Борис капельский художник биография фото


МОЙ ФИЛЬМ "ДОМ СОЛНЦА"

?

Categories: Хочу совсем немного рассказать здесь о фильме Г. Сукачева «Дом Солнца», на котором я работала в качестве художника по костюмам.

Фильм этот мы снимали в далеких 2006-2007 годах, до всяких там «Стиляг», но судьба картины находилась в руках таких «замечательных» продюсеров, что премьера его состоялась только 1 апреля этого года.Мы вложили в этот фильм много любви и труда, поэтому очень надеюсь, что фильм получился.У нас был потрясающий сценарий, написанный по книге И. Охлобыстина  Н. Павловской и Г. Сукачевым.

На фото И. Охлобыстин (он сыграл в фильме лектора) ирежиссер. Фото сделано «мыльницей», поэтому такие смешные ножки у Ивана.

И конечно, нас вдохновляла влюбленность в этот проект самого режиссера.

Человек невероятно эмоциональный, он заряжал своим оптимизмом и актеров и в конец измученную тяжелыми съемками группу. У нас был не просто оператор-постановщик, а волшебник - С. Козлов. Я запомнила его еще по необыкновенно красивой «Одиссее» А. Кончаловского. Восхищало то, как он вдохновенно работает, а не отрабатывает проект, как это часто бывает, постоянно ищет какие-то новые интересные планы и картинки.

Г. Сукачев и С. Козлов

Еще припомнилась невероятная вежливость операторской группы.Улыбчивые, добрые, работящие, талантливые. Общались между собой так: «Мишенька, поставь мне (дальше идет какой-нибудь термин), пожалуйста!» - «Хорошо, Коленька».Матом у нас никто не ругался. При определенной брутальности сценического образа, на площадке Игорь Иванович был вежлив и интеллигентен, с таким режиссером работать – одно удовольствие.

С. Козлов...

 ... и его помощник оператор Роберт Литомский. Они не устояли от искушения тоже сыграть по маленькому эпизодику в нашем фильме.

У нас вообще была замечательная группа, что в последнее время не часто случается. А совместные экспедиции и бесконечные проблемы с финансированием, еще больше сблизили нас.Ну и немного о работе моего костюмерного цеха. Сразу скажу, пятерых главных персонажей: Сашу, Солнца, Герду, Малого и Скелета одевал московский дизайнер А. Шаров. Т.е. в его мастерских, по его эскизам создали костюмы, а потом уже мы следили за ними, одевали и т.д. и т.п.

Андрей Шаров снялся в одной из сцен.

На съемочной площадке (факт не частый) с консультантом по хиппи Володей Дзен-Баптистом (см. мой пост про нашего консультанта).

Помимо этих персонажей, был еще список на 7 листов других персонажей и эпизодников. А также большое количество массовки (почти 400 человек ежедневно), которую каждый день надо было одевать - обувать по-разному.

Демонстрация хиппи.

Собака сначала наблюдала за съемками из толпы зевак, потом вошла в кадр, где ей тут же была придумана мизансцена и она честно отработала все дубли, как заправская актриса. После съемок ее «усыновил» член съемочной группы. Так она в один день обрела и признание и кров!

Как одеть 400 хиппи так, чтобы было сразу всем понятно, чтоэто хиппи, а не просто толпа? В то время, они одевались, безусловно, скромнее, но для кино такой путь не годился. Поэтому были собраны все этнические костюмы со всех костюмерных складов Москвы и Ялты. Мы так вдохновились нарядами хиппи, что через какое-то время стали сами выглядеть, как хиппи.

Я за работой

А. Томашевский (2-ой режиссер картины) с актрисой С. Ивановой.

Еще был стройотряд, пионеры, дембели, простые москвичи и провинциальные жители.

Концерт группы «Машина времени». Костюм для И. Макаревича мы шили по фотографии с выступления  его отца времен 70-х. Других членов легендарной группы сыграли сыновья Маргулиса и нашего Игоря Ивановича.

«Что за молодежь! Всему учить надо!»,- любил повторять Игорь Иванович.

В сценарии фигурировали такие проходные персонажи - Брежнев с женой, В. Высоцкий с друзьями и Л. Енгибаров. От Енгибарова, в итоге, отказались, а В. Высоцкого сыграл сам Игорь Иванович. На фото – двойник Брежнева.

актрисы Зоя Кайдановская и Е. Германова.

Не могу не сказать пару теплых слов о художнике картины – Максиме Фесюне и его помощнике художнике-декораторе Андрее Варгоцком. Тонко чувствующие, замечательные художники, благодаря которым фильм стал законченным полотном.

