Колчак биография личная жизнь судьба его детей жены


«Твоя Соня». Софья Колчак

— Среди женщин (…) есть особый разряд. Это — подруги викингов, это — светлоликие Изольды с алмазными душами. А. Солженицын «В круге первом»

Об этой женщине не писали восторженных книг, не снимали фильмов и не восхищались ее мужеством и самоотверженностью. Слишком уж «бледно» выглядит теперь каждодневный подвиг (а ее жизнь была именно подвигом) жены и матери в сравнении с яркой, порывистой и страстной жизнью другой женщины – Анны Тимиревой, ставшей ее вольной или невольной соперницей.

Имена адмирала Колчака и его возлюбленной всегда стоят рядом и ассоциируются друг с другом. А о жене знаменитого адмирала Софье почти не вспоминают и мало что знают. Что ж, свой крест супруги офицера – вечное ожидание встречи, страх за мужа, верность и умение быть незаметной рядом с ним – она несла достойно не только в жизни, но и после смерти.

Анна Тимирева, оставившая ради Колчака мужа и ребенка и последовавшая за ним в тюрьму, в старости писала о жене адмирала: «Я рада тому, что на ее долю не выпало всего того, что пришлось пережить мне». К счастью, самой Анне тоже не довелось узнать всю горечь и боль, пережитые Софьей Колчак…

Софья родилась в древнем украинском городке Каменец-Подольске в 1876 г. в дворянской семье действительного тайного советника Федора Васильевича Омирова и Дарьи Федоровны Каменской. Образование Соня получила в Смольном институте, интересовалась философией, знала семь языков, из которых французским, немецким и английским владела в совершенстве.

Софья Федоровна Омирова-Колчак

С Александром Колчаком ее познакомили его родители на балу в Морском собрании. Будущим свекрам Соня нравилась волевым характером, аристократизмом, независимостью — рано осиротев, она сама зарабатывала, преподавая языки, и не стеснялась своего положения. Все эти качества по достоинству оценил и сам Колчак. Едва ли можно было желать лучшего характера для жены военного.

Они должны были пожениться после возвращения Александра из первой экспедиции, длившейся несколько лет. Оттуда он писал невесте: «Прошло два месяца, как я уехал от Вас, моя бесконечно дорогая, и так жива передо мной вся картина нашей встречи, так мучительно и больно, как будто это было вчера. Сколько бессонных ночей я провел у себя в каюте, шагая из угла в угол, столько дум, горьких, безотрадных… без Вас моя жизнь не имеет ни того смысла, ни той цели, ни той радости. Все мое лучшее я нес к Вашим ногам, как к божеству моему, все свои силы я отдал Вам…». Ее именем он назвал остров в архипелаге Литке и мыс на острове Беннета. Эти суровые скалы среди северных морей и ветров стали символом будущей жизни самой Софьи Федоровны…

Свадьбу пришлось отложить до окончания теперь уже второй экспедиции. К тому времени Софья приехала с отцом Колчака из Петербурга в Иркутск, где через 4 года после знакомства они обвенчались в «морской» Архангело-Михайловской церкви, в которой издавна благословляли моряков, уходящих в плавание. А уже через день молодая жена провожала лейтенанта Колчака на фронт в Порт-Артур – шла Русско-японская война. Сама же Софья вернулась в Петербург. Там родилась их первая дочка, но отец даже не увидел ее – девочка не прожила и месяца. В 1910 году родился сын Ростислав, а спустя еще 2 года — дочь Маргарита.

Все эти годы для Софьи Федоровны проходили в ожиданиях, встречах и проводах мужа – полярные экспедиции чередовались с войнами. Но она не жаловалась и писала спокойные приветливые письма: «Дорогой Сашенька! Славушка начинает много говорить, считать и поет себе песни, когда хочет спать… Как твои дела? Где ты теперь? Как прошли маневры и цел ли твой миноносец? Я рада, что ты доволен своим делом. Я боюсь, не было бы войны, тут об этом много говорили. Читала роман о генерале Гарибальди по-итальянски. Вышиваю и считаю дни. Пиши про себя. Твоя любящая Соня».

Войны она боялась не зря. Когда началась Первая мировая война, семьи военных квартировались в Либаве, на самой границе, и под обстрелом немцев в городе нельзя было оставаться. Софья Федоровна, бросив все вещи, бежала с маленькими детьми. Казалось, что опасность миновала, но в дороге простудилась двухлетняя дочь и через несколько недель умерла в Гатчине. Утешить Софью Федоровну было некому – родителей давно не было в живых, муж воевал, а сын, к счастью, был еще слишком маленьким, чтобы разделить ее боль.

Когда появилась возможность, Софья отправилась к мужу в Гельсингфорс, где размещался штаб Балтийского флота. Там ее ждало еще одно испытание в лице миловидной молодой женщины, жены давнего знакомого Колчаков Сергея Тимирева – Анны. Сама Анна вспоминала о жене своего возлюбленного: «Она была очень хорошая и умная женщина и ко мне относилась хорошо. Она, конечно, знала, что между мной и Александром Васильевичем ничего нет, но знала и другое: то, что есть, очень серьезно, знала больше, чем я…»

Трудно сказать, как справилась с этим несчастьем Софья Федоровна. Наверное, помогли сильный характер, приобретенная с годами выдержка и любовь к сыну, которому она хотела «создать счастливое детство», — как писала мужу.

Адмирал Александр Васильевич Колчак

Сам Ростислав впоследствии очень точно охарактеризовал последнюю любовь отца: «Их роман красив для романистов. Но когда двое людей, обвенчанные с другими в церкви, считающие себя православными, на глазах у всех предаются своим порывам, это выглядело странно!»

