Биография залбеков залбек магомедсаидович


Блеск, нищета и жены Народного собрания Дагестана. Подробности деклараций

Обнародованы данные о доходах и имуществе за 2018 год депутатов Народного собрания Дагестана, среди которых оказались как сверх-богатые народные избранники, так и зарабатывающие в разы меньше прожиточного минимума. При этом некоторые дагестанские парламентарии весьма успешно женились – несмотря на противоречие кавказским традициям (если верить декларациям) их фактически содержат жены! В подробностях разобрался «Обзор».

Напомним, что весной уже традиционно стартует декларационная компания – госслужащие и депутаты выкладывают в открытый доступ сведения об имуществе и доходах. Речь идет не только о зарплате, но и ренте, процентах банковских вкладов, продажи недвижимости и любой другой прибыли.

Подчеркиваем, что это данные, которые решил указать сам чиновник или парламентарий. При дальнейшей проверке нередки случаи выявления прокуратурой «забывчивых» народных избранников. В прошлом году стало известно, что депутат городской думы Волгограда Александр Егунов («Единая Россия») не указал в декларации доход в 100 млн рублей, однако коллеги отказались лишать его из-за этого полномочий. 12 муниципальных депутатов Адыгеи лишились мандатов из-за скрытых доходов. Столько же «забывчивых» избранников надзорное ведомство ранее выявило в Народном собрании Дагестана.

Итак, по итогам 2018 года больше всех среди парламентариев республики заработал член комитета по аграрной политике и природопользованию Магомед Садулаев («Единая Россия»), чей доход составил более 38 миллионов рублей. В собственности депутата 700-метровый жилой дом, а двое детей живут в предоставленной в бессрочное пользование 64-метровой квартире. Автомобиля в состоятельной семье официально нет.

На втором месте Залбек Залбеков («Единая Россия») с доходом в почти 27 миллионов. В собственности члена комитета по межнациональным отношениям только предоставленный в безвозмездное пользование небольшой дом, в котором он проживает с супругой и тремя детьми. Жена Залбека Магомедсаидовича указала доход в 18 миллионов рублей. При этом у семьи, помимо 59-метровой квартиры супруги, нет ни собственности, ни личного автомобиля.

Почти 15 млн дохода указал в декларации  член комитета по здравоохранению Муслим Исмаилов («Единая Россия»), супруга которого добавила в семейный бюджет еще 5 млн рублей. В собственности у депутата четыре земельных участка, по два дома, здания и квартиры, а также гараж. Ездит Исмаилов на Kia Carnival и внедорожнике Тoyota Land Cruiser 200.

Депутат Магомед Садулаев указал доход в 38 миллионов рублей/мо-чарода.рф

Сразу перейдем к депутатам, декларации которых вызывают не зависть или сомнения, а сожаления – на эти суммы просто невозможно прожить. Речь идет о члене комитета по бюджету Магомеде Асиятлове («Единая Россия», официальный доход 20 тысяч рублей на всю семью за год), члене комитета по межнациональным отношениям Джафаре Абуеве («Единая Россия», годовой доход 24 тысячи, при этом депутат умудряется на эти деньги растить шестерых детей!) и члене комитета по экономике Юсупе Гамзаеве («Единая Россия», годовой доход на семью с супругой и четырьмя детьми 16 тысяч). Доход в 24 тысячи рублей за год указал депутат Нариман Темуркаев («Единая Россия»), при этом владеющий порядка 30 объектами недвижимости, в том числе 14 квартирами. Кажется, только налог на недвижимость должен превышать весь официальный годовой доход народного избранника!

Самым многодетным дагестанским парламентарием остается Абас Кебедов («Единая Россия»), который, официально живя без супруги, воспитывает восьмерых детей.

Депутат Гамзаев не по наслышке знает, как прокормить четырех детей на 16 тысяч в год/er.ru

Теперь о депутатах, крайне удачно женившихся. Оказалось, что Северный Кавказ давно пережил предубеждение о том, что мужчина должен обеспечивать семью, а женщина хранить домашний очаг. У большой части депутатов жены оказались куда предприимчивее супругов, зарабатывая в разы больше их. Так, Магомед-Султан Магомедов («Единая Россия») заработал за год скромные 89 тысяч, а доход его супруги составил 156 тысяч. Председатель комитета по образованию Мурат Пайзулаев («Справедливая Россия») – почти 6 миллионов рублей, при этом его супруга более 20 миллионов. Несмотря на приличный совокупный доход семья Пайзулаевых живет в арендованной 65-метровой квартире, не имеет недвижимости и автомобиля. Доход члена комитета по здравоохранению Абдурахмана Камилова («Единая Россия») составил 1,4 миллионов рублей, а его супруга принесла в семейный бюджет более 8,5 миллионов. Состоящий с ним в одном комитете Абдула Расулов получил в 2018 году доход в 501 тысячу против 1,2 миллиона, заработанных супругой. Наконец, почти в пять раз меньше жены принес домой Велиюлла Фаталиев («Единая Россия»).

– Слезы навернулись на глазах,  когда увидели, что те депутаты, которых мы считали миллионерами, являются… нищими! Казалось бы, этот депутат – занят в нефтянном бизнесе, тот – известный застройщик, а вот этот – владелец паровозов… А вот в декларации пишут, что доходы их не превышают – на всех – 200 тыс рублей в год… Не каждый депутат НС РД, как оказалось, обладает мужеством указать свои реальные доходы. Но те, кто занизил их – вызывают подозрение и их декларации должны быть изучены комиссией по этике НС РД, – остроумно прокомментировали депутатские декларации в  Telegram-канале дагестанской газеты «Черновик».

obzor.io

«Государево око» в Дагестане оказалось морально слабым до денег ~ РИА Дербент

Ессентукский городской суд отстранил от должности мэра Махачкалы находящегося под стражей Мусу Мусаева. Ему инкриминируется незаконная передача в 17,5 тыс. кв м. республиканской земли в собственность ОАО «Акционерный строительно-промышленный комплекс» (АСПК). В результате действий теперь уже бывшего мэра бюджету Республики Дагестан был нанесен ущерб в 80 млн. рублей.

Муса Мусаев пришел в кресло мэра Махачкалы с поста министра строительства и ЖКХ Дагестана. Есть подтвержденная информация, что в бытность Мусаева мэром капстроительство жилых домов в Махачкале курировали близкие люди Рамазана Шахнавазова. Прокурора республики, написавшего в начале ноября прошлого года заявление о досрочной отставке.

Заместителя прокурора Нижегородской области Шахнавазова назначили прокурором Дагестана в конце апреля 2013 года. С момента его приезда в Дагестан в 2013 году Шахнавазова считали человеком не Рамазана Абдулатипова, а Саида Амирова. Осужденный на пожизненное заключение за терроризм и убийство сотрудника СКР Амиров был первым человеком, которому нанес визит новоиспеченный прокурор Дагестана, только прилетев в Махачкалу. В аэропорту его встретил первый зам Амирова Нурбаганд Багандов и сразу повез к «патрону». Когда Амирова арестовали, Шахнавазов успел «сменить окраску» и подстроиться под главу Дагестана Рамазана Абдулатипова.

Минимальный срок службы прокурора региона на одном месте — 5 лет. Шахнавазов подал в отставку, не отработав положенного прокурорского минимума и даже не попрощавшись с коллегами по службе. До своего заявления прокурор проходил внеплановую аттестацию, инициированную Генпрокуратурой РФ в связи с фактами многочисленных нарушений в сфере надзора за законодательством в Дагестане. Вердикт комиссии по Шахнавазову — «неаттестован».

Врио главы Дагестана Владимир Васильев инициировал в республике «практически войсковую операцию» по наведению порядка в экономике и других сферах жизни региона. Логический вывод: созывать в республику десанты из прокуроров и других специалистов вряд ли потребовалось, если бы надзорное ведомство Дагестана во главе с Шахнавазовым добросовестно работало с апреля 2013 года. Комментируя уголовное дело в отношении Мусы Мусаева, Васильев дал уничтожительную характеристику градостроительной политике теперь уже бывшего мэра. Глава Управления капстроительства мэрии Махачкалы Магомедгаджи Залбеков среди махачкалинцев имеет скверную репутацию. Горожане считают: Залбеков уничтожает то, чего не успел доломать и перестроить под личные нужды Саид Амиров. Хаотическая застройка города идет по «серым схемам». «Добро» на это дал в свое время прокурор республики Рамазан Шахнавазов, состоящий в хороших отношениях с семьей Залбековых. Помощником Шахнавазова по надзору за местами лишения свободы работает родной брат начальника по капстроительству в Махачкале Магомед Залбеков.

В 2015 году Шахнавазов по просьбе отца братьев, Магомедсаида Залбекова, принял Магомеда Залбекова на работу в прокуратуру. Есть информация, что за услугу Залбеков-старший заплатил Шахнавазову крупную сумму денег. Шахнавазов был в курсе, что у его нового помощника нет опыта соответствующей работы, а диплом юриста поддельный, но закрыл на это глаза. Факт фальшивого диплома у помощника прокурора Магомеда Залбекова был вскрыт аттестационной комиссией Генпрокуратуры РФ, проверявшей Шахнавазова. Семья Залбековых связана с крупным бизнесом в области капстроительства. До того, как одеть прокурорский мундир. Магомед Залбеков учредил ООО «Фирма Москва-строй». Все свои зарегистрированные подряды на строительство «Фирма Москва-строй» получила от прокуратуры Дагестана. Третий брат, Залбек Залбеков — директор кадастровой палаты Дагестана, избранный в 2016 года депутатом Народного собрания. Четвертый брат Далгат Залбеков — руководитель межрайонной налоговой инспекции № 14, расположенной в Каспийске.

Патрон семьи Залбековых Шахнавазов в Махачкале тоже «себя не обделил». В прошлом году в прокуратуре перестали платить премии и командировочные, мотивировав этот секвестр экономическим кризисом. Есть подтвержденная информация, что кризис в бухгалтерии прокуратуры был усугублен лично Шахнавазовым, который «сэкономил» государственные деньги для личных нужд. «Сбереженные» средства были поделены между Шахнавазовым и начальном отдела материального- технического обеспечения надзорного ведомства.

Своего сына Артура, когда тому едва исполнилось 25 лет, Шахнавазов в 2013 году устроил прокурором Советского района Махачкалы. Прошлый прокурор района, у которого Артур Шахнавазов был в подчинении, планировал уволить сына прокурора республики за прогулы и служебные нарушения. В сентябре 2016 года Артур Шахнавазов был избран по спискам «Единой России» в Народное собрание Дагестана, стал зампредом комитета по законодательству.

