Серебрякова художница биография


Зинаида Серебрякова: жизнь в картинах. Биография и творчество

Зинаида Серебрякова: жизнь в картинах

«Культура.РФ» выбрала картины Серебряковой, которые иллюстрируют ключевые эпизоды ее непростой судьбы. Это поможет увидеть размах философии художницы сквозь призму ее жизни — сначала в Российской империи, затем в послереволюционной Советской России, а потом и в эмиграции во Франции.

…У нас в имении Нескучном где все, и природа, и окружавшая меня крестьянская жизнь, своей живописностью волновали и восхищали меня, и я вообще жила в каком-то «чаду энтузиазма»…

Письмо Зинаиды Серебряковой к Евгению Климову. Париж, 9 мая 1955 года

Зинаида Лансере, будущая Серебрякова, появилась на свет в декабре 1884 года в родовом имении Нескучное под Белгородом в семье творческих людей. Ее мать Екатерина Лансере происходила из рода потомственных франко-итальянских художников и архитекторов, да и сама она была одаренным художником-графиком. Отец Зинаиды Евгений Лансере, прославился как одаренный скульптор-анималист. Только дочь его совсем не знала: он умер, когда девочке едва исполнилось два года. «Росла Зина… болезненным и довольно нелюдимым ребенком, в чем она напоминала отца и вовсе не напоминала матери, ни братьев и сестер, которые все отличались веселым и общительным нравом»

Из воспоминаний Александра Бенуа

Портрет Екатерины Лансере. 1912. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Портрет Екатерины Лансере. 1912.Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

«Росла Зина… болезненным и довольно нелюдимым ребенком, в чем она напоминала отца и вовсе не напоминала матери, ни братьев и сестер, которые все отличались веселым и общительным нравом»

Из воспоминаний Александра Бенуа

Дяди, старшие братья, друзья дома Лансере — все занимались живописью и увлекались рисованием. Первыми вдохновителями и учителями Зинаиды были дядя Шура (художник и художественный критик Александр Бенуа) и дядя Берта (художник, архитектор и академик Альберт Бенуа). Творческая атмосфера в доме Лансере и преемственность великой династии художников определили личность и судьбу девочки. Она с детства приучилась к тому, что рисовать и писать кистью — это так же естественно, как и дышать. Атмосфера детства Зинаиды Лансере — это теплые и беззаботные семейные посиделки, домашние спектакли, чтение вслух и игра на фортепиано в кругу родных и друзей дома. Зимовали в большой квартире деда в Санкт-Петербурге неподалеку от Мариинского театра, а на лето отправлялись в любимое Нескучное.

Имя художницы обычно ассоциируется с обаятельными портретами ее родственников и друзей, а также с монументальными полотнами на крестьянские темы. Однако первые шаги Серебряковой на поприще живописи связаны с пейзажами — в первую очередь с видами Малороссии, где находилась родительская усадьба Нескучное. С ранних лет Зинаида помогала крестьянам собирать урожай в поле и в саду, поэтому и рисовать начала природу.

Одна из ее первых картин — «Яблоня» (1900 год) — была написана 16-летней Зинаидой тоже в родовом имении. Молодое деревце словно заявляет о своем деревенском здоровье и плодовитости — оно увешано крупными красными плодами, под которыми ветки даже чуть прогибаются. Символы плодородия, здоровья и свободы жизни на природе были краеугольными камнями творчества художницы на протяжении всей ее жизни.

В 1900 году Зинаида выпустилась из женской гимназии и поступила в петербургскую Академию художеств, учеба в которой будущей художнице не нравилась. Скоро она сменила Академию на художественную школу известной меценатки княгини Марии Тенишевой, а затем стала посещать мастерскую знаменитого портретиста Осипа Браза. Познакомившись с талантливой художницей Анной Остроумовой-Лебедевой во время путешествия по Италии в 1902—1903 годах, Зинаида Лансере окончательно перестала сомневаться в правильности выбранного пути — она решила заниматься живописью самостоятельно, без участия более опытных наставников.

Зинаида Лансере нашла в кругу семьи не только призвание, но и спутника жизни. Им стал Борис Серебряков — ее двоюродный брат. Он жил на другом берегу реки Муромки «на хуторе» — в имении своей матери, родной сестры отца Зинаиды Лансере. Несколько лет молодые люди скрывали от родных свои чувства. Родные же, как водится, прекрасно обо всем догадывались, но отношениям не препятствовали. Проблема была в том, что православная церковь подобные союзы не поощряла, поэтому требовалось специальное разрешение.

Портрет Бориса Серебрякова. 1913. Частное собрание

Портрет Бориса Серебрякова. 1913.Частное собрание

Зинаида Лансере нашла в кругу семьи не только призвание, но и спутника жизни. Им стал Борис Серебряков — ее двоюродный брат. Он жил на другом берегу реки Муромки «на хуторе» — в имении своей матери, родной сестры отца Зинаиды Лансере. Несколько лет молодые люди скрывали от родных свои чувства. Родные же, как водится, прекрасно обо всем догадывались, но отношениям не препятствовали. Проблема была в том, что православная церковь подобные союзы не поощряла, поэтому требовалось специальное разрешение.

В 1905 году Борис Серебряков объехал несколько церквей в поиске священника, который бы согласился обвенчать двоюродных брата и сестру, но получал лишь отказы. Молодые люди уже почти отчаялись и всерьез начали рассматривать вариант перехода в лютеранство, где более лояльное отношение к этому вопросу. Однако нашелся священник, который за 300 целковых (немалые деньги по тем временам) уладил дело.

Счастье в Нескучном

1905–1917

К черту мне ваши Чайковские, Григоровичи, Эрмитажи, Рембрандты, театры, Нибелунги, катки, вечера, обеды, гости, и Миля и Маша и Еля мне вовсе больше не интересны, и хочу Нескучного, Нескучного…

Сразу после свадьбы молодые отправились в Париж, где начинающая художница стала брать уроки живописи в легендарной Академии де ла Гранд Шомьер. Однако Серебрякова хотела вернуться в Нескучное — только там художница чувствовала себя по-настоящему счастливой. «…Полная простота, почти убожество, почти тоска и уныние, и все же счастьем жизни веет от этой комнаты, и в ней ведет свою игру, резвится и смеется ласковая молодость», — писал Александр Бенуа об атмосфере деревенского быта в имении.

В имении Серебряковы стали родителями: в 1906 году родился первенец Евгений, через год — второй сын, Александр. Борис работал инженером путей сообщения и по долгу службы пропадал в командировках порой по полгода. Художница в это время воспитывала детей и неустанно работала — ее вдохновляли естественный колорит деревенской природы и бескрайние моря ржи. Эта вовлеченность в круглогодичный цикл крестьянских работ, в смену времен года есть во многих картинах Серебряковой этого периода. Одна из самых известных — этюд «Уборка хлеба», где крестьянки дружно трудятся в поле в ярко-красных и синих сарафанах и кипенно-белых рубахах.

«Она очень любила крестьян-тружениц. Для картин выбирала женщин крепких, рослых, передавала их силу, бодрость, прилежание к труду, аккуратность. В картине «Крестьянка с квасником» изображена Поля Гречкина (Молчанова) из села Нескучное». Крестьянка Василиса Дудченко, «О жизни в Нескучном» «Она очень любила крестьян-тружениц. Для картин выбирала женщин крепких, рослых, передавала их силу, бодрость, прилежание к труду, аккуратность. В картине «Крестьянка с квасником» изображена Поля Гречкина (Молчанова) из села Нескучное». Крестьянка Василиса Дудченко, «О жизни в Нескучном»

К тому же периоду относится автопортрет «За туалетом» (1909 год). Серебрякова начала писать его «играючи», но именно эта картина и сделала ее знаменитостью. «Я решила остаться с детьми в Нескучном… Мой муж Борис Анатольевич был в командировке, зима в этот год наступала ранняя, все было занесено снегом — наш сад, поля вокруг, всюду сугробы, выйти нельзя. Но в доме на хуторе тепло и уютно, и я начала рисовать себя в зеркале…» — вспоминала она потом.

За туалетом. Автопортрет. 1909. Государственная Третьяковская галерея, Москва

За туалетом. Автопортрет. 1909.Государственная Третьяковская галерея, Москва

К тому же периоду относится автопортрет «За туалетом» (1909 год). Серебрякова начала писать его «играючи», но именно эта картина и сделала ее знаменитостью. «Я решила остаться с детьми в Нескучном… Мой муж Борис Анатольевич был в командировке, зима в этот год наступала ранняя, все было занесено снегом — наш сад, поля вокруг, всюду сугробы, выйти нельзя. Но в доме на хуторе тепло и уютно, и я начала рисовать себя в зеркале…» — вспоминала она потом.