М. Фесюн в декорации «Дом бабы Нюры»

невероятная печь с Битлами. Печь чем-то не понравилась режиссеру, и ее замазали. Мне было искренне жаль.

сам дом бабы Нюры, построенный и раскрашенный декораторами.

Наш ассистент по реквизиту О. Демидов сторожит гусей, чтобы они не разбежались из кадра до команды «мотор».

Крымские съёмки с прекрасной массовкой. На последней -  помощник оператора Сумбат в роли шашлычника.

Съемки в Керчи вспоминаю с легким содроганием. Во-первых, уже на месте, решили снимать вместо 30 человек массовки в парке – 300 (костюмов, как вы понимаете, с собой столько не было), плюс, пришла не та массовка-хиппи, с которой я заранее договаривалась о костюмах. Не знаю, бывают ли такие ситуации в Голливуде, где на подобной картине у меня было бы человек 30 помощников, а не двое, но у нас – кругом и рядом. Поэтому, в задачу российского художника по костюмам входит умение быстро решать подобные проблемы. Они, конечно, решаются, но от нервов и здоровья ничего не остается…

Ночные съёмки в Балаклаве. В центре сидит наш консультант по хиппи Володя Дзен - Баптист. Он сыграл в фильме маленькую роль Гуру.

художник по гриму Н. Ангелова

Съемки в Карадагском заповеднике. Было очень красиво и очень холодно.

Хочу поблагодарить еще и своих чудесных помощниц: Наргиз, Свету, Галю, Надю и костюмера с Ялтинской киностудии Наташу Соколову - чудесного человека и невероятного трудоголика.

Наташа Соколова и исполнители главных ролей С. Рядинский и С. Иванова

Фильм снимали 2 года, с перерывом на зиму-весну. Трудностей было очень много, но не хочется их вспоминать. Очень надеюсь, что вам фильм понравится, мы очень старались!

Фото «домашние», сделанные мной и моими ассистентами. Ночные фото с хиппи И. Верещагина.

Фильм можно скачать здесь http://kinozal.tv/details.php?id=580419

Сценарий можно скачать и прочитать дом-солнца-8[1].doc 

Tags: моё кино, российские художники по костюмам, российское кино, художники по костюмам

la-gatta-ciara.livejournal.com

Дом Солнца, саундтрек, оригинальная музыка, использованная музыка, в ролях, историческая основа, художественные особенности

Большое внимание в фильме уделено музыке и музыкальному оформлению. Помимо оригинальной музыки, в фильме звучат классические композиции зарубежной рок-музыки, советские песни и песни русских рок-групп.

Оригинальная музыка

  • Разгон демонстрации, Царская бухта, Гадание и Пляж : музыка — Николай Добкин
  • Вудсток и Драка: музыка — Дмитрий Варшавчик
  • Арест Корейца: музыка — Николай Добкин и Игорь Сукачёв
  • Битлз : музыка — Игорь Сукачёв

Использованная музыка

  • Steppenwolf — Born to Be Wild (M. Bonfire)
  • Sixto Rodriguez — Rich Folks Hoax (S.D. Rodriguez)
  • Sixto Rodriguez — Forget It (J. Rodriguez)
  • Cactus — Parchman Farm (M. Allison)
  • Christie — Yellow River (J. Cristie)
  • The Zombies — Time To Move
  • The Way We Live — Angle (Jim Milne)
  • The Way We Live — King Dick Two (Jim Milne, Steve Clayton)
  • Grand Funk Railroad — Mean Mistreater (Mark Farner)
  • La Cumparsita (Matos Rodriguez G.H., Maroni E.P., Contursi P., аранжировка: Н. В. Мирошник)
  • Владимир Высоцкий — Здесь лапы у елей дрожат на весу... (В.С. Высоцкий)
  • Машина времени — День гнева (Андрей Макаревич)
  • Калинов Мост — Девочка летом (J.J. Cale)
  • Калинов Мост — Блеснет слезой (слова - Дмитрий Ревякин на мелодию собственно «The House of the Rising Sun»)
  • Калинов Мост — Уходили из дома (Дмитрий Ревякин)
  • Николай Добкин и Егор Шаманин — Я верю в Атлантиду (Юрий Маркин)
  • Нагон Шумаров — Тува (Нагон Шумаров)
  • В траве сидел кузнечик (В. Я. Шаинский, Н. Н. Носов), детский хор
  • Надежда (А. Н. Пахмутова, Н. Н. Добронравов)
  • Лучший город земли (Арно Бабаджанян), духовой оркестр
  • Оркестр Джеймса Ласта — Einmal Noch Nach Bombay (Richard Germer)
  • Оркестр Джеймса Ласта — Eine Seefahrt Die ist Lustig

В фильме использовались различные аранжировки Николая Добкина на песню The House of the Rising Sun.