28-летнего Шахнавазова провели в парламент в благодарность за следующее. Во время проведения в Дагестане выборов-2016, которые глава ЦИК РФ Элла Памфилова потом назовет «самыми проблемными», Шахнавазов по поручению руководства республики дал своим подчиненным указание: не препятствовать нарушениям избирательного процесса. По сути, главный блюститель законности санкционировал совершение должностного преступления. Еще на старте выборов были без оснований сняты кандидаты от партий «Родина» и «Народ против коррупции». В ходе самих выборов админресурс, при бездействии прокуратуры, «зарубил» «неугодных» властям кандидатов в депутаты Госдумы и Народного собрания.

Блюстители закона «проглядели» нарушения на выборах еще по одной причине. В бытность Шахнавазова прокурором по Дагестану стала ходить злая шутка: «В прокуратуру Дагестана требуются кассиры на вход». Устройство в прокуратуры города Махачкалы стоило 20−25 млн рублей, в прокуратуру другого города или крупного района — 10−15 млн, отдаленного горного района 3−5 млн. На местах Шахнавазов при помощи Рамазана Абдулатипова протащил близких себе людей на не связанные с прокуратурой государственные должности. Очень много родственников Шахнавазова стали ответственными госчиновниками в Сергокалинском районе, откуда родом бывший прокурор.

Избербаш, «вторая родина» Шахнавазова, почти превратился в его личную вотчину. Там начальником отделения Росреестра не так давно стал кунак Шахнавазова Алиасхаб Багамаев. Руководителем избербашского комплексного центра социального обслуживания населения (КЦСОН) — родственник Закарига Закаригаев. Естественно, что близок к Шахнавазову прокурор Избербаша Ахмед Алигаджиев. Помощник у прокурора Алигаджиева — его племянник Марат Богатов. Начальник Избербашских электросетей Абдулгани Богатов — отец помощника прокурора города. В планах Рамазана Шахнавазова было самому стать мэром Избербаша после окончания своей прокурорской каденции.

Налицо конфликт интересов, помноженный на патологическую жадность и моральную неустойчивость бывшего прокурора. Его дочери, разумеется, тоже сотруднице прокуратуры, из-за неприглядных качеств отца отказали в должности судьи.

Амин Ярахмедов, специально для EADaily

https://eadaily.com/ru/news/2018/02/01/gosudarevo-oko-v-dagestan-okazalos-moralno-slabym-do-deneg

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

riaderbent.ru

Несносная Махачкала Руслана Магомедова

В первом номере (12.01.2018 г.) газеты «Черновик» за авторством Руслана Магомедова вышел довольно большой материал под заголовком «Несносная Махачкала», в котором сразу после заголовка прозвучали два очень громких социально значимых и потому многообещающих для читателя заявления о том, что «весь строительный бизнес подмяла под себя семья дагестанского прокурора Рамазана Шахнавазова», и о том, что «коррупция может оставить без ничего 30 тысяч семей, потративших деньги и нервы на покупку квартиры в Махачкале».

Однако при попытке как-то связать между собой заголовок и эти заявления получаем примерно такой анонсно прозвучавший вывод: именно из-за семьи прокурора республики мы имеем ситуацию, когда квартиры «заморожены» в незаконно построенных домах. При звучащих от автора в адрес прокуратуры уголовно окрашенных претензиях невольно возникают сомнения, а за чьи интересы он радеет: обманутых хозяев квартир или нерадивых застройщиков, которые, игнорируя законы, возвели эти непригодные для заселения многоэтажные дома?

Переводя все коррупционные стрелки на семью Шахнавазова, автор ничем другим это не подтверждает, кроме ссылок через некоего осведомлённого источника и отвода читателя к членам другой семьи – Залбековых, которые, кстати, в родстве с прокурором не состоят и прямой зависимости в приёме-сдаче многоквартирных домов ни между собой, ни, тем более, с семьёй прокурора не имеют.

Судите сами: один из братьев, Магомед Залбеков, работает в прокуратуре. Однако он никакого отношения к надзору ни в сфере земельных отношений, ни в строительстве не имеет, работая начальником Управления обеспечения деятельности органов прокуратуры РД, отвечал за материальное обеспечение. Затем был  старшим помощником прокурора РД по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний (в сфере УФСИН).

Филиал ФГБУ «ФКП Росреестра» по РД (не филиал Росреестра по РД, как это значится у автора, общающегося с особо осведомлёнными источниками), руководителем которого является Залбек Залбеков, по сути, занимается фиксацией объектов недвижимости в специальном реестре на основании представленных застройщиками документов. Учреждение не выдаёт земельные участки, не участвует в строительстве домов.

Другой брат, Магомедгаджи Залбеков, работает в городской администрации, является начальником Управления по вопросам координации капитального строительства при администрации г. Махачкалы. Данное городское Управление не является самостоятельным юридическим лицом, находится в прямом подчинении градоначальника.

Управление выдаёт разрешения на строительство объектов капитального строительства, возводимых в черте города, но, надо отметить, существует градация объектов по ступеням согласования, закреплённая на законодательном уровне. Так, для объектов жилого капитального строительства, превышающих 3 этажа, при согласовании процедур до получения разрешения на строительство необходимо получить ещё и положительное Заключение экспертизы проекта (государственная или независимая), а также в обязательном порядке Градостроительный план и согласование проектного предложения в Управлении архитектуры г. Махачкалы.

На основании этих процедур и выдаётся Разрешение (ордер) на строительство. Далее объекты, подпадающие под экспертизу, переходят под строительный контроль Министерства строительства и ЖКХ РД от начала строительства и до конца, до получения Заключения о соответствии (ЗОС).

Только при наличии ЗОС объект может быть введён в эксплуатацию, и в этом случае, в соответствии со статьёй 55 Градостроительного кодекса РФ, орган, выдающий Разрешение на ввод в эксплуатацию, не выезжает на проверку объекта.

Необходимо ещё отметить, что этим столичным строительно-координационным ведомством на основании специальных актов об отсутствии разрешительных документов приостановлены строительные работы на более чем 300 объектах, по выявленным нарушениям в Правовое управление города для рассмотрения возможности обращения в суд с иском о сносе объектов за 2016–2017 годы направлено 565 материалов. Из них 180 исков удовлетворено, в том числе более 60 по многоквартирным домам, которые  имеют вступившие в силу решения о сносе, материалы переданы на исполнение в УФССП РФ по РД, 10 объектов уже снесено.

И тут  снова возникает резонный вопрос к Руслану Магомедову: где логика? Как можно утверждать, что Управление связано с тем, что в Махачкале появляется несносное жильё, когда именно Управление направляет материалы в ту же прокуратуру на предмет того, чтобы незаконное строительство в городе прекратилось? 

Надо отметить, что в администрации столицы создана «Комиссия по рассмотрению мер по обеспечению сноса самовольных построек на отдельных территориях города». На сегодняшний день на рассмотрение комиссии вынесено 66 объекта.

Кстати, в 144 таких незаконно построенных домах, которые были возведены и заселены 5, а то и 10 лет назад до создания Управления по вопросам координации капитального строительства (напомним, Управление создано в 2014 году), уже живут люди. И этот процесс заселения будет продолжаться, несмотря на многие недостатки. И потому актуальным видится активное участие граждан, имеющих в этих домах квартиры, в привлечении независимых экспертов, чтобы затем судебно оспорить снос домов, которые построены незаконно, но качественно.

А пока эту проблему несносных домов многие сейчас, на мой взгляд, не только бездоказательно, но и без всякой логики умудряются повесить на указанное Управление…

Page 2

В первом номере (12.01.2018 г.) газеты «Черновик» за авторством Руслана Магомедова вышел довольно большой материал под заголовком «Несносная Махачкала», в котором сразу после заголовка прозвучали два очень громких социально значимых и потому многообещающих для читателя заявления о том, что «весь строительный бизнес подмяла под себя семья дагестанского прокурора Рамазана Шахнавазова», и о том, что «коррупция может оставить без ничего 30 тысяч семей, потративших деньги и нервы на покупку квартиры в Махачкале».

Однако при попытке как-то связать между собой заголовок и эти заявления получаем примерно такой анонсно прозвучавший вывод: именно из-за семьи прокурора республики мы имеем ситуацию, когда квартиры «заморожены» в незаконно построенных домах. При звучащих от автора в адрес прокуратуры уголовно окрашенных претензиях невольно возникают сомнения, а за чьи интересы он радеет: обманутых хозяев квартир или нерадивых застройщиков, которые, игнорируя законы, возвели эти непригодные для заселения многоэтажные дома?

Переводя все коррупционные стрелки на семью Шахнавазова, автор ничем другим это не подтверждает, кроме ссылок через некоего осведомлённого источника и отвода читателя к членам другой семьи – Залбековых, которые, кстати, в родстве с прокурором не состоят и прямой зависимости в приёме-сдаче многоквартирных домов ни между собой, ни, тем более, с семьёй прокурора не имеют.

Судите сами: один из братьев, Магомед Залбеков, работает в прокуратуре. Однако он никакого отношения к надзору ни в сфере земельных отношений, ни в строительстве не имеет, работая начальником Управления обеспечения деятельности органов прокуратуры РД, отвечал за материальное обеспечение. Затем был  старшим помощником прокурора РД по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний (в сфере УФСИН).

Филиал ФГБУ «ФКП Росреестра» по РД (не филиал Росреестра по РД, как это значится у автора, общающегося с особо осведомлёнными источниками), руководителем которого является Залбек Залбеков, по сути, занимается фиксацией объектов недвижимости в специальном реестре на основании представленных застройщиками документов. Учреждение не выдаёт земельные участки, не участвует в строительстве домов.

Другой брат, Магомедгаджи Залбеков, работает в городской администрации, является начальником Управления по вопросам координации капитального строительства при администрации г. Махачкалы. Данное городское Управление не является самостоятельным юридическим лицом, находится в прямом подчинении градоначальника.

Управление выдаёт разрешения на строительство объектов капитального строительства, возводимых в черте города, но, надо отметить, существует градация объектов по ступеням согласования, закреплённая на законодательном уровне. Так, для объектов жилого капитального строительства, превышающих 3 этажа, при согласовании процедур до получения разрешения на строительство необходимо получить ещё и положительное Заключение экспертизы проекта (государственная или независимая), а также в обязательном порядке Градостроительный план и согласование проектного предложения в Управлении архитектуры г. Махачкалы.

