Нина масляева бухгалтер биография


Нина Масляева: «Сидельцем, по их усмотрению, должна быть я»

«Я не такая крутая женщина», — заявила в суде главный свидетель обвинения. Она поведала об «обналичке», «черной кассе» и фиктивной отчетности на проекте «Платформа». Масляева заявила, что ее использовали, и пыталась создать образ жертвы

Нина Масляева. Фото: Сергей Савостьянов/ТАСС

На процессе по громкому делу «Седьмой студии» о хищении 133 млн рублей, выделенных на проект «Платформа», выступила свидетель обвинения — главный бухгалтер Нина Масляева. Заключившая сделку со следствием фигурантка сделала немало скандальных заявлений, подтвердив свои показания об обналичивании бюджетных денег. Она настаивала, что делалось это с ведома и по указанию руководства «Седьмой студии».

При этом, как считает отсидевшая пять месяцев в СИЗО Масляева, ее взяли на работу только для того, чтобы потом свалить на нее всю вину. «Сидельцем, по их усмотрению, должна быть я», — обвинила она руководство «Седьмой студии».

Представшие перед судом подсудимые не отрицают, что «обналичка» госсубсидий была, однако настаивают, что «живые» деньги были нужны для расчетов с актерами, режиссерами и техническим персоналом. Автор «Платформы», учредитель «Седьмой студии» Кирилл Серебренников, бывший гендиректор и генпродюсер организации Юрий Итин и бывшая чиновница Минкультуры Софья Апфельбаум отвергли вину в хищении 133 млн рублей путем мошенничества. Они заявили, что все обналиченные в 2011-2014 годах деньги были потрачены на постановку представлений.

Назначенное на половину десятого утра заседание началось с часовым опозданием. Оказалось, что защитница Малобродского Ксения Карпинская попала в небольшую аварию. 59-летняя Нина Масляева приехала в суд в сопровождении адвоката Юрия Ефименкова. Когда же свидетельница вошла в зал, оказалось, что она забыла паспорт на первом этаже. Было видно, что к процессу Масляева готовилась: она явилась в суд с макияжем и прической. За свидетельской трибуной она провела почти шесть часов с двумя небольшими перерывами.

Начала же она с того, что вынуждена была признать: у нее уже есть судимость. В 2010 году по приговору Брянского городского суда она получила полтора года лишения свободы условно за растрату 30 тысяч рублей Брянского областного театра драмы имени Толстого, где работала главбухом. Недостачу вскрыли в ходе ревизии. «Но эти деньги я не присваивала. У меня как раз умер муж, и кассир не сдала эти деньги в банк. Я была в таком состоянии… У меня были не очень хорошие отношения с директором, и он перевел все стрелки на меня», — заявила она.

Разговоры за «рюмкой чая»

Масляева рассказала, что на работу в АНО «Седьмая студия» (была специально создана для финансирования проекта «Платформа») ее пригласил Юрий Итин, теперь занимающий должность директора Ярославского театра драмы имени Федора Волкова. С ним, по словам свидетельницы, ее связывал совместный опыт работы в театре «Модерн»: там она была заместителем художественного руководителя по вопросам финансов, а Итин — по общим вопросам.

Это учреждение культуры также постигла проверка финансово-хозяйственной деятельности. Но от претензий удалось отбиться, и когда Итина в 2011 году позвали на «Платформу», он не забыл Масляеву, с которой сдружился. Он предложил ей стать главбухом в новой организации.

В начале июня 2011 года Масляева приехала по этому поводу на встречу Юрием Итиным, Алексеем Малобродским и Кириллом Серебренниковым. «На ней они сообщили, что будут проводиться торги с помощью Минкультуры и хорошей знакомой Итина, с которой он то ли работал, то ли училась она у него, но она состояла на должности заместителя департамента государственной поддержки искусства и народного творчества (позже Софья Апфельбаум его возглавила — Business FM)», — рассказала Масляева.

По ее словам, на встрече ей сообщили, что первоначальное финансирование составит 10 млн рублей, и «этот тендер они обязательно выиграют». Свидетельница пояснила, что это планировалось сделать с помощью Софьи Апфельбаум. По словам Масляевой, когда-то в приватной беседе Итин ей признался, что с Апфельбаум у него были «близкие дружеские отношения».

При этом свидетельница заявила: чиновница, «скорее всего, была заинтересована» в том, чтобы «Седьмая студия» получила финансирование. Однако при Масляевой Апфельбаум никакие подарки не передавались. Впрочем, из разговоров с Итиным «за рюмкой чая» она поняла, что такие подарки были, сказала Масляева.

«Апфельбаум возили в Санкт-Петербург, селили в хорошие гостиницы, кормили и поили», — продолжила она свой рассказ. А на прямой вопрос гособвинителя, получала ли чиновница какую-то выгоду от своей помощи, Масляева сказала: «Наверняка, но мне об этом не говорили».

«Было сказано, что на проекте и на госконтрактах все присутствующие могут заработать. Апфельбаум, я думаю, тоже была заинтересована в этом контракте. Я думаю, что она тоже заработала», — продолжила Масляева атаку на экс-чиновницу. «А кто сказал о возможности «заработать?» — уточнил прокурор Олег Лавров. «Не помню, наверное, Серебренников», — сказала свидетельница.

Студенты как кандидаты для «обналички»

По словам Масляевой, еще на первой встрече ее предупредили, что потребуется наличность «в большом количестве», а полученные по тендеру деньги будут с лихвой покрывать количество заявленных спектаклей. Уже тогда, заявила свидетельница, Алексей Малобродский предложил заключить фиктивные договоры со знакомыми контрагентами, при помощи которых будут обналичиваться деньги.

