Михаил Авагимович

зам. председателя регионального отделения САР, г. Сочи

67. Петросян Евгений Ваганович

юморист, народный артист России, г. Москва

68. Пирузян Лев Арамович

академик РАН, г. Москва

69. Погосян Михаил Асланович

генеральный директор ОАО «КБ Сухого», г. Москва

70. Руссо Авраам (Ипджян)

певец, композитор, г. Москва

71. Саакян Хорен Арташесович

генеральный директор ООО «Теплый дом», председатель Союза армян г. Якутска

72. Сагратян Ашот Аристакесович

писатель, переводчик, г. Москва

73. Сардарян Генри Тигранович

президент армянского сообщества МГИМО, г. Москва

74. Саркисян Вагаршак Борисович

председатель регионального отделения Союза армян России по Пермскому краю, г. Пермь

75. Сафарянц Мария Саркисовна

художественный руководитель фестиваля «Дворцы Санкт-Петербурга», г. Санкт-Петербург

76. Саядов Сергей Михайлович

основатель и руководитель Общеармянского культурно-просветительского фонда «Хайазг», г. Ростов-на-Дону

77. Симоньян Маргарита Симоновна

главный редактор телеканала «Russia Today», г. Москва

78. Симонян Никита Павлович

футболист, чемпион Олимпийских игр, заслуженный тренер РФ и СССР, г. Москва

79. Смбатян Армен Багратович

исполнительный директор Фонда гуманитарного сотрудничества государств – участников СНГ, г. Москва

80. Согоян Фридрих Мкртычевич

скульптор, народный художник России, г. Москва

81. Степанян Геннадий Шагорович

президент компании «Стинком», г. Москва

82. Сурмалян Арутюн Арменакович

председатель нахичеванской-на-Дону армянской общины, г. Ростов-на-Дону

83. Тавадян Арарат Джаванширович

генеральный директор концерна «Лусине» и генеральный директор отеля «Арарат Парк Хаятт», г. Москва

84. Татоян Араик Гамлетович

председатель регионального отделения САР, г. Омск

85. Татулян Рубен Альбертович

председатель совета директоров ОАО «КОТЭК», пансионат «Весна», г. Сочи

86. Тер-Григорьянц Норат Григорьевич

генерал-лейтенант ВС Советского Союза, г. Москва

87. Тер-Газарянц Георгий Арташесович

Чрезвычайный и Полномочный Посол, вице-президент САР, г. Москва

88. Тер-Ованесян Игорь Арамович

рекордсмен мира, трехкратный чемпион Европы, призер Олимпийских игр, г. Москва

89. Тоноян Армен Сираканович

генеральный директор компании «Прогресс», глава регионального отделения САР, г. Уфа

90. Тосунян Гарегин Ашотович

президент Ассоциации российских банков, г. Москва

91. Франгулян Георгий Вартанович

скульптор, народный художник России, г. Москва

92. Харатьян Дмитрий Вадимович

актер, народный артист России, г. Москва

93. Хачатрян Ашот Мартиросович

президент корпорации «Карен», г. Москва

94. Хачатрян Фрунзик Кярамович

председатель Армянской национально-культурной автономии, г. Новосибирск

95. Чилингаров Артур Николаевич

член Совета Федерации РФ, г. Москва

96. Читипаховян Петр Степанович

президент «Трансстройбанка», г. Москва

97. Чубарьян Александр Оганович

академик РАН, директор Института всеобщей истории РАН, г. Москва

98. Шахазизян Армен Грачикович

генеральный директор компании «Лудинг», г. Москва

99. Шахназаров Карен Георгиевич

кинорежиссер, сценарист, г. Москва

100. Ян Давид Евгеньевич

председатель совета директоров компании ABBYY, г. Москва

В данный список вошли лица, наиболее часто упоминаемые в письмах наших читателей. Редакция получила 9650 писем и сообщений.

