Диденко сергей леонидович мчс биография


Диденко Сергей Леонидович

Начальник Всероссийского научно-исследовательского института по проблемам гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций МЧС Российской Федерации.Начальник Сибирского регионального центра МЧС России (2015-2019).Директор Департамента гражданской защиты МЧС России (2011-2015).

Сергей Диденко родился 25 октября 1964 года в городе Приморск, Ленинградская область. В 1981 году окончил Санкт-Петербургское Суворовское Военное училище Министерства Обороны Российской Федерации. Затем получил образование в Харьковском гвардейском высшем танковом командном училище. Позднее окончил Военную академию бронетанковых войск.

     После окончания училища Диденко проходил службу на различных командных должностях в Министерстве обороны Российской Федерации. В 1994 году переведен в МЧС России и назначен на должность начальника мобилизационной группы штаба по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям Белгородской области. В 1995 году принимал участие в боевых действиях в Чеченской республике в составе Территориального управления ГОЧС России.

     Позднее Сергей Леонидович являлся начальником штаба, а затем начальником управления по делам ГОЧС города Шебекино Белгородской области. С 2000 по 2006 год занимал должность первого заместителя начальника Главного управления МЧС России по Белгородской области. Впоследствии стал заместителем директора Департамента тыла и вооружения МЧС России.

     В 2008 году Сергей Диденко занял должность первого заместителя начальника Приволжского регионального центра МЧС России. Позднее стал директором Департамента гражданской защиты МЧС России. С 2015 года возглавлял Сибирский региональный центр МЧС России.

     В феврале 2019 года генерал-лейтенант внутренней службы Сергей Леонидович Диденко освобожден от должности начальника Сибирского регионального центра Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий.

     Сергей Диденко с 22 августа 2019 года является начальником Всероссийского НИИ по проблемам гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций МЧС Российской Федерации.

24.10.2019

ruspekh.ru

Сергей Диденко назначен начальником ВНИИ по проблемам гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций МЧС России

Нового руководителя сотрудникам института представил первый заместитель министра Александр Чуприян. Сергей Диденко заявил, что основной его целью на новой должности станет практическое воплощения имеющихся и будущих научных изысканий. Кроме того, особое внимание будет уделено анализу данных, оперативной обработке информации, эффективность НИОКР и других изысканий. Сергей Диденко начал службу в ГУ МЧС с 1994 года. С августа 1994 года по 2006 года занимал различные должности в ГУ МЧС по Белгородской области. С 2006 по 2008 год был назначен на должность заместителя директора Департамента тыла и вооружения МЧС России. С 2008 по 2011 — первый заместитель начальника Приволжского регионального центра МЧС России, С 2001 по 2015 год стал директором департамента гражданской защиты МЧС России. До нового назначения возглавлял Сибирский региональный центр МЧС РФ. Читать ещё •••

Видео дня. Белорусы штурмовали ТЦ ради бесплатных обедов

Пожары , Сергей Диденко , Александр Чуприян , МЧС

news.rambler.ru

Сибирский региональный центр МЧС возглавил генерал Диденко

Архивный кадр. © / Фото Алексея Гусева / АиФ Красноярск, 1 октября - АиФ-Красноярск.

Генерал-лейтенант Сергей Диденко назначен новым начальником Сибирского регионального центра МЧС. Соответствующий указ был подписан президентом РФ 30 сентября, сообщает пресс-служба СРЦ.

Сергей Диденко. Фото: Сибирский региональный центр МЧС

Напомним, что в конце августа президент России своим указом освободил от должности начальника СРЦ МЧС Владимира Светельского в рамках плановой кадровой ротации в Министерстве. Тогда особо подчеркивалось, что эта отставка никак не связана с оперативной ситуацией в Сибири.

Сергей Леонидович Диденко родился 25 октября 1964 года в городе Приморск Ленинградской области. Окончил Харьковское гвардейское высшее танковое командное училище, Военную академию бронетанковых войск имени Малиновского.

В феврале-марте 1995 года принимал участие в боевых действиях в Чеченской республике в составе Территориального управления ГОЧС России. Неоднократно руководил операциями по ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций. Награжден «Орденом Дружбы» и рядом ведомственных наград.