«Я сказала, что мне знакома система обналичивания денежных средств и мне будут нужны помощники. Было сказано, что я могу набирать людей», — продолжила свой рассказ Масляева. Она согласилась на зарплату в 150 тысяч рублей. Вначале, по ее словам, наличность снималась по корпоративной карточке фирмы, позже были заключены договоры с более чем 20 фирмами. Часть из них ей была знакома, часть — нет.

Одним их тех, кто участвовал в «обналичке», стал знакомый Масляевой, продюсер и индивидуальный предприниматель Валерий Синельников, давший показания 23 января. Масляева заметила, что в суде он «слукавил». «Он сказал, что 9% брал, но на самом деле ему платилось от 10% до 12%», — указала она.

Интересно, что, по словам свидетельницы, вначале рассматривался вариант обналичивания денег с помощью «Гоголь-центра», через студентов Кирилла Серебренникова. «Но я сказала, что ИП открыть легко, закрыть трудно. И на тот момент никто не решился из этих студентов, почему и был приглашен Синельников», — объяснила главбух.

«На встрече в 2011 году от кого конкретно вы услышали о необходимости создания такой системы [обналичивания]?» — спросил прокурор Лавров. Масляева заявила, что «слышала это и от Малобродского, и от Серебренникова», которые, «видимо, обговаривали это заранее».

Впрочем, она добавила, что с Серебренниковым «лично никогда насчет денег не общалась», поскольку «не входила в круг его близких друзей». С некоторой обидой свидетель заметила, что руководители «Седьмой студии» знали о расходовании денег «гораздо больше», чем она, не приглашая ее на свои встречи и совещания.

Масляева также рассказала, что отчеты в Минкультуры должны были соответствовать заранее заявленному плану мероприятий. Однако на практике мероприятия менялись, это очень не нравилось в министерстве, поэтому сдаваемые документы были «фиктивными» — они подгонялись к ранее составленным планам.

«Черная касса» «Седьмой студии»

По словам свидетеля, обналиченные по фиктивным договорам деньги хранились в сейфе «Седьмой студии», доступ к которому имел генпродюсер Алексей Малобродский и сменившая его позже Екатерина Воронова (находится в розыске). Также она сообщила о существовании в фирме «черной кассы», вести которую наняли Ларису Войкину. Она же, по словам Масляевой, вела учет расходования денежных средств. В ходе допроса выяснилась любопытная деталь: ранее Войкина работала вместе с Масляевой сначала в Брянском областном театре драмы секретарем, а затем в бухгалтерии театра «Модерн».

Вопросы защиты о том, как расходовалась наличность, свидетельница посоветовала задать именно Войкиной. «Я знаю, что из 120 млн рублей, которые были обналичены, часть уходила на зарплату, часть — на какие-то другие платежи и нужды. Это может сказать Войкина, у нее была касса», — заявила Масляева.

Свидетель обвинения также рассказала, что все сотрудники «Седьмой студии» получали зарплаты «в конвертах», а в отчетности были указаны заниженные суммы, поскольку зарплатный фонд составлял всего 3 млн рублей в год. Поэтому на бумаге у Итина, который получал 100 тысяч рублей, стояла зарплата в 45 тысяч рублей, а у Серебренникова, которому платили 120 тысяч, фигурировала цифра в 35 тысяч.

«Хлам» вместо отчетности

Масляева призналась, что плохо рассталась с коллегами после того, как под конец проекта в АНО «Седьмая студия» провели неофициальный аудит. «У меня возникли противоречия с Вороновой, она решила, что я похищаю деньги из неофициальной кассы. В мае 2015 года Вороновой было выдвинуто обвинение в том, что я похитила 15 млн рублей, потом 10 млн, а потом пришли к выводу что 5 млн», — вспоминала она.

С возмущением Масляева поведала о том, как ее вызвали «на ковер». Войдя в кабинет Серебренникова в «Гоголь-центре», она увидела на полу гору документов. «Я спросила, что это такое. Мне сказали: «Мы разбираем вашу деятельность». Но мы с Войкиной оставляли все документы в прошнурованном и пронумерованном виде, а там же лежал какой-то хлам», — негодовала Масляева, сказав, что покинула кабинет.

Более двух часов адвокаты подсудимых задавали ей вопросы. Масляева жаловалась на то, что они «пытаются ее подловить», а она «стоит из последних сил».

Резюмируя свое выступление, свидетель обвинения заявила, что ее специально наняли, чтобы сделать козлом отпущения. «Когда меня посадили на пять месяцев (позже Масляеву перевели под домашний арест — Business FM), мне было о чем подумать, для чего им нужна была я, такой главбух. Для того, чтобы, если что-то пойдет не так, все переложить на меня. Сидельцем, по их усмотрению, должна быть я. Так и случилось. Только вот почему-то, когда я увольнялась, никто мне претензий не предъявлял. Все документы были в порядке, все было нормально», — заявила Масляева.

По ее словам, устраиваясь на работу в «Седьмую студию», она думала, что все будет законно. «Я смотрела всем в рот, я, конечно, хотела заработать и соглашалась со всем, что предлагалось», — призналась она, добавив, что она «не такая крутая женщина» и «все глобальные решения» принимало руководство «Седьмой студии».

Масляева отметила, что должна была заниматься финансовой деятельностью, а в итоге ее роль свелась к обналичиванию денег, сдаче отчетов в Минкультуры, налоговую и внебюджетные фонды.