Брат Серебряковой, Евгений, написал ей, что скоро в Москве откроется выставка «Мир искусства» и ей непременно нужно что-нибудь выставить, — она послала две работы: «За туалетом» и «Зеленя. Осенью» (1908). Работы Серебряковой получили хвалебные отзывы художественных критиков и других живописцев, а вскоре были приобретены Советом Третьяковской галереи. «Автопортрет Серебряковой, несомненно, самая радостная вещь… Здесь полная непосредственность и простота: истинный художественный темперамент, что-то звонкое, молодое, смеющееся, солнечное и ясное, что-то абсолютно художественное…» — вспоминал Александр Бенуа. Наступил творческий расцвет Серебряковой, а одновременно с ней триумф отмечало и новое русское искусство. В это время были популярны многие неоклассики: Валентин Серов, Константин Сомов, Константин Коровин, Виктор Борисов-Мусатов. Авангард еще не был силён, и казалось, что русская живопись пойдет по вектору Мане и Дега. В работе Серебрякова не использовала абстрактных форм и скрытых смыслов, предпочитая изображать природу, невинные детские игры, красивое и здоровое женское тело. Последнему она посвятила еще одну монументальную картину — «Баня» (1913), в центре сюжета которой банный день крестьянок. Родились еще двое детей — девочки Татьяна и Екатерина. В этот период Серебрякова много рисовала мужа, домашних, природу, себя. Одна из ее самых известных работ — портрет детей «За завтраком» (1914) — создана именно тогда: детские лица, обращенные к художнице, стол, белая скатерть, кольца для салфеток, фарфоровая супница, руки бабушки, разливающей суп по тарелкам. Мирная домашняя сцена на картине контрастировала с надвигающейся на Россию бедой — в это время уже шла Первая мировая война.

За завтраком (За обедом). 1914

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Так заснул Бинька (Женя Серебряков). 1908

Государственный музей изобразительных искусств имени А.С. Пушкина, Москва

Семейный портрет. Перед отъездом Е.Е. Лансере на Кавказ. 1914

Частное собрание

Портрет Евгения Серебрякова. 1909

Государственный музей-заповедник «Петергоф», Петергоф, Санкт-Петербург

В детской. Нескучное. 1913

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Шура Серебряков в Нескучном. 1909

Государственный музей-заповедник «Петергоф», Петергоф, Санкт-Петербург

«Художница создала особый жанр в трудной области детского портрета (в которой так легко дать кукольные и сентиментальные изображения); в ее работах дети не позируют перед любующимися ими взрослыми — они живут своей важной жизнью маленьких людей, у которых так много разных серьезных дел и интересов».

Искусствовед Алексей Савинов

«Художница создала особый жанр в трудной области детского портрета (в которой так легко дать кукольные и сентиментальные изображения); в ее работах дети не позируют перед любующимися ими взрослыми — они живут своей важной жизнью маленьких людей, у которых так много разных серьезных дел и интересов».Искусствовед Алексей Савинов

Вот для меня всегда казалось, что быть любимой и быть влюбленной — это счастье, я была всегда как в чаду, не замечая жизни вокруг, и была счастлива, хотя и тогда знала и печаль и слезы… Вы так молоды, любимы, цените это время, драгоценный друг.

Письмо Зинаиды Серебряковой к Галине Тесленко. Петроград, 28 февраля 1922 года

Революция 1917 года застала Серебрякову в родовом имении Нескучное — рухнул спокойный устоявшийся усадебный быт, надежды на выставки за рубежом, каникулы на крымском побережье. Соседние имения разорялись восставшими крестьянами — находиться в Нескучном тоже уже было небезопасно.

Борис уехал в командировку в Сибирь, потом отправился в Москву, куда его пригласили в качестве специалиста по дорожному строительству. Почта работала плохо, писем от мужа художница практически не получала. В отчаянии она писала брату Николаю: «…я здесь в безумном беспокойстве — вот 2 месяца, что не имею ни строчки от Бори, это так страшно, что я с ума схожу. В августе он писал часто, и письма доходили, а с 28-го никаких известий нет».

Невзирая на отсутствие материалов для работы и жизнь впроголодь, художница продолжала трудиться. В этот период она создала одну из самых своих известных картин — «Беление холста» (1917). Обыденная крестьянская работа на ее полотне превратилась в ритуал, а образы крестьянок получили классическую статность, плавность движений. В этих женщинах, по замыслу Серебряковой, заключена душа вечной России. За счет низкого горизонта и величавости фигур они скорее похожи на античных богинь, чем на работниц в поле.

Беление холста. 1917. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Беление холста. 1917.Государственная Третьяковская галерея, Москва

Невзирая на отсутствие материалов для работы и жизнь впроголодь, художница продолжала трудиться. В этот период она создала одну из самых своих известных картин — «Беление холста» (1917). Обыденная крестьянская работа на ее полотне превратилась в ритуал, а образы крестьянок получили классическую статность, плавность движений. В этих женщинах, по замыслу Серебряковой, заключена душа вечной России. За счет низкого горизонта и величавости фигур они скорее похожи на античных богинь, чем на работниц в поле.

В начале 1919 года из Оренбурга наконец-то приехал Борис Серебряков, перевез семью из Нескучного в Харьков и снова отправился на поиски работы. В марте этого же года Борис умер у художницы на руках от сыпного тифа — заразился по пути домой из командировки. Серебрякова овдовела в 36 лет, как и ее мать. Удивительное совпадение — Борису Серебрякову было всего 39 лет, как и отцу художницы, когда тот умер.

«Ах, так горько, так грустно сознавать, что жизнь уже позади, что время бежит, и ничего больше, кроме одиночества, старости и тоски, впереди нет, а в душе еще столько нежности, чувства. Я в отчаянии, все так безнадежно для меня. Хотя бы уехать куда-нибудь, забыться в работе, видеть небеса, природу». Письмо Зинаиды Серебряковой к Галине Тесленко. Петроград, 28 февраля 1922 года «Ах, так горько, так грустно сознавать, что жизнь уже позади, что время бежит, и ничего больше, кроме одиночества, старости и тоски, впереди нет, а в душе еще столько нежности, чувства. Я в отчаянии, все так безнадежно для меня. Хотя бы уехать куда-нибудь, забыться в работе, видеть небеса, природу». Письмо Зинаиды Серебряковой к Галине Тесленко. Петроград, 28 февраля 1922 года

Началась другая жизнь в голодном Харькове — теперь, с четырьмя детьми на руках, ей не на кого было полагаться. Писать в это время было тяжело, но Зинаида нашла в себе силы взяться за уголь и карандаш: масляные краски стали непозволительной роскошью. В это же время до семьи художницы дошла весточка из Нескучного — родовое имение разорено и сожжено.

Серебрякова принялась рисовать таблицы исторических находок для археологического музея при Харьковском национальном университете. Эта скучнейшая подработка была удачей — она позволяла хоть как-то прокормить детей и престарелую мать. В это время художница написала свое самое мрачное произведение «Карточный домик» (1919 года) — на холсте изображены все четверо осиротевших детей. Карточный домик, который они строят, вот-вот рассыплется — так же, как мир Серебряковых.

Карточный домик. 1919. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Карточный домик. 1919.Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Серебрякова принялась рисовать таблицы исторических находок для археологического музея при Харьковском национальном университете. Эта скучнейшая подработка была удачей — она позволяла хоть как-то прокормить детей и престарелую мать. В это время художница написала свое самое мрачное произведение «Карточный домик» (1919 года) — на холсте изображены все четверо осиротевших детей. Карточный домик, который они строят, вот-вот рассыплется — так же, как мир Серебряковых.

Живем мы по-прежнему каким-то чудом, т. к. фантастические миллионы, которые теперь стоит жизнь, все растут и растут. В феврале здесь будет выставка… Я же с ужасом вижу, что у меня за этот год опять нет ничего значительного, интересного, что выставить. Наконец я буду получать ученый паек с Нового года.

Письмо Зинаиды Серебряковой к Галине Тесленко. Петроград, 1922 год

Оставаться в Харькове стало невозможно — не было ни заказов, ни поддержки близких. В декабре 1920 года художница решила перевезти семью в Петроград — осели на Никольской улице, в квартире деда Николая Бенуа. «Поселились в трех комнатах, поставили „буржуйку“. В остальных комнатах приходилось ходить в пальто. Под мастерскую была отведена небольшая комната с балконом, ее легче было отапливать», — вспоминала дочь художницы Татьяна Серебрякова.

Новая советская власть хоть и не отобрала квартиру, но вскоре подселила в комнаты чужих людей. К счастью, ими оказались близкие по духу искусствовед Сергей Эрнст и художник Дмитрий Бушен — неразлучные друзья и оба страстные балетоманы. Благодаря их помощи старшая дочь Татьяна начала посещать балетные занятия, а Серебрякова смогла наблюдать за сложным и интересным миром закулисья Мариинского театра. Так появилась целая серия балетных сцен, легко и стремительно намеченных пастелью. Ее юные танцовщицы, переодевающиеся и готовящиеся к выступлениям, невесомы, невинны, грациозны и в то же время серьезны.

«Она любила и ценила Дега, но в своих работах, посвященных балету, шла своим путем, видела этот мир своими глазами».

Татьяна Серебрякова, «Творчество, принадлежащее родине»

Балетная уборная. Снежинки. 1923. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Балетная уборная. Снежинки. 1923.Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

«Она любила и ценила Дега, но в своих работах, посвященных балету, шла своим путем, видела этот мир своими глазами».