В ролях

  • Станислав Рядинский — «Солнце»
  • Светлана Иванова — Саша Сергеева
  • Дарья Мороз — «Герда», Полина Крепак
  • Иван Стебунов — «Малой», Павел Кочетков
  • Кирилл Поликашин — «Скелет», Виталий Гринцер
  • Моисес Бланко — Хуан Мариа Арана Мортейру
  • Алексей Горбунов — «Кореец», Борис Павлович Капельский
  • Александр Мохов — Владлен Александрович, отец Саши
  • Ольга Блок-Миримская — Антонина Анатольевна, мать Саши
  • Анатолий Смиранин — Вадим, жених Саши
  • Сергей Баталов — дядя Родион
  • Анна Цуканова — «Баба Беда»
  • Никита Высоцкий — адмирал Алексей Карелин, отец Солнца
  • Михаил Ефремов — профессор Виктор Немчинов
  • Михаил Горевой — сотрудник КГБ
  • Иван Охлобыстин — лектор
  • Чулпан Хаматова — Галина, жена Корейца
  • Иван Макаревич — Андрей Макаревич (псевдокамео)
  • Даниил Маргулис — Евгений Маргулис (гр. «Машина Времени», псевдокамео)
  • Велимир Русаков — Юрий Борзов (гр. «Машина Времени»)
  • Гарик Сукачёв — Владимир Высоцкий
  • Евдокия (Дина) Германова — руководитель туристической группы
  • Нина Русланова — баба Оля
  • Татьяна Агафонова — мать Бабы Беды, начальник отделения милиции
  • Владимир Теплышев — гуру

Эпизодические роли в фильме сыграли: Александр Скляр, Ногон Шумаров, Булат Гафаров, Александр Сукачев, — сын Гарика Сукачева, Михаил Жердин и другие.

Все видео

  • Понравилось 0
  • Не понравилось 0
  • Не по теме
  • Не работает

Историческая основа

По словам режиссёра фильма, Гарика Сукачёва, «картину можно назвать костюмной — у нас же ретроистория, начало 70-х годов… Совсем чуть-чуть о хиппи, но в основном о любви. Это был очень короткий отрезок времени в нашей истории, но очень симпатичный. Тогда все только начиналось, и у нас в стране не было понятия „рок-музыка“, никто не знал, что такое русский рок. А были такие необыкновенные, красивые люди».

Название фильма (и повести Охлобыстина, по которой он снят) отсылает к известной песне «The House of the Rising Sun», в которой герой повествует о том, как погубил свою жизнь в доме Восходящего Солнца, и предостерегает от такой судьбы («Дом Восходящего Солнца» одни понимают как кабак или игорный дом, другие как публичный дом, третьи как тюрьму).

Прототипом Солнца — главного героя фильма — стал лидер и один из основателей московской системы хиппи — Юра «Солнышко» Бураков. Юра был сыном крупного чиновника и зарабатывал скупкой валюты и спекуляцией, деньги обычно пропивались. Был арестован при покупке наркотиков. Умер в 43 года во время эпилептического припадка, случившегося прямо на улице.

Действие фильма происходит в первой половине 1970-х годов, хотя изображаемые в фильме события не всегда с точностью до года соответствуют реальным. Так, выход в широкий прокат в СССР фильма «Генералы песчаных карьеров», который был показан на ММКФ в 1971 году, состоялся в 1974 году. Первое выступление группы «Машина времени» скорее всего происходило 1969 году, хотя Евгений Маргулис появился в группе лишь в 1975 году. Интересно, что в сцене, когда вместо выступления ВИА «Удачное приобретение» на сцену выходит «Машина времени», роли участников группы исполняют их дети — молодого лидера группы играет сын Андрея Макаревича Иван Макаревич, а Евгения Маргулиса, соответственно — его сын, Данила Маргулис.

Хотя хиппи в фильме активно используют сленговые выражения, отмечалось, что некоторые из них являются анахронизмами. Так, реакция Герды на выступление «Машины времени»: «Это — реально круто» звучит слишком современно, в 70-е годы в ходу был иной жаргонИ. Левонтина http://stengazeta.net/article.html?article=7749.