Оплата кредита Серебренникова

В завершение она рассказала еще один скандальный момент. Масляева утверждала, что однажды ездила гасить в банк кредит за режиссера Кирилла Серебренникова на 3 млн рублей. Она внесла в кассу 75 тысяч. «А из каких средств вы погашали [кредит]?» — спросил ее гособвинитель Олег Лавров. «Из обналиченных», — ответила Масляева.

Сам режиссер задал ей только один вопрос. «Вы описали нашу финальную встречу над кучей финансовых документов, когда мы вас назвали воровкой. У меня вопрос: а мы с цветами к вам пришли или без?» — с сарказмом спросил он. Но суд вопрос снял.

Ранее, на следствии, создатель «Платформы» рассказал: когда на финальные постановки в 2014 году не хватило денег, решили провести аудит. Найти главбуха составило тогда большого труда. Когда же она явилась, у него «возникло ощущение, что Масляева себе что-то присвоила».

Сама Нина Масляева в суде призналась, что вопросы к ней тогда вызвали раздражение, она посоветовала присутствующим: «Поищите у себя». Допрос свидетельницы продолжится 28 января в 10:00.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

www.bfm.ru

Блоги / Зоя Светова: Главный свидетель обвинения. Что нужно знать о Нине Масляевой

Курс валют предоставлен сайтом old.kurs.com.ru В среду 23 января на судебном процессе по «делу Седьмой студии» в Мещанском суде ожидается допрос экс-бухгалтера Нины Масляевой. Она единственная из обвиняемых по делу, кто признал свою вину и дал показания против других фигурантов дела. Как и почему это произошло, напоминает Зоя Светова

«Я же не Кирилл Серебренников и не Юрий Итин (экс-директор «Седьмой студии» — «МБХ медиа»), этим все сказано, я простой человек, наемный работник, поэтому меня и кинули в тюрьму. Я готова на все, сотрудничать со следствием, лишь бы меня отпустили. У меня больной отец, ему 85 лет, сидит с медсестрой, а платить кто ей будет? Он же умрет, я об этом всё время думаю», — так говорила через неделю после ареста 30 мая 2017 года бывший бухгалтер «Седьмой студии» Нина Масляева в камере ИВС на Петровке 38, посетившей ее там члену ОНК Москвы Когершин Сагиевой.

А на следующий день, 31 мая 2017 года, Масляева направила ходатайство прокурору города Москвы о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве. Согласно этому соглашению, бывший бухгалтер признала вину, сообщила о том, что готова «изобличить иных соучастников хищения денежных средств, поступавших на расчетный счет AHO «Седьмая студия» на реализацию проекта «Платформа» — Серебренникова, Итина, Малобродского и Воронову».

Подсудимая в особом порядке

6 октября 2017 Масляеву отпустили под домашний арест. А 11 января 2017 года ее дело было выделено в отдельное производство, что означало, что суд в отношении нее будет проходить в особом порядке без исследования доказательств и без допроса свидетелей.

В январе 2018 года было завершено расследование «дела Седьмой Студии». В октябре оно было передано в Мещанский суд, и процесс начался 7 ноября 2018 года. Нина Масляева по-прежнему «знакомится» с материалами дела, ее домашний арест продлен до апреля 2019 года, и процесс в отношении нее до сих пор не состоялся. По написанным условиях соглашения, Масляева сначала должна выступить главным свидетелем обвинения на основном судебном процессе «делу Седьмой студии», а уж потом предстать подсудимой на своем процессе. Ей обещаны поблажки, вероятно, в виде условного срока.

По «делу Седьмой студии» Нину Масляеву задержали одной из первых 23 мая 2017 года — в тот день СК провел 17 обысков у бывших сотрудников «Седьмой студии» и в «Гоголь-центре». 27 мая 2017 года Басманный суд отправил бывшего главбуха в СИЗО на два месяца.

На одном из первых допросов Масляева дала признательные показания.

На последующие допросах она призналась в хищении бюджетных средств, которые выделялись министерством культуры на проект «Платформа».

Из допроса Масляевой от 31 мая 2017 года: «Подытожив, хочу сказать, Итин Ю.К. и Серебренников К.С. пригласили меня для того, чтобы я помогала им в обналичивании денежных средств, выделяемых АНО «Седьмая студия», что я и сделала. Я занималась обналичиванием денежных средств при помощи банковской карты, различных ИП и ООО… Обналиченные денежные средства расходовались Итиным Ю.К., Серебренниковым, Малобродским А.А. и Вороновой Е. В. по своему усмотрению, при этом я не имела к этому никакого отношения».

Нина Масляева и Алексей Малобродский в Басманном районном суде, 2017 год. Фото: Сергей Савостьянов / ТАСС Масляева рассказала следствию, что по ее «примерным подсчетам на проведение мероприятий проекта «Платформа» с 2012 по 2014 гг. расходовалось примерно около 30 млн рублей в год, а в общей сложности порядка 90 млн рублей за три года. Оставшиеся 120 млн рублей были похищены Серебренниковым, Итиным, Малобродским и Вороновой и потрачены ими на собственные нужды». Лично она из бюджетных денежных средств, выделенных AHO «Седьмая студия» на реализацию проекта «Платформа», похитила около 5 000 000 рублей.

Масляева подробно рассказала на следствии, как она обналичивала бюджетные средства с помощью своих знакомых. Одним из них был ее хороший приятель еще по Брянску, некто Синельников, у которого было ИП, предназначенное для обналичивания. За эти услуги Масляева платила Синельникову 10−12% от суммы перечисляемых им денежных средств. Из материалов дела известно, что Масляева подарила Синельникову миллион рублей для покупки нового автомобиля.