После назначения в 1916 году Колчака командующим Черноморским флотом Софья Федоровна переехала с ним в Севастополь, где организовала санаторий для нижних военных чинов, возглавила дамский кружок помощи больным и раненым воинам. В августе 1917 Керенский принудил адмирала подать в отставку, после чего тот по приглашению командования американского флота уехал в США для консультирования американских военных специалистов. Все это время Софья Федоровна с сыном жила Севастополе и ждала его.

Ждала, даже когда город заняли большевики и начались расстрелы. К счастью, сына удалось отправить к друзьям на родину, в Каменец-Подольский, там было безопасно. Сама она пряталась под чужим именем в домах знакомых, пока не узнала, что вернувшегося в Россию мужа сопровождает Анна Тимирева…

Анна Тимирева

Тогда же Колчак написал жене: «Все, что могу сейчас желать в отношении тебя и Славушки, чтобы вы были в безопасности и могли бы прожить спокойно вне России настоящий период кровавой борьбы до Ее возрождения. Ты не можешь ни с какой стороны, кроме уверенности моей в безопасности и спокойной жизни твоей за границей, помочь мне в этом деле». И она уехала на английском корабле — помогли британские союзники — в Констанцу. Оттуда Софья Федоровна перебралась в Бухарест, а затем, с сыном, — во Францию. Денег не было, и она, как многие эмигрантки, сдавала в ломбард уцелевшие ценности – и серебряные ложки, и награды мужа…

Конечно, Софья Федоровна и сама работала — перешивала старые вещи, вязала, огородничала, но средств иногда не хватало даже на еду. Помогали, как могли, друзья и сослуживцы Колчака, но и сами они жили не намного богаче.

Заветной мечтой Софьи Федоровны было вырастить сына и дать ему хорошее образование. Ради этого она не стеснялась унижаться и просить денег даже у малознакомых людей. Она писала знаменитому полярному исследователю Ф. Нансену, у которого Александр Колчак когда-то проходил подготовку перед своей первой полярной экспедицией: «Дорогой сэр, все еще надеясь без надежды, я взяла на себя смелость обратиться к Вам, поскольку не вижу никого, кто хотел бы помочь нам в нашей беде… у меня есть мой мальчик, чья жизнь и будущность поставлены сейчас на карту… Молодой Колчак учится в Сорбонне… с надеждой встать на ноги и взять свою больную мать домой. Он учится уже два года, осталось еще два или три года до того, как он получит диплом и выйдет в большую жизнь. В мае начнутся экзамены, которые полностью завершатся к августу. Но как дожить до этого момента? Мы только на время хотели бы занять немного денег, чтобы перевести ему 1000 франков в месяц…»

Мечты Софьи Федоровны осуществилась, она сумела дать сыну хорошее образование. Ростислав Колчак окончил Сорбонну, был талантливым финансистом, офицером французской армии и воевал против немцев во Вторую мировую войну, как когда-то его отец. Он женился на Екатерине Развозовой, дочери убитого большевиками адмирала Александра Владимировича Развозова, а своего сына назвал в честь двух дедов-адмиралов — Александром. Потомки Колчака и сейчас живут во Франции и Америке.

Софья Федоровна Колчак с сыном Ростиславом (офицером французской армии) и внуком Александром. Франция, 1939 год

Софья Федоровна умерла в глубокой старости. До конца жизни она работала, как могла, — шила, вязала, а вырученные деньги собирала на сооружение братского памятника воинам белых армий на главном русском кладбище Франции  Сент-Женевьев-де-Буа. Среди других на нем было написано и имя адмирала Колчака. На этом же некрополе похоронили и саму Софью Федоровну.