Художественные особенности

Идея фильма напоминает режиссерский ход (Валерий Тодоровский) в фильме «Стиляги». Молодежное движение хиппи середины советских 70-х годов XX века приходит на смену «стилягам» середины 50-х. Можно предположить даже, что некоторые из родителей героев фильма когда-то были теми самыми стилягами. Тем не менее общий замысел Сукачева и Охлобыстина иной. Начиная от легендарного первого концерта «Машины времени», разогнанного милицией, и заканчивая яркой прорисовкой мировоззрения хиппи, фильм строится на разнообразном музыкальном и повседневном материале, рисующем образ эпохи советского «застоя». Сама музыка — в отличие от фильма В.Тодоровского — в основном, привязана к изображаемой эпохе.

www.cultin.ru

Борис Шпис

Равшана Куркова о своей героине Аделаиде, которая ведёт музыкальный конкурс.Съемки фильма «Герцог» стартуют в январе 2020-го.Никита Ефремов о роли Ивана Царевича, которого он озвучивает в четвёртый раз.Актер сыграет главную роль в триллере «Каждый твой вздох».Французской актрисе и певице было 80 лет.Актрису задержала полиция на борту самолета Москва – Тель-АвивАктриса решила не влезать в судебную тяжбуКирилл Кяро на горнолыжном курорте влюбляется в замужнюю женщину.Продюсер Алексей Чадов предлагает семье Романа Курцына поработать вместе.3 ноября, 23:15, Первый канал2000-2004: От «Убойной силы» и «Бригады» до «Участка» и «Моей прекрасной няни»Новый фантастический сериал BBC – адаптация популярного цикла Филипа Пуллмана

Page 2

Равшана Куркова о своей героине Аделаиде, которая ведёт музыкальный конкурс.Съемки фильма «Герцог» стартуют в январе 2020-го.Никита Ефремов о роли Ивана Царевича, которого он озвучивает в четвёртый раз.Актер сыграет главную роль в триллере «Каждый твой вздох».Французской актрисе и певице было 80 лет.Актрису задержала полиция на борту самолета Москва – Тель-АвивАктриса решила не влезать в судебную тяжбуКирилл Кяро на горнолыжном курорте влюбляется в замужнюю женщину.Продюсер Алексей Чадов предлагает семье Романа Курцына поработать вместе.3 ноября, 23:15, Первый канал2000-2004: От «Убойной силы» и «Бригады» до «Участка» и «Моей прекрасной няни»Новый фантастический сериал BBC – адаптация популярного цикла Филипа Пуллмана

www.kino-teatr.ru

Борис Крейцер: биография | Музей истории ГУЛАГа

Работы книжного художника-графика Бориса Крейцера хранятся и в Третьяковской галерее, и в Русском музее. А книги с его иллюстрациями у многих из нас есть дома – среди них, например, «Гаргантюа и Пантагрюэль» в детской адаптации Николая Заболоцкого, «Король-олень» Карло Гоцци и многие, многие другие. Больше всего Крейцер известен книжными иллюстрациями, но он успешно работал и с плакатом, и с фарфором, и с предметами прикладного искусства.

Борис Крейцер. Иллюстрации к «Учителю танцев» Лопе де Вега © Личный архив Бориса Крейцера

Несмотря на его живой и остроумный художественный стиль, история Бориса Крейцера – совсем невеселая. В статьях и биографиях в советское время писали иносказательно: «после долгого двадцатилетнего перерыва вернулся в профессию». Сегодня можно сказать прямо.

В конце 30-х годов, во время разгула политических репрессий, Крейцер был осужден за так называемый «шпионаж», а после освобождения еще долгое время должен был находиться в ссылке, не имея возможности вернуться в Ленинград.

От того периода у него и осталась та «папка с эскизами веселых, остроумных, ярких токарных игрушек», сделанная заключенным художником-конструктором Борисом Крейцером в Севжелдорлаге по заказу НКВД, которой посвящена выставка.

Борис Крейцер. Эскиз игрушки © Музей истории ГУЛАГа

Борис Крейцер родился в 1905 г. в Грозном, где после окончания Петербургского университета работал его отец, кандидат естественных наук Генрих Давидович Крейцер – специалист по асфальту, битуму, асбесту, пластмассам и лакокрасочным материалам (здесь и далее в изложении биографических сведений мы опираемся на изыскания Анатолия Яковлевича Разумова).

Из Грозного семья вернулась в Петербург. В детстве Борис много болел и лечился на курортах в Германии, Швейцарии, Франции. В Петрограде будущий художник учился в известном коммерческом училище Шидловской, после Революции – поступил во ВХУТЕМАС, а затем и в Академию художеств, где окончил четыре курса архитектурного факультета.