На основании этих процедур и выдаётся Разрешение (ордер) на строительство. Далее объекты, подпадающие под экспертизу, переходят под строительный контроль Министерства строительства и ЖКХ РД от начала строительства и до конца, до получения Заключения о соответствии (ЗОС).

Только при наличии ЗОС объект может быть введён в эксплуатацию, и в этом случае, в соответствии со статьёй 55 Градостроительного кодекса РФ, орган, выдающий Разрешение на ввод в эксплуатацию, не выезжает на проверку объекта.

Необходимо ещё отметить, что этим столичным строительно-координационным ведомством на основании специальных актов об отсутствии разрешительных документов приостановлены строительные работы на более чем 300 объектах, по выявленным нарушениям в Правовое управление города для рассмотрения возможности обращения в суд с иском о сносе объектов за 2016–2017 годы направлено 565 материалов. Из них 180 исков удовлетворено, в том числе более 60 по многоквартирным домам, которые  имеют вступившие в силу решения о сносе, материалы переданы на исполнение в УФССП РФ по РД, 10 объектов уже снесено.

И тут  снова возникает резонный вопрос к Руслану Магомедову: где логика? Как можно утверждать, что Управление связано с тем, что в Махачкале появляется несносное жильё, когда именно Управление направляет материалы в ту же прокуратуру на предмет того, чтобы незаконное строительство в городе прекратилось? 

Надо отметить, что в администрации столицы создана «Комиссия по рассмотрению мер по обеспечению сноса самовольных построек на отдельных территориях города». На сегодняшний день на рассмотрение комиссии вынесено 66 объекта.

Кстати, в 144 таких незаконно построенных домах, которые были возведены и заселены 5, а то и 10 лет назад до создания Управления по вопросам координации капитального строительства (напомним, Управление создано в 2014 году), уже живут люди. И этот процесс заселения будет продолжаться, несмотря на многие недостатки. И потому актуальным видится активное участие граждан, имеющих в этих домах квартиры, в привлечении независимых экспертов, чтобы затем судебно оспорить снос домов, которые построены незаконно, но качественно.

А пока эту проблему несносных домов многие сейчас, на мой взгляд, не только бездоказательно, но и без всякой логики умудряются повесить на указанное Управление…

Page 3

В первом номере (12.01.2018 г.) газеты «Черновик» за авторством Руслана Магомедова вышел довольно большой материал под заголовком «Несносная Махачкала», в котором сразу после заголовка прозвучали два очень громких социально значимых и потому многообещающих для читателя заявления о том, что «весь строительный бизнес подмяла под себя семья дагестанского прокурора Рамазана Шахнавазова», и о том, что «коррупция может оставить без ничего 30 тысяч семей, потративших деньги и нервы на покупку квартиры в Махачкале».

Однако при попытке как-то связать между собой заголовок и эти заявления получаем примерно такой анонсно прозвучавший вывод: именно из-за семьи прокурора республики мы имеем ситуацию, когда квартиры «заморожены» в незаконно построенных домах. При звучащих от автора в адрес прокуратуры уголовно окрашенных претензиях невольно возникают сомнения, а за чьи интересы он радеет: обманутых хозяев квартир или нерадивых застройщиков, которые, игнорируя законы, возвели эти непригодные для заселения многоэтажные дома?

Переводя все коррупционные стрелки на семью Шахнавазова, автор ничем другим это не подтверждает, кроме ссылок через некоего осведомлённого источника и отвода читателя к членам другой семьи – Залбековых, которые, кстати, в родстве с прокурором не состоят и прямой зависимости в приёме-сдаче многоквартирных домов ни между собой, ни, тем более, с семьёй прокурора не имеют.

Судите сами: один из братьев, Магомед Залбеков, работает в прокуратуре. Однако он никакого отношения к надзору ни в сфере земельных отношений, ни в строительстве не имеет, работая начальником Управления обеспечения деятельности органов прокуратуры РД, отвечал за материальное обеспечение. Затем был  старшим помощником прокурора РД по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний (в сфере УФСИН).

Филиал ФГБУ «ФКП Росреестра» по РД (не филиал Росреестра по РД, как это значится у автора, общающегося с особо осведомлёнными источниками), руководителем которого является Залбек Залбеков, по сути, занимается фиксацией объектов недвижимости в специальном реестре на основании представленных застройщиками документов. Учреждение не выдаёт земельные участки, не участвует в строительстве домов.

Другой брат, Магомедгаджи Залбеков, работает в городской администрации, является начальником Управления по вопросам координации капитального строительства при администрации г. Махачкалы. Данное городское Управление не является самостоятельным юридическим лицом, находится в прямом подчинении градоначальника.

Управление выдаёт разрешения на строительство объектов капитального строительства, возводимых в черте города, но, надо отметить, существует градация объектов по ступеням согласования, закреплённая на законодательном уровне. Так, для объектов жилого капитального строительства, превышающих 3 этажа, при согласовании процедур до получения разрешения на строительство необходимо получить ещё и положительное Заключение экспертизы проекта (государственная или независимая), а также в обязательном порядке Градостроительный план и согласование проектного предложения в Управлении архитектуры г. Махачкалы.

На основании этих процедур и выдаётся Разрешение (ордер) на строительство. Далее объекты, подпадающие под экспертизу, переходят под строительный контроль Министерства строительства и ЖКХ РД от начала строительства и до конца, до получения Заключения о соответствии (ЗОС).

Только при наличии ЗОС объект может быть введён в эксплуатацию, и в этом случае, в соответствии со статьёй 55 Градостроительного кодекса РФ, орган, выдающий Разрешение на ввод в эксплуатацию, не выезжает на проверку объекта.

Необходимо ещё отметить, что этим столичным строительно-координационным ведомством на основании специальных актов об отсутствии разрешительных документов приостановлены строительные работы на более чем 300 объектах, по выявленным нарушениям в Правовое управление города для рассмотрения возможности обращения в суд с иском о сносе объектов за 2016–2017 годы направлено 565 материалов. Из них 180 исков удовлетворено, в том числе более 60 по многоквартирным домам, которые  имеют вступившие в силу решения о сносе, материалы переданы на исполнение в УФССП РФ по РД, 10 объектов уже снесено.

И тут  снова возникает резонный вопрос к Руслану Магомедову: где логика? Как можно утверждать, что Управление связано с тем, что в Махачкале появляется несносное жильё, когда именно Управление направляет материалы в ту же прокуратуру на предмет того, чтобы незаконное строительство в городе прекратилось? 

Надо отметить, что в администрации столицы создана «Комиссия по рассмотрению мер по обеспечению сноса самовольных построек на отдельных территориях города». На сегодняшний день на рассмотрение комиссии вынесено 66 объекта.

Кстати, в 144 таких незаконно построенных домах, которые были возведены и заселены 5, а то и 10 лет назад до создания Управления по вопросам координации капитального строительства (напомним, Управление создано в 2014 году), уже живут люди. И этот процесс заселения будет продолжаться, несмотря на многие недостатки. И потому актуальным видится активное участие граждан, имеющих в этих домах квартиры, в привлечении независимых экспертов, чтобы затем судебно оспорить снос домов, которые построены незаконно, но качественно.

А пока эту проблему несносных домов многие сейчас, на мой взгляд, не только бездоказательно, но и без всякой логики умудряются повесить на указанное Управление…

Page 4

В первом номере (12.01.2018 г.) газеты «Черновик» за авторством Руслана Магомедова вышел довольно большой материал под заголовком «Несносная Махачкала», в котором сразу после заголовка прозвучали два очень громких социально значимых и потому многообещающих для читателя заявления о том, что «весь строительный бизнес подмяла под себя семья дагестанского прокурора Рамазана Шахнавазова», и о том, что «коррупция может оставить без ничего 30 тысяч семей, потративших деньги и нервы на покупку квартиры в Махачкале».

Однако при попытке как-то связать между собой заголовок и эти заявления получаем примерно такой анонсно прозвучавший вывод: именно из-за семьи прокурора республики мы имеем ситуацию, когда квартиры «заморожены» в незаконно построенных домах. При звучащих от автора в адрес прокуратуры уголовно окрашенных претензиях невольно возникают сомнения, а за чьи интересы он радеет: обманутых хозяев квартир или нерадивых застройщиков, которые, игнорируя законы, возвели эти непригодные для заселения многоэтажные дома?

Переводя все коррупционные стрелки на семью Шахнавазова, автор ничем другим это не подтверждает, кроме ссылок через некоего осведомлённого источника и отвода читателя к членам другой семьи – Залбековых, которые, кстати, в родстве с прокурором не состоят и прямой зависимости в приёме-сдаче многоквартирных домов ни между собой, ни, тем более, с семьёй прокурора не имеют.

Судите сами: один из братьев, Магомед Залбеков, работает в прокуратуре. Однако он никакого отношения к надзору ни в сфере земельных отношений, ни в строительстве не имеет, работая начальником Управления обеспечения деятельности органов прокуратуры РД, отвечал за материальное обеспечение. Затем был  старшим помощником прокурора РД по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний (в сфере УФСИН).

Филиал ФГБУ «ФКП Росреестра» по РД (не филиал Росреестра по РД, как это значится у автора, общающегося с особо осведомлёнными источниками), руководителем которого является Залбек Залбеков, по сути, занимается фиксацией объектов недвижимости в специальном реестре на основании представленных застройщиками документов. Учреждение не выдаёт земельные участки, не участвует в строительстве домов.

Другой брат, Магомедгаджи Залбеков, работает в городской администрации, является начальником Управления по вопросам координации капитального строительства при администрации г. Махачкалы. Данное городское Управление не является самостоятельным юридическим лицом, находится в прямом подчинении градоначальника.

Управление выдаёт разрешения на строительство объектов капитального строительства, возводимых в черте города, но, надо отметить, существует градация объектов по ступеням согласования, закреплённая на законодательном уровне. Так, для объектов жилого капитального строительства, превышающих 3 этажа, при согласовании процедур до получения разрешения на строительство необходимо получить ещё и положительное Заключение экспертизы проекта (государственная или независимая), а также в обязательном порядке Градостроительный план и согласование проектного предложения в Управлении архитектуры г. Махачкалы.

На основании этих процедур и выдаётся Разрешение (ордер) на строительство. Далее объекты, подпадающие под экспертизу, переходят под строительный контроль Министерства строительства и ЖКХ РД от начала строительства и до конца, до получения Заключения о соответствии (ЗОС).

Только при наличии ЗОС объект может быть введён в эксплуатацию, и в этом случае, в соответствии со статьёй 55 Градостроительного кодекса РФ, орган, выдающий Разрешение на ввод в эксплуатацию, не выезжает на проверку объекта.