www.matrony.ru

Судьба Анны Тимиревой после казни Колчака

Previous Entry | Next Entry

otevalmФинальные титры фильма «Адмиралъ»: «Анна Васильевна Тимирева умерла в Москве 31 января 1975 года». Своего адмирала она пережила на 55 лет. Вот только как последняя любовь Колчака провела эти годы и как уцелела в сталинских лагерях? До многих ранее засекреченных фактов докопались корреспонденты «Комсомолки».Семь арестов за 30 летПосле расстрела Колчака Анну Тимиреву выпустили из тюрьмы по амнистии. Но уже в июне 1920-го ее отправляют сроком на два года в Омский концентрационный лагерь принудительных работ. Выйдя из лагеря, Тимирева подала местным властям прошение о выезде в Харбин (там в это время жил ее первый муж - Сергей Тимирев. - Ред.). В ответ получила короткую резолюцию «Отказать» и год тюремного заключения. Третий арест последовал в 1922 году, четвертый - в 1925-м. Обвинение: «За связь с иностранцами и бывшими белыми офицерами». Ее приговорили к трем годам тюрьмы.Освободившись, Анна Васильевна вышла замуж за инженера-путейца Владимира Книпера. Но хождение по мукам продолжалось. Весной 1935 года - новый арест за «сокрытие своего прошлого», лагерь, вскоре замененный поднадзорным проживанием в Вышнем Волочке и Малоярославце. Работала швеей, вязальщицей, дворничихой. В 1938 году - снова арест, шестой по счету.На свободу она выходит после окончания войны. Из родных почти никого: ее 24-летнего сына от брака с Тимиревым Володю, талантливого художника, расстреляли 17 мая 1938 года. Муж Владимир Книпер умер от инфаркта в 1942-м: не выдержал травли супруги. Ей по-прежнему не разрешают жить в Москве, и она перебирается в Щербаков (ныне Рыбинск) Ярославской области, где Книпер-Тимиревой предлагают работу бутафором в местном драмтеатре.В фильме «Адмиралъ» Книпер-Тимиреву сыграла Лиза Боярская, а Хабенский стал Колчаком. Кадр из картины: влюбленные в штабном вагоне Верховного правителя России. Вверху фото Анны Васильевны, сделанное в 1954 году перед самым освобождением из лагеря в ЕнисейКстати, в Рыбинске в одно время с Анной жила и племянница Колчака Ольга. Несколько раз Тимирева делала попытки связаться с ней, но та отказалась. По одной версии, Ольга не хотела встречаться с женщиной, развалившей семью дяди. По другой - боялась чекистов.И не зря опасалась... В конце 1949-го Анну арестовали: десять месяцев Ярославской тюрьмы и этап в Енисейск. Говорят, Анну элементарно сдали свои же коллеги по цеху - актеры местного драмтеатра. Якобы за антисоветскую пропаганду.«На правой ноге шрам от операции...»В спецфондах Красноярского края до сих пор хранится ее личное дело. Это подлинник: все листы, вложенные справки, протоколы, пожелтевшие от времени. Но читаются очень хорошо. В архиве нам разрешают посмотреть дело, но тщательно закрывают фамилии всех сотрудников, имеющих отношение к нему, - показывать их нельзя по закону.«На основании изложенного обвиняется: Книпер-Тимирева Анна Васильевна, в 1918 - 1920 жена адмирала Колчака», - говорится в деле Анны Книпер... «Была с ним в Харбине и в Японии, участвовала в походах Колчака против советской власти. 20 декабря 1949 года за антисоветскую деятельность арестована и привлечена в качестве обвиняемой. Проведенным расследованием установлено: Книпер-Тимирева... среди своего окружения проводила антисоветскую агитацию, высказывала клевету на ВКП(б), на политику советской власти, и условия жизни трудящихся в Советском Союзе».В дело вложен «словесный портрет»: «Фигура: полная, плечи: опущены, шея: короткая, цвет волос: темно-русые с проседью, лицо: овальное, лоб: высокий, брови: дугообразные, губы: тонкие, подбородок: прямой...Особые приметы: на правой ноге имеется шрам от операции. Прочие особенности и привычки (картавит, грызет ногти, жестикулирует, сплевывает) - нет».А вот фотография, сделанная в 1954 году, перед самым освобождением гражданской жены Колчака. Анне Васильевне здесь 57 лет. (Когда Анну арестовали в первый раз, ей было 27.) На нас смотрит по-прежнему статная красивая женщина с легкой, чуть заметной улыбкой...Эти руки обнимали адмирала Колчака за час до расстрела? (Отпечатки пальцев А. В. Книпер-Тимиревой из личного дела.)«Прошу привезти мне коробку грима...»После освобождения Анна Васильевна возвращается в Рыбинск, в театр. Ей идет уже седьмой десяток, но она продолжает работать.Руки у Анны Васильевны были золотые. Удивительно талантливый человек, в юности занималась рисунком и живописью в частной студии, позднее в ссылках ей приходилось работать и инструктором по росписи игрушек, и художником-оформителем.Роскошные резные золоченые рамы для портретов она делала с помощью пропитанных клейстером газет, покрытых бронзовым порошком - из зала это выглядело совершенно достоверно. В одном из спектаклей интерьер украшала громадная ваза. В свете прожекторов она переливалась и сияла, как алмаз. На самом же деле, как вспоминают ветераны театра, ваза была сделана Книпер из обыкновенных проволочек и кусочков консервных банок.Частенько во время спектаклей Анна Васильевна сидела в зале и отмечала главным образом, как и что смотрится из зала:- Погляди! Ах как хорош пистолет из дерева! - говорила она гостившему у нее на каникулах племяннику.Иногда Анна даже выходила на сцену в небольших ролях, например, княгини Мягкой в «Анне Карениной». Правда, в письмах к близким признавалась: «Мне не нравится на сцене и скучно в гримировочной. Я чувствую себя бутафором, а не актрисой ни в какой мере, хотя, кажется, не очень выпадаю из стиля (не комплимент стилю). Очень прошу привезти коробку грима для меня, так как этого здесь нет и приходится побираться, что очень неприятно».Аккуратная интеллигентная старушка с короткими седыми волосами и яркими живыми глазами. Никто в театре не знал истории Анны Васильевны, ее любовной трагедии, связанной с Колчаком. Только вот почему-то режиссер театра, уважаемый человек, да еще с дворянским происхождением, всякий раз, когда Анну Васильевну видел, подходил и целовал ей руку. С чего бы такие знаки внимания какой-то бутафорше, шептались за кулисами.Массовка на «Мосфильме»«Мне 61 год, теперь я в ссылке. Все, что было 35 лет назад, теперь уже только история. Я не знаю, кому и зачем нужно, чтобы последние годы моей жизни проходили в таких уже невыносимых для меня условиях. Я прошу Вас покончить со всем этим и дать мне возможность дышать и жить то недолгое время, что мне осталось», - пишет в 1954 году Анна Васильевна из Рыбинска председателю Совмина Георгию Маленкову. Но реабилитацию она получит только в 1960-м.Она поселилась в Москве, получив крохотную комнатку в коммуналке на Плющихе. Шостакович и Ойстрах выхлопотали ей «за отца» (выдающегося музыкального деятеля Василия Ильича Сафонова) пенсию - 45 рублей. Снималась в массовке на «Мосфильме» - в «Бриллиантовой руке» Гайдая мелькнула в роли уборщицы, а в «Войне и мире» Бондарчука - на первом балу Наташи Ростовой в образе благородной пожилой дамы.За пять лет до смерти, в 1970-м, она пишет строчки, посвященные главной любви своей жизни - Александру Колчаку:Полвека не могу принять -Ничем нельзя помочь:И все уходишь ты опятьВ ту роковую ночь.А я осуждена идти,Пока не минет срок,И перепутаны путиИсхоженных дорог...Но если я еще живаНаперекор судьбе,То только как любовь твояИ память о тебе.Анну Васильевну Книпер похоронили на Ваганьковском кладбище рядом с родными...