Художник Борис Крейцер в детстве © Личный архив Бориса Крейцера

После революции бабушка и дядя Крейцера – известный пианист и преподаватель Леонид Крейцер – остались в Берлине. Тетя Бориса жила с детьми в Париже. А троюродный брат, Александр Шершевский, жил в Германии, но в 1932 году вернулся в Россию, работал библиографом Дома техники и переводчиком в Центральной лаборатории проводной связи (в 1936 году Александра арестовали). Дядя, Леонид Крейцер, вернулся из Германии в 1934 году, а потом уехал в Японию.

В той же коммунальной квартире, что и Борис, жил японский преподаватель Института живых восточных языков Икеда Хисао. По поручению Ленинградского союза архитекторов и при содействии Всесоюзного общества культурной связи с заграницей (ВОКС), Борис Крейцер не раз помогал принимать архитекторов из Великобритании, Румынии, Польши, Франции.

Леонид Крейцер в Японии. 1950-е годы © Wikimedia Commons

Из-за этих «связей с иностранцами» Борис Крейцер в логике сталинской репрессивной машины неизбежно попадал в зону особого внимания НКВД. Его многократно вызывали.

Так, в январе 1937 года Крейцера подробно допрашивали о всех родственниках и знакомых, о встречах с иностранцами, о его «неправильных суждениях о советской архитектуре». Осенью 1937 года выясняли, нет ли у него связей с лицами из иностранных представительств, но таких связей не обнаружилось.

Тем не менее, в феврале 1938 года против Крейцера было выдвинуто обвинение в том, что он «занимается шпионской деятельностью в пользу Японии».

Следователь сочинил обвинительный акт: согласно этому акту, художник Крейцер собирался взорвать Балтийский завод и был японским шпионом. Потом следователь зачеркнул эту формулировку и поверх написал «немецким шпионом, по национальности немец». А в так называемом «признательном» протоколе допроса и в обвинительном заключении Крейцер оказался немцем, уроженцем города Бинц, сыном акционера и «резидентом японо-германского центра».

Наивное желание следователя «для убедительности» приписать человеку с немецкой на слух фамилией еще и шпионаж в пользу Германии впоследствии помогло Крейцеру избежать расстрела. По инструкции, каждого из осужденных тщательно допрашивали, и при расхождении данных расстреливать было нельзя. Когда выяснилось, что Крейцер еврей, а не немец, и родился в России, а не в Германии, его «отставили от операции» – это была уже осень 1938 г.

Однако, несмотря на вопиющие расхождения в данных, Крейцера, конечно, не отпустили. Дело отправили на рассмотрение Особого совещания, и художнику дали 8 лет лагерей за «шпионаж».

Свой срок Борис Крейцер отбывал в Севжелдорлаге (сейчас это Республика Коми), где работал инженером. 27 июля 1946 г. он был освобожден и переехал в Сывтывкар, где встретил свою будущую жену – чертежницу Тамару Клюкину. Вместе они уехали в Псков, где Крейцер смог устроиться на работу архитектором.

Вскоре начались аресты «повторников» – тех, кто уже отсидел свой первый срок, и Крейцера отправили на вечное поселение в Красноярский край, в Норильск. Его пытались вербовать в осведомители, а когда он отказался, отправили из Норильска в Дудинку.

Крейцер добивался своей реабилитации много лет, и добился в 1956 году. После этого он вернулся в Ленинград, устроившись на работу иллюстратором.

Он был уже немолодым человеком – но оказался смелее многих в своих остроумных и оригинальных книжных решениях. Оформленные им книги запоминались, уводя читателя в несоветский, игровой, карнавальный мир (далее в рассказе о книгах Крейцера мы во многом следуем статье Эдуарда Кузнецова «Театр Бориса Крейцера»).

Борис Крейцер. Иллюстрации к Рабле © Издательство «Детгиз»

Одной из его ярких работ стала иллюстрированная сказка Карло Гоцци «Король-олень». К тому моменту Крейцер уже много иллюстрировал классику и переводную литературу – от Рабле до альбомов классической живописи, от либретто джазовой классики («Порги и Бесс» Гершвина) до популярной книжки по технике и альманаха «Хочу все знать».

Борис Крейцер. Иллюстрация к книге Карло Гоцци «Король-олень» © Издательство «Искусство»

Иллюстрации к «Королю-оленю» напоминают театральный спектакль. У Гоцци в пьесе все в масках, все играют. Все перепутано, все смешано, все непостоянно. Так и у Крейцера: дерево изображает человека, и олень – человек, и даже из-под маски попугая смотрит человечий глаз. Все не всерьез, все праздник и путаница, в которой не разобраться без заботливых пояснительных надписей, чья наивная рационалистичность неуловимо обращает нас к отдаленному XVIII веку.