Татьяна Серебрякова, «Творчество, принадлежащее родине»

В 1924 году Серебрякова окончательно осознала, что в новой Советской России у нее нет ни перспектив, ни надежды обеспечить семью. Единственная возможность хоть как-то существовать — писать портреты на заказ, но это случалось редко. Художница решила, что выход один — ехать во Францию и работать там. В Париже уже жил дядя Зинаиды Александр Бенуа.

Если бы Вы знали, дорогой дядя Шура, как я мечтаю и хочу уехать, чтобы как-нибудь изменить эту жизнь, где каждый день только острая забота о еде (всегда недостаточной и плохой) и где мой заработок такой ничтожный, что не хватает на самое необходимое. Заказы на портреты страшно редки и оплачиваются грошами, проедаемыми раньше, чем портрет готов.

Письмо Зинаиды Серебряковой к Александру Бенуа. Петроград, 1923 год

В России художница оставила 74-летнюю мать и всех детей: Женю, Сашу, Тату и Катю. Серебрякова рассчитывала уехать на время, но судьба сложилась так, что в эмиграции во Франции художница провела большую половину своей жизни — 43 года.

Зарабатывать деньги живописью в Париже оказалось вовсе не так просто: на пятки наступал авангард, а приверженность к классическим формам оказалась непопулярной. Публика с каждым годом становилась все равнодушнее к творчеству художницы — из-за нехватки денег ей было трудно снять квартиру и мастерскую, порой даже нечем было заплатить натурщикам. В 1925 году Серебряковой с помощью дяди Александра Бенуа удалось добиться выезда в Париж младшего сына Александра, а в 1928 году — младшей дочери Екатерины.

В Париже Серебрякова жила замкнуто: дружила с семьей Бенуа, а также перебравшимися в Париж художниками Константином Сомовым и Дмитрием Бушеном, искусствоведом Сергеем Эрнстом. Чтобы не проводить лето в душном Париже, осваивала французскую Ривьеру, Прованс, Бретань, ездила к родственникам в Англию и Швейцарию, вновь посетила Италию. Для экономии снимала только дешевое деревенское жилье, вдали от скопления отдыхающих.

Будем жить у рыбаков… «Дачников» много понаехало в это местечко, но пляж большой, и мы будем уходить далеко-далеко, т. к. и Катюша, и я нелюдимы и чувствуем себя лучше одни, чем с чужими во всем французами!.. Письмо Зинаиды Серебряковой к Татьяне Серебряковой. Бретань, 9 августа 1934 года

Бретань. Пляж в Камаре. 1926. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Бретань. Пляж в Камаре. 1926.Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Будем жить у рыбаков… «Дачников» много понаехало в это местечко, но пляж большой, и мы будем уходить далеко-далеко, т. к. и Катюша, и я нелюдимы и чувствуем себя лучше одни, чем с чужими во всем французами!.. Письмо Зинаиды Серебряковой к Татьяне Серебряковой. Бретань, 9 августа 1934 года

В 1928 году удача все-таки улыбнулась художнице. После участия в выставке «Старое и новое русское искусство» в Брюсселе она получила предложение от бельгийского барона Броуэра написать портреты членов его семьи. На этом везение Серебряковой не закончилось — барон спонсировал два ее путешествия в Марокко в 1928 и 1932 году с одним условием — после возвращения Серебряковой он выберет из ее марокканских этюдов любые понравившиеся. Пейзажи, написанные в этих поездках, принадлежат к лучшему из того, что создано художницей в эмиграции.

«Пленительная серия марокканских этюдов, и просто изумляешься, как в этих беглых набросках (производящих впечатление полной законченности) художница могла так точно и убедительно передать самую душу Востока».Художник Александр Бенуа «Пленительная серия марокканских этюдов, и просто изумляешься, как в этих беглых набросках (производящих впечатление полной законченности) художница могла так точно и убедительно передать самую душу Востока».Художник Александр Бенуа

Оказавшись в одиночестве в экзотической африканской стране, Серебрякова была вынуждена учиться рисовать быстро: никто не соглашался позировать. К тому же невозможно было передвигаться по марокканской Медине без риска заблудиться, поэтому у нее был только один шанс, чтобы схватить образ. И все же она сделала десятки набросков людей разных рас, восхищаясь их колоритной красотой: «Меня поразило все здесь до крайности. И костюмы самых разнообразных цветов, и все расы человеческие, перемешанные здесь, — негры, арабы, монголы, евреи (совсем библейские). Я так одурела от новизны впечатлений, что ничего не могу сообразить, что и как рисовать».

Природа Северной Африки, экзотика Касабланки и Марракеша, арабские кочевники, африканцы в бурнусах, загадочные мусульманки, снежные отроги Атласских гор стали плодотворной почвой для творчества — во время двух поездок по Марокко Серебрякова сделала около 60 набросков и этюдов.

Солдат-сенегалец. 1928

Новосибирский государственный художественный музей, Новосибирск

Портрет молодой девушки, Марракеш. 1932

Частное собрание

Марокко. Фигуры в дверях 1928

Донецкий областной художественный музей, Донецк, Украина

Водонос. Марокко. 1928

Частное собрание

Молодая женщина в белом головном уборе. 1928

Частное собрание

Марокканка в розовом платье. 1932

Частное собрание

Художница даже организовала парижскую выставку своих марокканских работ, которая собрала множество восторженных отзывов, но продать практически ничего не удалось. И это была типичная ситуация для художницы — она совсем не имела коммерческой жилки. Художник Константин Сомов вспоминал о ней: «Непрактична, делает много портретов даром за обещание рекламировать, но все, получая чудные вещи, ее забывают и палец о палец не ударят».

Денег по-прежнему не хватало, хотя дети Серебряковой тоже работали не покладая рук: Саша делал кинематографические декорации, а Катя мастерила восковых кукол. Но детям и матери в России было еще хуже. Они все время недоедали, квартиру возле Мариинки, в которой жили четыре поколения семьи Бенуа, «уплотнили» — если в первые послереволюционные годы Серебряковы жили в трех комнатах квартиры, то теперь они втроем ютились в одной комнатушке.

Да, годы, годы пролетели… а теперь я от старости так «заробела», что не могу принять решения покинуть моих Шурика и Катюшу, и вот это просто мученье для меня. Ибо, конечно, это была моя непростительная опрометчивость тянуть здесь лямку непризнанной и никому не нужной художницы.

Письмо Зинаиды Серебряковой к Евгению Серебрякову, Париж

Вплоть до 1940 года Серебрякова оставалась гражданкой СССР и хранила надежду на воссоединение с семьей. Но во время оккупации Франции фашистами ей грозил концлагерь за связь с СССР. Чтобы получить нансеновский паспорт — международный документ, удостоверяющий личность беженца,— ей пришлось отказаться от советского гражданства. А это означало прекращение переписки с родными, оставшимися в Советской России. Возможность получать от них письма появилась лишь через 6 лет.

В 1957 году постоянный представитель СССР при ЮНЕСКО Владимир Кеменовой и посол СССР во Франции Сергей Виноградов передали художнице предложение от советского правительства вернуться домой. Но пришли болезни и старость — Серебряковой было уже за 70, и она практически не писала. На переезд художница так и не решилась.

«Сама я все время хвораю всякими немощами старости, — главное, что меня удручает несказанно это все ухудшающееся зренье… Вижу все мутнее и мутнее…»

Письмо Зинаиды Серебряковой к Татьяне Серебряковой. Париж, 9 марта 1964 года

Автопортрет. 1956. Тульский областной художественный музей, Тула

Автопортрет. 1956.Тульский областной художественный музей, Тула

«Сама я все время хвораю всякими немощами старости, — главное, что меня удручает несказанно это все ухудшающееся зренье… Вижу все мутнее и мутнее…»

Письмо Зинаиды Серебряковой к Татьяне Серебряковой. Париж, 9 марта 1964 года

В мае 1960 года Серебрякова узнала, что наконец-то встретится со старшей дочерью Татьяной, которой разрешили посетить мать в Париже после 36 лет разлуки. Татьяна к тому времени уже стала маститым театральным художником во МХАТе. Серебрякова не любила фотографироваться, поэтому Татьяна не знала, как мать выглядит спустя все эти годы, и была счастлива увидеть, что она почти не изменилась. После этого свидания Татьяна Серебрякова обратилась в правление Союза художников СССР с просьбой организовать выставку произведений матери на родине. И очень кстати: в эпоху хрущевской оттепели правительство поставило задачу вернуть лучших представителей искусства из числа эмигрировавших. Серебрякова в этом смысле была безупречным кандидатом — она никогда не позволяла себе антисоветских замечаний, к тому же была искренней патриоткой России. В ее скромную парижскую квартиру с важной миссией приехали влиятельные советские художники Дементий Шмаринов, Александр Герасимов и Андрей Соколов — отобрать работы для персональной выставки в СССР.

Серебрякова не верила происходящему, хотя собственноручно набивала подрамники и осторожно прикладывала к ним картины. Ведь долгие десятилетия до ее живописи никому не было дела. Не верила она и тогда, когда работы были отправлены на родину, когда уже была готова афиша к выставке. Художница боялась не оправдать ожиданий, боялась, что ее найдут скучной и банальной.