Во время следствия были проведены очные ставки между ней и другими фигурантами дела. Экс-бухгалтер «Седьмой студии» подтверждала свои показания, но ни Кирилл Серебренников, ни Юрий Итин, ни Алексей Малобродский, ни Софья Апфельбаум на очных ставках ее показания не подтвердили.

«Мачеха из «Золушки»

Нине Леонидовне Масляевой 59 лет. Масляева родилась в Брянске. Работала главным бухгалтером в Брянском областном театры драмы имени А.К. Толстого. В ноябре 2010 года была осуждена в особом порядке по 160-й статье УК РФ («растрата»). Вину Масляева признала — она дважды похитила деньги от продажи театральных билетов по подложным квитанциям. Решение суда по ее делу было не строгим: 16 ноября 2010 года Советский суд города Брянска назначил ей наказание в виде лишения права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с выполнением организационно-распорядительных функций в сфере обеспечения финансовой деятельности сроком на полтора года».

Вскоре после приговора Масляева переехала в Москву и устроилась работать в государственный театр «Модерн», не сообщив руководству о том, что ей запрещено работать бухгалтером.

«Она приехала в Москву, как мачеха из «Золушки», прихватив своих двух дочерей, одну из которых вскоре пристроила в театр помощником режиссера, — рассказал «МБХ медиа» коллега Масляевой из Театра «Модерн». — Устроилась в театр по рекомендации знакомых главного режиссера Светланы Враговой, не поставив ее в известность о своей судимости и запрете занимать должность бухгалтера. Масляева всем рассказывала, что у нее большой долг — около двух миллионов, который она должна вернуть в Брянск».

Нина Масляева в 2012 году. Фото: личная страница в Одноклассниках В театре «Модерн» она познакомилась с гендиректором Юрием Итиным, с которым, по словам Масляевой, у нее «сложились нормальные рабочие отношения».

Итин ушел генеральным директором в «Седьмую студию» Кирилла Серебренникова осенью 2011 года, и позвал туда главным бухгалтером Масляеву. Она проработала в «Седьмой студии» на проекте «Платформа» с февраля 2012 года по май 2014 года. На следствии Масляева говорила, что Итин предложил ей должность главного бухгалтера «Седьмой студии», хотя знал о ее судимости. В «Седьмой студии» на должности юриста также числилась одна из дочерей Масляевой.

Хранительница «черной кассы»

Генеральный продюсер «Седьмой студии» Екатерина Воронова, которая также проходит обвиняемой по «делу Седьмой студии» и находится в федеральном розыске, объясняла в своем письме, опубликованном на «Медузе», что не знает, получала ли дочь Масляевой зарплату, но «Седьмая студия» заплатила за нее с расчетного счета почти 250 000 рублей налогов.

Кроме того, по словам Вороновой, в августе 2014 года на расчетном счете АНО «Седьмая студия» закончились денежные средства. Был произведен подсчет денежных средств, полученных от Масляевой. Их сравнили с расчетными ордерами, и обнаружилась недостача в значительном размере. Воронова сообщила об этом Итину и Серебренникову, и они решили провести независимый аудит, засомневавшись в том, что Масляева правильно ведет бухгалтерский учет.

Сама Масляева на допросе 14 июня 2017 года рассказала следствию, что руководители «Седьмой студии» заподозрили ее в недостаче пяти млн рублей.

На следствии была допрошена аудитор Жирикова. По ее словам, гендиректор Итин говорил, что «Масляева подставила и «кинула» всех на деньги». Жиркова подтвердила, что Масляева обналичивала бюджетные средства субсидии с 2012 по 2014 годы и вместе с другими сотрудницами бухгалтерии вела «черную кассу». О черной кассе также рассказывает в своем письме генпродюсер Екатерина Воронова: «Название «черная касса», так неудачно попавшее в публичное поле, изначально относилось к неправильно заполненным Ниной Леонидовной Масляевой кассовым документам — раздел, называемый «касса», ведь существует в обычной официальной отчетности. Помимо неверных данных и ошибок в оформлении, в зарплатных ведомостях стояли подписи неизвестных мне людей, а также подписи сотрудников «Седьмой студии», в том числе и моя, однако ни я, ни другие сотрудники «Седьмой студии» не могли вспомнить, чтобы они такое подписывали, и своих подписей не узнавали /…./Одним словом касса, ранее сделанная Масляевой, заслуженно стала называться «черной», и после проведения восстановительного учета (при аудите — З.С.) мы планировали уничтожить ее, чтобы не путались и не смешивались правильно и неправильно оформленные документы».

Воронова пишет, что пыталась связаться с Масляевой, чтобы та исправила ошибки и неточности, которые выявила аудиторская проверка. Но Масляева перестала отвечать на письма и звонки. Ей предложили оплатить работу аудиторской компании, поскольку «ужасное состояние дел» явилось итогом ее работы на должности бухгалтера в течение 2011−2014 годов, но она отказалась. В октябре 2014 года Масляева написала заявление об увольнении по собственному желанию.

P.S.

После увольнения из «Седьмой студии» бухгалтер Масляева оформилась главным бухгалтером в театр «У Никитских ворот». Главный режиссер театра Марк Розовский рассказал «МБХ медиа», что Масляеву ему порекомендовали в департаменте культуры города Москвы. Розовский ничего не знал о ее прежней судимости, и обыск в ее кабинете в театре «У Никитских ворот» и последующий арест Масляевой стал для него настоящим шоком: «У нас в театре Масляева работала идеально. У нас к ней не было никаких претензий. Она до сих пор числится в театре, но зарплату не получает».

Судя по выступлениям Кирилла Серебренникова и Алексея Малобродского на процессе в Мещанском суде, у них, в отличие от режиссера Марка Розовского, накопилось много вопросов и претензий к экс-бухгалтеру «Седьмой студии» Нине Масляевой.