Борис Смирнов и Борис Крейцер. 1933 год © Из архива Б.А. Смирнова

Борис Генрихович Крейцер умер в 1979 году. Несмотря на профессиональный успех, полностью оправиться от лагерного опыта он так никогда и не смог.

gmig.bm.digital

Борис Крейцер: игрушки для НКВД. Папка с эскизами, рассказавшая невероятную...

Для руководителя образовательного центра Музея истории ГУЛАГа Константина Андреева поиск исторических артефактов — это не просто работа. Это скорее образ жизни. До того, как прийти в музей, Константин руководил историческим кружком во Дворце детского творчества. Вместе с подростками они искали на барахолках, чердаках родственников и многочисленных площадках интернет-аукционов старые письма, документы, предметы — и исследовали, какую историю они могут рассказать.

Кроме того, Константин — коллекционер. Он собирает открытки и графику — в основном работы художников, которые иллюстрировали детские книжки. «Мои самые частые запросы в интернете: графика и ГУЛАГ», — усмехается Константин. Однажды поиск по этим запросам привел его к крайне необычному артефакту.

«

Это была папка с эскизами детских игрушек. Я не знал тогда, кто такой Борис Крейцер, но знал, что такое Севжелдорлаг и НКВД. В описании папки говорилось, что это работы репрессированного художника, которые он выполнял по заказу НКВД.

»

Константин Андреев, Музей истории ГУЛАГа

Сотрудников музея не удивило это сочетание — игрушки и НКВД, — говорит руководитель экспозиционно-выставочного отдела музея Анна Редькина: «Мы и раньше встречали информацию том, что в лагерях при крупных стройках были лагпункты, которые изготавливали самую разную продукцию, в том числе — детские игрушки. Они предназначались не для того, чтобы скрасить тяжелую жизнь детей, оказавшихся в лагерных детдомах, и даже не для детей сотрудников НКВД. Игрушки были включены в план производства народного потребления — то есть отправлялись в обычные, “вольные” магазины».

Как Крейцеру, освобождаясь из Севжелдорлага в 1946 году, удалось забрать с собой на волю папку с надписью «СЖДС НКВД СССР» на обложке, так и осталось загадкой. Были ли когда-то произведены игрушки по этим эскизам, играли ли в них дети в Республике Коми или Ленинграде — тоже неизвестно.

Но многим советским детям и взрослым совершенно точно знакомы другие работы Бориса Крейцера: после освобождения он работал иллюстратором детских книг. Одно из самых известных изданий с рисунками Крейцера — детгизовский «Гаргантюа и Пантагрюэль», адаптированный для детей Николаем Заболоцким.

Борис Крейцер. Эскиз игрушки © Музей истории ГУЛАГа

За несколько лет до того, как в руки сотрудников Музея истории ГУЛАГа попала папка с эскизами Бориса Крейцера, о судьбе художника узнал другой исследователь — историк Анатолий Разумов, сотрудник Российской национальной библиотеки, автор «Ленинградского мартиролога» и проекта «Возвращенные имена». Читая архивно-следственные дела, том за томом, документ за документом, историк искал не только имена осужденных и подробности их дел, но и ответы на вопросы: существовал ли какой-то шаблон для фабрикации дел во время Большого террора, для проведения «упрощенного» следствия? Кто определял порядок исполнения расстрелов и каким он был, этот порядок? Кто и как решал, что скрывать, а что включать в официальные документы?

В ноябре 2011 года Анатолий Разумов открыл очередное дело — в отношении художника и архитектора Бориса Крейцера, приговоренного в 1938 году к расстрелу за шпионаж в пользу Германии. Читая материалы, историк с удивлением понял, что расстрелян Крейцер не был. Это была не просто еще одна история репрессированного ленинградца. «Он уцелел и смог все рассказать — найти такое дело я мог только мечтать. Он ответил на множество вопросов, помог понять, почему осенью 1938 года около тысячи приговоренных не были расстреляны», — рассказывал Разумов.

Художник Борис Крейцер © Личный архив Бориса Крейцера

Подробности дела хранили не только официальные протоколы и справки: уже после освобождения, добиваясь реабилитации, Крейцер давал очень подробные показания, и все они оказались в деле. В 1956 году Борис Крейцер посмотрел в глаза тому, кто сфабриковал его дело: в процессе реабилитации ему удалось добиться очной ставки со следователем Рейнером. У художника была очень хорошая память: он помнил лица, фамилии и отчества, номера и расположение кабинетов, подробности допросов и угроз. Рассказал Крейцер и о событиях ночи несостоявшейся казни.