В 1965 году наконец-то открылись сразу три ее выставки — в Москве, Киеве и Ленинграде; подготовка к ним заняла пять лет. Зинаиде Серебряковой было уже за 80, и она ждала вестей о реакции публики на картины. И дождалась. Успех был оглушительным — толпы у входа на выставки, восторженные отклики в газетах. Десятилетиями забытая, она стала знаменитой. Советские музеи скупали ее картины, а альбомы с ее работами выпускались миллионными тиражами. Наконец-то картины Серебряковой увидели те, кто только слышал о ней.

Автопортрет. 1920-е

Частное собрание

Портрет Е.И. Шапиро. 1940

Национальный музей искусств имени Гапара Айтиева, Бишкек, Кыргызстан

Коллиур. Катя на террасе. 1930

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Спящая натурщица. 1941

Киевский национальный музей русского искусства, Киев, Украина

Итальянская крестьянка в винограднике. 1935

Частное собрание

Мода на Серебрякову стала даже чрезмерной — ей подражали молодые художницы не только в манере письма, но и в манере одеваться и укладывать волосы. Репродукции ее картин стали украшать стены многих домов советской интеллигенции, а коллекционеры приобретали полотна за баснословные суммы. А у художницы-эмигрантки наконец-то отлегло от сердца: ее картины вернулись на родину.

19 сентября 1967 года Зинаида Серебрякова скончалась в возрасте 82 лет. Она похоронена на русском кладбище Сен-Женевьев-де-Буа под Парижем.

Главное изображение: Зинаида Серебрякова. Девушка со свечой. Автопортрет. 1911.Государственный Русский музей, Санкт-ПетербургАвтор: Дарья Лёгкая

www.culture.ru

Зинаида Серебрякова: жизнь и творчество художника

Зинаида Евгеньевна Серебрякова (девичья фамилия Лансере́; 12 декабря 1884, с. Нескучное, Харьковская губ., ныне Харьковская обл., Украина — 19 сентября 1967, Париж, Франция) — русская художница, участница объединения «Мир искусства», одна из первых русских женщин, вошедших в историю живописи.

Содержание

Биография Зинаиды Серебряковой

Творчество Серебряковой

Интересные факты из жизни художницы

Картины Зинаиды Серебряковой

Библиография

Зинаида Серебрякова родилась 28 ноября 1884 года в родовом имении «Нескучное», под Харьковом. Ее отец был известным скульптором. Мать происходила из семьи Бенуа и в молодости была художником-графиком. Ее братья были не менее талантливы, младший был архитектором, а старший был мастером монументальной живописи и графики.

Своим художественным развитием Зинаида в первую очередь обязана своему дяде Александру Бенуа — брату матери и старшему брату.

Детство и юность художницы прошли в Петербурге в доме деда, архитектора Н. Л. Бенуа и в имении «Нескучном». Внимание Зинаиды всегда привлекала работа юных крестьянских девушек в поле. Впоследствии это не раз отразиться в ее творчестве.

В 1886 году после смерти отца, семья перебирается из имения в Петербург. Все члены семьи были заняты творческой деятельностью, с увлечением рисовала и Зина.

В 1900 году Зинаида закончила женскую гимназию и поступила в художественную школу, основанную княгиней М. К. Тенишевой.

В 1902-1903 годах во время поездки в Италию она создала множество набросков и этюдов.

В 1905 она выходит замуж за Бориса Анатольевича Серебрякова. После свадьбы молодые отправились в Париж. Здесь Зинаида посещает Академию де ла Гранд Шомьер, много работает, рисует с натуры.

Через год молодые возвращаются домой. В Нескучном Зинаида напряжённо работает — создает этюды, портреты и пейзажи. В самых первых работах художницы, уже можно разглядеть ее собственный стиль, определить круг ее интересов. В 1910 году Зинаиду Серебрякову ждет настоящий успех.

Во время гражданской войны, муж Зинаиды был на изысканиях в Сибири, а она с детьми в «Нескучном». Переехать в Петроград казалось невозможно и Зинаида отправилась в Харьков, где нашла работу в Археологическом музее. Ее родовое имение в «Нескучном» сгорело, погибли все ее работы. Позже умер Борис. Обстоятельства заставляют художницу оставить Россию. Она отправляется во Францию. Все эти годы художница жила, в постоянных мыслях о муже. Она написала четыре портрета мужа, которые хранятся в Третьяковской галереи и Новосибирской картинной галереи.

В 20-х годах Зинаида Серебрякова вернулась с детьми в Петроград, в бывшую квартиру Бенуа. Дочь Зинаиды Татьяна начала заниматься балетом. Зинаида, вместе с дочерью посещают Мариинский театр, бывают и за кулисами. В театре Зинаида постоянно рисовала.

Семья переживает тяжелые времена. Серебрякова пробовала писать картины на заказ, но у нее ничего не получилось. Она любила работать с натурой.

В первые годы после революции, в стране началась оживлённая выставочная деятельность. В 1924 году Серебрякова стала экспонентом большой выставки русского изобразительного искусства в Америке. Все представленные ей картины были проданы. На вырученные деньги, она решается ехать в Париж, чтобы устроить выставку и получить заказы. В 1924 году она уезжает.

Годы, проведенные в Париже, не принесли ей радости и творческого удовлетворения. Она тосковала по родине, стремилась отразить свою любовь к ней в своих картинах. Ее первая выставка прошла лишь в 1927 году. Заработанные деньги она высылала матери и детям.

В 1961 в Париже ее навещают два советских художника – С. Герасимов и Д. Шмаринов. Позже в 1965 году, они устраивают для неё выставку в Москве.

В 1966 году состоялась последняя, большая выставка произведений Серебряковой в Ленинграде и Киеве.

В 1967 году в Париже в возрасте 82 лет Зинаида Евгеньевна Серебрякова скончалась.

Творчество Серебряковой

Еще в молодости художница всегда выражала в своих этюдах любовь к России. Ее картина «Сад в цвету» и некоторые другие ясно говорят об очаровании российских бескрайних просторов, луговых цветов, полей.

Картины, которые появились в экспозициях выставок 1909 – 1910 гг., выражают своеобразный и неповторимый стиль.

Наибольший восторг у зрителей вызвал автопортрет «За туалетом». Женщина, живущая в небольшой деревушке, в один из коротких зимних вечеров, смотрясь в зеркало, улыбается своему отражению, словно играя с гребнем. В этом произведении молодой художницы, как и она сама, все дышит свежестью. Нет никакого модернизма; уголок комнаты, словно освещенный молодостью, предстает перед зрителем во всей своей прелести и радости.

Наибольший пик творчества художницы приходится на предреволюционные годы. Это картины о крестьянах и прекрасных российских пейзажах, а также и бытовые жанры например, картина «За завтраком», «Балерины в уборной».

За туалетом За завтраком Беление холста

Одним из значительных произведений в эти годы является картина «Беление холста», написанная в 1916 г, где Серебрякова выступает как художник-монументалист.

Фигуры деревенских женщин на лугу возле речки выглядят величественно, из-за изображения низкого горизонта. Ранним утром они расстилают только что сотканные холсты и оставляют их на день под яркими лучами солнышка. Композиция строится в красных, зеленых и коричневых тонах, что и придает небольшому холсту свойства монументально-декоративного полотна. Это своего рода гимн тяжелому труду крестьян. Фигуры выполнены в разных цветовых и ритмических ключах, что создает единую пластическую мелодию, замкнутую внутри композиции. Все это единый величественный аккорд, который прославляет красоту и силу русской женщины. Крестьянки изображены на берегу небольшой речки, от которой ввысь вздымается предутренний туман. Красноватые лучи солнышка придают особое очарование женским лицам. «Беление холста» напоминает древние фрески.

Художница трактует эту работу как ритуальное действо, показывая красоту людей и мира, при помощи живописного и линейного ритма картины. К сожалению, это последняя большая работа Зинаиды Серебряковой.

В этом же году Бенуа заказывают украсить росписью Казанский вокзал и он приглашает для работы свою племянницу. Художница решает по-своему создать восточную тему. Представить Индию, Японию, Турцию и Сиам как красивых женщин Востока.

В самом расцвете творчества художницу постигает огромное горе. Заболев тифом, за короткое время от этой страшной болезни сгорает муж, и на руках Серебряковой остаются мать и четверо детей. Семья испытывает острую нужду буквально во всем. Запасы, что были в имении полностью разграблены. Нет красок, и художница пишет углем и карандашом свой «Карточный Домик», в котором изображает своих детей.

Серебрякова отвечает категорическим отказом освоить стиль футуризма и находит работу в археологическом музее Харькова, делая карандашом эскизы экспонатов.

Любители искусства почти даром, за еду или старые вещи приобретают ее картины.

Серебрякова путешествует по африканским странам. Экзотические пейзажи удивляют ее, она пишет Атласские горы, портреты женщин-африканок, создает цикл этюдов о рыбаках Бретани.

В 1966 году в столице СССР в Москве и некоторых крупных городах были открыты выставки работ Серебряковой, многие из картин приобретены российскими музеями.

Интересные факты из жизни художницы

В юности Зинаида влюбилась и вышла замуж за собственного двоюродного брата. Семья не одобряла их брак, и молодые были вынуждены уехать из родных земель.

