Виктор кохно певец биография


Иосиф Кобзон: «Куда идешь, «Попутчик»?»

Во вторник, 13 сентября, в Благовещенске выступил народный артист СССР Иосиф Кобзон. Званий и регалий Кобзона не перечесть, как и городов, в которых он выступал. Певец, который раньше, в 80-е годы, не раз был у нас в области, принимал участие в популярном у амурчан, да и у самих эстрадных артистов фестивале «Огни магистрали». Певец, в арсенале у которого за полвека творчества накопилось около 3 000 песен самых разных стилей и жанров. Отметивший 11 сентября свое 74-летие, Иосиф Давыдович приехал к нам из Биробиджана. После Благовещенска его ждут Хабаровск и Владивосток.

Началось наше интервью с Иосифом Давыдовичем неожиданно: с вопроса, который лукаво, с улыбкой, задал сам певец корреспонденту нашей газеты.

- Куда идешь, «Попутчик»?

- Вместе нам по пути, - не задумываясь ответила я. – Вперед, дальше, прямо по дороге жизни…

Каждый своей дорогой…

До концерта оставалось немногим меньше часа, а певцу еще надо было подготовиться - распеться, попробовать акустику зала… Вопросов к певцу множество, но в первую очередь захотелось спросить у Кобзона о человеке, в дуэте с которым он пел полвека назад, с кем прославился на всю страну в начале далеких шестидесятых, о котором не знаем мы, но которого еще помнят наши мамы и папы.

 «Призрак оперы»

- Сейчас на одном из центральных каналов запустили проект, где эстрадные певцы исполняют арии из опер. Это своеобразная проверка на вшивость…

- Нет, это неправда! Ваша неправда! Я, например, когда преподавал, у меня были замечательные студенты – Ира Отиева, Валерия, Валя Легкоступова. Безусловно, Ира Отиева – джазовая певица. Я не профессиональный джазовый певец, я не могу преподавать джаз, но могу преподавать дыхание, культуру пения, репертуарные вещи какие-то рекомендовать.

То же самое Валерией, то же самое с Легкоступовой. У меня Ира Отиева замечательно пела Норму Беллини, прекрасно пела, и пела романсы. Валерия пела много романсов, и сейчас поет…

Безусловно, без всякой «проверки на вшивость», как вы выразились, это хорошо, что наши эстрадные исполнители обращаются к классике. Другой вопрос – на каком уровне эта классика звучит у них… Не у всех она звучит одинаково, не у всех получаются классические произведения. Почему?  

Вот вы сказали, что я в свое время пожертвовал институтом. Да я не пожертвовал, в 73-м году я решил все-таки получить диплом и поэтому прекратил выступления на эстраде на полгода. Потому что это совсем другая форма звукоизвлечения, другая форма пения, другая форма дыхания. И я использовал этот период, чтобы вернуться к классическому пению.

А вот сейчас, когда редакция телевидения говорит: «вот, быстренько там, Лева, спой Ренато из «Бала-маскарада», или Киркорову говорят: «куплеты Эскамильо нам спой», - в этом есть нарочитость. Не вшивость, а нарочитость. Важно, чтобы они хотели это и любили это.  Я думаю, что это хороший проект, который надо продолжить среди исполнителей.

У нас есть голосистые исполнители, которые могут это сделать. К сожалению, те самые популярные наши - не буду их называть – не смогут. Я не знаю, скажем, Гриша Лепс – один из самых моих любимых, потрясающий певец – сможет спеть какую-нибудь арию? Не знаю. Саша Розенбаум тоже. Сможет ли он спеть арию? Не знаю. Михайлов? Не знаю. Ваенга, например, мне кажется, сможет - какую-нибудь Татьяну. И так далее. Поэтому пускай прививают любовь к серьезной классической музыке…

- Пускай, согласна. А если бы вам предложили участие в этом проекте – что бы вы исполнили?

- Я уже наметил себе – если ко мне обратятся, я спою каватину Алеко Рахманинова и арию Онегина из «Евгения Онегина».

- Видите ли вы кого-нибудь в качестве своего преемника? Вот Пугачева, например, любит преемников выбирать…

- Зачем? А я не люблю. Зачем вам повторение «Кобзон молодой» - «Кобзон старый»?