via

Tags:

otevalm.livejournal.com

Любовь и смерть Колчака

Именем Колчака в советских школах пугали учеников: страшный человек, душитель свободы, враг народа. Но что мы знаем о нем?

Александр Васильевич Колчак родился в семье морского офицера-артиллериста, окончил Морской кадетский корпус.

В 1900 году в возрасте 27 лет он получил приглашение участвовать в опасной экспедиции барона Толля, снаряженной Академией наук в Ледовитый океан для исследования полярных морей.

А в 1903 году Колчак уже сам возглавил экспедицию на землю Беннетта, организованную для поиска пропавшей партии барона Толля. Экспедиция была смертельно опасной. Передвигались местами на шлюпках, местами на собаках. Когда кончилось продовольствие, держались только охотой.

Наконец, были найдены дневники Толля — косвенное свидетельство его гибели. Но Колчак продолжил путь среди льдов и торосов. Он не отступал до тех пор, пока не убедился: другие версии исключены.

За эту экспедицию Академия наук наградила его большой золотой Константиновской медалью, которую в России имели только три путешественника. Итогом его экспедиции стал научный труд «Лед Карского и Сибирского морей», а самого героя стали называть Колчак-Полярный.

Во время русско-японской войны 1904-1905 годов Колчак командовал миноносцем и батареей в Порт-Артуре. Был контужен, попал в плен.

Уважая его за отчаянную храбрость, ему, одному из немногих, японцы оставили в плену оружие, а потом, не дожидаясь конца войны, отпустили на свободу.

В Первую мировую войну Колчак командовал минным отрядом кораблей Балтийского флота. Успешные действия отряда не дали немцам прорваться к Риге и Петрограду.

В 1917 году Колчак в звании вице-адмирала был назначен командующим Черноморским флотом, и именно ему Россия обязана спасением флота на Черном море.

В Черном море застала Колчака Февральская революция. Далекий от политики, адмирал считал своим долгом верно служить родине, невзирая на беспорядки.

В июне 1917-го к нему во флагманскую каюту ворвались судовые комитетчики с постановлением об аресте и требованием сдачи личного оружия. Адмирал, глядя прямо в глаза боцману, протянувшему руку к его кортику, твердо сказал: «Не ты мне его давал, не ты и отберешь». И кортик, со свистом рассекая воздух, полетел в открытый иллюминатор…

«Он предъявлял к себе высокие требования и других не унижал снисходительностью к человеческим слабостям. Он не разменивался сам, и с ним нельзя было размениваться по мелочам — это ли не уважение к человеку?».

Так писала о Колчаке Анна Васильевна Тимирева — женщина, разделившая с ним страшную судьбу, но ни разу не пожалевшая об этом.

Анна Тимирева (в девичестве Сафонова) была дочерью директора Московской консерватории, выдающегося русского пианиста, педагога и дирижера Василия Ильича Сафонова, воспитавшего многих известных пианистов (его любимым учеником был композитор Александр Скрябин).

До 18 лет эта романтичная девушка жила в мире музыки и книг. Потом вышла замуж за 43-летнего адмирала Тимирева, героя Порт-Артура, родила сына.

До встречи с Колчаком жизнь ее была размеренной и благополучной, да и у него была надежная семья, в которой тоже рос сын…

«Это Адмирал-Полярный, тот самый», — шепнул Анне Васильевне муж, раскланявшись с проходившим мимо моряком. Так началось их знакомство.

А на следующий день они случайно встретились у друзей и внезапно почувствовали: это — судьба. А от судьбы не уйти.

— Я так давно искала тебя.

— Разве это было так трудно?

— На это ушла вся моя жизнь.

— Но у тебя впереди еще так много!

— У нас.

— Ты права: у нас.

С этого дня они жили ожиданием встречи. А расставшись, писали друг другу. Сохранились письма, короткие записки на обрывках бумаги:

«Когда я подходил к Гельсингфорсу и знал, что увижу Вас, он казался мне лучшим городом в мире»;

ЧТО ПОЧИТАТЬ ЕЩЕ:  Крепкий орешек и солдат Джейн

«Я всегда думаю о Вас»;

«Я больше, чем люблю Вас»…

Тем временем обстановка в стране накалялась. Офицерам стало опасно появляться на городских улицах. Матросы могли сорвать погоны, а то и просто поставить к стенке. Подчиненные отказывались выполнять приказы.

После отставки с поста командующего и прощания с Черным морем Адмирал-Полярный метался по белу свету: обучал американцев и японцев минному делу, побывал в Англии, Франции, Китае, Индии, Сингапуре. Но от приглашения остаться за границей отказывался.