С июля 2011 по 2015 годы занимал пост директора департамента гражданской защиты МЧС России.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)
Самые интересные статьи АиФ в Telegram – быстро, бесплатно и без рекламы

krsk.aif.ru

Вице-губернатор Олег Климов — о конфликте с генералом МЧС и последних трагедиях

https://www.znak.com/2017-07-31/vice_gubernator_oleg_klimov_o_konflikte_s_generalom_mchs_i_poslednih_tragediyah

2017.07.31

Правительство Челябинской области и конкретно вице-губернатор Олег Климов, отвечающий за профилактику и борьбу с чрезвычайными происшествиями, с мая уже трижды подвергались резкой критике со стороны начальника Сибирского регионального центра МЧС РФ Сергея Диденко. Началось все в мае 2017 года, в пиковый период возникновения лесных пожаров: тогда начальник СРЦ утверждал, что власти Южного Урала ничего не делают для профилактики возгораний, а лишь ликвидируют их по факту. В начале июля, когда в Чесменском районе в частном водоеме перевернулась лодка и погибли семь человек, также от Диденко последовали публичные высказывания о бездействии властей в сфере предупреждения ЧС. В третий раз обвинения прозвучали после пожара в Пластовском районе, где погибли четыре ребенка. В интервью Znak.com Олег Климов рассказывает, почему эта критика неконструктивна.

— Олег Борисович, уже в третий раз начальник Сибирского регионального центра (СРЦ) МЧС прямо обвиняет вас в некомпетентности. Парируйте!

— Я могу только догадываться, почему Сергей Диденко такое внимание уделяет именно Южному Уралу. Смотрите сами: в конце 2016 года на федеральном уровне было принято решение о переводе МЧС на трехзвенную структуру: министерство, региональное управление, гарнизон в конкретном городе. Соответственно, был расформирован Уральский региональный центр МЧС. А вот Сибирский не расформировали, переподчинили ему училище в Екатеринбурге, спецотряд авиации, наш учебный центр в Новогорном — словом, все эти воинские части. У этих подразделений переподчинение было разумным — ну, как у военных есть округ, так и тут. Но при этом наше областное управление МЧС осталось замкнуто на Москву: снабжение, обеспечение, приказы — все идет из федерального центра, а не из Красноярска.

— Тогда чем объясняются «наезды» генерала Диденко?

— Бог его знает. Когда прошла эта реструктуризация — он, видимо, решил, что над Уралом взошло солнце Сибирского регионального центра с его активным руководителем. Видимо, он решил, что вся азиатская часть России без него пропадет и ему теперь подчинена. Я знаю его давно, он очень активный человек. Но есть вещи и методы, которые для меня неприемлемы.

— То есть все выпады в СМИ, рассылаемые через областное управление МЧС, — всего лишь борьба за власть?

— Не совсем так. В начале 2017 года, например, наше ГУ МЧС получило от Диденко бумаги — десять основных направлений своей деятельности, те, которые генерал считает ключевыми. Ничего нового там не было. Достаточно разумные идеи, но, как бы сказать… оторванные от реальности.

Он требует, чтобы пожаров у нас в области, например, не было совсем. Но ведь это нереально! Потом возьмем его недавние выпады через пресс-центр ГУ МЧС: он обвиняет Челябинскую область в том, что у нас, дескать, не развит институт сельских старост. Это просто неправда.

— А как обстоят дела на самом деле? Олег Борисович, люди ведь гибнут: перевернулась лодка в Чесменском районе, сгорел дом в Пластовском районе.

— На этом Диденко и играет. Но на самом деле у нас давно уже главы муниципальных образований поняли, что надо институт управления доводить до самых низов, до тех поселений, где даже муниципальных выборов-то не происходит. У нас в области 312 муниципальных образований. А всего населенных пунктов — 1289! Они маленькие, в сельское поселение входят иногда 4-5 населенных пунктов, где нет штатного представителя власти. Главы ведь не дураки, они и сами поняли, что так не должно быть. Вопросы, начиная от образования и до каких-то производственных проблем, надо как-то решать. Поэтому по факту институт старост у нас и так есть — просто он не проведен официально.

— В каждом селе есть такой «голос главы»?

— Совершенно верно. Он осуществляет коммуникацию с людьми, которые тут живут. Кто-то назвал их «старостами», кто-то «старшими». Уместна аналогия с председателями КТОСов в многоквартирных домах — тех ведь тоже выбирают на общем собрании. Более-менее богатые районы сразу же предусмотрели какие-то деньги, чтобы этих старост поощрять. Есть территории, где это всё еще безвозмездно. Но и там хоть на телефон дают деньги, и эти люди занимаются всеми вопросами, в том числе и безопасностью. И, кстати, политикой — это же тоже важный элемент, не все ведь каждый день заглядывают в телевизор или интернет, чтобы знать, что, вот, у нас весной президентские выборы.

— Тогда претензии СРЦ выглядят необоснованными.