Ей придется отвечать на них в суде.

Оригинал

14:00 19:00 Информационная программа «Эхо». 00:00

echo.msk.ru

Судья по «театральному делу» переиграла всех

Мещанский суд Москвы 11 апреля не смог вынести приговор бывшему бухгалтеру «Седьмой студии» Нине Масляевой, обвиняемой в хищении из госбюджета более 133 млн рублей. Она единственная среди фигурантов «Седьмой студии» согласилась признать вину и рассчитывала на мягкий приговор. Прокурор также ожидала услышать очевидный итог. Однако судья всех «переиграла» — вернула «театральное дело» в прокуратуру из-за ошибки в обвинительном заключении.

Где: Мещанский суд Москвы

Кто: Нина Масляева

Статья: мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ)

Стадия: рассмотрение дела в особом порядке

Грозит: наказание не превысит 2/3 от максимального срока в 10 лет лишения свободы

Как только у зала появились операторы с камерами, защитник Масляевой Юрий Ефименко надел медицинскую маску. Его подзащитная держалась равнодушно, ее не смущали журналисты. Хотя адвокат не пожелал сниматься во время протокольной съемки,  опустил голову и прикрыл глаза.

Дело Масляевой выделили в отдельное производство и рассматривали в особом порядке — без исследования доказательств. Адвокат Ефименко пытался закрыть процесс, мотивировал свою просьбу тем, что в ходе заседания могут «всплыть вопросы личного характера». «Например, оглашены взаимоотношения моей подзащитной с другими участниками дела», — пояснил защитник. Его позицию поддержал прокурор.

Однако судья Татьяна Изотова не нашла оснований для закрытого рассмотрения и отклонила ходатайство адвоката. Слово передали прокурору, которая зачитала обвинительное заключение. Так, в 2011-2013 годах компания «Седьмая студия» Кирилла Серебренникова получила от государства деньги на проект «Платформа». Средства ушли на счета сторонних фирм, а значит,  продолжает обвинитель, произошли хищения бюджетных средств, и государству был нанесен ущерб в размере более 133 миллионов рублей. Масляева обвиняется в мошенничестве в особо крупном размере.

Помимо бывшего главбуха по делу проходят Кирилл Серебренников, Юрий Итин, Алексей Малобродский и Софья Апфельбаум. Они категорически отказываются признавать вину. Их дело выделено в отдельное производство и в настоящее время рассматривается в Мещанском суде столицы.

Прокурору потребовалось больше часа для оглашения обвинительного заключения. Чтобы сэкономить время, она пропускала абзацы и некоторые страницы. Документ полностью повторяет заключение по Серебренникову и другим фигурантам. Масляева полностью признала вину, дала признательные показания и заключила досудебное соглашение. Гособвинитель подчеркнула, что подсудимая выполнила все требования соглашения и благодаря ее показаниям были возбуждены уголовные дела.

Обвиняемая подтверждает слова прокурора, просит суд во время выступления использовать свои записи, потому что волнуется. Масляева говорит, что выполняла все указания Серебренникова, занималась обналичиванием денежных средств, признается, что для сокрытия хищений отчетность подделывалась. «Планировалось, что выделяемые деньги были обналичены, после чего часть из них была потрачена на «Платформу», а другая — похищена. Я участвовала в хищении этих денег и получала за это денежное вознаграждение», — голос Масляевой дрожит.

Она обвинила других фигурантов дела, что они в ходе следствия пытались довести до общественности, что именно Масляева занималась хищением денег. Подсудимая попросила суд «не заблуждаться по этому поводу».

«Я виновна только в том, что оказывала содействие в похищении этих денег. Хотя сама идея этого преступления принадлежит Серебренникову, Итину и Малобродскому. Прошу отнестись ко мне снисходительно и не назначать суровое наказание. Я осознаю, что совершила», — просит Масляева.

Судья уточняет у нее, каким образом в «Седьмой студии» обналичивали деньги. Подсудимая отвечает, что это производилось через фирмы, которые привлекали  Малобродский и Итин. Об остальных фирмах узнала в ходе следствия, добавляет Масляева. По ее словам, переводом денег занималась Элеонора Филимонова, фиктивные договоры заключали генеральные продюсеры, а она в свою очередь составляла финансовые отчеты.

— Вы брали денежные средства? — продолжает судья.

— Только вознаграждения в конверте.

По просьбе судьи Масляева рассказывает, что Малобродский разработал такую схему, что проект вел тот или иной продюсер. На его имя перечисляли деньги, потом обналичивали и переводили в «Седьмую студию». Затем шла схема занятых актеров, постановщиков и художников, которым платили наличными, чтобы уйти от налогов.

Изучив материалы дела, судья предлагает вернуть дело в прокуратуру. Гособвинитель не ожидала такого поворота и судорожно просит сделать перерыв.

Спустя 10 минут обвинитель так и не смогла сформулировать свою позицию, она просит уточнить основания для возврата.

— В соответствии со статьей 237 УПК (возвращение уголовного дела прокурору — А. К.), — отвечает судья.

— Но там достаточно много оснований. Одно из них — обвинительное заключение составлено с ошибками. В таком случае, я не вижу оснований, прошу не возвращать, — неуверенно просит прокурор.

Масляева и ее адвокат оставляют этот вопрос на усмотрение суда.