В полотнах русской художницы Зинаиды Серебряковой есть множество картин, описывающих жизнь и работу крестьянского населения. Она рисовала работающих на земле людей с натуры прямо на поле, где трудились крестьяне. Чтобы успеть схватить все детали, художница вставала раньше рабочих, приходила в поле с красками и кистями до начала всех работ.

Из-за постоянной нищеты Серебрякова была вынуждена самостоятельно делать краски, так как купить их было просто не за что. Сегодня за работы Серебряковой предлагаются баснословные суммы, хотя при жизни продать свои картины Зинаиде удавалось не всегда, и всю практически все отведенное на земле время художнице пришлось жить в бедности.

Уехав во Францию, и оставив дочь и сына в России, Серебрякова не могла и представить, что в следующий раз увидит собственного ребенка только через 36 лет.

Вернуться в Россию художница так и не смогла. Её похоронили во Франции на русском кладбище в Сен-Женевьев-де-Буа.

Библиография

  • Лапшин В. Зинаида Серебрякова // Искусство, 1965, № 11. С. 61—67.
  • Князева В. П. Зинаида Евгеньевна Серебрякова. — М., 1979.
  • Зинаида Серебрякова. Письма. Современники о художнице. Автор-составитель Князева В. П. — М., 1987.

При написании этой статьи были использованы материалы таких сайтов: artariya.ru, bibliotekar.ru, art-portrets.ru, ru.wikipedia.org

Если вы нашли неточности или желаете дополнить эту статью, присылайте нам информацию на электронный адрес [email protected], мы и наши читатели будем вам очень благодарны.

Зинаида Серебрякова: картины художника

Зинаида Серебрякова - все картины Творчество. Свобода. Живопись.

Allpainters.ru создан людьми, искренне увлеченными миром творчества. Присоединяйтесь к нам!

Зинаида Серебрякова: жизнь и творчество художника

Проголосуйте

allpainters.ru

Зинаида Серебрякова картины, биография

Главная / Великие русские художники / Зинаида Серебрякова картины, биография

Зинаида Евгеньевна Серебрякова — известная русская художница. Являлась ярким представителем объединения художников «Мир искусства». Также известна, как одна из первых женщин России, вошедших в историю русской живописи.

Зинаида Серебрякова (до замужества — Лансере) родилась 12 декабря 1884 года в селе Нескучное в Харьковской губернии. С самого детства она была окружена творчеством и искусством. Дело в том, что Зинаида Евгеньевна родилась в семье, которая была прославлена настоящими талантами в различных видах творчества. Её дедом был известный архитектор Николай Бенуа (1813-1898). Известным скульптором был и отец Зинаиды — Евгений Лансере (1848-1886). Также у Зинаиды была сестра Александра Бенуа, которая занималась графикой, брат Николай — архитектор, брат Евгений — график и живописец. Стоит отметить, что на Зинаиде Серебряковой род талантливых скульпторов и художников не закончился. Дочь Евгения стали архитектором и реставратором, сын Александр стал известным оформителем и художником, дочь Татьяна стала заслуженным художником РСФСР, дочь Екатерина стала художницей.

Зинаида Лансере окончила женскую гимназию и художественную школу. Была ученицей известного живописца Осипа Эммануиловича Браза (1873-1936). Также обучалась в парижской Академии де ла Гранд Шомьер. В 1905 году вышла замуж за железнодорожного инженера Бориса Серебрякова.

Искусство художницы, которая прославила русскую живопись, очень душевное и тёплое. При помощи своего творчества она пыталась передать зрителю красоту русской земли и русской культуры. Также много путешествовала. В 1924 году уехала в Париж и долгое время не могла видеться с детьми. Первый раз после разлуки она встретилась со своей дочерью только спустя 36 лет в 1960 году, когда наступила хрущёвская оттепель. Умерла в Париже 19 сентября 1967 года. В настоящее время её картины находятся в собраниях таких крупных музеев, как: Одесский художественный музей, Русский музей, Государственная Третьяковская галерея.

Хотите украсить свой дом предметом искусства или сделать красивый подарок? В Мастерской портретов вы сможете заказать портрет маслом от профессионального художника. Высокое качество и быстрые сроки исполнения.

Зинаида Серебрякова картины

Автопортрет в костюме Пьеро

Автопортрет Зинаиды Серебряковой в белой кофточке

Автопортрет с дочерьми

Балерины в уборной

Беление холста

Бретань. Городок Пон-л Аббе. Порт

Булочница с улицы Лепик

В гримерной

Девушка с черными косами

Девушка со свечой

Елена Браславская

За завтраком

За туалетом. Автопортрет

Карточный домик

Коллиур. Катя на террасе

Крестьянка

Купальщица

Марокканка в розовом платье

Портрет Б.Е.Поповой

Портрет балерины Л.А.Ивановой

Портрет няни

👤 Блинцов | 2015-10-22, 15:51

art-assorty.ru

Зинаида Серебрякова: Исповедничество в искусстве и 36 лет разлуки с детьми

12 декабря исполняется 130 лет со дня рождения знаменитой художницы Зинаиды Серебряковой. О ее жизни и творчестве рассказывает правнучка, Анастасия Николаева, стараниями которой в феврале-марте уходящего года в Третьяковской галерее прошла выставка «Зинаида Серебрякова. Парижский период. Александр и Екатерина Серебряковы».

…Залитый солнцем каменный город, выросший среди мягких лиловых гор, золотой светящийся пляж и нежное море, полные свежести жизни девушки, колоритные марокканки в ярких нарядах, портреты сына, дочери, знакомых и незнакомых людей, которые смотрят на зрителя… детскими глазами, полными чистоты, радости и удивления. В Третьяковской галерее в начале этого года проходила выставка произведений Зинаиды Серебряковой и работ ее детей — Екатерины и Александра.

Серебряковой, одной из первых русских женщин, вошедших в историю живописи, наследнице прекрасных и знаменитых художественных семей Бенуа-Лансере, выпала тяжелая судьба. Вскоре после революции она потеряла мужа, оставшись одна с четырьмя маленькими детьми. Необходимость заработка заставила Зинаиду поехать во Францию, но вернуться в Советскую Россию она уже не смогла, и оказалась в разлуке с детьми, матерью… Но, несмотря на все беды и трагедии, она не утратила света души, который теперь льется с ее картин.

О жизни и творчестве Зинаиды Серебряковой рассказывает ее правнучка, Анастасия Николаева, стараниями которой была организована эта выставка «Зинаида Серебрякова. Парижский период. Александр и Екатерина Серебряковы».

Зинаида Серебрякова. Автопортрет

— У Зинаиды Серебряковой была настолько сильна любовь к миру, любовь ко всему, что ее окружает, что она передается людям, которые потом смотрят ее картины. У нее был дар любви, который проявлялся в любви к искусству и к людям…

Она была самой младшей в семье. Ее отец умер очень рано, когда ей еще не было трех лет, и они уехали к дедушке, известному архитектору Николаю Бенуа. Так с самого детства она оказалась окружена миром художников, для которых самым главным было служение искусству. Так и для ее дочери, Екатерины Серебряковой, служение искусству всегда было самым главным. Я смотрю на тетю Катю, которой недавно исполнилось 100 лет, она вообще не представляет, что днем можно лечь отдохнуть: «Нет, я должна работать!» Даже в ее годы она все время старается что-то делать. Любовь к своему делу плюс огромная работоспособность — это передалось от семьи.

Анастасия Николаева с Екатериной Серебряковой

— Когда смотришь на портреты детей художницы, которых Зинаида Серебрякова много писала, видишь как глубоко и нежно она их любила. Как она смогла пережить расставание?..

— Конечно, она очень тяжело все это переживала. Когда в 1924 году она уезжала во Францию, она не думала, что уезжает навсегда. Она рассчитывала пробыть там какое-то недолгое время, чтобы хоть как-то подзаработать денег. После того, как она овдовела, ей надо было кормить семью — мать и четверых детей. Она могла только рисовать, а это были голодные годы, и ее живопись была никому не нужна. Тем более, что она не стала подстраиваться ни под какие модные тенденции того времени. Единственной возможностью заработать, были заказные портреты, а люди, которые могли сделать эти заказы, уже уехали из страны.

Ее брат, Александр Бенуа, написал ей из Парижа, что, быть может, приехав туда, она сможет найти заказы. Но приехав в Париж, она и тут оказалась никому не нужна, в то время в моде была другая живопись. И потом, у Зинаиды абсолютно отсутствовала деловая хватка, она была почти не приспособлена к жизни, во Франции она оказалась весьма беспомощной. Когда делала портреты, ей не всегда платили деньги, не всегда выполняли то, что обещали. Она почти не ела, все деньги, которые ей удавалось заработать, она отсылала в Россию. И, конечно, страдала в разлуке с детьми.

Зинаида Серебрякова с детьми

С помощью Александра Бенуа удалось перевезти во Францию старшего сына, Александра. Он приехал 16-летним мальчиком и сразу же стал зарабатывать, брался за все — помогал дяде, Александру Бенуа, зарисовывал виды Парижа, делал иллюстрации для книг и журналов, расписывал какие-то абажуры, рисовал открытки, карты Парижа для туристических путеводителей, чтобы помогать семье.