Необходимо ещё отметить, что этим столичным строительно-координационным ведомством на основании специальных актов об отсутствии разрешительных документов приостановлены строительные работы на более чем 300 объектах, по выявленным нарушениям в Правовое управление города для рассмотрения возможности обращения в суд с иском о сносе объектов за 2016–2017 годы направлено 565 материалов. Из них 180 исков удовлетворено, в том числе более 60 по многоквартирным домам, которые  имеют вступившие в силу решения о сносе, материалы переданы на исполнение в УФССП РФ по РД, 10 объектов уже снесено.

И тут  снова возникает резонный вопрос к Руслану Магомедову: где логика? Как можно утверждать, что Управление связано с тем, что в Махачкале появляется несносное жильё, когда именно Управление направляет материалы в ту же прокуратуру на предмет того, чтобы незаконное строительство в городе прекратилось? 

Надо отметить, что в администрации столицы создана «Комиссия по рассмотрению мер по обеспечению сноса самовольных построек на отдельных территориях города». На сегодняшний день на рассмотрение комиссии вынесено 66 объекта.

Кстати, в 144 таких незаконно построенных домах, которые были возведены и заселены 5, а то и 10 лет назад до создания Управления по вопросам координации капитального строительства (напомним, Управление создано в 2014 году), уже живут люди. И этот процесс заселения будет продолжаться, несмотря на многие недостатки. И потому актуальным видится активное участие граждан, имеющих в этих домах квартиры, в привлечении независимых экспертов, чтобы затем судебно оспорить снос домов, которые построены незаконно, но качественно.

А пока эту проблему несносных домов многие сейчас, на мой взгляд, не только бездоказательно, но и без всякой логики умудряются повесить на указанное Управление…

Page 5

В первом номере (12.01.2018 г.) газеты «Черновик» за авторством Руслана Магомедова вышел довольно большой материал под заголовком «Несносная Махачкала», в котором сразу после заголовка прозвучали два очень громких социально значимых и потому многообещающих для читателя заявления о том, что «весь строительный бизнес подмяла под себя семья дагестанского прокурора Рамазана Шахнавазова», и о том, что «коррупция может оставить без ничего 30 тысяч семей, потративших деньги и нервы на покупку квартиры в Махачкале».

Однако при попытке как-то связать между собой заголовок и эти заявления получаем примерно такой анонсно прозвучавший вывод: именно из-за семьи прокурора республики мы имеем ситуацию, когда квартиры «заморожены» в незаконно построенных домах. При звучащих от автора в адрес прокуратуры уголовно окрашенных претензиях невольно возникают сомнения, а за чьи интересы он радеет: обманутых хозяев квартир или нерадивых застройщиков, которые, игнорируя законы, возвели эти непригодные для заселения многоэтажные дома?

Переводя все коррупционные стрелки на семью Шахнавазова, автор ничем другим это не подтверждает, кроме ссылок через некоего осведомлённого источника и отвода читателя к членам другой семьи – Залбековых, которые, кстати, в родстве с прокурором не состоят и прямой зависимости в приёме-сдаче многоквартирных домов ни между собой, ни, тем более, с семьёй прокурора не имеют.

Судите сами: один из братьев, Магомед Залбеков, работает в прокуратуре. Однако он никакого отношения к надзору ни в сфере земельных отношений, ни в строительстве не имеет, работая начальником Управления обеспечения деятельности органов прокуратуры РД, отвечал за материальное обеспечение. Затем был  старшим помощником прокурора РД по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний (в сфере УФСИН).

Филиал ФГБУ «ФКП Росреестра» по РД (не филиал Росреестра по РД, как это значится у автора, общающегося с особо осведомлёнными источниками), руководителем которого является Залбек Залбеков, по сути, занимается фиксацией объектов недвижимости в специальном реестре на основании представленных застройщиками документов. Учреждение не выдаёт земельные участки, не участвует в строительстве домов.

Другой брат, Магомедгаджи Залбеков, работает в городской администрации, является начальником Управления по вопросам координации капитального строительства при администрации г. Махачкалы. Данное городское Управление не является самостоятельным юридическим лицом, находится в прямом подчинении градоначальника.

Управление выдаёт разрешения на строительство объектов капитального строительства, возводимых в черте города, но, надо отметить, существует градация объектов по ступеням согласования, закреплённая на законодательном уровне. Так, для объектов жилого капитального строительства, превышающих 3 этажа, при согласовании процедур до получения разрешения на строительство необходимо получить ещё и положительное Заключение экспертизы проекта (государственная или независимая), а также в обязательном порядке Градостроительный план и согласование проектного предложения в Управлении архитектуры г. Махачкалы.

На основании этих процедур и выдаётся Разрешение (ордер) на строительство. Далее объекты, подпадающие под экспертизу, переходят под строительный контроль Министерства строительства и ЖКХ РД от начала строительства и до конца, до получения Заключения о соответствии (ЗОС).

Только при наличии ЗОС объект может быть введён в эксплуатацию, и в этом случае, в соответствии со статьёй 55 Градостроительного кодекса РФ, орган, выдающий Разрешение на ввод в эксплуатацию, не выезжает на проверку объекта.

Необходимо ещё отметить, что этим столичным строительно-координационным ведомством на основании специальных актов об отсутствии разрешительных документов приостановлены строительные работы на более чем 300 объектах, по выявленным нарушениям в Правовое управление города для рассмотрения возможности обращения в суд с иском о сносе объектов за 2016–2017 годы направлено 565 материалов. Из них 180 исков удовлетворено, в том числе более 60 по многоквартирным домам, которые  имеют вступившие в силу решения о сносе, материалы переданы на исполнение в УФССП РФ по РД, 10 объектов уже снесено.

И тут  снова возникает резонный вопрос к Руслану Магомедову: где логика? Как можно утверждать, что Управление связано с тем, что в Махачкале появляется несносное жильё, когда именно Управление направляет материалы в ту же прокуратуру на предмет того, чтобы незаконное строительство в городе прекратилось? 

Надо отметить, что в администрации столицы создана «Комиссия по рассмотрению мер по обеспечению сноса самовольных построек на отдельных территориях города». На сегодняшний день на рассмотрение комиссии вынесено 66 объекта.

Кстати, в 144 таких незаконно построенных домах, которые были возведены и заселены 5, а то и 10 лет назад до создания Управления по вопросам координации капитального строительства (напомним, Управление создано в 2014 году), уже живут люди. И этот процесс заселения будет продолжаться, несмотря на многие недостатки. И потому актуальным видится активное участие граждан, имеющих в этих домах квартиры, в привлечении независимых экспертов, чтобы затем судебно оспорить снос домов, которые построены незаконно, но качественно.

А пока эту проблему несносных домов многие сейчас, на мой взгляд, не только бездоказательно, но и без всякой логики умудряются повесить на указанное Управление…

Page 6

В первом номере (12.01.2018 г.) газеты «Черновик» за авторством Руслана Магомедова вышел довольно большой материал под заголовком «Несносная Махачкала», в котором сразу после заголовка прозвучали два очень громких социально значимых и потому многообещающих для читателя заявления о том, что «весь строительный бизнес подмяла под себя семья дагестанского прокурора Рамазана Шахнавазова», и о том, что «коррупция может оставить без ничего 30 тысяч семей, потративших деньги и нервы на покупку квартиры в Махачкале».

Однако при попытке как-то связать между собой заголовок и эти заявления получаем примерно такой анонсно прозвучавший вывод: именно из-за семьи прокурора республики мы имеем ситуацию, когда квартиры «заморожены» в незаконно построенных домах. При звучащих от автора в адрес прокуратуры уголовно окрашенных претензиях невольно возникают сомнения, а за чьи интересы он радеет: обманутых хозяев квартир или нерадивых застройщиков, которые, игнорируя законы, возвели эти непригодные для заселения многоэтажные дома?

Переводя все коррупционные стрелки на семью Шахнавазова, автор ничем другим это не подтверждает, кроме ссылок через некоего осведомлённого источника и отвода читателя к членам другой семьи – Залбековых, которые, кстати, в родстве с прокурором не состоят и прямой зависимости в приёме-сдаче многоквартирных домов ни между собой, ни, тем более, с семьёй прокурора не имеют.

Судите сами: один из братьев, Магомед Залбеков, работает в прокуратуре. Однако он никакого отношения к надзору ни в сфере земельных отношений, ни в строительстве не имеет, работая начальником Управления обеспечения деятельности органов прокуратуры РД, отвечал за материальное обеспечение. Затем был  старшим помощником прокурора РД по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний (в сфере УФСИН).

Филиал ФГБУ «ФКП Росреестра» по РД (не филиал Росреестра по РД, как это значится у автора, общающегося с особо осведомлёнными источниками), руководителем которого является Залбек Залбеков, по сути, занимается фиксацией объектов недвижимости в специальном реестре на основании представленных застройщиками документов. Учреждение не выдаёт земельные участки, не участвует в строительстве домов.

Другой брат, Магомедгаджи Залбеков, работает в городской администрации, является начальником Управления по вопросам координации капитального строительства при администрации г. Махачкалы. Данное городское Управление не является самостоятельным юридическим лицом, находится в прямом подчинении градоначальника.

Управление выдаёт разрешения на строительство объектов капитального строительства, возводимых в черте города, но, надо отметить, существует градация объектов по ступеням согласования, закреплённая на законодательном уровне. Так, для объектов жилого капитального строительства, превышающих 3 этажа, при согласовании процедур до получения разрешения на строительство необходимо получить ещё и положительное Заключение экспертизы проекта (государственная или независимая), а также в обязательном порядке Градостроительный план и согласование проектного предложения в Управлении архитектуры г. Махачкалы.

На основании этих процедур и выдаётся Разрешение (ордер) на строительство. Далее объекты, подпадающие под экспертизу, переходят под строительный контроль Министерства строительства и ЖКХ РД от начала строительства и до конца, до получения Заключения о соответствии (ЗОС).

Только при наличии ЗОС объект может быть введён в эксплуатацию, и в этом случае, в соответствии со статьёй 55 Градостроительного кодекса РФ, орган, выдающий Разрешение на ввод в эксплуатацию, не выезжает на проверку объекта.

Необходимо ещё отметить, что этим столичным строительно-координационным ведомством на основании специальных актов об отсутствии разрешительных документов приостановлены строительные работы на более чем 300 объектах, по выявленным нарушениям в Правовое управление города для рассмотрения возможности обращения в суд с иском о сносе объектов за 2016–2017 годы направлено 565 материалов. Из них 180 исков удовлетворено, в том числе более 60 по многоквартирным домам, которые  имеют вступившие в силу решения о сносе, материалы переданы на исполнение в УФССП РФ по РД, 10 объектов уже снесено.