«

Около двух часов ночи (видимо, в ночь на 11 сентября [1938 года]) Крейцера вывели из камеры на расстрел. В коридоре, как ему запомнилось, стояли попарно неизвестные ему заключенные, “преимущественно дальневосточных национальностей”. Чекисты у всех отобрали личные вещи, свалили в кучу. Затем связывали веревкой за спиной руки и спрашивали “установочные данные”: фамилию, имя, отчество, год рождения, место рождения, национальность».

»

Анатолий Разумов о Борисе Крейцере

При сверке выяснилось, что национальность в приговоре и личной карточке не совпадают, отличается и место рождения. Побоявшись ответственности за то, что расстреляют не того Крейцера, чекисты увели приговоренного обратно в камеру.

Пока он ожидал своей очереди, началась волна чисток в НКВД, приговоры стали пересматривать. Вместо расстрела Бориса Крейцера приговорили к 8 годам ИТЛ и отправили в Котлас — в Севжелдорлаг. Там он работал инженером Мостозавода, проектировщиком в цехе по изготовлению лыж и рисовал эскизы для детских игрушек, на которые спустя 70 с лишним лет наткнулся Константин Андреев.

Из следственного дела Анатолий Разумов узнал и о том, что в 1946 году Крейцер вышел на свободу и женился, потом его снова арестовали и сослали в Норильск, жена последовала за ним. В 1955 году супруги смогли приехать в Ленинград, где Борис Крейцер до самой смерти в 1979 году работал иллюстратором детских книг. Супруга, Тамара Николаевна, пережила его на 30 с лишним лет. Прочитав следственное дело художника в 2011 году, историк Анатолий Разумов нашел ее телефон. «Она умерла месяц назад», — ответили в трубке.

Борис Крейцер с женой Тамарой © Личный архив Бориса Крейцера

В 2017 году, разыскивая информацию о художнике, сотрудники музея узнали об изысканиях Анатолия Разумова. Так родилась идея выставки, посвященной Борису Крейцеру. В Петербурге сотрудникам музея удалось найти людей, знавших художника, — например, графика Александра Траугота, который вместе с отцом и братом работал в соседней с Борисом Крейцером мастерской.

После смерти художника многие его работы оказались в музеях: в Русском музее в Петербурге, в Государственной Третьяковской галерее и в театральном музее им. Бахрушина в Москве. Письма, документы и многочисленные эскизы, черновики и весь личный архив семьи Крейцер сохранила дочь друзей семьи — Анна Игоревна Толстая.

«Анна Игоревна была маленькой девочкой, когда ее родители дружили с Крейцерами. Они помогали семье, вернувшейся из ссылки, устроиться в Петербурге и очень сблизились. Какие-то беседы родителей с Борисом Генриховичем и Тамарой Николаевной она помнила еще из детства, какие-то ей позже пересказывала мама. Этими историями, а также фотографиями и всем, что связано с жизнью Бориса Крейцера, Анна Игоревна любезно поделилась с музеем», говорит куратор выставки Анна Редькина.

Эскизы токарных игрушек Бориса Крейцера

16 экспонатов

gmig.bm.digital

Художник Борис Карафелов: «Все влияет, все звучит» — PORUSSKI.me

На Карафелова влияет все, и впечатления от каждого посещенного города сменяются, как картинки. Некоторые фиксируются, а некоторые уходят. Мгновение, всплывающее в памяти, становится средой для творчества. Окунуться в эту среду предлагает Музей Востока до 31 марта.

Вечерние тени. 2006

«Свет Средиземноморья» – экспозиция, рассказывающая о том, как Борис Карафелов уловил дух далеких итальянских и израильских городов. Некоторые работы, специально привезенные из Израиля, экспонируются впервые. Все полотна подбирал сам автор при содействии куратора выставки – Алисы Лабас. Здесь нет хронологии или порядка, смотреть выставку можно как угодно. Куратор и художник лишь советуют обращать внимание на серии, которые обычно располагаются в рамках «одной стены». Алиса, выросшая среди полотен Бориса, говорит, что самое ценное в них – «светоцвет» и ощущение правильного цвета в правильном месте.

«Заметно, как тонко чувствует свет художник – В Италии он один, а в Израиле – другой», – добавляет куратор.

Борис Карафелов

Более понятным становится мироощущение Бориса Карафелова, когда он рассуждает о своеобразной «физике» своего творчества. Например, летающие герои Бориса совсем не «шагаловские», как думают некоторые внимательные зрители:

«У Марка Шагала ангелы с той же природой, как и все остальные. Они – продукт той материи, которая существует в картине. Если вы увидите моих ангелов – они рукотворные, раскрашенные. Я ввожу элемент не пространственно-предметный, а элемент культуры, сделанный человеком. Например, я пишу картину о Толедо – ангелы летят рядом с собором – они просто вылетели из иконостаса и полетели. Гравитационная нагрузка на ангела, на человека, на петуха у Шагала везде одна и та же. У меня тяжелые летающие ангелы, они трудно летают».