Мы благодарны за участие всем, кто помог в составлении данного списка, и надеемся на дальнейшую вашу активность и взаимопонимание.

Всего 746

noev-kovcheg.ru

Игорь Заргарян, ПЭФ "Союз": "Производители гофроупаковки находятся в вакууме"

Уже не первый месяц рынок производителей картонной тары будоражат растущие цены на сырье. Помимо неожиданного взлета стоимости белого топ-лайнера, гофровикам пришлось пережить плановые повышения цен на бурые и макулатурные картоны. Об особенностях взаимоотношений упаковщиков и ЦБК и путях их развития мы поговорили с генеральным директором ПЭФ «Союз» Игорем Заргаряном.

Что происходит сейчас с ценами на картоны для производства гофроупаковки? Продолжают ли они расти?

Последнее время цены на картоны растут, как на дрожжах. Я понимаю, что кризис, и рынок надо как-то вернуть на уровень. Скрытая инфляция – тоже можно понять. Да все что угодно! Но повышение в 35-40% отыграть нереально. В конце концов, это не нефть, не оружие и не наркотики. Но, тем не менее, повышение цен на картоны идет и останавливаться не собирается. За сентябрь цены уже поднялись на 6-7%, а к началу октября - в среднем еще на 10%.

Некоторые повышения просто смешны. Так, пишут нам производители макулатурного картона: «В связи с тем, что Архангельский ЦБК запланировал с сентября повышение на 2000 рублей, мы тоже повысим! И я недоумеваю: а они-то тут причем, у них же совсем другое сырье!

Получается, что все это идет волной: один повысил – и следом за ним пошли все. Кто бы что ни говорил, а негласный ценовой сговор в целлюлозно-бумажной отрасли все-таки существует.

Да, у представителей целлюлозно-бумажной отрасли по сравнению с упаковочной есть одно очень весомое преимущество: они умеют выступить консолидировано, какие бы конфликты не возникали между ними. Может, этому стоит у них поучиться?

Действительно, за последние годы они отлично научились работать сообща. Если раньше два комбината, находившиеся в конфронтации, никогда бы ни подняли цены вместе, а пошли бы в пику друг другу, то сейчас, какой бы глубины ни была ссора, если речь идет о бизнесе – ценовую политику будут проводить одинаковую. У нас, к сожалению, такого нет. Тут дело еще и в объемах: если бы крупные упаковщики, как основные наши ЦБК, занимали вместе более 50% рынка, можно было бы договариваться. А так лидеров-то в гофроупаковке, по сути, нет. Есть семь ведущих игроков, в том числе и мы. Но у каждого из нас – свои интересы и условия. Вот и не можем найти общее решение.

Поэтому многие производители картонной упаковки боятся открыто выступать против ЦБК? Опасаются, что их в случае перемены ситуации «закидают» собственные коллеги по отрасли?

А чем закидают-то? Мы и так уже закиданы по макушку, дальше некуда. Чего можно в такой ситуации бояться? Какая-то «детская болезнь левизны». Это, конечно, не мое дело, но, например, кому в обстановке поднятия цен на сырье было проще всего поднять шум – так это лидерам отрасли, в том числе тем, у кого в партнерах те или иные государственные структуры.

Сейчас многие упаковщики возлагают надежды на проведение круглого стола, за который сядут и представители отрасли, и руководство ЦБК, и обсудят свои проблемы. А вы верите в успех такого мероприятия?

Общение на эту тему полезно. Но еще два года назад ряд упаковщиков, в том числе и мы, выходили в Торгово-Промышленную палату с предложением об обнулении пошлин на ввоз бумаг и картонов в Россию. Еще тогда мы говорили, что когда-то такое, как сейчас, произойдет, что рано или поздно нам выкрутят руки. И созывали круглый стол, и обращались в Минэкономики… но ситуация тогда была стабильная, и нам сказали: «Да ладно, ребята, зачем вам импорт? Своего сырья хватит!» И представители ряда крупных производителей бумаги и картона сидели за этим столом и уверяли, что просто завалят рынок картоном, бумагой, макулатурным сырьем. И тогда уже всем было понятно, что качество нашего сырья, даже макулатурного, совсем не такое, как нужно, но все ЦБК ведь чуть ли не клялись: «Все будет, будут объемы, только берите».