Вернувшись из совещательной комнаты, судья настаивает на своем и возвращает дело в прокуратуру. По ее мнению, обвинительное заключение составлено с нарушением, в частности, не указана роль Масляевой в инкриминируемом преступлении. Суд продлил ей меру пресечения и оставил под домашним арестом до 19 июля.

www.novayagazeta.ru

«Cтрашный сон»: откровения женщины, подставившей Серебренникова

Мещанский районный суд Москвы в понедельник завершил допрос главного свидетеля обвинения по делу «Седьмой студии» — экс-бухгалтера организации Нины Масляевой, которая заключила сделку со следствием и дала показания на остальных фигурантов «театрального» дела.

Следствие считает, что режиссер Кирилл Серебренников, а также продюсеры Алексей Малобродский и Юрий Итин похитили 133 млн рублей, которые в 2011–2014 годах Министерство культуры выделило на реализацию проекта «Платформа». Он занимался популяризацией современного искусства. По делу также проходит экс-глава департамента господдержки искусства и народного творчества Минкульта Софья Апфельбаум. Бывший продюсер «Седьмой студии» Екатерина Воронова в свою очередь обвиняется в уничтожении части бухгалтерских документов.

Все фигуранты, кроме Масляевой, отказываются признавать свою вину.

Допрос экс-бухгалтера растянулся на два дня и занял более 16 часов. Несколько раз заседание прерывалось, когда свидетель со слезами на глазах жаловалась на диабет, сердце и головную боль.

Масляева рассказала, что на работу в «Седьмую студию» ее пригласил Юрий Итин — он заявил, что в Минкультуре у Кирилла Серебренникова есть знакомая Софья Апфельбаум, которая поможет выиграть субсидию для «Платформы». По словам свидетеля, в приватной беседе Итин сообщил ей, что Апфельбаум заинтересована в получении этих денег «Седьмой Студией».

Так как в 2011 году Масляева успела сблизиться с Итиным во время работы в театре «Модерн», она приняла его предложение. Далее состоялась встреча с Серебренниковым и Малобродским — на ней они рассказали, что «Платформе» потребуется много наличных денег, а расходы на спектакли превысят заложенные в смету. Тогда Кирилл Серебренников якобы заявил, что «все присутствующие на встрече смогут хорошо заработать», а Малобродский привел схему обналичивания госсредств через третьих лиц. Нина Масляева согласилась и потребовала себе зарплату размером 150 тыс. рублей, а также возможность нанять помощников.

В «Седьмой студии» было две кассы — «белая» и «черная». Первая была необходима для отчетов в Минкульт, а во вторую поступали все обналиченные средства. Располагалась она в сейфе театральной организации, а занималась ею помощница Масляевой Лариса Войкина.

«Я смотрела всем в рот и соглашалась. Не такая я крутая женщина. Я нужна была только для того, чтобы изготавливать финансовые документы, держать связь с Министерством культуры. Все глобальные решения принимались руководителями. До меня доносилось только то, что нужно делать», — заявила экс-бухгалтер в суде.

По ее словам, в документах на госфинансирование приводилась приблизительная стоимость «Платформы», а отчеты, сдаваемые ежегодно, являлись фиктивными — они якобы подгонялись под конкретные суммы. Все финансовые моменты согласовывались с Апфельбаум, подчеркнула свидетель.

«Первый год эти сметы не составлялись, их стали требовать с 2013 года, и они носили чисто номинальный характер. Там был определенный шаблон — взять в аренду инструменты, декорации, в смету должны были входить зарплаты актеров. Конкретные лица там не указывались», — пояснила Масляева.

Перечень мероприятий свидетель получала от генпродюсера Малобродского. Нина Масляева также заявила, что после увольнения «забыла документацию «Седьмой студии» как страшный сон».

По словам бывшего бухгалтера, часть денег, выделенных государством, обниличивалась по банковской карте (около 120 млн рублей), а часть (порядка 90 млн рублей) с помощью ИП, которые оставляли себе до 12% от сумм. «Я знаю, что из этих денег, которые были обналичены, часть уходила на зарплату, часть, видимо, на какие-то платежи и на личные нужды. Наличкой выдавались же. Куда выдавались деньги, это может сказать Войкина. У нее касса была. Мне неизвестно», — пояснила Масляева.

Свидетель добавила, что к обналичиванию денег были привлечены предприниматели Валерий Синельников и Валерий Педченко. Они являлись приятелями Масляевой. На вопрос адвоката о том, почему свидетель привлекла к обналичиванию своих друзей, бухгалтер ответила, что так было проще: «Отправить деньги по безналу какому-то знакомому обнальщику, а в назначении указать — «На спектакль».

Также на заседании Масляева рассказала о случае, когда продюсер Воронова якобы заявила, что Кириллу Серебренникову нужно дать 300 тыс. рублей из обналиченных денег». «Я видела, она ушла с деньгами», — подчеркнула свидетель.

Она обратила внимание, что ей было безразлично происходящее на «Платформе»: она лишь составляла финансовые отчеты, перечисляла деньги и вела бухгалтерский учет.

Кроме того, Масляева подтвердила, что в рамках «Платформы» действительно проводились мероприятия, заявленные в госконтракте. На них продавались билеты. Все спектакли, которые были указаны в финансовых и творческих отчетах, совпадали.

Между тем, согласно обвинительному заключению, обналиченные деньги не шли на постановки, а были похищены.