- Вы начинали с Виктором Кохно. Многим нашим читателям интересно, что с ним случилось, как сложилась его биография. Вы в свое время пожертвовали гнесинским институтом ради эстрады, ради сцены…

- А Виктор не пожертвовал. И сделал большую ошибку. Он хотел заниматься камерным творчеством. Мне тоже нравится и камерная музыка, и опера - я спел шесть оперных спектаклей. Но я полюбил навсегда - еще с художественной самодеятельности - песню. Я был предан ей. И пожертвовал своими занятиями на какой-то период времени… для того чтобы слетать в Благовещенск, например (улыбается. – Авт.).

А Виктор отказался. Получилось так, что, когда он закончил институт, не прижился в оперном театре и в филармонии. И мне пришлось устраивать его в Москонцерт как эстрадного исполнителя. Безусловно, это было выходом из положения, для того чтобы зарабатывать себе на жизнь. Это его удручало, не приносило удовлетворения, и он начал пить. К сожалению, он очень много пил, а в прошлом году ушел из жизни… Это прекрасный человек, талантливый, музыкальный…

Page 2

Во вторник, 13 сентября, в Благовещенске выступил народный артист СССР Иосиф Кобзон. Званий и регалий Кобзона не перечесть, как и городов, в которых он выступал. Певец, который раньше, в 80-е годы, не раз был у нас в области, принимал участие в популярном у амурчан, да и у самих эстрадных артистов фестивале «Огни магистрали». Певец, в арсенале у которого за полвека творчества накопилось около 3 000 песен самых разных стилей и жанров. Отметивший 11 сентября свое 74-летие, Иосиф Давыдович приехал к нам из Биробиджана. После Благовещенска его ждут Хабаровск и Владивосток.

Началось наше интервью с Иосифом Давыдовичем неожиданно: с вопроса, который лукаво, с улыбкой, задал сам певец корреспонденту нашей газеты.

- Куда идешь, «Попутчик»?

- Вместе нам по пути, - не задумываясь ответила я. – Вперед, дальше, прямо по дороге жизни…

Каждый своей дорогой…

До концерта оставалось немногим меньше часа, а певцу еще надо было подготовиться - распеться, попробовать акустику зала… Вопросов к певцу множество, но в первую очередь захотелось спросить у Кобзона о человеке, в дуэте с которым он пел полвека назад, с кем прославился на всю страну в начале далеких шестидесятых, о котором не знаем мы, но которого еще помнят наши мамы и папы.

 «Призрак оперы»

- Сейчас на одном из центральных каналов запустили проект, где эстрадные певцы исполняют арии из опер. Это своеобразная проверка на вшивость…

- Нет, это неправда! Ваша неправда! Я, например, когда преподавал, у меня были замечательные студенты – Ира Отиева, Валерия, Валя Легкоступова. Безусловно, Ира Отиева – джазовая певица. Я не профессиональный джазовый певец, я не могу преподавать джаз, но могу преподавать дыхание, культуру пения, репертуарные вещи какие-то рекомендовать.

То же самое Валерией, то же самое с Легкоступовой. У меня Ира Отиева замечательно пела Норму Беллини, прекрасно пела, и пела романсы. Валерия пела много романсов, и сейчас поет…

Безусловно, без всякой «проверки на вшивость», как вы выразились, это хорошо, что наши эстрадные исполнители обращаются к классике. Другой вопрос – на каком уровне эта классика звучит у них… Не у всех она звучит одинаково, не у всех получаются классические произведения. Почему?  

Вот вы сказали, что я в свое время пожертвовал институтом. Да я не пожертвовал, в 73-м году я решил все-таки получить диплом и поэтому прекратил выступления на эстраде на полгода. Потому что это совсем другая форма звукоизвлечения, другая форма пения, другая форма дыхания. И я использовал этот период, чтобы вернуться к классическому пению.

А вот сейчас, когда редакция телевидения говорит: «вот, быстренько там, Лева, спой Ренато из «Бала-маскарада», или Киркорову говорят: «куплеты Эскамильо нам спой», - в этом есть нарочитость. Не вшивость, а нарочитость. Важно, чтобы они хотели это и любили это.  Я думаю, что это хороший проект, который надо продолжить среди исполнителей.

У нас есть голосистые исполнители, которые могут это сделать. К сожалению, те самые популярные наши - не буду их называть – не смогут. Я не знаю, скажем, Гриша Лепс – один из самых моих любимых, потрясающий певец – сможет спеть какую-нибудь арию? Не знаю. Саша Розенбаум тоже. Сможет ли он спеть арию? Не знаю. Михайлов? Не знаю. Ваенга, например, мне кажется, сможет - какую-нибудь Татьяну. И так далее. Поэтому пускай прививают любовь к серьезной классической музыке…

- Пускай, согласна. А если бы вам предложили участие в этом проекте – что бы вы исполнили?