— Все дети Серебряковой тоже рисовали?

— Да, с детства. Это была семья, в которой это было как воздух — как необходимо дышать, так и рисовать. Александр и Екатерина стали художниками, Евгений Серебряков был архитектором-реставратором. Моя бабушка, Татьяна, была театральным художником…

В 1928 году одна из женщин, портреты которых писала Зинаида, узнав, что у художницы остались дети в России, предложила ей помощь. Удалось привезти в Париж Катю, самую младшую. Она ехала одна на поезде, ей было лет пятнадцать. Тетя Катя рассказывала, что мама очень много работала, на кухню не заходила, не готовила, и 15-летней девочке пришлось взять на себя хозяйство, готовку, покупки, уборку. Получилось, что Катя всю жизнь посвятила таланту Зинаиды Серебряковой, несмотря на то, что сама была талантливой художницей. Но для нее мама и ее творчество были всегда на первом месте.

Фото предоставлено pr-отделом Третьяковской галереи

Конечно, на судьбе Екатерины Борисовны Серебряковой в полной мере отразилось библейское «Почитай отца твоего и мать, да будет тебе благо, и долголетен будешь на земли». Сейчас ей сто с лишним лет, но она в добром здравии. Ни у нее, ни у ее брата Александра не было своих семей. Лучшие годы Катя всегда была рядом с матерью, свою жизнь она принесла в жертву маме и искусству.

Но получилось, у нее нет одинокой старости. Семья ее сестры, Татьяны, стала ее семьей. И я с ней живу, и мои дети и внуки, ее праправнуки, к ней приезжают. А увидеть «детей своих детей» — самое высшее благо. Неожиданно на старости лет ей Господь все это дал.

Екатерина Серебрякова. Натюрморт

— Екатерина Борисовна — верующий человек?

— Зинаида Серебрякова была из французской, католической семьи. Мама была католичкой, отец в какой-то момент хотел принять православие, но не успел. Они были люди не сильно религиозные, но в церковь, конечно, ходили. А у самой Зинаиды муж был православным, и по российским правилам дети их должны были быть крещены в православии.

Когда умер Борис Серебряков, дети вместе с бабушкой и мамой стали ходить в католическую церковь, всю жизнь считали себя католиками. И оказавшись во Франции, будучи не очень близки к русской эмиграции, они ходили в католические храмы. Но когда я стала поднимать документы, оказалось, что все дети Серебряковых были крещены в православии. Священник из парижского храма Трех Святителей, который приходит ее навестить, мне признался, что его знакомство и беседа с тетей Катей стали одним из сильнейших впечатлений его жизни, что она — глубоко православный человек по духу и мировосприятию.

Фото предоставлено pr-отделом Третьяковской галереи

После смерти Зинаиды был большой период, когда она почти не ходила в церковь, но в последние годы к ней приезжают священники из Трехсвятительского подворья, она регулярно причащается, на Пасхальную вечерню даже ездила в храм. На духовном уровне, мне кажется, этот приход к Церкви стал завершением ее пути, ее жертвенной жизни в служении красоте, искусству.

Одна знакомая художница сказала, что Зинаиду Серебрякову можно назвать «исповедником в искусстве». Оказавшись в во враждебной революционной среде, которая не признавала настоящее искусство, потом во Франции, она сумела всю жизнь оставаться самой собой, и эти идеалы красоты, любви она продолжала нести всю жизнь, несмотря на то, что за ее творчество она не получала денег, несмотря на то, что ее никто не знал. Иногда ей казалось, что она была никому не нужна.

И только в последние годы ее жизни, когда в 1960 году у дочери Татьяны появилась возможность приехать к ней из России, она смогла убедиться в обратном. Стараниями Татьяны, моей бабушки, в 1966 году в Москве прошли две большие выставки. И Зинаида Серебрякова увидела, что прожила свою жизнь не зря. Через год, в 1967 году, она скончалась.

Фото предоставлено pr-отделом Третьяковской галереи

— Как прошла встреча с детьми после 36 лет разлуки?

— Для всех это было непросто. Конечно, был страх первой встречи, но было и подтверждение той близости, которая была между ними все эти годы. Ведь Зинаида всю жизнь переписывалась с детьми, они были в тесной духовной связи. Моя бабушка посылала маме все книжки по искусству, которые выходили в России, описывала все выставки. У них был одинаковый взгляд на многие происходящие события в мире искусства.

После поездки к матери бабушка, Татьяна Борисовна, начала работу по организации в России выставки Серебряковой. Да, ее работы были в постоянной экспозиции Третьяковской галереи и Русского музея, но о художнице не говорили. Ее имя замалчивалось после того, как она уехала в Париж. Благодаря усилиям Татьяны Борисовны смогла состояться большая выставка работ Серебряковой в Москве. Дочернее служение Татьяны и Екатерины позволило сохранить наследие Серебряковой и в России, и во Франции.

— Работы хранились в семье?

— Семья пережила тяжелые 30-е годы, когда бабушка детей умерла от голода. Татьяна осталась вдвоем со старшим братом Евгением, когда она была еще маленькой девочкой. Иногда им приходилось на буханку хлеба обменивать работы матери у коллекционеров, но при этом они смогли сберечь многие работы. И Екатерина во Франции, несмотря на то, что они жили очень скромно, старалась все сохранять. Бережное отношение детей к наследию матери позволило донести его до наших дней в цельности.

— На выставке представлены виртуозные, тончайшие архитектурные акварели Александра, живые нежные натюрморты и пейзажи Екатерины… На ваш взгляд, дети продолжили художественные традиции матери?

— Александр и Екатерина, скорее, продолжили художественную традицию семьи Бенуа-Лансере. Быть может, благодаря масштабу личности, своеобразию языка творчество самой Зинаиды стоит немножечко особняком от традиций семьи. Александр и Екатерина жили во Франции, были вынуждены много работать на заказ, были близки к миру искусства, к которому принадлежал их дядя, Александр Бенуа. Искусство это европейское, но с другой стороны — глубоко русское. Они же ведь даже нигде не учились, а просто вошли в семейную традицию, когда человек начинал рисовать с самого детства.

Александр Серебряков. Пейзаж

Конечно, у каждого был талант, но проявлялся он совершенно по-разному. Работы Зинаиды, Александра, Екатерины очень отличаются друг от друга, но при этом в них всех есть общее — бережное и любовное отношение к натуре и какое-то очень глубокое чувство реальности. Да, по стилю это реализм, но не фотографический. В каждой работе присутствует внутреннее чувство натуры, раскрывающее ее истинную красоту.

Работы Екатерины Борисовны похожи, быть может, на картины Федора Толстого, выполненные в манере русской живописи XVII века, но в них нет ни малейшей засушенности, излишней пунктуальности. Работы реалистичны, но они живые, в них есть и цвет, и свет, и пространство. Екатерина говорила на языке, который был ей ближе. Сама Зинаида Серебрякова, конечно, реалист, но ни в коей мене не соцреалист…

— Реалист Серебряного века, поэтический реалист…

— Она рисовала, как она видела, как чувствовала, как дышала…

Еще надо сказать, что Зинаида оказалась удивительно верна в любви к своему мужу, скончавшемуся, когда она была очень молода. Она осталась одна с четырьмя детьми, а была очень интересной женщиной, и были мужчины, которые за ней ухаживали. Но Серебрякова осталась верна мужу, никогда больше не вышла замуж. И для меня было откровением найти портреты ее мужа, нарисованные с его фотографий уже в 50-х годах. И рукой ее подписано: «Любимый Боречка»… Мне кажется, что это свидетельство цельности ее натуры, которая видна и в жизни, и в искусстве: любовь, которая одна на всю жизнь.

— Расскажите немного о работах, которые представлены на выставке.

— Многие пишут, что французский период был неким упадком в творчестве Серебряковой, что ничего равного тому, что она создала на родине, не было сделано за рубежом. Конечно, в России Серебрякова имела возможность писать большие монументальные работы, как «Беление холста», имела материальную возможность посвятить себя творчеству, не требующему немедленного зарабатывания денег, она могла писать в свое удовольствие.

Она переживала, что во Франции у нее нет условий, чтобы работать над большими картинами. Но я уверена, что ее этюды, парижские портреты никак нельзя назвать упадком. Продолжение, развитие той линии творчества, которое началось в России, достигло высочайшего мастерства в портретных работах. Смотря на человека с любовью, Серебрякова каждый раз заглядывает глубоко внутрь. И потом, когда ты смотришь на написанные ею портреты, есть ощущение соприкосновения не только с произведением искусства, но и с самим человеком. Внешне они очень простые, но затрагивают многие уровни.

Один старообрядец, причем таких, крайних взглядов, увидев портретик-набросок спящих детей, который делала Зинаида, спросил: «Кто это писал? Смотришь, словно икона!» А это был просто набросок спящих детей. Ощущение спокойствия и любви исходит из ее работ.

— Ваши дети унаследовали этот дар?

— Да, конечно, у нас все рисуют. Мой папа Иван Николаев, сын Татьяны — заслуженный художник РФ, член-корреспондент Академии художеств, долгие годы был председателем монументальной секции в Москве. Он автор проектов нескольких станций Московского метро — «Отрадная», «Боровицкая», «Достоевская». В 60-е годы сделал очень хорошую роспись в отеле и ресторане «Националь». У него много больших работ в Москве, других городах России, в Европе. Потом он работал над росписями нескольких церквей.