В это тревожное время разлука с Колчаком была особенно тяжела для Анны. Она жила только ожиданием писем, а когда они приходили, запиралась, читала и плакала…

«Вы, милая, обожаемая Анна Васильевна, так далеки от меня, что иногда представляетесь каким-то сном. В такую тревожную ночь в совершенно чужом и совершенно ненужном городе я сижу перед Вашим портретом и пишу Вам эти строки. Даже звезды, на которые я смотрю, думая о Вас, — Южный Крест, Скорпион, Центавр, Арго — все чужое. Я буду, пока существую, думать о моей звезде — о Вас, Анна Васильевна».

Когда муж Анны Васильевны был откомандирован новой властью на Дальний Восток для ликвидации имущества Тихоокеанского флота, она отправила сына к матери, в Кисловодск, и поехала вместе с мужем.

Она всей душой стремилась во Владивосток, зная, что Колчак в Харбине — там сосредоточивались войска белых. Едва прибыв во Владивосток, она отправила ему через английское посольство письмо, дождалась ответа и, пообещав мужу вернуться, помчалась в Харбин…

— Мы не виделись, по-моему, целую вечность, Анна.

— Мне кажется, больше.

— Неужели через день — два опять на целую вечность?

— Теперь каждый день — вечность, милый.

— А вы не уезжайте.

— Не шутите так, Александр Васильевич.

— А я и не шучу, Анна. Останьтесь со мной, я буду вашим рабом, буду чистить ваши ботинки…

Тимирева написала мужу, что не вернется. Она жгла мосты, не оглядываясь на прошлое. Единственно, о чем болело сердце, — о сыне Володе.

А тем временем в Сибири разгоралось пламя гражданской войны. Столицей Сибири был объявлен Омск, где находились Директория и Совет министров.

Директория, состоявшая по большей части из эсеров, не могла справиться со все возраставшей анархией, с хаосом. 18 ноября 1918 года военные совершили переворот, передав всю полноту власти адмиралу Колчаку.

Позже его назовут диктатором, но справедливо ли это? К власти он не рвался, да и характером обладал не деспотичным.

Колчак был вспыльчив, но отходчив, прямолинеен, но добр и простодушен, как большинство сильных людей. Внешне суров, но доверчив, порой даже наивен. И не отступал от принципов. Это мешало ему в политической борьбе.

Если бы Колчак объявил, что обещает крестьянам землю, как это делали большевики, его армию удалось бы спасти. Но он считал, что не вправе распоряжаться землей, что этот вопрос может решать только Учредительное собрание, избранное народом.

Если бы Колчак пообещал свободу Финляндии — такое условие выдвигал ему барон Маннергейм, он получил бы военную помощь. Но адмирал отказался, считая, что и этот вопрос может решить только Учредительное собрание.

Он был демократом, свято чтил законность, а во времена борьбы за власть и анархии такая позиция обречена на провал.

После разгрома белой армии в Сибири Колчаку предложили бежать за границу под видом солдата, но он отказался и был арестован.

Анну постигла та же участь. Они сидели в одной тюрьме и иногда виделись на прогулке. На допросах Колчак никогда не называл Анну женой, надеясь отвести опасность от любимой женщины, спасти ее. Только перед расстрелом он попросил о свидании с ней, но получил отказ.

ЧТО ПОЧИТАТЬ ЕЩЕ:  Джинджер Роджерс и Фред Астер: любовь как степ

Утром 7 февраля 1920 года Колчака вывели на расстрел. Он отверг предложение завязать глаза и сам командовал своим расстрелом. Тело Колчака бросили в прорубь.

А для Анны с этих пор началась непрерывная череда арестов, тюрем, лагерей, ссылок: Бутырка, Караганда, Забайкалье, Енисейск… В промежутках между арестами она работала библиотекарем, чертежницей, маляром, воспитательницей в детском саду.

В 1938 году узнала об аресте сына, молодого художника Владимира Тимирева. А еще через десять лет на Карагандинском лагпункте услышала страшный рассказ о гибели Владимира. Уголовники забили его насмерть в лагерной бане. Тело сбросили в общую яму за зоной.

Как жить после этого? Но был у Анны Тимиревой какой-то внутренний стержень, который не позволял ей сломаться. Эта женщина удивляла всех — от аристократов до уголовников.

Представитель французской военной миссии в Сибири еще при жизни Колчака писал о ней:

«Редко в жизни мне приходилось встречать такое сочетание красоты, обаяния и достоинства. В ней сказывается выработанная поколениями аристократическая порода, даже если, как поговаривают, она из простого казачества.

Я убежден, что аристократизм — понятие не социальное, а в первую очередь духовное. Сколько на своем пути встречал я титулованных кретинов с замашками провинциальных кабатчиков и сколько кабатчиков с душой прирожденных грандов!..

Я убежденный холостяк, но, если бы когда-нибудь меня привлекла семейная жизнь, я хотел бы встретить женщину, подобную этой.

Как мне стало известно, она близка с Адмиралом еще со времени своего замужества, но даже теперь, когда сама жизнь освободила ее от прежних обязательств и свела их вместе, связь их никому не бросается в глаза, с таким тактом и деликатностью они оберегают эту связь от посторонних взглядов.

Увидеть их вдвоем большая редкость. Она старается держаться в стороне от его дел. Чаще ее можно встретить в швейных мастерских, где шьют обмундирование для армии, или в американском госпитале, выполняющей самые непрезентабельные работы по уходу за ранеными.

Но даже в этих обстоятельствах свойственная ей изящная царственность не покидает ее…».

Эту изящную царственность Анна Васильевна сохранила до старости, несмотря на то, что 37 лет провела в заключении.

Писатель Г.В.Егоров, посетивший ее в начале 70-х годов в московской коммуналке на Плющихе, был немало удивлен, увидев перед собой элегантную, бодрую восьмидесятилетнюю женщину, весьма острую на язык.