И тут  снова возникает резонный вопрос к Руслану Магомедову: где логика? Как можно утверждать, что Управление связано с тем, что в Махачкале появляется несносное жильё, когда именно Управление направляет материалы в ту же прокуратуру на предмет того, чтобы незаконное строительство в городе прекратилось? 

Надо отметить, что в администрации столицы создана «Комиссия по рассмотрению мер по обеспечению сноса самовольных построек на отдельных территориях города». На сегодняшний день на рассмотрение комиссии вынесено 66 объекта.

Кстати, в 144 таких незаконно построенных домах, которые были возведены и заселены 5, а то и 10 лет назад до создания Управления по вопросам координации капитального строительства (напомним, Управление создано в 2014 году), уже живут люди. И этот процесс заселения будет продолжаться, несмотря на многие недостатки. И потому актуальным видится активное участие граждан, имеющих в этих домах квартиры, в привлечении независимых экспертов, чтобы затем судебно оспорить снос домов, которые построены незаконно, но качественно.

А пока эту проблему несносных домов многие сейчас, на мой взгляд, не только бездоказательно, но и без всякой логики умудряются повесить на указанное Управление…

Page 7

В первом номере (12.01.2018 г.) газеты «Черновик» за авторством Руслана Магомедова вышел довольно большой материал под заголовком «Несносная Махачкала», в котором сразу после заголовка прозвучали два очень громких социально значимых и потому многообещающих для читателя заявления о том, что «весь строительный бизнес подмяла под себя семья дагестанского прокурора Рамазана Шахнавазова», и о том, что «коррупция может оставить без ничего 30 тысяч семей, потративших деньги и нервы на покупку квартиры в Махачкале».

Однако при попытке как-то связать между собой заголовок и эти заявления получаем примерно такой анонсно прозвучавший вывод: именно из-за семьи прокурора республики мы имеем ситуацию, когда квартиры «заморожены» в незаконно построенных домах. При звучащих от автора в адрес прокуратуры уголовно окрашенных претензиях невольно возникают сомнения, а за чьи интересы он радеет: обманутых хозяев квартир или нерадивых застройщиков, которые, игнорируя законы, возвели эти непригодные для заселения многоэтажные дома?

Переводя все коррупционные стрелки на семью Шахнавазова, автор ничем другим это не подтверждает, кроме ссылок через некоего осведомлённого источника и отвода читателя к членам другой семьи – Залбековых, которые, кстати, в родстве с прокурором не состоят и прямой зависимости в приёме-сдаче многоквартирных домов ни между собой, ни, тем более, с семьёй прокурора не имеют.

Судите сами: один из братьев, Магомед Залбеков, работает в прокуратуре. Однако он никакого отношения к надзору ни в сфере земельных отношений, ни в строительстве не имеет, работая начальником Управления обеспечения деятельности органов прокуратуры РД, отвечал за материальное обеспечение. Затем был  старшим помощником прокурора РД по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний (в сфере УФСИН).

Филиал ФГБУ «ФКП Росреестра» по РД (не филиал Росреестра по РД, как это значится у автора, общающегося с особо осведомлёнными источниками), руководителем которого является Залбек Залбеков, по сути, занимается фиксацией объектов недвижимости в специальном реестре на основании представленных застройщиками документов. Учреждение не выдаёт земельные участки, не участвует в строительстве домов.

Другой брат, Магомедгаджи Залбеков, работает в городской администрации, является начальником Управления по вопросам координации капитального строительства при администрации г. Махачкалы. Данное городское Управление не является самостоятельным юридическим лицом, находится в прямом подчинении градоначальника.

Управление выдаёт разрешения на строительство объектов капитального строительства, возводимых в черте города, но, надо отметить, существует градация объектов по ступеням согласования, закреплённая на законодательном уровне. Так, для объектов жилого капитального строительства, превышающих 3 этажа, при согласовании процедур до получения разрешения на строительство необходимо получить ещё и положительное Заключение экспертизы проекта (государственная или независимая), а также в обязательном порядке Градостроительный план и согласование проектного предложения в Управлении архитектуры г. Махачкалы.

На основании этих процедур и выдаётся Разрешение (ордер) на строительство. Далее объекты, подпадающие под экспертизу, переходят под строительный контроль Министерства строительства и ЖКХ РД от начала строительства и до конца, до получения Заключения о соответствии (ЗОС).

Только при наличии ЗОС объект может быть введён в эксплуатацию, и в этом случае, в соответствии со статьёй 55 Градостроительного кодекса РФ, орган, выдающий Разрешение на ввод в эксплуатацию, не выезжает на проверку объекта.

Необходимо ещё отметить, что этим столичным строительно-координационным ведомством на основании специальных актов об отсутствии разрешительных документов приостановлены строительные работы на более чем 300 объектах, по выявленным нарушениям в Правовое управление города для рассмотрения возможности обращения в суд с иском о сносе объектов за 2016–2017 годы направлено 565 материалов. Из них 180 исков удовлетворено, в том числе более 60 по многоквартирным домам, которые  имеют вступившие в силу решения о сносе, материалы переданы на исполнение в УФССП РФ по РД, 10 объектов уже снесено.

И тут  снова возникает резонный вопрос к Руслану Магомедову: где логика? Как можно утверждать, что Управление связано с тем, что в Махачкале появляется несносное жильё, когда именно Управление направляет материалы в ту же прокуратуру на предмет того, чтобы незаконное строительство в городе прекратилось? 

Надо отметить, что в администрации столицы создана «Комиссия по рассмотрению мер по обеспечению сноса самовольных построек на отдельных территориях города». На сегодняшний день на рассмотрение комиссии вынесено 66 объекта.

Кстати, в 144 таких незаконно построенных домах, которые были возведены и заселены 5, а то и 10 лет назад до создания Управления по вопросам координации капитального строительства (напомним, Управление создано в 2014 году), уже живут люди. И этот процесс заселения будет продолжаться, несмотря на многие недостатки. И потому актуальным видится активное участие граждан, имеющих в этих домах квартиры, в привлечении независимых экспертов, чтобы затем судебно оспорить снос домов, которые построены незаконно, но качественно.

А пока эту проблему несносных домов многие сейчас, на мой взгляд, не только бездоказательно, но и без всякой логики умудряются повесить на указанное Управление…

chernovik.net

«Государево око» в Дагестане оказалось морально слабым до денег

1 февраля 201809:17

Ессентукский городской суд отстранил от должности мэра Махачкалы находящегося под стражей Мусу Мусаева. Ему инкриминируется незаконная передача в 17,5 тыс. кв м. республиканской земли в собственность ОАО «Акционерный строительно-промышленный комплекс» (АСПК). В результате действий теперь уже бывшего мэра бюджету Республики Дагестан был нанесен ущерб в 80 млн. рублей.

Муса Мусаев пришел в кресло мэра Махачкалы с поста министра строительства и ЖКХ Дагестана. Есть подтвержденная информация, что в бытность Мусаева мэром капстроительство жилых домов в Махачкале курировали близкие люди Рамазана Шахнавазова. Прокурора республики, написавшего в начале ноября прошлого года заявление о досрочной отставке.

Заместителя прокурора Нижегородской области Шахнавазова назначили прокурором Дагестана в конце апреля 2013 года. С момента его приезда в Дагестан в 2013 году Шахнавазова считали человеком не Рамазана Абдулатипова, а Саида Амирова. Осужденный на пожизненное заключение за терроризм и убийство сотрудника СКР Амиров был первым человеком, которому нанес визит новоиспеченный прокурор Дагестана, только прилетев в Махачкалу. В аэропорту его встретил первый зам Амирова Нурбаганд Багандов и сразу повез к «патрону». Когда Амирова арестовали, Шахнавазов успел «сменить окраску» и подстроиться под главу Дагестана Рамазана Абдулатипова.

Минимальный срок службы прокурора региона на одном месте — 5 лет. Шахнавазов подал в отставку, не отработав положенного прокурорского минимума и даже не попрощавшись с коллегами по службе. До своего заявления прокурор проходил внеплановую аттестацию, инициированную Генпрокуратурой РФ в связи с фактами многочисленных нарушений в сфере надзора за законодательством в Дагестане. Вердикт комиссии по Шахнавазову — «неаттестован».

Врио главы Дагестана Владимир Васильев инициировал в республике «практически войсковую операцию» по наведению порядка в экономике и других сферах жизни региона. Логический вывод: созывать в республику десанты из прокуроров и других специалистов вряд ли потребовалось, если бы надзорное ведомство Дагестана во главе с Шахнавазовым добросовестно работало с апреля 2013 года. Комментируя уголовное дело в отношении Мусы Мусаева, Васильев дал уничтожительную характеристику градостроительной политике теперь уже бывшего мэра. Глава Управления капстроительства мэрии Махачкалы Магомедгаджи Залбеков среди махачкалинцев имеет скверную репутацию. Горожане считают: Залбеков уничтожает то, чего не успел доломать и перестроить под личные нужды Саид Амиров. Хаотическая застройка города идет по «серым схемам». «Добро» на это дал в свое время прокурор республики Рамазан Шахнавазов, состоящий в хороших отношениях с семьей Залбековых. Помощником Шахнавазова по надзору за местами лишения свободы работает родной брат начальника по капстроительству в Махачкале Магомед Залбеков.

В 2015 году Шахнавазов по просьбе отца братьев, Магомедсаида Залбекова, принял Магомеда Залбекова на работу в прокуратуру. Есть информация, что за услугу Залбеков-старший заплатил Шахнавазову крупную сумму денег. Шахнавазов был в курсе, что у его нового помощника нет опыта соответствующей работы, а диплом юриста поддельный, но закрыл на это глаза. Факт фальшивого диплома у помощника прокурора Магомеда Залбекова был вскрыт аттестационной комиссией Генпрокуратуры РФ, проверявшей Шахнавазова. Семья Залбековых связана с крупным бизнесом в области капстроительства. До того, как одеть прокурорский мундир. Магомед Залбеков учредил ООО «Фирма Москва-строй». Все свои зарегистрированные подряды на строительство «Фирма Москва-строй» получила от прокуратуры Дагестана. Третий брат, Залбек Залбеков — директор кадастровой палаты Дагестана, избранный в 2016 года депутатом Народного собрания. Четвертый брат Далгат Залбеков — руководитель межрайонной налоговой инспекции № 14, расположенной в Каспийске.