- Я уже наметил себе – если ко мне обратятся, я спою каватину Алеко Рахманинова и арию Онегина из «Евгения Онегина».

- Видите ли вы кого-нибудь в качестве своего преемника? Вот Пугачева, например, любит преемников выбирать…

- Зачем? А я не люблю. Зачем вам повторение «Кобзон молодой» - «Кобзон старый»?

- Вы начинали с Виктором Кохно. Многим нашим читателям интересно, что с ним случилось, как сложилась его биография. Вы в свое время пожертвовали гнесинским институтом ради эстрады, ради сцены…

- А Виктор не пожертвовал. И сделал большую ошибку. Он хотел заниматься камерным творчеством. Мне тоже нравится и камерная музыка, и опера - я спел шесть оперных спектаклей. Но я полюбил навсегда - еще с художественной самодеятельности - песню. Я был предан ей. И пожертвовал своими занятиями на какой-то период времени… для того чтобы слетать в Благовещенск, например (улыбается. – Авт.).

А Виктор отказался. Получилось так, что, когда он закончил институт, не прижился в оперном театре и в филармонии. И мне пришлось устраивать его в Москонцерт как эстрадного исполнителя. Безусловно, это было выходом из положения, для того чтобы зарабатывать себе на жизнь. Это его удручало, не приносило удовлетворения, и он начал пить. К сожалению, он очень много пил, а в прошлом году ушел из жизни… Это прекрасный человек, талантливый, музыкальный…

2x2.su

Кохно — Куда делся Кохно, который когда-то пел в дуэте с Кобзоном? — 2 ответа



Автор Колокольчик колоколюшка задал вопрос в разделе Общество

Куда делся Кохно, который когда-то пел в дуэте с Кобзоном? и получил лучший ответ

Ответ от Евгений Ломакин[гуру]Конец 50-х – начало 60-х годов – время зарождения нового жанра – молодежной песни. С 1958 года параллельно учебе в институте Иосиф Кобзон работал в Цирке на Цветном бульваре в программе Марка Местечкина «Куба – любовь моя» , где исполнял одноименную песню А. Пахмутовой. В 1959 году он начал выступать на эстраде в дуэте с однокурсником Виктором Кохно. Первым его композитором был Аркадий Островский, встреча с которым определила будущее певца. Его песни «Мальчишки, мальчишки» , «Ты слышишь, Куба» , «Возможно» , «Песня остается с человеком» сразу же полюбили.Жизнь приобрела совершенно другие очертания. В 1961 году Иосиф Кобзон впервые выехал в творческую командировку в Венгрию с Э. Колмановским и К. Ваншенкиным. В 1962 году певец начал самостоятельные сольные выступления, пел «Бирюсинку» Э. Колмановского и песни цикла «А у нас во дворе» А. Островского. В том же году вышла первая пластинка песен А. Островского и А. Пахмутовой в исполнении Иосифа Кобзона. И. Кобзон стал участником новогодних огоньков. К нему пришла первая популярность, когда его и Виктора Кохно вызвал ректор Гнесинского института Ю. В. Муромцев. Несмотря на то, что они оба хорошо учились и посещали занятия, их поставили перед выбором – либо учеба, либо эстрада. Виктор Кохно решил остаться в институте и исполнять камерную музыку, а Иосиф Кобзон ушел.. . в самостоятельную жизнь.

Источник:

Ответ от 2 ответа[гуру] Привет! Вот подборка тем с ответами на Ваш вопрос: Куда делся Кохно, который когда-то пел в дуэте с Кобзоном?Ответ от Ђатьяна Павликова[новичек]Так куда делся Виктор Кохно?Ответ от Вячеслав Кутищев[новичек]Виктор Кохно умер в возрасте 74 лет 20 ноября. Захоронен рядом со своими братьями кладбище в Долгопрудном.

Кохно Борис Евгеньевич на ВикипедииПосмотрите статью на википедии про Кохно Борис Евгеньевич

2oa.ru

Иосиф Чеченский (Иосиф Кобзон)

Иосиф Чеченский

(Иосиф Кобзон)

К певцу Иосифу Кобзону популярность пришла в первой половине 60-х, когда он выступал дуэтом со своим однокурсником по Музыкально-педагогическому институту имени Гнесиных Виктором Кохно. Однако очень скоро Кобзон почувствовал, что готов самостоятельно покорять эстрадный Олимп, и стал выступать один. Он бросил Гнесинский институт (позднее все-таки его закончит) и в 1962 году стал солистом «Москонцерта». Его визитной карточкой в те годы стала песня композитора Аркадия Островского и поэта Льва Ошанина «А у нас во дворе…».