«Полжизни она провела в советских лагерях, в том числе и среди уголовников. И тем не менее за 37 лет к ней не пристало ни одного лагерного слова — речь ее интеллигентна, во всех манерах чувствуется блестящее дворянское воспитание.

Единственно, что омрачало общее впечатление, — она курила дешевые сигареты. Курила беспрестанно, через очень длинный, примитивного изготовления мундштук. И одета была бедно. Очень бедно. Но рассуждала самобытно. И очень смело.

Казалось, просидев тридцать семь лет, можно потерять не только смелость, потерять личность. А она сохранила себя. Она была в курсе культурной жизни страны, если уж не страны, то во всяком случае столицы — это точно. Голова у нее была светлая…».

Действительно, на закате жизни, в 82 года, она была так же молода душой, как в тридцать. По-прежнему любила тех, кого потеряла, хранила в себе их любовь и писала стихи об этом.

Полвека не могу принять,

Ничем нельзя помочь,

И все уходишь ты опять

В ту роковую ночь…

Но если я еще жива

Наперекор судьбе,

То только как любовь твоя

И память о тебе.

***

personallife.ru

Любовь, которая на Вы: Александр Колчак и Анна Тимирева — Статьи

Их первая встреча произошла в 1915 году на перроне вокзала. Он — русский военный, отправляющийся в служебную командировку в Гельсингфорс, она — жена его старого приятеля, офицера Сергея Тимирева. Их столкновение еще не предвещало бурных событий будущего. Более того, между ними ничего не могло случиться, у каждого были семьи. К тому моменту Александр Колчак был женат одиннадцать лет, Анна — четыре года, но у обоих уже были дети. Да и кодекс офицерской чести не допускал и мысли о тайных романах с женами друзей. Но судьба сложилась вопреки всем представлениям.

Тимирева с мужем и сыном. (wikipedia.org)

Вторая их встреча оказалась куда более очевидной. Тимирева приехала навестить мужа в Гельсингфорс, там и произошло ее официальное знакомство с Колчаком. Они были в гостях у общего товарища и случайным образом весь вечер провели вблизи друг друга. Именно тогда между ними возник негласный общий интерес и притяжение.

Ей было всего 22, ему же — 41, но с каждой встречей они понимали, что им совсем не хочется расставаться. Кстати, свидания их были совсем редкими, ведь он был флаг-офицером по оперативной части в штабе Эссена и лично принимал участие в операциях на море, а потом и вовсе стал командовать Минной дивизией, что еще больше сократило их шансы на встречи. Между тем, когда им удавалось попасть на один и тот же прием, они всегда оказывались рядом друг с другом и не могли наговориться. Со стороны это было обычное светское общение, не выходящее за рамки дозволенного — встречи только на людях и ничего лишнего ни во взглядах, ни в движениях. Однако каждый из них понимал — все, что происходит между ними намного больше, чем кажется.

Софья Колчак с сыном и внуком. (wikipedia.org)

Анна Васильевна первая решилась на признание. В своих воспоминаниях она писала: «Я сказала, что люблю его». И он, уже давно и, как ему казалось, безнадежно влюбленный, ответил: «Я не говорил вам, что люблю вас. Я вас больше чем люблю». Общение и редкие встречи с Колчаком стали для Тимиревой всем, за ним она была готова идти куда угодно, что и сделала, но об этом немного позже. Для него же она была той, ради которой преодолеваются все трудности и покоряется весь мир. Несмотря на это, они не позволяли себе ничего лишнего и с большим уважением и трепетом выстраивали свои отношения.

Спасение от постоянной разлуки они нашли в письмах, адресованных друг другу. Всего насчитывается около пятидесяти трех писем, за четыре года переписки. Некоторые письма Александр Колчак писал и не отправлял, они могли доходить до сорока страниц. Эти записи были сохранены в его дневниках. Она же временами отвечала более сдержанно, боясь показаться навязчивой и надоесть.

Вскоре Анна Тимирева поняла, что больше не может выносить постоянной разлуки с любимым и решила уйти от мужа. Это было серьезное решение, за которым следовали злословие, бесчестье и осуждение. Муж Анны пытался даже отговорить молодую девушку, но она и слышать ничего не желала. Ей хотелось счастья, любви, которую, как ей казалось, она не сможет получить оставив все, как есть. В 1918 году Тимирева получила развод и тут же отправилась вслед за Александром Васильевичем.

Анна Тимирева и слева от нее Колчак. (wikipedia.org)

На тот момент, Колчак находился в Омске, этот период времени можно назвать расцветом его деятельности — он был провозглашен Верховным правителем России. Анна приехала именно туда. Конечно, они не афишировали свои взаимоотношения в полной мере, к тому же Александр Васильевич не спешил с разводом. Однако те, кто находился вблизи к ним, ясно понимали, что между ними происходит. Доходили слухи и до жены, которая была вынуждена бежать с сыном в Европу.

После приезда Анны Васильевны, какое-то время пара жила раздельно, но даже после того, как Тимирева переехала в личную резиденцию Колчака, виделись они не так часто, как мечталось. Александр Васильевич постоянно был в разъездах.

Благо Тимирева имела хорошее образование, поэтому за время пребывания в Омске ей удалось поработать переводчицей Отдела печати при Управлении делами совета и Верховном правителе. Позже она примерила на себя еще одну роль — сестры милосердия.