В суде также стало известно, что Масляева уже была фигуранткой уголовного дела. До начала сотрудничества с «Седьмой студией» она была бухгалтером в Брянском областном театре драмы. Однажды проверка в организации выявила, что Масляева похитила 30 тыс. рублей. Ее приговорили к 1,5 года условно. Об этой истории при устройстве в «Седьмую студию» свидетель рассказала Юрию Итину.

www.gazeta.ru

Дело «Седьмой студии»: версия прокуроров «Медуза» прочитала обвинительное заключение и выяснила, что бухгалтер Нина Масляева рассказала следствию

7 ноября дело «Седьмой студии» начали рассматривать по существу. Фигурантам дела — Кириллу Серебренникову, Юрию Итину, Алексею Малобродскому и Софье Апфельбаум — зачитали обвинительное заключение. В нем утверждается, что они, «согласно разработанному плану и распределению преступных ролей», похитили у государства более 130 миллионов рублей, выделенных на культурный проект «Платформа». Обвинение во многом отталкивается от показаний бывшего главного бухгалтера «Седьмой студии» Нины Масляевой — она единственная согласилась сотрудничать со следствием и признала свою вину, но до сих пор ни разу публично не выступала в суде. «Медуза» ознакомилась с полным текстом обвинительного заключения и кратко пересказывает эти показания.

Текст построен на показаниях Нины Масляевой, изложенных в обвинительном заключении. Другие обвиняемые по делу «Седьмой студии» — Кирилл Серебренников, Юрий Итин, Алексей Малобродский и Софья Апфельбаум — опровергают слова бухгалтера. Серебренников 7 ноября заявил в суде, что не признает себя виновным, добавив, что обвинение «не только абсурдно, но и действительно непонятно».

В 2011 году, когда Нина Масляева работала в московском театре «Модерн», ее знакомый Юрий Итин предложил ей стать главным бухгалтером в новой организации — автономной некоммерческой организации (АНО) «Седьмая студия». Итин вместе с Алексеем Малобродским и Кириллом Серебренниковым встретились с ней и рассказали, что основной целью «Седьмой студии» будет популяризация современного искусства в рамках проекта «Платформа»; деньги на него будут выделены из бюджета.

Серебренников пояснил, что сумма финансирования будет больше, чем необходимо для проведения мероприятий, и что все четверо смогут на этом хорошо заработать. Итин в свою очередь сказал, что необходимо наладить систему обналичивания денег, часть из которых будет тратиться на проекты, а часть — присваиваться участниками встречи. Эту систему предложили выстроить Масляевой. Она ответила, что хочет заработать, но уже была судима и опасается ответственности. Серебренников заверил ее, что его авторитет, репутация и знакомства в сфере культуры защитят их от проверок.

Позже Итин рассказал Масляевой, что Минкультуры скоро будет проводить торги, их выиграет АНО «Седьмая студия» — поможет в этом хорошая знакомая Итина, сотрудница министерства Софья Апфельбаум, которая получила за это вознаграждение от Серебренникова. Курировать проект тоже будет Апфельбаум, поэтому Минкультуры не будет контролировать, как на самом деле расходуются средства.

Масляева стала главным бухгалтером «Седьмой студии». Ее непосредственными руководителями были Итин и Серебренников, без их ведома не перечислялась и не выплачивалась ни одна копейка. Генеральные продюсеры (Малобродский и впоследствии ) тоже согласовывали всю свою деятельность, включая финансовые операции, с Серебренниковым и Итиным.

Для помощи в работе Масляева наняла нескольких знакомых. Официально была трудоустроена в «Седьмой студии» только одна из них, Лариса Войкина (она также давала показания по делу «Седьмой студии»; судя по обвинительному заключению, Войкина подтвердила слова Масляевой). Она занималась кадрами и неофициальной «черной» кассой АНО, из которой выплачивала зарплаты сотрудникам: их размер Итин и Серебренников устанавливали сами.

По платежным ведомостям ежемесячная зарплата Серебренникова составляла 35 тысяч рублей, Итина — 45 тысяч, Малобродского, Вороновой и Войкиной — по 25 тысяч. На самом деле Серебренников получал ежемесячно до 240 тысяч рублей, Итин — до 200 тысяч, Малобродский, Филимонова и Воронова по 100 тысяч, Войкина — 50 тысяч. Все документы «черной» бухгалтерии уничтожили в 2014 году.

В «Седьмой студии» Масляева занималась в том числе тем, что обналичивала поступившие от Минкультуры деньги при помощи посредников. Одним из них был ее знакомый предприниматель Валерий Синельников (тоже давал показания и подтвердил слова Масляевой): на его расчетный счет переводились крупные суммы денег, он забирал 10–12% суммы, остальное обналичивал и возвращал Масляевой или в кассу АНО. В последующие годы эту же услугу «Седьмой студии» оказывали несколько других юридических и физических лиц. Фиктивные фирмы использовались, чтобы отчитываться о расходах перед Минкультуры.

Серебренников, Итин и Малобродский совместно составляли календарные планы мероприятий «Платформы», затем Итин согласовывал планы с Апфельбаум. Похитить бюджетные средства удалось потому, что фактическая стоимость проводимых на «Платформе» мероприятий была значительно меньше указанной в планах.

По подсчетам Масляевой, на проведение мероприятий проекта «Платформа» тратили около 30 миллионов рублей в год — всего порядка 90 миллионов рублей за три года. Оставшиеся 120 миллионов рублей похитили Серебренников, Итин, Малобродский и Воронова. Сама Масляева украла около пяти миллионов рублей.

Пересказала Александра Зеркалева

meduza.io

Серебренникова сдал бухгалтер

Главный бухгалтер «Седьмой студии» Нина Масляева заявила, что режиссер Кирилл Серебренников давал ей указания вносить ложные данные в финансовые отчетности. Кроме того, дочь главбуха обвинила Серебренникова в организации слежки за ней. Тем временем самой Масляевой предъявили новое обвинение, где сказано, что сумма хищения по ее делу возросла почти в 20 раз. Один из основных фигурантов «дела Седьмой студии» дала показания на художественного руководителя театра «Гоголь-центр» Кирилла Серебренникова. Об этом стало известно в среду на заседании Мосгорсуда по апелляции другого фигуранта этого дела Алексея Малобродского.