Два года спустя слава Кобзона вырвалась за пределы родного Отечества – он стал победителем эстрадного конкурса в Сопоте (Польша). Однако вскоре после этого певец оказался вовлечен в скандальную историю, которая на какое-то время осложнила его карьеру. Поводом к инциденту стало получение певцом звания «заслуженный артист Чечено-Ингушской АССР».

Отметим, что в Москве Кобзон звание «заслуженного артиста» имел возможность получить гораздо позже – лет через десять после того, как его имя стало известно всей стране (напомним, что в 64-м Кобзону было всего 27 лет). В этом деле соблюдалась строгая иерархия, и деятели искусств удостаивались подобной чести по прошествии определенного времени, то есть стоя в очереди. Исключения, конечно, были (когда артисты получали высокие звания раньше положенного срока), но они были крайне редки, что называется, наперечет. И Кобзон под это исключение вряд ли подпадал.

Между тем у эстрадных артистов имелась возможность ускорить этот процесс посредством получения званий не в Центре, а в республиках, особенно мелких. Дело в том, что там своих популярных артистов было не очень много, и поэтому «делать план» (то есть зарабатывать деньги) местные филармонии могли с трудом. Для чего там и была введена в практику такая мера, как «привязка» к филармониям популярных артистов из Центра посредством присуждения им республиканских званий. После подобного награждения артисты обычно легко соглашались приезжать в эти регионы и «делать план» как на благо себя, так и на благо местного бюджета. Именно подобная история и произошла с Иосифом Кобзоном, после чего и грянул скандал.

Началось же все в июле 1964 года, когда певец приехал в город Грозный в составе целой группы столичных артистов, чтобы принять участие в Первом музыкальном фестивале Чечено-Ингушетии. В этот «десант» входили как деятели эстрады (композиторы О. Фельцман, Л. Лядова; артисты И. Кобзон, Б. Кузнецов, Л. Полосхин и др.), так и кинематографа (М. Володина, Т. Носова, Г. Тонунц и др.). Концерты проходили в нескольких местах: в Саду имени 1 Мая и на стадионе имени Орджоникидзе. Отметим, что Кобзон в те дни удостоился похвальных слов, напечатанных в газете «Грозненский рабочий». В статье В. Беловецкого «Песни Иосифа Кобзона» о нем, в частности, писалось следующее:

«Легко и непринужденно поет Иосиф Кобзон. Его приятный голос, задушевность, искренность интонаций, какая-то особенная доверительность – вот что заставляет зрителей тепло встречать каждое выступление певца…»

Однако минуло чуть больше полугода с момента этой публикации, как уже в центральной прессе свет увидел другой материал о певце – резко противоположной направленности. Речь идет о статье фельетониста Ю. Дойникова «Лавры чохом» в газете «Советская Россия» (номер от 25 февраля 1965 года). В ней писалось следующее:

«Не понравился я, товарищи, в Чечено-Ингушетии. Встретили меня, конечно, вежливо. Не менее вежливо проводили. Ответственные товарищи улыбались при встрече и тепло пожимали руку. Но чувствую я какую-то неудовлетворенность: звания-то мне все-таки не дали! Никакого. Даже Почетной грамоты не получил. А ведь пробыл в республике целых десять суток. И даже не баклуши бил. Ездил в горы, любовался флорой и фауной…

«Ну и обнаглели нынче фельетонисты! – скажет читатель. – С чего бы это вдруг его отличать? За здорово живешь почетные звания не присваивают!..»

По логике правильно, никакой мне награды не полагается, а все-таки намекнуть было бы можно. В Президиуме Верховного Совета ЧИ АССР на награды не скупятся. Уехал же певец И. Кобзон отсюда заслуженным артистом республики! А пробыл в Грозном не больше меня. Он пел эстрадные песенки, я писал, вот и вся разница. За что же ему – заслуженного, а мне – ничего?

Может быть, Иосиф Давидович отдавал свой досуг развитию вокального искусства народов Северного Кавказа? Нет, не отдавал. Об этом свидетельствуют работники гостиницы «Чайка», где останавливался столичный гость. Директор Ф. Я. Хлуднев и уборщицы до сих пор не могут прийти в себя от его хамских выходок. В гостинице уже подумывали привлечь распоясавшегося солиста к ответственности за хулиганство. Но в это время Министерство культуры автономной республики ходатайствовало о присвоении И. Кобзону почетного звания – «Заслуженный артист». Вести «заслуженного» в милицию стало неудобно.