Иван Николаев

Мы с моей сестрой Лизой окончили «Строгановку». Лиза стала иконописцем, трудится в мастерских Троице-Сергиевой лавры. Я больше работаю маслом, тоже пишу иконы.

Мой брат, иеромонах Иннокентий, тоже окончил иконописную школу при МДА, сейчас подвизается в одном из Лаврских скитов. Сестра Татьяна раньше рисовала, но сейчас времени почти нет, у нее восемь детей, муж-священник — отец Валерий Гурин, клирик храма Николы в Пыжах.

— Но вы еще и продолжили материнскую линию семьи, воспитали четверых детей. Они тоже художники?

— Старший, Василий — архитектор. Варвара тоже иконописец, окончила Лаврскую иконописную школу. Несмотря на то, что у нее уже двое детей, старается писать. Петр работает в нашем Фонде, активно помогает во всей деятельности, и в частности, в организации этой выставки. А младший, Коля, не пошел по художественной линии, учится в Высшей Школе Экономики. Но надо же, чтобы кто-то был и в папу…

— Теперь, Анастасия, Вы продолжаете дело Екатерины и Татьяны, занимаетесь хранением и распространением наследия Зинаиды Серебряковой?

— Александр и Екатерина стремились сохранить всю коллекцию работ Серебряковой, стремились сделать все, чтобы она не разошлась по частям. Было принято решение об организации французского государственного Фонда Зинаиды Серебряковой. Его работа курируется Министерством культуры Франции, которое помогает в достижении многих задач. В Фонд вошли многие члены нашей семьи. И стремления руководителей Фонда, конечно, совпадают с желанием семьи, чтобы было сохранено наследие Серебряковой, чтобы люди знали эту художницу. Задача максимум — это создание музея, где работы Серебряковой были бы представлены в постоянной экспозиции. Но, слава Богу, что удается проводить и временные выставки.

Сейчас такое время, когда многие вокруг недовольны, любят все критиковать, жизнь видят в мраке и грязи. Мне очень хотелось этой выставкой внести в жизнь людей свет и радость, которые излучают работы Зинаиды Серебряковой. И ведь даже в очень тяжелой жизненной ситуации можно не унывать и не роптать, а заниматься творчеством, созидательной работой, дарить людям любовь.

Беседовала Алиса Струкова

www.pravmir.ru

История семьи | Serebriakova.ru

Известная русская художница Зинаида Серебрякова (1884–1967) родилась в семье, в которой традиция служения искусству восходила к XVII веку. Ее прадед Альберто Кавос — известный архитектор, по проектам которого построен Мариинский театр в Санкт-Петербурге и реконструирован Большой театр в Москве. Ее дед Николай Бенуа тоже архитектор, много строивший в Петербурге и его окрестностях.

В частности, по его проекту построены несколько зданий ансамбля дворца в Петергофе, в одном из которых помещается в настоящее время музей семьи Бенуа. Отец Зинаиды Серебряковой — известный скульптор Евгений Лансере.

С детства окруженная творческой художественной атмосферой, Зинаида тоже начала рисовать и уже в 1909 году предстала перед публикой зрелым художником, выставив свой автопортрет «Перед зеркалом». В последующие годы художница создала череду замечательных произведений, ставших теперь классикой русского искусства: пейзажей, портретов, монументальных полотен, таких как «Баня», «Жатва», «Беление холста». Она — счастливая жена и мать четверых детей.

Революция резко изменила жизнь художницы. С маленькими детьми и матерью она вынуждена бежать из сожженного имения. В 1919 году после тюремного заключения умирает любимый муж Борис Серебряков. Семья живет впроголодь. Редкими заказами Зинаида не может прокормить шесть человек. В 1924 году Александр Бенуа предлагает ей поехать в Париж, чтобы устроить выставку и заработать.

Она надеялась скоро вернуться, а не смогла вернуться никогда. Семья оказалась разделенной на долгие, долгие годы. Со своей любимой матерью Зинаида больше не увиделась. Двух своих детей увидела только после сорока лет разлуки.

Тогда, в 1924 году, она оказалась в Париже никому не нужна — в моде было абстрактное искусство.

Художница голодает, посылая почти весь свой скудный заработок матери и детям. В 1925 году к ней приезжает сын Александр, в 1928 — младшая дочь Катя. Евгений и Татьяна остаются в России, не получив разрешения на выезд. Вопреки обстоятельствам традиция семьи продолжается во всех детях Зинаиды Серебряковой.

Старший сын, Евгений Серебряков, становится архитектором. Александр Серебряков работает как художник театра и кино. Большим успехом пользуются его «портреты интерьеров», исполненные в самых известных домах Франции. Замечательны его пейзажи и книжные иллюстрации.

Младшая дочь Катя, будучи сама очень одаренным художником, посвятила всю свою жизнь служению матери и ее творчеству. Взяв на себя все хлопоты по хозяйству, Екатерина Серебрякова при этом успевает писать пейзажи, интерьеры, делает удивительные по тонкости и мастерству макеты интерьеров.

Особая роль в истории семьи выпала Татьяне Серебряковой. Оставшись почти девочкой одна после смерти бабушки, пережив тяжелую нужду, ссылку первого мужа, смерть ребенка, она не отчаялась, не опустила руки.

Татьяна становится театральным художником, Заслуженным художником РСФСР, работает во МХАТе, преподает. Ее стараниями имя и искусство Зинаиды Серебряковой возвращается в Россию. Благодаря ей не прерывается род Серебряковых. Из четверых детей З. Серебряковой она одна имела детей.

Иван Николаев, сын Татьяны Серебряковой и художника Валентина Николаева, тоже становится художником. Широко известны его монументальные работы, среди которых росписи плафона ресторана «Националь», оформление станций метро «Боровицкая», «Отрадное». Он — Заслуженный художник России и отец четверых детей. Все его дети — Анастасия, Елизавета, Матвей (в монашеском постриге Иннокентий) и Татьяна Николаевы — тоже художники. Иван Николаев — дед одиннадцати внуков и двух правнучек. Старшие внуки: Василий — архитектор, и Варвара — иконописец.

Так уже на протяжении трех столетий живет в искусстве род Кавос—Бенуа—Лансере—Серебряковых—Николаевых.

www.serebriakova.ru

Зинаида Серебрякова: биография и фото

Зинаида Серебрякова — русская художница, прославившаяся в начале 20 века своим автопортретом, прожила длинную и богатую событиями жизнь, большая часть которой прошла в эмиграции в Париже. Сейчас, в связи с проведением в Третьяковской галерее огромной выставки ее работ, хочется вспомнить и рассказать о ее нелегкой жизни, о взлетах и падениях, о судьбе ее семьи.

Зинаида Серебрякова: биография, первые успехи в живописи

Она родилась в 1884 г. в знаменитой художественной семье Бенуа-Лансере, которая прославилась несколькими поколениями скульпторов, художников, архитекторов и композиторов. Ее детство прошло в прекрасной творческой атмосфере в кругу большой семьи, окружавшей ее нежностью и заботой.

Семья жила в Петербурге, а на лето всегда переезжала в поместье Нескучное около Харькова. Живописи Зинаида Евгеньевна Серебрякова обучалась частным образом вначале у княгини Тенищевой в Петербурге, далее у портретиста О. Браза. Позднее она продолжила образование в Италии и Франции.

По возвращении из Парижа, художница вступает в общество «Мир искусства», объединявшее художников тех времен, названных впоследствии эпохой Серебряного века. Первый успех пришел к ней в 1910 г., после показа своего автопортрета «За туалетом» (1909), сразу же купленного П. Третьяковым для галереи.

На картине изображена красивая молодая женщина, которая стоит перед зеркалом, занимаясь утренним туалетом. Ее глаза приветливо смотрят на зрителя, рядом на столике разложены женские мелочи: флаконы духов, шкатулка, бусы, стоит незажженная свеча. В этой работе лицо и глаза художницы еще полны радостной молодости и солнца, выражают светлый эмоциональный жизнеутверждающий настрой.

Со своим избранником она провела все детство и юность, постоянно общаясь и в Нескучном, и в Петербурге с семьей своих родственников Серебряковых. Борис Серебряков был ее двоюродным братом, они с детства любили друг друга и мечтали пожениться. Однако это долго не получалось из-за несогласия церкви на близкородственные браки. И только в 1905 г. после договора с местным батюшкой (за 300 рублей) родные смогли устроить им венчание.

Интересы у молодоженов были совершенно противоположные: Борис готовился стать инженером железных дорог, любил риск и даже отправился на практику в Маньчжурию во время русско-японской войны, а Зинаида Серебрякова увлекалась живописью. Однако у них были очень нежные и крепкие любовные отношения, радужные планы на будущую совместную жизнь.

Их совместная жизнь началась с поездки в Париж длиной в год, где художница продолжала обучаться живописи в Академии де ла Гранд Шомьер, а Борис учился в Высшей школе мостов и дорог.