Вот сейчас пришел час Икс. И где все? У производителей топ-лайнера и бурых картонов то бывают недельные остановки оборудования, то большую часть объемов забирает экспорт, макулатурщики тоже не справляются с потребностями упаковочных предприятий… Все произошло так, как мы и прогнозировали. Упаковочная отрасль находится в угрожающей ситуации, предприятия закрываются, а это тоже рабочие места для граждан и налоги. И с другой стороны – мы опять не можем завезти сырье, которое нам помогло бы, потому что пошлина осталась неизменной. Все не так!

Как же ЦБК удалось наладить каналы экспорта, если их сырье в разы хуже европейского?

У западных предприятий все не так, как у наших: если российские упаковщики больше работают на целлюлозном сырье, то европейские – на макулатурном. И у кого ни спросишь – заказывают в России: сырье по качеству находится примерно между целлюлозным и макулатурным, а цена –низкая. Вот и берут активно.

Связана ли активная модернизация многих ЦБК, происходящая в последние два года, с сохранением ввозных пошлин на сырье?

Нет, насколько я знаю, и у группы «Илим», и у «Монди» это были плановые проекты. Возможно, новые подвижки упаковщиков в вопросе о пошлинах в кризис несколько убыстрили их темп, но то, что их переустройство обсуждалось и готовилось давно, - факт. Вы вот лучше скажите - вы хоть в одной отрасли видели, чтобы за три-четыре года шесть-семь ведущих предприятий полностью переоборудовались и построили новые заводы с нуля? А в гофроупаковке это именно так. Инвестиции за этот период составили несколько десятков миллионов на каждое предприятие. А на текущий момент сроки возврата этих инвестиций неясны.

И потом, модернизация-то проводится, а достаточного объема целлюлозного сырья все равно нет, да и качество макулатурного до уровня западных предприятий не доходит. Жалко, что с рынка бурых картонов ушла «Сегежа». Когда они начали производить этот картон, мы были одними из первых их заказчиков. Сырье было действительно очень качественное, но в итоге руководство этого предприятия пришло к выводу, что развивать это направление невыгодно, и вернулось на старые позиции – мешочную бумагу. Хорошее качество картонов и у Светлогорского ЦБК, но все 100% их продукции потребляет «Тетра Пак». А жаль, их продукция составляла хороший противовес тому, что есть сейчас на рынке.

Почему вы все-таки решились вынести свои претензии к «Выборгской целлюлозе» в Арбитражный суд? И каких результатов ожидаете?

Мы хотели, в первую очередь, даже просто показать всем, что можно это сделать, что не стоит отмалчиваться.

«Выборгская целлюлоза» для нас в любом случае не стратегический партнер на рынке картонов. И до повышения цен у нас были претензии к качеству поставляемой ими продукции. А сейчас, когда они прямо нарушили свои обязательства – мы решили отстоять свои права.

То, как развернутся события – уже в компетенции Арбитражного суда. То, что «Выборгская целлюлоза» вернет нам деньги в любом случае – это факт, но нам же не деньги нужны, а поставка положенного по контракту сырья по старым ценам или какая-либо другая ответственность, которую это предприятие понесет.

Есть ли в запасе у гофровиков еще какие-то рычаги влияния на ЦБК?

Еще один «способ общения» - это ФАС. Если и она не сработает – то все, мы фактически беспомощны.