— Тут надо понимать, чего пытается добиться СРЦ и чего — региональная власть. Губернатор вот намерен в ближайшее время внести на рассмотрение ЗСО законопроект, согласно которому у органов местного самоуправления по его предложению появятся полномочия по избранию таких вот старост. Мы, чтобы тема не заглохла из-за отсутствия мотивации, предложили хотя бы премировать старост от имени ЗСО. Ну согласитесь: людям нужен стимул, хоть какие они будут активисты. Но эти старосты — точно не сотрудники МЧС, которые, по мнению СРЦ, должны патрулировать каждое поле и каждое озеро. На это просто людей у ведомства не хватит. Сибирский центр уже отметился: когда с мест нам пришли телефоны старост, пока еще неофициальных, и мы передали контакты в Сибирский региональный центр — старостам начались звонки. Звонили из Красноярска с требованием доложить, сколько, мол, полей человек проверил, лесов. Люди просто начали отключать эти телефоны, и я их прекрасно понимаю. А как иначе? Какие-то посторонние дядьки пытаются тебя строить, любой здравый человек скажет: идите вы подальше.

— И все-таки: почему именно Челябинская область стала объектом пристального внимания генерал-лейтенанта Диденко? Ведь дыма без огня не бывает.

— Да всё просто. В мае начались пожары. Это традиционно, в середине апреля у нас начинается пожароопасный сезон и где-то до середины мая мы «горим». Причины тоже понятны: снег сошел, на полях — только остатки сухой прошлогодней травы, новой еще не выросло, плюс начинаются сельхозработы. Какую-то роль еще играют начинающиеся пикники. Но главное — селяне, работающие на полях и выпасающие скот. Даже на уровне государства с этим пытаются бороться, но простой запрет на сельскохозяйственный пал не работает: бывают ситуации, когда нужно сжигать всю эту солому. Появилось постановление, что владельцы участков, прилегающих к лесу, должны содержать его в противопожарном состоянии, то есть — опашка на десятиметровой полосе. Таких владельцев земли на территории Челябинской области — десятки тысяч. Как всех проверишь? Не все участки даже поставлены на кадастровый учет, там даже нельзя узнать, кто владелец. У нас наработана большая практика, мы готовим силы, издаем нормативные документы.

— Первые претензии к вам были озвучены после отказа принять авиацию МЧС.

— Да, Сибирский регцентр предложил нам запросить у них авиацию — самолет-амфибию БЕ-200 и вертолет Ми-8. Но у нас не было предпосылок, чтобы применять авиацию при горении травы. Да, было много возгораний, но за свою долгую службу в МЧС я видел ситуации и гораздо сложнее, и авиации у нас тогда не было — но всегда справлялись без эксцессов. БЕ-200 для тушения травы не нужен, больших лесных возгораний не было. Мы отказались. СРЦ настаивал — вот, мол, нам нужно. Ну, вам нужно — вы имеете такое право, СРЦ как раз командует авиацией. Базируются они в Красноярске и Хабаровске. Мы сказали: присылайте, только она будет у нас просто стоять!

— Может, хотели просто за счет области их отремонтировать?

— Ну нет, я вас уверяю, самолеты неисправные никуда не полетят. Нам предлагали исправную технику, просто ненужную. В конце концов эти самолеты и сели в Свердловской области и так там и стояли. Но, видимо, обиду Сергей Леонидович затаил. Перед майскими праздниками мы проводили КЧС — комиссию по чрезвычайным ситуациям, губернатор предпочел перестраховаться, хотя незадолго до того было уже заседание. В комиссии по конференц-связи принял участие руководитель Сибирского регионального центра. Виктор Блинов, начальник главного управления лесами области, начинает докладывать — что и как у нас происходит. И тут вмешивается Диденко и начинает в грубой форме отчитывать лесников: мол, у нас ничего не делается, мы уже сожгли лесов на столько-то миллиардов рублей — уж не знаю, откуда он взял такую цифру. Я его прервал, сказал, что хочу провести комиссию, а в конце заседания дам ему высказаться. Он посчитал, видимо, что это его оперативное совещание. Самолеты нам так и не понадобились, но личностный конфликт, видимо, после этого и начался. Никакого отношения к системе борьбы с ЧС в Челябинской области он не имеет, рычагов воздействия на нас у Диденко нет. Единственное, что он может нам помочь какими-то силами, если мы попросим.

— Вы сами говорили — учебный центр в Новогорном теперь ему принадлежит. 

— У Новогорного центра приказ МЧС, по решению генерала Буренко, начальника нашего ГУ МЧС, они выделяют силы.

— Олег Борисович, вы пытаетесь убедить, что Сергей Диденко — просто самодур.