Патрон семьи Залбековых Шахнавазов в Махачкале тоже «себя не обделил». В прошлом году в прокуратуре перестали платить премии и командировочные, мотивировав этот секвестр экономическим кризисом. Есть подтвержденная информация, что кризис в бухгалтерии прокуратуры был усугублен лично Шахнавазовым, который «сэкономил» государственные деньги для личных нужд. «Сбереженные» средства были поделены между Шахнавазовым и начальном отдела материального- технического обеспечения надзорного ведомства.

Своего сына Артура, когда тому едва исполнилось 25 лет, Шахнавазов в 2013 году устроил прокурором Советского района Махачкалы. Прошлый прокурор района, у которого Артур Шахнавазов был в подчинении, планировал уволить сына прокурора республики за прогулы и служебные нарушения. В сентябре 2016 года Артур Шахнавазов был избран по спискам «Единой России» в Народное собрание Дагестана, стал зампредом комитета по законодательству.

28-летнего Шахнавазова провели в парламент в благодарность за следующее. Во время проведения в Дагестане выборов-2016, которые глава ЦИК РФ Элла Памфилова потом назовет «самыми проблемными», Шахнавазов по поручению руководства республики дал своим подчиненным указание: не препятствовать нарушениям избирательного процесса. По сути, главный блюститель законности санкционировал совершение должностного преступления. Еще на старте выборов были без оснований сняты кандидаты от партий «Родина» и «Народ против коррупции». В ходе самих выборов админресурс, при бездействии прокуратуры, «зарубил» «неугодных» властям кандидатов в депутаты Госдумы и Народного собрания.

Блюстители закона «проглядели» нарушения на выборах еще по одной причине. В бытность Шахнавазова прокурором по Дагестану стала ходить злая шутка: «В прокуратуру Дагестана требуются кассиры на вход». Устройство в прокуратуры города Махачкалы стоило 20−25 млн рублей, в прокуратуру другого города или крупного района — 10−15 млн, отдаленного горного района 3−5 млн. На местах Шахнавазов при помощи Рамазана Абдулатипова протащил близких себе людей на не связанные с прокуратурой государственные должности. Очень много родственников Шахнавазова стали ответственными госчиновниками в Сергокалинском районе, откуда родом бывший прокурор.

Избербаш, «вторая родина» Шахнавазова, почти превратился в его личную вотчину. Там начальником отделения Росреестра не так давно стал кунак Шахнавазова Алиасхаб Багамаев. Руководителем избербашского комплексного центра социального обслуживания населения (КЦСОН) — родственник Закарига Закаригаев. Естественно, что близок к Шахнавазову прокурор Избербаша Ахмед Алигаджиев. Помощник у прокурора Алигаджиева — его племянник Марат Богатов. Начальник Избербашских электросетей Абдулгани Богатов — отец помощника прокурора города. В планах Рамазана Шахнавазова было самому стать мэром Избербаша после окончания своей прокурорской каденции.

Налицо конфликт интересов, помноженный на патологическую жадность и моральную неустойчивость бывшего прокурора. Его дочери, разумеется, тоже сотруднице прокуратуры, из-за неприглядных качеств отца отказали в должности судьи.

Амин Ярахмедов, специально для EADaily

Как стало известно EADaily, Рамазан Шахнавазов ушел с занимаемой должности. Кандидатуру нового прокурора Народное собрание Дагестана рассмотрит сегодня, 1 февраля.

eadaily.com

Несносная МахачкалаКоррупция может оставить без ничего 30 тысяч семей, потративших деньги и нервы на покупку квартиры в Махачкале

«Люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было... Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны: из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. Ну, легкомысленны... ну, что ж... обыкновенные люди... в общем, напоминают прежних... квартирный вопрос только испортил их...»

«Мастер и Маргарита», Михаил Булгаков

Обещанный врио главы РД Владимиром Васильевым десант из 70 сотрудников прокуратуры и правоохранительных органов серьёзно напугал чиновников различных дагестанских уровней власти: проверки способны выявить серьёзные коррупционные схемы, а также тех людей, кто в этих звеньях является ключевым.

По данным «ЧК», уже 15 января часть прокурорского десанта постучится в двери администрации Махачкалы, и в частности Управления по координации капитального строительства мэрии.

Внимание к этому управлению, а также к тому, как в Махачкале ведётся бизнес в сфере строительства многоквартирных многоэтажных домов, не простое. Сфера строительства подобного жилья стала модной для предпринимателей: затраты на строительство относительно быстро отбиваются, а желающих сменить прописку в горах на махачкалинскую или улучшить свои жилищные условия меньше не становится. Большой интерес к квадратным метрам привёл к тому, что коррупционноёмкость этой отрасли (расходы застройщиков на различные взятки) составила от 750 млн до 1,5 млрд рублей. От неё кормится не только многочисленная армия мелких чиновников и «решал», но и куча оборотней в погонах республиканского уровня.

Жилищный вопрос в Махачкале настолько серьёзен, что вызвал скрытый конфликт между различными группами влияния в республике. К примеру, осведомлённый источник «ЧК» утверждает, что вследствие этого конфликта мэр Махачкалы Муса Мусаев практически не имеет рычагов влияния на ситуацию в этой сфере: де-факто законность процедур в области строительства в мэрии контролирует семья прокурора РД Рамазана Шахнавазова. Источник «ЧК» утверждает, что Шахнавазовы оказывают мощную поддержку руководителю Управления по координации капитального строительства Махачкалы Магомедгаджи Залбекову. Причём поддержку настолько мощную, что, как мы уже говорили, даже Мусаев предпочитает держаться в стороне от активности этого управления.

Такая же поддержка Шахнавазовыми оказывается и братьям Магомедгаджи Залбекова – Магомеду, являющемуся старшим помощником прокурора РД, и Залбеку, возглавляющему филиал Росреестра по РД (Федеральной службы госрегистрации, кадастра и картографии), депутату НС РД. Отметим, что Магомед Залбеков с 2009 года по февраль – август 2012 года, то есть до того, как надел прокурорский мундир, был учредителем ООО «Фирма Москва-строй», занимавшегося строительством зданий и сооружений.

Ещё один брат Залбековых – Далгат – возглавляет Межрайонную инспекцию №14 по РД.

Несмотря на плотный контроль прокуратурой РД вопросов застройки Махачкалы, тем не менее, регулярно надзорное ведомство озвучивает данные о вынесенных актах прокурорского реагирования, связанных с незаконным выделением мэрией земель под строительство многоэтажек, изменением вида использования земли, предназначенной для индивидуального жилищного строительства (ИЖС), в категорию «под многоэтажное строительство», и пр.

Но, чтобы понять, что же происходит в сфере строительства, необходимо разобраться в тех реалиях, в которых живёт среднестатистический махачкалинский застройщик. Для этого «Черновик» переговорил со своими источниками и пришёл к выводу, что обещанный Владимиром Васильевым прокурорский десант должен будет вникнуть в проблему более глубоко, протоколируя каждое своё действие, назначая экспертизы, а может, даже требуя возбуждения уголовных дел и проведения оперативно-следственных действий…

Дилемма застройщика

Реалии Махачкалы сегодня таковы, что застройщик, решившись привлечь средства дольщиков или свои кровные, для возведения многоэтажного многоквартирного дома выбирает один из двух вариантов поведения: законный путь (строить его, получив все разрешительные документы), или же незаконный путь (строить его без таковых).

Чтобы приступить к строительству многоэтажки законным путём, застройщику нужно получить два основных (среди прочих) документа: постановления главы администрации Махачкалы (о выделении земель, переводе их из одной категории в другую) и разрешение Управления по координации капитального строительства мэрии.

По некоторым данным, которые, на взгляд «ЧК», нуждаются в обязательной перепроверке со стороны представителей незаинтересованных правоохранительных органов, получение соответствующего постановления в мэрии может обойтись застройщику в 5% от общей стоимости строительства. Процентная ставка дельцов, организовывающих такое постановление, жёстко привязана к количеству жилой площади возводимой многоэтажки. Источники газеты отмечают, что если постановление мэрии было получено в период правления Саида Амирова или Магомеда Сулейманова, то расход застройщика на этом этапе снижается до 3%.

Нижеследующая информация о теневой, а не официальной, процедуре получения разрешения на строительство тоже нуждается, на взгляд редакции, в перепроверке командированными, а не местными, силовиками. Получение застройщиком разрешения на строительство многоэтажного дома может обойтись от 450–500 тыс. до 1 млн рублей за один подъезд. Данное разрешение, как правило, выдаётся на минимальный срок (к примеру, на два года из допустимых пяти). Если застройщик не уложился в сроки (обычно не укладывается), то ему приходится снова расставаться со значительной суммой.

Но на этом мытарства застройщика не заканчиваются. На любом этапе строительства к нему могут прийти люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы и/или района дагестанской столицы, Минстроя, экологического надзора и пр. Люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы (далеко не факт, что они ими на самом деле являются), могут угрожать застройщику актами прокурорского реагирования. В большинстве случаев застройщик действительно нарушает различные стандарты и нормативы, поэтому поймать его есть на чём. Это нарушения плотности застройки, отсутствие или недостаточность квадратуры детской площадки или парковочных мест перед домом и так далее. К примеру, в «ЧК» №47 от 2 декабря 2016 года, в статье «Закон плотности», рассказывалось о том, что прокуратура Каспийска требовала в судебном порядке снести введённый в эксплуатацию и уже заселённый 10-этажный 194-квартирный дом по ул. Акулиничева, 13. Тогда в качестве основания для сноса и отмены разрешения на строительство каспийская прокуратура указывала, что в разрешительной документации обязательный норматив в градостроительном законодательстве – коэффициент плотности застройки (КПЗ) – превышен более чем в два раза.

В подобных случаях обращение застройщиков к «решалам» в Управлении по координации капитального строительства Махачкалы натыкается на ответ: «Решайте эту проблему аккуратно сами, они (проверяющие) открыты для предложений…». Как правило, в этих диалогах звучат такие имена и прозвища, как Ахмед, Белуга и другие. В итоге застройщикам, во избежание проблем, приходится отдавать неизвестно кому (желательно, чтобы прокурорский десант выяснил, кому конкретно) от 500 до 1 млн рублей за подъезд, лишь бы строительство не было признано незаконным. Примечательно, но когда к тому же самому застройщику спустя какое-то время приходят некие лица и представляются сотрудниками прокуратуры одного из районов Махачкалы, то история повторяется вновь и из кармана строителя дополнительно утекает по 150–200 тысяч за один подъезд ещё не достроенного многоквартирного дома.