Хотите, я попытаюсь предугадать, что ждет нас дальше? Через два-три месяца ЦБК пойдут к упаковщикам «договариваться» - у нас же цикличная отрасль, невозможно постоянно намного повышать цены. Ну, «договорятся» они, заложат на следующий год повышение «всего» на 10-15%. И получится, что они вышли победителями – пошли ведь навстречу. А мы, упаковщики, окажемся, как всегда, в непонятной ситуации - ведь не скажешь представителям ЦБК: «Нет, не будем договариваться, будем ругаться!» Там ведь очень умные люди работают, знают, как все грамотно сделать… а гофровики останутся с непомерно задранными ценами.

Как изменится ситуация с топ-лайнером после окончания модернизационных работ на «Монди» и выхода комбината на полную мощность?

Специалисты из Сыктывкара уже сейчас прощупывают почву и анализируют то, что происходит на рынке. Естественно, стоимость на те же 60% они не поднимут – к своей репутации они относятся куда более трепетно. Цены у них, конечно, вырастут, но не настолько. Политика «Монди» вообще отличается европейской деликатностью. Зачем им скандал? Они же умные, своего и так добьются. Если они сейчас поведут себя правильно и поднимут цены на компромиссную сумму – ни один клиент от них никогда не уйдет. А, учитывая увеличение мощностей Сыктывкарского ЦБК после модернизации, они могут просто смести тут же «Выборгскую целлюлозу» с рынка. Если захотят, конечно.

Повысили ли вы сейчас цены на свою продукцию?

Конечно. За последнее время повышали два раза, в общей сумме – на 16-17%. А куда деваться? Но выросшие затраты на сырье мы все равно отыграем нескоро. Клиенты реагируют на это по-разному – кто-то ушел, кто-то остался и сохранил те же объемы заказов, что и были, кто-то объемы уменьшил, кто-то, кстати, перешел с белых коробок на бурые. Так что «Выборгская целлюлоза» фактически сама подложила мину под свой бизнес – их новые цены отлично помогают производителям бурого картона увеличивать свои продажи.

А куда уходить клиентам? Ведь все упаковщики сейчас поднимают цены.

Так поэтому заказчики в основном ходят по кругу: уходят к тому, кто поднял на меньший процент, а потом, когда тот поднимает еще, возвращаются обратно. Или остаются у нас, но уже не в полном объеме, а делят пакет заказов между несколькими предприятиями. И правильно делают, в общем-то. В таких случаях политика клиента не зависит от того, насколько крупный у него бизнес: менеджмент-то везде разный. Есть компании, которые проводят тендеры на поставки гофроупаковки, и, соответственно, выберут того, у кого цены ниже. Тут уж или поставляй в соответствии с их условиями – или уходи. А есть и те, для кого стратегически важно работать с определенным гофропроизводством; они, как правило, с пониманием относятся к повышению цен.

В итоге всех этих движений на рынке объем заказов, в принципе, не уменьшился. Но очень мешают мелкие производители упаковки – они «роняют» цены. Оборудование у них дешевое, если и сломается – руководитель такого предприятия закроет свой бизнес и ничего не потеряет. Конкурировать с ними бесполезно.

Как вы считаете, что будет происходить с отраслью дальше?

Если мы говорим о ЦБП, то на рынке слишком много «трофейных» предприятий – старых фабрик, уже давно выработавших и свой лимит производства, и свой «срок годности». Вот почему их упорно не закрывают – непонятно. Ну да, можно их модернизировать, но большие объемы они не потянут, а качество продукции – не вырастет. Неправильно, что в нашей стране, с ее огромными запасами леса и всеми условиями для целлюлозно-бумажного производства, картон и бумагу делают на оборудовании пятидесятилетней давности! Что-то могли бы поменять иностранные компании, если бы захотели строить свои заводы на нашей территории. Но все опасаются этого. Поэтому я и считаю, что, пока нашей отраслью не заинтересуется кто-то из первых лиц государства, мы будем находиться все в том же вакууме.