«Серебренников и Малобродский с моей помощью проводили обналичивание денежных средств», — говорится в оглашенном протоколе допроса бухгалтера «Седьмой студии» Нины Масляевой.

По ее словам, по указанию перечисленных лиц она «вносила ложные данные в финансовые отчетности». При этом само решение по жалобе Малобродского перенесено на 10 августа.

Кроме того, из протокола допроса дочери главного бухгалетра «Седьмой студии» Марины Масляевой, который также был оглашен в Мосгорсуде, следует, что неизвестные мужчины караулят ее у подъезда или автомобиля, а также следуют за ней по улицам. Когда же девушка попыталась сфотографировать мужчин, они сразу же отворачивались.

«Я считаю, что бывшие коллеги моей матери, Серебренников, (Юрий) Итин и другие, пытаются выяснить мой круг общения и хотят оказать давление на мою мать», — завила Масляева. Как следует из документов, зачитанных судьей в ходе процесса, сведения о якобы имевшем место факте слежки за Мариной Масляевой переданы в ФСБ. «Ущерб по расширенному обвинению Малобродскому и другим фигурантам составляет 68 млн рублей», — сообщила в среду журналистам адвокат Малобродского Ксения Карпинская. Ранее сообщалось, что по одному эпизоду ущерб составляет почти 1,3 млн рублей, по второму — 2,3 млн руб. Потерпевшим по делу «Седьмой студии» признано Министерство культуры.

По версии следствия, Малобродский, будучи генеральным продюсером «Седьмой студии», в 2012 году вступил в сговор с Итиным и Масляевой с целью похитить часть средств, выделенных на культурные проекты. Одним из них, по версии Следственного комитета, был непоставленный спектакль «Сон в летнюю ночь».

Как следует из оглашенных в ходе процесса судьей материалов, в конце июня всем троим фигурантам было предъявлено расширенное обвинение по части 4 статьи 159 УК (мошенничество в особо крупном размере). По словам, Карпинской суть обвинения пока неясна. Также Итина и Масляеву обвиняют в том, что они подделали договор с компанией «Инфостиль» о техническим обеспечении театрального фестиваля. Сумма ущерба по этому эпизоду составляет 1,286 млн рублей. Согласно показаниям Масляевой, она полностью признала свою вину.

Малобродский вину не признает, однако, по данным следствия, дал показания по существу. Итин также вину отрицает, но от дачи показаний отказывается, ссылаясь на позволяющую это 51-ю статью Конституции России.

Срок предварительного следствия по делу продлен до 19 октября. «Дело „Седьмой студии“ расследуется давно, однако в публичную плоскость оно перешло после обысков у дома и в рабочем кабинете худрука „Гоголь-центра“ Серебрянникова. В тот же день были задержаны бывший главбух „Седьмой студии“ Нина Масляева (она сейчас находится в СИЗО) и гендиректор Юрий Итин (сейчас он под домашним арестом), месяц спустя — Алексей Малобродский, занимавший в студии должность генерального продюсера. В настоящий момент он также содержится в следственном изоляторе.

По версии стороны защиты, под арест Малобродский был отправлен через месяц после возбуждения в отношении него уголовного дела, что противоречит законодательству. Прямо накануне заседания суда 17 июля столичная прокуратура заявила, что арест Малобродского был незаконным, так как мера пресечения ему была избрана по обвинению, касающемуся спектакля „Сон в летнюю ночь“ (обвинение заявило, что Малобродский похитил 1,3 млн рублей, выделенные из госбюджета на этот спектакль, который якобы так и не был поставлен).

Однако адвокат Малобродского представила суду, во-первых, доказательства того, что спектакль состоялся, а во-вторых — трудовую книжку подзащитного, в которой отмечено, что с августа 2012 года он не работал в „Седьмой студии“, а значит, к событиям 2014 года причастен не был.

На это суд заявил, что не может сейчас вынести решение, и перенес слушание дела на следующий день. 18 июля представители следствия появились на суде с новыми документами, отметив адвокатам, что была допущена „техническая ошибка“ и у обвинения нашлись новые документы для продления ареста Малобродскому. На этот раз Следственный комитет возбудил уголовное дело по статье „Мошенничество“, фигурантами которого стали Малобродский, Итин и Масляева — оно охватывает события 2011–2014 годов.

По мнению адвоката Ксении Карпинской, новое уголовное дело так же незаконно, как и предыдущее. „Изначально, когда суд обращается с ходатайством об избрании меры пресечения, там должно быть указано обвинение конкретного лица“, — разъяснила адвокат. По ее словам в ходатайстве, которое изначально было направлено в суд, обвинения Малобродскому не было.

Сам Серебренников пока проходит по делу свидетелем. Однако недавно на страницах газеты Suddeutsche Zeitung режиссер заявил, что следователь отобрал у него загранпаспорт.

»Я лишь свидетель, но у меня забрали загранпаспорт, я не могу выехать за границу. В сентябре я должен инсценировать в Штутгарте сказочную оперу «Ганс и Гретель» Энгельберта Хумпердинка. Надеюсь, что смогу выполнить условия моего договора», — рассказал Серебренников.

Получить комментарий СК о том, на каких основаниях у Серебренникова изъяли загранпаспорт, «Газете.Ru» не удалось. Один из адвокатов режиссера Сергей Бадампшин заявил, что «не вправе комментировать эту информацию».

news.rambler.ru


Смотрите также