— Я никого ни в чем не пытаюсь убедить. Но достаточно послушать записи оперативок этого генерала — и все понятно. Там такая позиция: все кругом виноваты, один я прав. Диденко пытался нас критиковать, что мы устаревшими методами занимаемся профилактикой пожаров. Я парировал: покажите, где у вас пожаров нет, мы туда приедем и переймем этот опыт полностью. После этого мы посмотрели на Сибирь — там всё горит! Это погода, над этим не властен человек: если жарко и ветрено — горит, если дал Бог дождя — все спокойно. В Сибири, понятно, в прошлом году горели деревни и гибли люди. Но не у нас же! Не надо нам диктовать, что делать, тем более что он не несет ответственности за то, что у нас происходит.

— Диденко же инициировал проверку генпрокуратуры?

— Да, когда я предложил ему не мешать работе КЧС области, он написал жалобу губернатору на меня и жалобу заместителю генпрокурора Юрию Пономареву. Без последствий. Губернатор мне отписал, конечно, но и всё. Генпрокуратура провела проверку, нарушений у нас не нашла. Так что все осталось без последствий. Все посмотрели, что сделано: на уровне правительства, ГУ лесами, муниципалитетов — претензий не возникло.

— А раньше, когда вы служили в МЧС, у вас не было личных конфликтов? Ну сложно представить, что высший офицер из Красноярска тратит свое время на то, чтобы придавить вице-губернатора где-то в Челябинской области…

—  Нет, по службе мы не пересекались. Сергей Диденко много лет отработал в Центральной России на должностях в тылу, потом был заместителем начальника регионального центра, потом вдруг вырос до начальника. Просто у него, видимо, перфекционизм: нельзя, чтобы случались вообще какие-то пожары, и он готов обвинять всех подряд, чтобы этого не было. Хотя, повторюсь, мы никак ему не подчиняемся, и начальник ГУ МЧС области, Юрий Буренко, тоже никак ему не подчиняется. Он даже наказать в Челябинской области никого не может.

— Может, здравое зерно в претензиях Диденко есть?

— Да я не спорю, оно есть! Только давайте все-таки жить в реальном мире. У нас физически не хватит сотрудников МЧС и полиции, чтобы поставить их на каждом поле, у каждого озера. У нас озер — больше трех тысяч, озер, пригодных для купания, — больше пятисот. Ну нет спасателей для каждого озера! И тем более их не будет, если СРЦ продолжит себе позволять такое…

— Обидно за эти «наезды?»

— Да не в том дело. Вот докладывает и. о. главы Чесменского района о той трагедии, когда в водоеме погибли дети. Диденко вмешивается и кричит, что это она (глава) всех утопила. Позже, когда случается трагедия в Пластовском районе, — тоже докладывает женщина, глава поселения, и снова начинается хамство. Куда это годится?

Наглая, агрессивная методика общения, с элементами демагогии. Да, у нас случилась трагедия. На мой взгляд, человек решил просто ею воспользоваться. Извините, признавать виновными у нас может только суд! А такие огульные обвинения возможны разве что на уровне некорректных политических дебатов.

— Диденко по поводу чесменской трагедии говорил об отсутствии профилактики.

— И был неправ. Там частный водоем, а спасательные посты невозможно предусмотреть везде. Есть, конечно, желание, но просто нет возможностей! Да и поставишь ты на озеро часового — озеро большое, он там никуда не успеет. Надо, прежде всего, чтобы люди сами заботились о своей безопасности. Но у нас 3,5 тыс. озер, из них таких, где можно купаться, — почти 500. Это, не считая всяких прудов, карьеров и прочего. Уберечься от таких трагедий невозможно, можно только приучать людей самих заботиться о себе. И детей надо учить плавать! Трагедия в Чесменском районе — 50 метров от берега! Умели бы плавать — все бы выплыли. Но оскорблять женщину и других — это недопустимо. Раньше вообще было недопустимо, чтобы офицер так разговаривал с женщинами. Его слова об отсутствии профилактики — это своего рода шантаж. Он хочет, чтобы мы вкладывали в безопасность больше денег. Но туда и так вкладываются миллионы! И тем не менее от трагедий никто не застрахован.

— Все-таки не бывает так, чтобы высший офицер ругал один-единственный регион просто потому, что у него настроение плохое.

— А тут мы приходим к тому, с чего начали. Уральский региональный центр МЧС расформирован. Сибирский? Под большим вопросом. 

— Вы считаете, Диденко просто пытается сделать себе саморекламу?

— Я не могу такого утверждать. Делайте выводы сами.

www.znak.com


Смотрите также