А в общем объеме рынок ЦБП и упаковочная отрасль сейчас неконсолидированы. Почему-то это единственный сектор, который в государственном масштабе совершенно не виден. А ведь в общем объеме лес, бумага, картон, коробки – это бешеные деньги!

intervue.unipack.ru

Игорь Заргарян, ПЭФ "Союз": "Производители гофроупаковки находятся в вакууме"

Уже не первый месяц рынок производителей картонной тары будоражат растущие цены на сырье. Помимо неожиданного взлета стоимости белого топ-лайнера, гофровикам пришлось пережить плановые повышения цен на бурые и макулатурные картоны. Об особенностях взаимоотношений упаковщиков и ЦБК и путях их развития мы поговорили с генеральным директором ПЭФ «Союз» Игорем Заргаряном.

Что происходит сейчас с ценами на картоны для производства гофроупаковки? Продолжают ли они расти?

Последнее время цены на картоны растут, как на дрожжах. Я понимаю, что кризис, и рынок надо как-то вернуть на уровень. Скрытая инфляция – тоже можно понять. Да все что угодно! Но повышение в 35-40% отыграть нереально. В конце концов, это не нефть, не оружие и не наркотики. Но, тем не менее, повышение цен на картоны идет и останавливаться не собирается. За сентябрь цены уже поднялись на 6-7%, а к началу октября - в среднем еще на 10%.

Некоторые повышения просто смешны. Так, пишут нам производители макулатурного картона: «В связи с тем, что Архангельский ЦБК запланировал с сентября повышение на 2000 рублей, мы тоже повысим! И я недоумеваю: а они-то тут причем, у них же совсем другое сырье!

Получается, что все это идет волной: один повысил – и следом за ним пошли все. Кто бы что ни говорил, а негласный ценовой сговор в целлюлозно-бумажной отрасли все-таки существует.

Да, у представителей целлюлозно-бумажной отрасли по сравнению с упаковочной есть одно очень весомое преимущество: они умеют выступить консолидировано, какие бы конфликты не возникали между ними. Может, этому стоит у них поучиться?

Действительно, за последние годы они отлично научились работать сообща. Если раньше два комбината, находившиеся в конфронтации, никогда бы ни подняли цены вместе, а пошли бы в пику друг другу, то сейчас, какой бы глубины ни была ссора, если речь идет о бизнесе – ценовую политику будут проводить одинаковую. У нас, к сожалению, такого нет. Тут дело еще и в объемах: если бы крупные упаковщики, как основные наши ЦБК, занимали вместе более 50% рынка, можно было бы договариваться. А так лидеров-то в гофроупаковке, по сути, нет. Есть семь ведущих игроков, в том числе и мы. Но у каждого из нас – свои интересы и условия. Вот и не можем найти общее решение.

Поэтому многие производители картонной упаковки боятся открыто выступать против ЦБК? Опасаются, что их в случае перемены ситуации «закидают» собственные коллеги по отрасли?

А чем закидают-то? Мы и так уже закиданы по макушку, дальше некуда. Чего можно в такой ситуации бояться? Какая-то «детская болезнь левизны». Это, конечно, не мое дело, но, например, кому в обстановке поднятия цен на сырье было проще всего поднять шум – так это лидерам отрасли, в том числе тем, у кого в партнерах те или иные государственные структуры.

Сейчас многие упаковщики возлагают надежды на проведение круглого стола, за который сядут и представители отрасли, и руководство ЦБК, и обсудят свои проблемы. А вы верите в успех такого мероприятия?

Общение на эту тему полезно. Но еще два года назад ряд упаковщиков, в том числе и мы, выходили в Торгово-Промышленную палату с предложением об обнулении пошлин на ввоз бумаг и картонов в Россию. Еще тогда мы говорили, что когда-то такое, как сейчас, произойдет, что рано или поздно нам выкрутят руки. И созывали круглый стол, и обращались в Минэкономики… но ситуация тогда была стабильная, и нам сказали: «Да ладно, ребята, зачем вам импорт? Своего сырья хватит!» И представители ряда крупных производителей бумаги и картона сидели за этим столом и уверяли, что просто завалят рынок картоном, бумагой, макулатурным сырьем. И тогда уже всем было понятно, что качество нашего сырья, даже макулатурного, совсем не такое, как нужно, но все ЦБК ведь чуть ли не клялись: «Все будет, будут объемы, только берите».