Допустим, работники министерства могли не знать закулисных «гастролей» Кобзона. Были уверены, что он не пил ничего, кроме козьего молока, держал себя предельно вежливо и, уезжая, оставил на память уборщицам не коллекцию бутылочных наклеек на стене, а гербарий кавказской флоры. Даже если бы он действительно был таким, разве этих качеств достаточно для присвоения звания заслуженного артиста?

Вполне естественно поинтересоваться, кто вообще удостаивается чести получить почетное звание? При первом взгляде количество награжденных вызывает восторг. Только за последний год в автономной республике появилось одиннадцать заслуженных артистов, шесть заслуженных деятелей искусств. Хотелось поздравить работников Министерства культуры. Вот это рост! Но оказывается, что пятеро из свежеиспеченных народных артистов и все заслуженные деятели искусств приезжали сюда в гости. Из одиннадцати заслуженных артистов почти половина живет в других республиках. И так далее.

– Да, перестарались немного! – горестно констатирует заместитель министра культуры А. Я. Заруцкий. – Да ведь как не дать: первый раз у нас фестиваль был. Так всех чохом и отмечали. За компанию…

«Заслуга перед страной» – в эти слова вложен глубокий смысл.

Можно всю жизнь добросовестно выполнять порученное тебе дело, но это еще не заслуга. Это долг, это обязанность каждого советского гражданина. Таких честных тружеников у нас миллионы, и никто из них не претендует на исключительную награду. Им достаточно уважения общества.

Высока честь носить звание «народного», «заслуженного». Иные, даже очень талантливые люди удостаиваются ее лишь после долгого служения своим искусством народу. Иногда на это тратится вся жизнь.

Тем более недопустима безответственность, с какой подчас присваиваются почетные звания в Чечено-Ингушской АССР.

Лавры нельзя раздавать чохом!»

Отметим, что после этой статьи, как и положено, ответственными лицами были сделаны соответствующие выводы. Так, в ЧИ АССР на какое-то время были прекращены присваивания высоких званий заезжим гастролерам. Правда, потом эта практика снова возобновилась.

Что касается И. Кобзона, то группа его коллег в те же дни написала в «Советскую Россию» опровержение, однако редакция их письмо не напечатала. В итоге певца отсранили от теле– и радиоэфира, ему запрещено было давать концерты в Москве. Эта опала длилась больше года. Затем Кобзон вновь замелькал на голубых экранах, его песни стали крутить по радио. На концертах его по-прежнему объявляли: заслуженный артист Чечено-Ингушской АССР. В этом статусе в 1966 году Кобзон станет лауреатом конкурса «Золотой Орфей» в Болгарии (победу ему принесет песня Ногинского и Бейлина «Роза была алой»).

Следующая глава

history.wikireading.ru

Биография Иосифа Кобзона

Советский и российский певец, народный артист СССР Иосиф Давыдович Кобзон родился 11 сентября 1937 года в городе Часов Яр Донецкой области (Украина).

В 1940 году его семья переехала во Львов.

С началом Великой Отечественной войны (1941-1945) отец ушел на фронт, а мать с детьми и бабушкой была в эвакуации в город Янгиюль (Узбекистан).

Отец, получивший ранение в 1943 году, после демобилизации в семью не вернулся. После окончания войны мать с детьми вернулись на Украину, где Иосиф пошел в школу в городе Краматорск Донецкой области.

В 1956 году окончил Днепропетровский горный техникум, был призван в ряды Вооруженных сил СССР, проходил службу в Закавказском военном округе. В конце второго года службы после прослушивания он был приглашен в Ансамбль песни и пляски Закавказского военного округа.

В 1958 году после демобилизации Иосиф Кобзон поступил на вокальный факультет Музыкально-педагогического института имени Гнесиных (ныне Российская академия музыки имени Гнесиных), но впоследствии оставил учебу ради выступления на эстраде.

Знакомство с композитором Аркадием Островским позволило ему начать петь в дуэте с Виктором Кохно, затем Кобзон стал выступать сольно. В 1962 году в исполнении певца вышла первая пластинка песен композиторов Островского и Александры Пахмутовой.

В 1964 году Кобзон стал лауреатом конкурса в Сопоте в Польше, в 1965 году он принял участие в международном конкурсе «Дружба», который проходил в шести социалистических странах, и завоевал первые места в Варшаве, Берлине и Будапеште. В 1966 году стал лауреатом Всесоюзного конкурса исполнителей советской песни, в 1968 году — лауреатом международного конкурса «Золотой Орфей».