Уже достроенный многоквартирный дом, несмотря на то что в него, казалось бы, можно заселиться и обустраивать быт, ещё необходимо ввести в эксплуатацию (или, как это ещё называют, взять на баланс). Этот этап волнителен и важен для каждого застройщика. И так же дорог, как предыдущие этапы. Прохождение такой процедуры как введение дома в эксплуатацию, по некоторым данным, может обойтись застройщику в 1,8–2 млн рублей.

Незаконный и тернистый…

Судьба застройщиков, возводящих многоэтажки без разрешительной документации, более прозаичная. Имея на руках «зелёнки» на землю, где можно строить только ИЖС (то есть только дом в три этажа, не разделённый на обособленные квартиры), застройщик платит различным «решалам» от 250 до 400 тыс. рублей за каждый этаж каждого подъезда будущей многоэтажки и быстро, как только можно, возводит объект.

По этой схеме, как правило, застройщики идут в том случае, когда у них нет финансовой возможности проплатить «решалам» всю сумму сразу за получение постановления и разрешения на строительство и различные техусловия. В этой схеме застройщик считает, что он будет, потихоньку привлекая средства, строить дом, попутно по частям расплачиваясь с «решалами». Однако здесь также присутствуют расходы на тех людей, кто, представляясь сотрудниками прокуратуры или МВД, получает свой нелегальный доход, угрожая остановить строительство.

«Решалы» (застройщики называют такие имена, как Шахбан, Гамзалав, Алишка) каким-то образом утрясают этот вопрос с Управлением по координации капитального строительства Махачкалы. И, пока муниципальные власти, а также республиканские силовые и надзорные структуры «спят», на участке для ИЖС в окружении частных домовладений вырастает десяти- или одиннадцатиэтажная «дура». И она тоже, при благоприятном стечении обстоятельств, должна пройти процедуру ввода в эксплуатацию. Здесь у застройщика есть только одна возможность узаконить многоэтажку: в случае обращения правового управления мэрии в суд с просьбой признать объект самовольной постройкой и снести её или же в случае обращения самого застройщика в суд с просьбой признать за ним право собственности на самовольную постройку. В этом вопросе суд (возможно, если позиция правового управления Махачкалы будет не столь принципиальной) может пойти навстречу застройщику.

Несмотря на прозаичность схемы незаконного строительства, именно этот вопрос может иметь серьёзные для республики социальные последствия. По данным осведомлённых источников «ЧК» в администрации Махачкалы, в границах городского округа на разных стадиях строительства незаконно возводится более 480 многоквартирных домов.

По самым грубым и поверхностным расчётам, это примерно 27–30 тысяч квартир. Это 27–30 тысяч семей. Это около 90 тысяч человек. И все они, потенциально, могут остаться и без обещанного в Махачкале жилья, и без денег.

Дело в том, что Махачкалу, которую квартирный вопрос не просто испортил, а извратил, будет тщательным образом проверять прокурорский десант. Поэтому, несмотря на все неофициальные договорённости и активность «решал», городские власти предпринимают меры юридической защиты своих (где-то даже личных) интересов, а не застройщиков.

По данным «ЧК», практически на каждый незаконно возводящийся объект Управлением по координации капитального строительства Махачкалы подан иск о признании его незаконной постройкой и сносе. Эти иски, скорее всего, будут удовлетворены. После вступления решения судов в законную силу возведённые многоэтажки уже будет невозможно ввести в эксплуатацию (узаконить), а застройщик не сможет продавать в них квартиры.

Продажа квартир в незаконно построенном доме и признанном подлежащим сносу квалифицируется силовиками как факт мошенничества. И даже при фактическом заселении будут проблемы с подключением коммуникаций. Всё это дополнительные расходы…

Снести многоэтажки технологически не представляется возможным. Самая ближайшая к Махачкале точка на карте России, где есть необходимая техника, – это Ростов-на-Дону. Привлечение специалистов-взрывотехников как вариант исполнения судебного решения пока властями не рассматривается...

Дёшево и плачевно

Коррупционные схемы в строительстве – это не дагестанское изобретение. Практически весь цивилизованный мир прошёл через это, сформировав богатый опыт противодействия различным негативным (социального характера) рискам, а также коррупционным преступлениям. Этот опыт нужно изучать и перенимать. Основная причина, по которой среднестатистический застройщик лезет в мутные схемы, – это нежелание терять время в забюрократизированных, затянутых (где-то необоснованно) процедурах получения соответствующих разрешений, согласований, техусловий и пр. Принцип «не подмажешь – не поедешь» тут выражается в затягивании сроков строительства, скандалах и объяснениях с дольщиками, удорожании (вследствие инфляции и прочих процессов) стоимости строительства и многом другом.

Однако надо понимать и такой момент: коррупционные схемы влекут за собой удешевление качества строительства. Застройщик, хорошо потратившись на различных этапах, чтобы выдержать привлекательную для покупателя цену, существенным образом начинает экономить на марке цемента и арматуры, на внутренних работах, отделочных и прочих материалах, квалифицированной рабочей силе.

Поэтому прокурорскому десанту не обойтись без (хотя бы выборочной) строительной экспертизы возведённых объектов. Хотя бы для того, чтобы у властей было понимание, во что выльется в ближайшие десять лет (или в случае сильного землетрясения) безумная застройка Махачкалы… ]§[

Page 2

«Люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было... Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны: из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. Ну, легкомысленны... ну, что ж... обыкновенные люди... в общем, напоминают прежних... квартирный вопрос только испортил их...»

«Мастер и Маргарита», Михаил Булгаков

Обещанный врио главы РД Владимиром Васильевым десант из 70 сотрудников прокуратуры и правоохранительных органов серьёзно напугал чиновников различных дагестанских уровней власти: проверки способны выявить серьёзные коррупционные схемы, а также тех людей, кто в этих звеньях является ключевым.

По данным «ЧК», уже 15 января часть прокурорского десанта постучится в двери администрации Махачкалы, и в частности Управления по координации капитального строительства мэрии.

Внимание к этому управлению, а также к тому, как в Махачкале ведётся бизнес в сфере строительства многоквартирных многоэтажных домов, не простое. Сфера строительства подобного жилья стала модной для предпринимателей: затраты на строительство относительно быстро отбиваются, а желающих сменить прописку в горах на махачкалинскую или улучшить свои жилищные условия меньше не становится. Большой интерес к квадратным метрам привёл к тому, что коррупционноёмкость этой отрасли (расходы застройщиков на различные взятки) составила от 750 млн до 1,5 млрд рублей. От неё кормится не только многочисленная армия мелких чиновников и «решал», но и куча оборотней в погонах республиканского уровня.

Жилищный вопрос в Махачкале настолько серьёзен, что вызвал скрытый конфликт между различными группами влияния в республике. К примеру, осведомлённый источник «ЧК» утверждает, что вследствие этого конфликта мэр Махачкалы Муса Мусаев практически не имеет рычагов влияния на ситуацию в этой сфере: де-факто законность процедур в области строительства в мэрии контролирует семья прокурора РД Рамазана Шахнавазова. Источник «ЧК» утверждает, что Шахнавазовы оказывают мощную поддержку руководителю Управления по координации капитального строительства Махачкалы Магомедгаджи Залбекову. Причём поддержку настолько мощную, что, как мы уже говорили, даже Мусаев предпочитает держаться в стороне от активности этого управления.

Такая же поддержка Шахнавазовыми оказывается и братьям Магомедгаджи Залбекова – Магомеду, являющемуся старшим помощником прокурора РД, и Залбеку, возглавляющему филиал Росреестра по РД (Федеральной службы госрегистрации, кадастра и картографии), депутату НС РД. Отметим, что Магомед Залбеков с 2009 года по февраль – август 2012 года, то есть до того, как надел прокурорский мундир, был учредителем ООО «Фирма Москва-строй», занимавшегося строительством зданий и сооружений.

Ещё один брат Залбековых – Далгат – возглавляет Межрайонную инспекцию №14 по РД.

Несмотря на плотный контроль прокуратурой РД вопросов застройки Махачкалы, тем не менее, регулярно надзорное ведомство озвучивает данные о вынесенных актах прокурорского реагирования, связанных с незаконным выделением мэрией земель под строительство многоэтажек, изменением вида использования земли, предназначенной для индивидуального жилищного строительства (ИЖС), в категорию «под многоэтажное строительство», и пр.

Но, чтобы понять, что же происходит в сфере строительства, необходимо разобраться в тех реалиях, в которых живёт среднестатистический махачкалинский застройщик. Для этого «Черновик» переговорил со своими источниками и пришёл к выводу, что обещанный Владимиром Васильевым прокурорский десант должен будет вникнуть в проблему более глубоко, протоколируя каждое своё действие, назначая экспертизы, а может, даже требуя возбуждения уголовных дел и проведения оперативно-следственных действий…

Дилемма застройщика

Реалии Махачкалы сегодня таковы, что застройщик, решившись привлечь средства дольщиков или свои кровные, для возведения многоэтажного многоквартирного дома выбирает один из двух вариантов поведения: законный путь (строить его, получив все разрешительные документы), или же незаконный путь (строить его без таковых).

Чтобы приступить к строительству многоэтажки законным путём, застройщику нужно получить два основных (среди прочих) документа: постановления главы администрации Махачкалы (о выделении земель, переводе их из одной категории в другую) и разрешение Управления по координации капитального строительства мэрии.

По некоторым данным, которые, на взгляд «ЧК», нуждаются в обязательной перепроверке со стороны представителей незаинтересованных правоохранительных органов, получение соответствующего постановления в мэрии может обойтись застройщику в 5% от общей стоимости строительства. Процентная ставка дельцов, организовывающих такое постановление, жёстко привязана к количеству жилой площади возводимой многоэтажки. Источники газеты отмечают, что если постановление мэрии было получено в период правления Саида Амирова или Магомеда Сулейманова, то расход застройщика на этом этапе снижается до 3%.

Нижеследующая информация о теневой, а не официальной, процедуре получения разрешения на строительство тоже нуждается, на взгляд редакции, в перепроверке командированными, а не местными, силовиками. Получение застройщиком разрешения на строительство многоэтажного дома может обойтись от 450–500 тыс. до 1 млн рублей за один подъезд. Данное разрешение, как правило, выдаётся на минимальный срок (к примеру, на два года из допустимых пяти). Если застройщик не уложился в сроки (обычно не укладывается), то ему приходится снова расставаться со значительной суммой.