Вот сейчас пришел час Икс. И где все? У производителей топ-лайнера и бурых картонов то бывают недельные остановки оборудования, то большую часть объемов забирает экспорт, макулатурщики тоже не справляются с потребностями упаковочных предприятий… Все произошло так, как мы и прогнозировали. Упаковочная отрасль находится в угрожающей ситуации, предприятия закрываются, а это тоже рабочие места для граждан и налоги. И с другой стороны – мы опять не можем завезти сырье, которое нам помогло бы, потому что пошлина осталась неизменной. Все не так!

Как же ЦБК удалось наладить каналы экспорта, если их сырье в разы хуже европейского?

У западных предприятий все не так, как у наших: если российские упаковщики больше работают на целлюлозном сырье, то европейские – на макулатурном. И у кого ни спросишь – заказывают в России: сырье по качеству находится примерно между целлюлозным и макулатурным, а цена –низкая. Вот и берут активно.

Связана ли активная модернизация многих ЦБК, происходящая в последние два года, с сохранением ввозных пошлин на сырье?

Нет, насколько я знаю, и у группы «Илим», и у «Монди» это были плановые проекты. Возможно, новые подвижки упаковщиков в вопросе о пошлинах в кризис несколько убыстрили их темп, но то, что их переустройство обсуждалось и готовилось давно, - факт. Вы вот лучше скажите - вы хоть в одной отрасли видели, чтобы за три-четыре года шесть-семь ведущих предприятий полностью переоборудовались и построили новые заводы с нуля? А в гофроупаковке это именно так. Инвестиции за этот период составили несколько десятков миллионов на каждое предприятие. А на текущий момент сроки возврата этих инвестиций неясны.

И потом, модернизация-то проводится, а достаточного объема целлюлозного сырья все равно нет, да и качество макулатурного до уровня западных предприятий не доходит. Жалко, что с рынка бурых картонов ушла «Сегежа». Когда они начали производить этот картон, мы были одними из первых их заказчиков. Сырье было действительно очень качественное, но в итоге руководство этого предприятия пришло к выводу, что развивать это направление невыгодно, и вернулось на старые позиции – мешочную бумагу. Хорошее качество картонов и у Светлогорского ЦБК, но все 100% их продукции потребляет «Тетра Пак». А жаль, их продукция составляла хороший противовес тому, что есть сейчас на рынке.

Почему вы все-таки решились вынести свои претензии к «Выборгской целлюлозе» в Арбитражный суд? И каких результатов ожидаете?

Мы хотели, в первую очередь, даже просто показать всем, что можно это сделать, что не стоит отмалчиваться.

«Выборгская целлюлоза» для нас в любом случае не стратегический партнер на рынке картонов. И до повышения цен у нас были претензии к качеству поставляемой ими продукции. А сейчас, когда они прямо нарушили свои обязательства – мы решили отстоять свои права.

То, как развернутся события – уже в компетенции Арбитражного суда. То, что «Выборгская целлюлоза» вернет нам деньги в любом случае – это факт, но нам же не деньги нужны, а поставка положенного по контракту сырья по старым ценам или какая-либо другая ответственность, которую это предприятие понесет.

Есть ли в запасе у гофровиков еще какие-то рычаги влияния на ЦБК?

Еще один «способ общения» - это ФАС. Если и она не сработает – то все, мы фактически беспомощны.

Хотите, я попытаюсь предугадать, что ждет нас дальше? Через два-три месяца ЦБК пойдут к упаковщикам «договариваться» - у нас же цикличная отрасль, невозможно постоянно намного повышать цены. Ну, «договорятся» они, заложат на следующий год повышение «всего» на 10-15%. И получится, что они вышли победителями – пошли ведь навстречу. А мы, упаковщики, окажемся, как всегда, в непонятной ситуации - ведь не скажешь представителям ЦБК: «Нет, не будем договариваться, будем ругаться!» Там ведь очень умные люди работают, знают, как все грамотно сделать… а гофровики останутся с непомерно задранными ценами.