Колчак справа, слева Тимирева. (wikipedia.org)

В 1919 году положение дел Колчака изменились в худшую сторону. Упомянем лишь то, что его несколько раз попросили передать все свои права и полномочия другому офицеру. В 1920 году он издал последний свой указ, после чего стал обычным гражданским. Для Александра Васильевича это было настоящим потрясением. Дальше было предательство союзников и арест. Тимирева безоговорочно пошла за ним. Ей было все нипочем, если он рядом, поэтому она добровольно отправилась в тюрьму за ним.

Когда же на допросе у Колчака спросили, какое отношение к нему имеет Анна Васильевна, он ответил, то это просто давнишняя знакомая.

Полный эпизод разговора:

«Член комиссии. Здесь добровольно арестовалась госпожа Тимирева. Какое она имеет отношение к вам?

Колчак. Она моя давнишняя хорошая знакомая; она находилась в Омске, где работала в моей мастерской по шитью белья и по раздаче его воинским чинам — больным и раненым. Она оставалась в Омске до последних дней, и затем, когда я должен был уехать по военным обстоятельствам, она поехала со мной в поезде. В этом поезде она доехала сюда до того времени, когда я был задержан чехами. Когда я ехал сюда, она захотела разделить участь со мной.

ЧК. Скажите, адмирал, она не является вашей гражданской женой? Мы имеем право зафиксировать это?

К. Нет.»

Писать друг другу они продолжали вплоть до последнего дня. Письма передавались через работников тюрьмы. Интересно то, что все это время их обращение было только на «Вы» и по имени-отчеству.

Анна Тимирева. (wikipedia.org)

Александр Васильевич Колчак был расстрелян большевиками в Иркутске, в 1920 году. Она же после этого была осуждена за свою любовь, и 37 лет провела в тюрьмах и ссылках. Реабилитирована в 1960 году, а через еще 15 лет оставила этот мир.

В конце жизни она написала: «Но если я еще жива, наперекор судьбе, То только как любовь твоя

И память о тебе.»

diletant.media

Анна Тимирёва и Александр Колчак (8 фото)

  • Pressa.tv
  • »
  • Знаменитости
  • »
  • Анна Тимирёва и Александр Колчак (8 фото)

Анна Тимирёва и Александр Колчак.Когда речь заходит о Гражданской войне, многие вспоминают белых генералов Деникина, Юденича, Корнилова, Каппеля, красных командиров Буденного, Котовского, Миронова, Лазо, Фрунзе. И спорам, кто в той войне был прав, а кто виноват, и сегодня нет конца. Но есть в истории Гражданской войны особое имя - Анна Тимирёва, возлюбленная Александра Колчака, в то время Верховного правителя России.Анна Васильевна Сафонова из дворян. Она родилась в Кисловодске в 1893 году. Когда ей исполнилось 13, семья переехала в Санкт-Петербург. Там Анна обучалась в гимназии княгини Оболенской и закончила её весьма успешно в 1911 году. Анна была весьма образованной дамой, свободно владела немецким и французским. В 18 лет она вышла замуж за морского офицера и через 3 года родила ему сына Владимира. Но счастливым этот брак лишь до того момента, как Тимирёва познакомилась в Колчаком.

Анна Темирёва, в девичестве Сафонова.Они впервые встретились в 1915 году в Гельсингфорсе. Там служил муж Анны, капитан первого ранга. Это была настоящая страсть! Анну Васильевну и Александра Васильевича не остановило даже то, что оба они были не свободны. Встречи из стали частыми, а страсть со временем превратилась в любовь. Тимирёва просто боготворила тогда ещё вице-адмирала, а он часто писал ей трогательные письма.

Александр Колчак за работойВ 1917 году, практически сразу после революции, супруг Тимирёвой эмигрировал, жена и сын Колчака остались в Париже. Как только Колчак вернулся из Англии, Анна Васильевна приехала к нему. В 1918-1919 годах Тимирёва работала в Омске переводчицей Отдела печати при Управлении делами Совета министров и Верховного правителя (так теперь величали Колчака). Частенько её видели в больнице возле раненных и в мастерской по пошиву белья для солдат.

Камера, в которой держали адмирала Колчака перед расстреломАнна Васильевна оставалась с Колчаком при любых обстоятельствах: и когда его армию разбили красные, и когда руководство чехословацкого корпуса, при молчаливом согласии французского генерала Жанена, согласилось выдать Колчака Военно-революционному комитету. Когда ЧК на протяжении двух недель допрашивала белого адмирала, Анна не только сама добровольно пошла под арест, но и смогла трижды прорваться к нему на свидание – как могла поддерживала своего возлюбленного перед неминуемой смертью.

Анна ТимирёваПосле расстрела Колчака Анну Тимирёву из тюрьмы выпустили, но именно с этого времени, и начался её настоящий крестный путь. Уже в июне 1920 года её отправили на двухлетние принудительные работы в Омский концентрационный лагерь. После выхода из тюрьмы, она подала властям прошение о выезде из страны в Харбин, где жил её первый супруг. Но в ответ пришла резолюция – «Отказать» и ещё год тюремного заключения. В 1922 году её арестовали в третий раз, а в 1925 отправили в тюрьму ещё на три года «за связь с иностранцами и бывшими белыми офицерами».