В 1959-1962 годах он был солистом Всесоюзного радио, в 1962-1989 годах — солистом Москонцерта.

Иосиф Кобзон записал порядка трех тысяч песен. За время сценической жизни побывал с гастролями более чем в 100 странах мира.

Среди многочисленных альбомов Иосифа Кобзона — «Песня остается с человеком» (2001), «Поклонимся великим тем годам» (2002), «Мгновения» (2007), «Пока я помню, я живу» (2007), «Все повторяется» (2009) и другие.

Параллельно с сольной карьерой Кобзон в 1973 году окончил Государственный музыкально-педагогический институт им. Гнесиных, в 1975 году — Университет марксизма-ленинизма МГК КПСС.

Певец вел преподавательскую деятельность. В 1984 году Кобзон создал эстрадный факультет в Музыкально-педагогическом институте имени Гнесиных, с 1993 года — профессор Академии имени Гнесиных. Среди учеников — певицы Ирина Отиева, Валентина Легкоступова, Марина Хлебникова, Валерия.

В 1989 году — художественный руководитель концертно-зрелищной дирекции «Москва».

В 1989 году избран народным депутатом СССР.

С 1997 года Иосиф Кобзон избирается депутатом Государственной Думы РФ. Является первым заместителем председателя комитета по культуре Государственной Думы седьмого созыва.

Певец часто выступал в «горячих точках»: в районе острова Даманский, в Чернобыле, в Грозном, в Каспийске. В 1988 году Иосиф Кобзон возглавил первый актерский десант в Армению после разрушительного землетрясения. С 1980 года певец девять раз выезжал с концертами к воинам-интернационалистам в Афганистан, за что был награжден пятью афганскими медалями и орденом Дружбы народов. Он принимал участие в ведении переговоров с чеченскими террористами во время захвата заложников в культурном центре на Дубровке в Москве в 2002 году, в результате чего было освобождено пять заложников. В феврале 2016 года Кобзон выступал перед служащими ВКС РФ на авиабазе «Хмеймим» в Сирии.

Творчество и деятельность Иосифа Кобзона отмечены многочисленными наградами. В 1987 году ему было присвоено звание народный артист СССР. Он является лауреатом Государственной премии СССР (1984) и премии Ленинского комсомола (1976).

Кобзон награжден российскими орденами Мужества (2002), «За заслуги перед Отечеством» III (1997), II (2002) и I (2012) степеней.

В 2016 году за особые трудовые заслуги перед государством и народом ему было присвоено звание Героя Труда Российской Федерации.

Среди иностранных наград Кобзона — армянский орден Святого Месропа Маштоца (2004), азербайджанский орден Славы (2007), венгерский орден Заслуг (2007), казахский орден «Достык» II степени (2008), украинские ордена «За заслуги» III степени (2000), II степени (2002) и I степени (2012).

Он также является народным артистом Республики Калмыкия (2007), Республики Северная Осетия — Алания (2008), Республики Мордовия (2015) и др.

В 1991 году ему было присвоено звание народный артист Украины, от которого певец отказался в 2014 году.

Иосиф Кобзон является почетным гражданином свыше двух десятков городов России и стран СНГ.

Иосиф Кобзон женат третьим браком. Первой его супругой была певица Вероника Круглова, второй — актриса Людмила Гурченко (1935-2011). С 1971 года Иосиф Кобзон женат на Нелли Кобзон. У супругов двое детей — сын Андрей и дочь Наталья.

Материал подготовлен на основе информации РИА Новости и открытых источников

news.rambler.ru

А. Н. Пахмутова в Интернете — Песни в исполнении ВИКТОРА КОХНО

Весна сорок пятого года (1970) Е. Долматовский

Земля повернулась навстречу весне, Хорошая нынче погода. Такою порой вспоминается мне Весна сорок пятого года. Проходят года, но не меркнет вдали И горе, и подвиг народа. Мы трудной дорогой к победе пришли

Весной сорок пятого года.

А если ты молод и позже рождён, Прими эстафетою с хода Победным салютом и первым дождём Весну сорок пятого года. Страшна для врагов и светла для друзей Рабочая наша порода. Есть в каждой победе твоей и моей

Весна сорок пятого года.

Да будет ракетою ввысь взметена, В прозрачную высь небосвода Для всех поколений, на все времена

Весна сорок пятого года!

Девчонки танцуют на палубе (1963) ,из цикла песен Таёжные звёзды С. Гребенников, Н. Добронравов

Чуть охрипший гудок парохода Уплывает в таёжную тьму. Две девчонки танцуют на палубе,

Звёзды с неба летят на корму.