Да и в целом живописец не любит «ошарашивать» зрителя четкими образами, эмоциями или заявлениями о принадлежности к какому-либо направлению. Нужно добиться эффекта, когда тема и приемы как бы скрыты, чтобы смотрящий прошел путь, по которому шел художник, когда создавал свое произведение.

Амальфи. 2006

Заметно, как Борис создает среду своих сюжетов – мазки наслаиваются друг на друга, словно мастеру действительно приходится вытягивать мгновение из вороха воспоминаний. Среда будто постепенно проступает на бумаге – из одного цвета выходит другой. Например, в «Амальфи» люди, кажется, сливаются со зданиями, становятся во всех смыслах частью города. Человек в красном плаще дополняет угол дома, выделяя его, а собака зеленого оттенка в углу даже не сразу заметна глазу, точно она и должна быть здесь, как местный житель, как часть среды маленького переулка.

Городок на Неаполитанском заливе. 2006

Совсем другая, более широкая перспектива в «Городке на Неаполитанском заливе» – мазки широкие, отдельные, не сливающиеся друг с другом и протяженные, как само пространство. Человек и животное не только становятся частью города, но и сразу бросаются в глаза, выделяя эту широкую перспективу. Кстати, в Москве Борису Карафелову также нравятся открытые протяженности – например, со стороны «Ударника» и Полянки, где «открывается пространство за пространством», и случайно идущий человек на переднем плане «держит масштаб».

Ловля рыбы в Нахшолим. 2004

Ловля рыбы в Нахшолим. 2004

Ловля рыбы в Нахшолим. 2004

«Ловля рыбы в Нахшолим» – пример того, как рождается среда мгновения. Серия из трех работ словно показывает разные этапы целого процесса. Вот лодка вместе с рыбаками плавно покачивается на волнах – огромном теплом цветном покрывале. Во всем этом чувствуется энергетическое напряжение – как во всплесках воды, так и в самих людях. А вот на втором изображении волны уже успокаиваются, цветовые пятна сглаживаются, теряя прежнюю силу, и из них тянутся тяжелые сети. В третьей части вместо гуаши использован акрил, чтобы дать зрителю ощущение более спокойной, но грузной, ребристой водной глади. Оттуда рыбаки также без напряжения тянут свой улов, как клад с яркими изумрудами и рубинами.

Позитано. 2006

Такое взаимодействие цветов чувствуется всюду. Сюжет «Позитано» рассказывает о двух случайных жителях. Один человек в зеленом находится ближе к зданию с таким же зеленым окном, хотя и там, на крыше, присутствуют красные оттенки, как у его собеседника на одежде. Другой человек, в свою очередь, стоит ближе к красному зданию, окно которого имеет зеленый оттенок. Так рождается тесная связь города и его жителей: происходит диалог не только двух знакомых, но и людей с городом.

Перед сумерками. 2004

Причем цветом можно обозначить не только движение, пространство и взаимосвязь, но и ощущение времени. «Перед сумерками» демонстрирует, как к вечеру сливаются цвета, и один лишь нежно-голубой завоевывает пространство, разливается повсюду. То же самое происходит во «Время вечерней молитвы» – яркие цвета постепенно угасают в последних лучах солнца. Зритель все еще видит яркое желтое пятно, но оно уже не имеет такой силы, как, например, пейзаж «Золотой свет», где и другие цвета, даже холодный синий, подчиняются золоту и становятся ярче и жестче.

Время вечерней молитвы. 2004

Золотой свет. 2004

Кажется, эта светоцветовая среда всегда была в творчестве художника. Однако Дина Рубина, его жена, которая тоже присутствовала на вернисаже, рассказывала о том, что перед отъездом из России Борис работал в коричневато-золотистой гамме. Новая манера письма супруга ей нравится гораздо больше. По ее словам, его работы содержат «совершенно невероятный свет», и такую картину «можно повесить на стену и очень многое пережить».

Дина Рубина

Каждая экспозиция для Бориса Карафелова – это возможность посмотреть на то, что было сделано за последнее время. Так он понимает, какое действие будет следующим. И эта – не исключение. Кто знает, может, вновь посетив Москву, зрителю в дальнейшем предстоит увидеть что-то незнакомое и неожиданное. Сегодня же московская публика может посетить выставку, где каждый цвет по-своему «влияет» и по-своему «звучит».

porusski.me


Смотрите также