Возвратившись в Нескучное, художница активно работает над пейзажами и портретами, а Борис продолжает обучение в Институте путей сообщения и занимается домашним хозяйством. У них родились четверо детей-погодок: вначале два сына, затем две дочки. В эти годы ее детям посвящены многие работы, которые отражают все радости материнства и взросления малышей.

Известная картина «За завтраком» рисует семейное застолье в доме, где живет любовь и счастье, изображает детей за столом, окружающие домашние мелочи. Художница пишет и портреты, свои и мужа, зарисовки хозяйственной жизни в Нескучном, рисует местных крестьянок в работах «Беление холста», «Жатва» и др. Местные жители очень любили семью Серебряковых, уважали за умение вести хозяйство и поэтому с удовольствием позировали для картин художницы.

Революция и голод

Революционные события 1917 г. дошли и до Нескучного, принеся пожар и бедствие. Усадьбу Серебряковых спалили «борцы революции», но сама художница с детьми успела из нее выехать с помощью местных крестьян, которые предупредили ее и даже дали в дорогу несколько мешков пшеницы и моркови. Серебряковы переезжают в Харьков к бабушке. Борис в эти месяцы работал в качестве специалиста по дорогам вначале в Сибири, затем в Москве.

Не получая от мужа никаких известий, сильно беспокоясь за него, Зинаида Серебрякова едет его искать, оставив детей у своей матери. Однако уже после их воссоединения в дороге Борис заразился тифом и умер на руках у любящей жены. Зинаида остается одна с 4-мя детьми и престарелой матерью в голодном Харькове. Она подрабатывает в археологическом музее, делая зарисовки доисторических черепов и за эти деньги покупая детям еду.

Трагичный «Карточный домик»

Картина «Карточный домик» Зинаиды Серебряковой была написана спустя несколько месяцев после гибели мужа Бориса, когда художница впроголодь жила с детьми и своей матерью в Харькове, и стала самой трагичной среди ее работ. Сама Серебрякова воспринимала название картины как метафору собственной жизни.

Она была написана масляными красками, которые были последними в тот период, т.к. все деньги уходили на то, чтобы не умереть семье от голода. Жизнь развалилась как карточный домик. И впереди у художницы не было никаких перспектив в творческой и личной жизни, главное на тот момент было — спасти и прокормить детей.

Жизнь в Петрограде

В Харькове не было ни денег, ни заказов на работы по живописи, поэтому художница решает перебраться всей семьей в Петроград, поближе к родственникам и культурной жизни. Ее приглашают на работу в Петроградский отдел музеев на место профессора в Академии художеств, и в декабре 1920 г. вся семья уже живет в Петрограде. Однако от преподавательской деятельности она отказалась, чтобы работать в своей мастерской.

Серебрякова пишет портреты, виды Царского села и Гатчины. Однако ее надежды на лучшую жизнь не оправдались: в Северной столице также был голод, приходилось даже есть картофельные очистки.

Редкие заказчики помогали Зинаиде кормить и растить детей, дочь Таня начала обучаться хореографии в Мариинском театре. В дом к ним постоянно приходили юные балерины, которые позировали художнице. Так была создана целая серия балетных картин и композиций, в которых показаны юные сильфиды и балерины, одевающиеся для выхода на сцену в спектакле.

В 1924 г. начинается оживление выставочной деятельности. Несколько картин Зинаиды Серебряковой на выставке русского искусства в Америке были проданы. Получив гонорар, она принимает решение уехать на время в Париж, чтобы заработать денег на содержание своей большой семьи.

Париж. В эмиграции

Оставив детей с бабушкой в Петрограде, Серебрякова приезжает в Париж в сентябре 1924 г. Однако творческая жизнь здесь оказалась неудачной: сначала не было собственной мастерской, мало заказов, денег удается заработать очень немного, да и те она отсылает в Россию своей семье.

В биографии художницы Зинаиды Серебряковой жизнь в Париже оказалась поворотным пунктом, после которого она уже никогда не смогла вернуться на родину, а двух своих детей она увидит только спустя 36 лет, почти перед самой смертью.

Самый светлый период жизни во Франции — когда сюда приезжает ее дочь Катя, и они вместе посещают небольшие города Франции и Швейцарии, делая зарисовки, пейзажи, портреты местных крестьян (1926).

Поездки в Марокко

В 1928 г. после написания серии портретов для бельгийского предпринимателя, на заработанные деньги Зинаида и Екатерина Серебряковы отправляются в путешествие по Марокко. Пораженная красотой Востока, Серебрякова делает целую серию этюдов и работ, рисуя восточные улочки и местных жителей.

Вернувшись в Париж, она устраивает выставку «марокканских» работ, собрав огромное количество восторженных отзывов, однако ничего не смогла заработать. Все знакомые отмечали ее непрактичность и неумение продавать свои работы.

В 1932 г. Зинаида Серебрякова повторно едет в Марокко, занимаясь там опять зарисовками и пейзажами. В эти годы к ней смог вырваться сын Александр, который также стал художником. Он занимается декоративной деятельностью, оформляет интерьеры, а также изготавливает на заказ абажуры.

Ее двое детей, приехав в Париж, помогают ей зарабатывать деньги, активно занимаясь различными художественными и декоративными работами.

Дети в России

Двое детей художницы Евгений и Татьяна, оставшиеся в России с бабушкой, жили очень бедно и голодно. Их квартиру уплотнили, и они занимали только одну комнату, которую приходилось отапливать самостоятельно.

В 1933 г. ее мама Е. Н. Лансере, умерла, не выдержав голода и лишений, дети остались сами. Они уже выросли и избрали себе также творческие профессии: Женя стал архитектором, а Татьяна — художником в театре. Постепенно они устроили свою жизнь, создали семьи, однако много лет мечтали встретиться со своей матерью, постоянно ведя с ней переписку.

В 1930-е годы советское правительство приглашало ее вернуться на родину, однако в те годы Серебрякова работала над частным заказом в Бельгии, а затем началась Вторая мировая война. Уже после окончания войны она сильно заболела и не решилась на переезд.

Только в 1960 г. Татьяна смогла приехать в Париж и увидеть свою маму, спустя 36 лет после расставания.

Выставки Серебряковой в России

В 1965 в годы оттепели в Советском Союзе состоялась единственная прижизненная персональная выставка Зинаиды Серебряковой в Москве, затем она прошла в Киеве и Ленинграде. Художнице в тот момент было 80 лет, и приехать из-за состояния здоровья она не смогла, но была безмерно счастлива тем, что о ней помнят на родине.

Выставки прошли с громадным успехом, напомнив всем о забытой великой художнице, которая всегда была предана классическому искусству. Серебрякова смогла, несмотря на все бурные годы первой половины 20 в., обрести свой собственный стиль. В те годы в Европе главенствовали импрессионизм и арт-деко, абстракционизм и другие течения.

Ее дети, жившие вместе с ней во Франции, остались преданными ей до конца жизни, обустраивая ее быт и помогая материально. Они так и не завели свои семьи и жили с ней до самой смерти в возрасте 82 лет, после которой занимались организацией ее выставок.

Похоронена З. Серебрякова в 1967 г. на кладбище Сен-Женевьев де Буа в Париже.

Выставка в 2017 году

Выставка Зинаиды Серебряковой в Третьяковской галерее — самая большая за последние 30 лет (200 картин и рисунков), приуроченная к 50-летию со дня смерти художницы, проходит с апреля до конца июля 2017 г.

Предыдущая ретроспектива ее работ состоялась в 1986 г., затем были осуществлены некоторые проекты, которые показывали ее работы в Русском музее в Петербурге и на небольших частных выставках.

В этот раз кураторы французского фонда Fondation Serebriakoff собрали большое количество работ, чтобы сделать грандиозную выставку, которая в течение лета 2017 будет размещаться на 2-х этажах Инженерного корпуса галереи.

Ретроспектива расположена по хронологии, что позволит зрителю увидеть различные творческие линии художницы Зинаиды Серебряковой, начиная от ранних портретов и балетных работ танцовщиц Мариинского театра, которые были сделаны в России в 20-е годы. Всем ее картинам присущи эмоциональность и лирика, позитивное ощущение жизни. В отдельном зале представлены работы с изображениями ее детей.

На следующем этаже собраны работы, созданные в Париже в эмиграции, в их числе:

  • бельгийские панно, сделанные на заказ барона де Броуэра (1937-1937), которые одно время считались погибшими во время войны;
  • марокканские эскизы и зарисовки, написанные в 1928 и 1932 гг.;
  • портреты русских эмигрантов, которые были написаны в Париже;
  • пейзажи и этюды природы Франции, Испании и др.

Послесловие

Все дети Зинаиды Серебряковой продолжили творческие традиции и стали художниками и архитекторами, работая в различных жанрах. Младшая дочь Серебряковой — Екатерина прожила долгую жизнь, после смерти матери она активно занималась выставочной деятельностью и работой в фонде Fondation Serebriakoff, умерла в возрасте 101 года в Париже.

Зинаида Серебрякова была предана традициям классического искусства и обрела собственную манеру живописи, демонстрирующую радость и оптимизм, веру в любовь и силу творчества, запечатлев множество прекрасных моментов своей и окружающей жизни.

fb.ru


Смотрите также