Припев: А река бежит, зовёт куда-то, Плывут сибирские девчата Навстречу утренней заре По Ангаре,

По Ангаре.

Верят девочки в трудное счастье. Не спугнёт их ни дождь, ни пурга, Ведь не зря звёзды под ноги падают

И любуется ими тайга!

Припев.

Будут новые плыть пароходы, Будут годы друг друга сменять, Но всегда две девчонки на палубе

Под баян будут вальс танцевать.

Припев.

Звёзды над тайгой (1963) ,из цикла песен Таёжные звёзды С. Гребенников, Н. Добронравов

Хмурая тайга,

Хмурая тайга,

Скалы грозные да ветры с Ангары.

Шли мы сквозь снега,

Шли мы сквозь снега,

Песней зажигали костры.

Мы учились в суровые дни

Песней зажигать костры.

Шли за днями дни,

Шли за днями дни, —

Вот уж высится плотина над рекой.

Новые огни,

Новые огни

Звёздами горят над тайгой.

Мы с тобою, товарищ, зажгли

Звёзды над глухой тайгой.

Будут всё светлей,

Будут всё светлей

Звёзды, юностью зажжённые, гореть.

Родине своей,

Родине своей

Можем мы в глаза посмотреть.

Можем честно и смело, друзья,

Родине в глаза смотреть.

Слава вперёдсмотрящему! (1962) С. Гребенников, Н. Добронравов

Знамя Ленина над нами. Строить счастье мы пришли! Пишем юными руками

Биографию земли!

Припев: Слава — вперёдсмотрящему! Слава — вперёдидущему! Путь наш — из настоящего — К звёздному грядущему! Путь наш — из настоящего —

В грядущие года!

Юность звёздною ракетой Ввысь стремится с каждым днём! Сами ясные рассветы

Мы над Родиной зажжём!

Припев.

Путь героев — путь тревожный… Верю, мы пройдём с тобой! Зыбкой тропкою таёжной,

Звонкой лунною тропой!

Припев.

Нашей Родине подарим Солнце завтрашних годов. Каждый станет как Гагарин,

Каждый станет как Титов!

Припев.

 

pakhmutova.ru

Иосиф Кобзон: «Я люблю тебя, Благовещенск, и надеюсь, что это взаимно»

— Иосиф Давыдович, хочу сразу перед вами лично извиниться. Семь лет назад вы написали в редакцию АП гневное письмо на  нашу статью «Получают ли почетные жители Тынды Кобзон и Толкунова по 500 рублей из местного бюджета». Теперь у вас есть возможность об этом публично заявить.

— Никогда в жизни я  за звание никаких денег не получал! Я почетный гражданин  Тынды, Зеи и еще 30 городов России. Даю вам честное слово.  Я за это ни одной копейки в карман не положил. Даже во время вручения звания, когда в конвертах предлагают деньги, я сразу заявляю: «Все это передайте в детский дом!» Никогда себе этого не позволю. Не вяжутся меркантильные вопросы со званием почетного гражданина.

— А вам приятно носить звание «Почетный житель Тынды»?

— Конечно, приятно. Это признание людей, и я  к ним приезжаю. Если они оценили мой труд, я горжусь этим.

— Вас очень долго не было на амурской земле. Увидели перемены?

— Я многое вспомнил: и гостиницу «Юбилейную», в которой неоднократно  останавливался,  и бамовские вагончики. Первый раз в Благовещенск я приехал в 1962 году. Потом, по два-три раза в год, меня приглашали на популярный фестиваль «Огни магистрали». Я до сих пор помню, как  летал на «кукурузнике» к своему другу Алексею Шохину, руководителю Зейской ГЭС. Мы с Пахмутовой  спели  ему новую песню «Мой друг работает на Зее, и я завидую ему».  Сегодня я с удовольствием прошелся по Амуру. Китай серьезно изменился, когда-то он был усеян одними трубами.

— Когда я шла к вам на встречу, старшее поколение корреспондентов «Амурской правды» попросили меня узнать, что стало с вашим коллегой Виктором Кохно, с которым вы начинали свою певческую карьеру?

— Ради эстрады я пожертвовал Гнесинкой, а Виктор нет. Он хотел заниматься камерным творчеством. Я тоже его люблю, спел шесть оперных спектаклей. Но еще с художественной самодеятельности полюбил песню. Пожертвовал Гнесинкой, чтобы слетать в Благовещенск. Виктор отказался. Он окончил институт и не прижился в оперном театре. Мне пришлось его устраивать как эстрадного исполнителя в Москонцерт. Это был выход из положения, чтобы заработать на жизнь. Безусловно, все это его удручало, Виктор начал пить и в прошлом году ушел из жизни. Он был прекрасный человек, замечательный певец.