Фотографии из дела Анны ТимирёвойПосле освобождения, Анна Васильевна вышла замуж за инженера-путейца Владимира Книпера. Но весна 1935 года принесла новый арест «за сокрытие своего прошлого». Правда, лагерь через некоторое время заменили поднадзорным проживанием в Вышнем Волочке, где она проработала дворничихой и швеёй. В 1938 году произошел уже шестой по счёту арест. На свободу Анна вышла лишь после окончания войны. К тому времени, из родных у неё никого не осталось. 24-летнего сына Володю расстреляли 17 мая 1938 года. Владимир Книпер не выдержал травли жены и в 1942 году умер от инфаркта. Жить в Москве Анне не разрешали, и она перебралась в Рыбинск (тогда Щербаков), устроившись на работу бутафором в местном драмтеатре.В декабре 1949 года Анну Васильевну снова арестовали. На этот раз, за антисоветскую пропаганду по клеветническому доносу коллег по цеху. Снова десять месяцев Ярославской тюрьмы и этап в Енисейск. Снова возвращение в Рыбинск и снова работа в драмтеатре.

Анна с сыном ВладимиромК тому времени, она уже выглядела, как интеллигентная аккуратная старушка с яркими живыми глазами. В театре никто не знал историю Анны Васильевны, связанную с Колчаком. Вот, только все удивлялись, почему режиссер театра (поговаривали, что из дворян) всякий раз, когда видел Анну Васильевну, подходил и целовал ей руку.

Анна Васильевна Тимирёва. Реабилитировали Анну Васильевну только в 1960-м. Она сразу переехала в Москву и поселилась в коммунальной квартире на Плющихе. Ойстрах и Шостакович выхлопотали ей пенсию в 45 рублей. Иногда её приглашали в массовку на «Мосфильм» - в «Бриллиантовой руке» Гайдая мелькнула в роли уборщицы, а в «Войне и мире» Бондарчука — на первом балу Наташи Ростовой в образе благородной пожилой дамы.За пять лет до смерти, в 1970-м, она пишет строчки, посвященные главной любви своей жизни — Александру Колчаку:Полвека не могу принять -Ничем нельзя помочь:И все уходишь ты опятьВ ту роковую ночь.А я осуждена идти,Пока не минет срок,И перепутаны путиИсхоженных дорог...Но если я еще живаНаперекор судьбе,То только как любовь твоя

И память о тебе.

фотографии фото подборка знаменитости история россия интересное необычное

pressa.tv

Анна Тимирева: вечная жена и вечная любовь адмирала Колчака?

Анна, в девичестве Сафонова, родилась 18 июля 1893 года в Кисловодске. Спустя несколько лет ее семья переехала в Петербург. Там девочка окончила гимназию. В 1911 году Анна вышла замуж за морского офицера Сергея Николаевича Тимирева. Родила сына. А потом произошла встреча, которая перевернула ее жизнь…

Адмирал Александр Колчак был женат, к тому же старше Анны Тимиревой на девятнадцать лет. Он плавал в водах четырех океанов и двадцати морей, заслужил ряд русских и иностранных орденов. Был талантливым военным и бесконечно преданной родине личностью. Казалось бы, что могло связывать Анну и Александра, столь разных людей, однако с момента знакомства до минуты ареста, целых пять лет, они старались не терять друг друга, хоть и большую часть этого времени жили порознь, так как у каждого была своя семья. Окружение знало о симпатиях адмирала и Тимиревой, но никто не осмеливался заговорить об этом вслух. Молчал муж Анны, ничего не говорила и жена Колчака. Может, думали, что вскоре все изменится, что время поможет. Ведь влюбленные подолгу — месяцами, а однажды целый год — не виделись. Однако…

Фото: Источник

Два человека, два слившихся голоса были связаны письмами… Они общались на языке, не понятном современному человеку: к друг другу на «вы» и только по имени-отчеству. «Милая, обожаемая Анна Васильевна…» — так адмирал А. Колчак начинал свои письма. Бумажные послания были обращены к единственной настоящей любви. В них были банальные на первый взгляд слова «ручки», «глазки», «мое божество, мое счастье», «моя звезда». Но все настолько искреннее и ненадуманное, что однажды вырвавшееся у Анны «Сашенька!» не кажется излишней нежностью. Когда они наконец признались друг другу в любви… Колчак вложил все чувство в фразу: «Я Вас больше чем люблю…».

Молодая женщина развелась с мужем, оставила свою семью и с тех пор стала гражданской женой Колчака, его ангелом-хранителем. Это было самое счастливое время в ее жизни, несмотря на революцию и войну, раздиравшую Россию. Анна ТимиреваФото: Источник

Когда адмирала арестовали, она пошла в тюрьму вслед за ним. Анна Тимирева, двадцатишестилетняя молодая женщина, которая, самоарестовавшись, требовала от начальников тюрьмы выдать Александру Колчаку необходимые вещи, лекарства, так как он был болен. Они не переставали писать письма…

Февральской ночью 1920 года Колчака расстреляли. Наутро Анна спросила у прячущих глаза тюремщиков: «Скажите, он расстрелян?». Комендант не посмел соврать ей и лишь ответил: «Его увезли, даю вам слово». Разве понимал он, что женское сердце знало правду. Анна просто хотела услышать эту весть от другого, словно удостовериться, что не только она понимает, что Колчака больше нет. Нет… но любовь к нему жива.

После смерти адмирала Анна Васильевна провела в тюрьмах, лагерях, ссылках и «минусах» в общей сложности около тридцати лет. От безысходности вышла замуж, однако счастья уже не ощущала. Ее реабилитировали в 1960 году. Она умерла на восемьдесят втором году жизни, оставив стопку исписанных тетрадок и часть уцелевших, перечитанных сотни раз, писем. Анна ТимиреваФото: Источник

Она любила своего Александра Васильевича до конца жизни, в которой была «Вера, Надежда и Любовь… и Любовь из них больше…» Теги: адмирал, Анна Тимирева, Александр Колчак, настоящая любовь

shkolazhizni.ru


Смотрите также