Как изменится ситуация с топ-лайнером после окончания модернизационных работ на «Монди» и выхода комбината на полную мощность?

Специалисты из Сыктывкара уже сейчас прощупывают почву и анализируют то, что происходит на рынке. Естественно, стоимость на те же 60% они не поднимут – к своей репутации они относятся куда более трепетно. Цены у них, конечно, вырастут, но не настолько. Политика «Монди» вообще отличается европейской деликатностью. Зачем им скандал? Они же умные, своего и так добьются. Если они сейчас поведут себя правильно и поднимут цены на компромиссную сумму – ни один клиент от них никогда не уйдет. А, учитывая увеличение мощностей Сыктывкарского ЦБК после модернизации, они могут просто смести тут же «Выборгскую целлюлозу» с рынка. Если захотят, конечно.

Повысили ли вы сейчас цены на свою продукцию?

Конечно. За последнее время повышали два раза, в общей сумме – на 16-17%. А куда деваться? Но выросшие затраты на сырье мы все равно отыграем нескоро. Клиенты реагируют на это по-разному – кто-то ушел, кто-то остался и сохранил те же объемы заказов, что и были, кто-то объемы уменьшил, кто-то, кстати, перешел с белых коробок на бурые. Так что «Выборгская целлюлоза» фактически сама подложила мину под свой бизнес – их новые цены отлично помогают производителям бурого картона увеличивать свои продажи.

А куда уходить клиентам? Ведь все упаковщики сейчас поднимают цены.

Так поэтому заказчики в основном ходят по кругу: уходят к тому, кто поднял на меньший процент, а потом, когда тот поднимает еще, возвращаются обратно. Или остаются у нас, но уже не в полном объеме, а делят пакет заказов между несколькими предприятиями. И правильно делают, в общем-то. В таких случаях политика клиента не зависит от того, насколько крупный у него бизнес: менеджмент-то везде разный. Есть компании, которые проводят тендеры на поставки гофроупаковки, и, соответственно, выберут того, у кого цены ниже. Тут уж или поставляй в соответствии с их условиями – или уходи. А есть и те, для кого стратегически важно работать с определенным гофропроизводством; они, как правило, с пониманием относятся к повышению цен.

В итоге всех этих движений на рынке объем заказов, в принципе, не уменьшился. Но очень мешают мелкие производители упаковки – они «роняют» цены. Оборудование у них дешевое, если и сломается – руководитель такого предприятия закроет свой бизнес и ничего не потеряет. Конкурировать с ними бесполезно.

Как вы считаете, что будет происходить с отраслью дальше?

Если мы говорим о ЦБП, то на рынке слишком много «трофейных» предприятий – старых фабрик, уже давно выработавших и свой лимит производства, и свой «срок годности». Вот почему их упорно не закрывают – непонятно. Ну да, можно их модернизировать, но большие объемы они не потянут, а качество продукции – не вырастет. Неправильно, что в нашей стране, с ее огромными запасами леса и всеми условиями для целлюлозно-бумажного производства, картон и бумагу делают на оборудовании пятидесятилетней давности! Что-то могли бы поменять иностранные компании, если бы захотели строить свои заводы на нашей территории. Но все опасаются этого. Поэтому я и считаю, что, пока нашей отраслью не заинтересуется кто-то из первых лиц государства, мы будем находиться все в том же вакууме.

А в общем объеме рынок ЦБП и упаковочная отрасль сейчас неконсолидированы. Почему-то это единственный сектор, который в государственном масштабе совершенно не виден. А ведь в общем объеме лес, бумага, картон, коробки – это бешеные деньги!

intervue.unipack.ru


Смотрите также