— Сейчас на Первом канале запустили проект «Призрак оперы», где эстрадные певцы исполняют оперные арии. Это проверка на вшивость современных поп-звезд?

— Не совсем так. У нас есть замечательные голосистые певцы. Моими студентками были Ира Отиева, Валерия, Валя Легкоступова. Я преподавал дыхание, культуру пения и рекомендовал репертуарный план. Ира Отиева замечательно пела «Норму» Беллини, Валерия — романсы. Она и сейчас их отлично поет, без всякой проверки на вшивость. И это хорошо, что наши эстрадные исполнители обращаются к классике. Другой вопрос —  получится ли у них. К сожалению, самые популярные исполнители этого сделать не смогут.  К примеру, Гриша Лепс потрясающий певец, один из самых моих любимых, Саша Розенбаум, Стас Михайлов…. Смогут ли они спеть какие-нибудь арии?  Не знаю. Ваенга, мне кажется, сможет исполнить какую-нибудь Татьяну. Вот только на каком уровне?  В 1973 году я решил окончить Гнесинку и получить  диплом. Я  на полгода прекратил свое  выступление на эстраде. Ведь это совершенно другая форма звукоизвлечения, другая форма пения и дыхания. Весь этот период  я использовал, чтобы вернуться к классическому пению. А сейчас, когда редакция ТВ говорит Киркорову: «Филипп, спой быстренько арию Ренато из «Бала-Маскарада»…  А в целом хороший проект, который нужно продолжать и прививать любовь к серьезной классической музыке.

— Если бы вам предложили  участие в этом проекте. Какую арию вы бы исполнили?

— Я бы спел партию Алеко  из Рахманинова или  арию Евгения Онегина.

— Алла Пугачева любит назначать себе приемников, видите ли вы себе замену?

— А зачем вам повторение, Кобзон молодой, Кобзон старый... Не люблю я это. У каждого поколения должны быть свои исполнители, свои кумиры. Никаких приемников! Помочь молодым — с удовольствием! А воспитывать: пой так, как я, пой лучше меня,  я не буду. В институте Гнесиных, профессором которого я являюсь,  никогда не учу своих студентов по определенной методике. Вокал — это индивидуальное искусство, и педагоги должны развивать эти качества. Знаете, есть такие стихи Добронравова из песни «Команда молодости нашей»: «Придут честолюбивые дублеры. Дай бог, им лучше нашего сыграть». Я мечтаю, чтоб они пришли и чтобы сыграли лучше нас, и построили лучше нас. А пока их нет, я буду петь, а БАМ, Зейская и Братская ГЭС — работать.

— Иосиф Давыдович, как вы себя чувствуете?

— Не дождетесь!

— Почему ваш тур назван прощальным? Несколько лет назад  вы уже заявляли о своем уходе со сцены?

— Никакого прощания я не собираюсь делать. Пока я жив и голос звучит,  буду работать. «Прощальная гастроль» — инициатива организаторов тура, для того, чтобы привлечь зрителей. Причем своего согласия я им не давал. К примеру, во Владивостоке концерт называется «Я песне отдал все сполна!»

— Кстати, о песнях — какая  самая любимая?

— Я люблю все свои песни. Нелюбимых не пою. Но на вершине песенного репертуара есть две жемчужины — «Журавли» Френкеля и «День Победы» Тухманова. Я богатый семикратный дед и для каждого внука и внучки у меня есть своя песня. Мы часто устраиваем семейные концерты. Внуки — это настоящее счастье. У кого их нет, рекомендую. Стоило состариться, чтобы их увидеть. У меня даже про журналистов  песня есть. Я ее исполнял, когда вас еще на свете не было. Хотите, я вам  ее лично спою.

И тут Иосиф Давыдович подошел к роялю, глянул на пианиста Алексея Евсюкова и запел своим потрясающим баритоном: «Трое суток не спать, трое суток шагать ради нескольких строчек в газете. Если снова начать,  я бы выбрал опять бесконечные хлопоты эти...».

А  уже на концерте, когда весь зал встал, Кобзон произнес: «Я люблю тебя, Благовещенск, и надеюсь, что это взаимно. Дай бог, чтобы наша встреча еще раз состоялась».

ampravda.ru


Смотрите также