Но на этом мытарства застройщика не заканчиваются. На любом этапе строительства к нему могут прийти люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы и/или района дагестанской столицы, Минстроя, экологического надзора и пр. Люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы (далеко не факт, что они ими на самом деле являются), могут угрожать застройщику актами прокурорского реагирования. В большинстве случаев застройщик действительно нарушает различные стандарты и нормативы, поэтому поймать его есть на чём. Это нарушения плотности застройки, отсутствие или недостаточность квадратуры детской площадки или парковочных мест перед домом и так далее. К примеру, в «ЧК» №47 от 2 декабря 2016 года, в статье «Закон плотности», рассказывалось о том, что прокуратура Каспийска требовала в судебном порядке снести введённый в эксплуатацию и уже заселённый 10-этажный 194-квартирный дом по ул. Акулиничева, 13. Тогда в качестве основания для сноса и отмены разрешения на строительство каспийская прокуратура указывала, что в разрешительной документации обязательный норматив в градостроительном законодательстве – коэффициент плотности застройки (КПЗ) – превышен более чем в два раза.

В подобных случаях обращение застройщиков к «решалам» в Управлении по координации капитального строительства Махачкалы натыкается на ответ: «Решайте эту проблему аккуратно сами, они (проверяющие) открыты для предложений…». Как правило, в этих диалогах звучат такие имена и прозвища, как Ахмед, Белуга и другие. В итоге застройщикам, во избежание проблем, приходится отдавать неизвестно кому (желательно, чтобы прокурорский десант выяснил, кому конкретно) от 500 до 1 млн рублей за подъезд, лишь бы строительство не было признано незаконным. Примечательно, но когда к тому же самому застройщику спустя какое-то время приходят некие лица и представляются сотрудниками прокуратуры одного из районов Махачкалы, то история повторяется вновь и из кармана строителя дополнительно утекает по 150–200 тысяч за один подъезд ещё не достроенного многоквартирного дома.

Уже достроенный многоквартирный дом, несмотря на то что в него, казалось бы, можно заселиться и обустраивать быт, ещё необходимо ввести в эксплуатацию (или, как это ещё называют, взять на баланс). Этот этап волнителен и важен для каждого застройщика. И так же дорог, как предыдущие этапы. Прохождение такой процедуры как введение дома в эксплуатацию, по некоторым данным, может обойтись застройщику в 1,8–2 млн рублей.

Незаконный и тернистый…

Судьба застройщиков, возводящих многоэтажки без разрешительной документации, более прозаичная. Имея на руках «зелёнки» на землю, где можно строить только ИЖС (то есть только дом в три этажа, не разделённый на обособленные квартиры), застройщик платит различным «решалам» от 250 до 400 тыс. рублей за каждый этаж каждого подъезда будущей многоэтажки и быстро, как только можно, возводит объект.

По этой схеме, как правило, застройщики идут в том случае, когда у них нет финансовой возможности проплатить «решалам» всю сумму сразу за получение постановления и разрешения на строительство и различные техусловия. В этой схеме застройщик считает, что он будет, потихоньку привлекая средства, строить дом, попутно по частям расплачиваясь с «решалами». Однако здесь также присутствуют расходы на тех людей, кто, представляясь сотрудниками прокуратуры или МВД, получает свой нелегальный доход, угрожая остановить строительство.

«Решалы» (застройщики называют такие имена, как Шахбан, Гамзалав, Алишка) каким-то образом утрясают этот вопрос с Управлением по координации капитального строительства Махачкалы. И, пока муниципальные власти, а также республиканские силовые и надзорные структуры «спят», на участке для ИЖС в окружении частных домовладений вырастает десяти- или одиннадцатиэтажная «дура». И она тоже, при благоприятном стечении обстоятельств, должна пройти процедуру ввода в эксплуатацию. Здесь у застройщика есть только одна возможность узаконить многоэтажку: в случае обращения правового управления мэрии в суд с просьбой признать объект самовольной постройкой и снести её или же в случае обращения самого застройщика в суд с просьбой признать за ним право собственности на самовольную постройку. В этом вопросе суд (возможно, если позиция правового управления Махачкалы будет не столь принципиальной) может пойти навстречу застройщику.

Несмотря на прозаичность схемы незаконного строительства, именно этот вопрос может иметь серьёзные для республики социальные последствия. По данным осведомлённых источников «ЧК» в администрации Махачкалы, в границах городского округа на разных стадиях строительства незаконно возводится более 480 многоквартирных домов.

По самым грубым и поверхностным расчётам, это примерно 27–30 тысяч квартир. Это 27–30 тысяч семей. Это около 90 тысяч человек. И все они, потенциально, могут остаться и без обещанного в Махачкале жилья, и без денег.

Дело в том, что Махачкалу, которую квартирный вопрос не просто испортил, а извратил, будет тщательным образом проверять прокурорский десант. Поэтому, несмотря на все неофициальные договорённости и активность «решал», городские власти предпринимают меры юридической защиты своих (где-то даже личных) интересов, а не застройщиков.

По данным «ЧК», практически на каждый незаконно возводящийся объект Управлением по координации капитального строительства Махачкалы подан иск о признании его незаконной постройкой и сносе. Эти иски, скорее всего, будут удовлетворены. После вступления решения судов в законную силу возведённые многоэтажки уже будет невозможно ввести в эксплуатацию (узаконить), а застройщик не сможет продавать в них квартиры.

Продажа квартир в незаконно построенном доме и признанном подлежащим сносу квалифицируется силовиками как факт мошенничества. И даже при фактическом заселении будут проблемы с подключением коммуникаций. Всё это дополнительные расходы…

Снести многоэтажки технологически не представляется возможным. Самая ближайшая к Махачкале точка на карте России, где есть необходимая техника, – это Ростов-на-Дону. Привлечение специалистов-взрывотехников как вариант исполнения судебного решения пока властями не рассматривается...

Дёшево и плачевно

Коррупционные схемы в строительстве – это не дагестанское изобретение. Практически весь цивилизованный мир прошёл через это, сформировав богатый опыт противодействия различным негативным (социального характера) рискам, а также коррупционным преступлениям. Этот опыт нужно изучать и перенимать. Основная причина, по которой среднестатистический застройщик лезет в мутные схемы, – это нежелание терять время в забюрократизированных, затянутых (где-то необоснованно) процедурах получения соответствующих разрешений, согласований, техусловий и пр. Принцип «не подмажешь – не поедешь» тут выражается в затягивании сроков строительства, скандалах и объяснениях с дольщиками, удорожании (вследствие инфляции и прочих процессов) стоимости строительства и многом другом.

Однако надо понимать и такой момент: коррупционные схемы влекут за собой удешевление качества строительства. Застройщик, хорошо потратившись на различных этапах, чтобы выдержать привлекательную для покупателя цену, существенным образом начинает экономить на марке цемента и арматуры, на внутренних работах, отделочных и прочих материалах, квалифицированной рабочей силе.

Поэтому прокурорскому десанту не обойтись без (хотя бы выборочной) строительной экспертизы возведённых объектов. Хотя бы для того, чтобы у властей было понимание, во что выльется в ближайшие десять лет (или в случае сильного землетрясения) безумная застройка Махачкалы… ]§[

Page 3

«Люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было... Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны: из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. Ну, легкомысленны... ну, что ж... обыкновенные люди... в общем, напоминают прежних... квартирный вопрос только испортил их...»

«Мастер и Маргарита», Михаил Булгаков

Обещанный врио главы РД Владимиром Васильевым десант из 70 сотрудников прокуратуры и правоохранительных органов серьёзно напугал чиновников различных дагестанских уровней власти: проверки способны выявить серьёзные коррупционные схемы, а также тех людей, кто в этих звеньях является ключевым.

По данным «ЧК», уже 15 января часть прокурорского десанта постучится в двери администрации Махачкалы, и в частности Управления по координации капитального строительства мэрии.

Внимание к этому управлению, а также к тому, как в Махачкале ведётся бизнес в сфере строительства многоквартирных многоэтажных домов, не простое. Сфера строительства подобного жилья стала модной для предпринимателей: затраты на строительство относительно быстро отбиваются, а желающих сменить прописку в горах на махачкалинскую или улучшить свои жилищные условия меньше не становится. Большой интерес к квадратным метрам привёл к тому, что коррупционноёмкость этой отрасли (расходы застройщиков на различные взятки) составила от 750 млн до 1,5 млрд рублей. От неё кормится не только многочисленная армия мелких чиновников и «решал», но и куча оборотней в погонах республиканского уровня.

Жилищный вопрос в Махачкале настолько серьёзен, что вызвал скрытый конфликт между различными группами влияния в республике. К примеру, осведомлённый источник «ЧК» утверждает, что вследствие этого конфликта мэр Махачкалы Муса Мусаев практически не имеет рычагов влияния на ситуацию в этой сфере: де-факто законность процедур в области строительства в мэрии контролирует семья прокурора РД Рамазана Шахнавазова. Источник «ЧК» утверждает, что Шахнавазовы оказывают мощную поддержку руководителю Управления по координации капитального строительства Махачкалы Магомедгаджи Залбекову. Причём поддержку настолько мощную, что, как мы уже говорили, даже Мусаев предпочитает держаться в стороне от активности этого управления.

Такая же поддержка Шахнавазовыми оказывается и братьям Магомедгаджи Залбекова – Магомеду, являющемуся старшим помощником прокурора РД, и Залбеку, возглавляющему филиал Росреестра по РД (Федеральной службы госрегистрации, кадастра и картографии), депутату НС РД. Отметим, что Магомед Залбеков с 2009 года по февраль – август 2012 года, то есть до того, как надел прокурорский мундир, был учредителем ООО «Фирма Москва-строй», занимавшегося строительством зданий и сооружений.

Ещё один брат Залбековых – Далгат – возглавляет Межрайонную инспекцию №14 по РД.

Несмотря на плотный контроль прокуратурой РД вопросов застройки Махачкалы, тем не менее, регулярно надзорное ведомство озвучивает данные о вынесенных актах прокурорского реагирования, связанных с незаконным выделением мэрией земель под строительство многоэтажек, изменением вида использования земли, предназначенной для индивидуального жилищного строительства (ИЖС), в категорию «под многоэтажное строительство», и пр.

Но, чтобы понять, что же происходит в сфере строительства, необходимо разобраться в тех реалиях, в которых живёт среднестатистический махачкалинский застройщик. Для этого «Черновик» переговорил со своими источниками и пришёл к выводу, что обещанный Владимиром Васильевым прокурорский десант должен будет вникнуть в проблему более глубоко, протоколируя каждое своё действие, назначая экспертизы, а может, даже требуя возбуждения уголовных дел и проведения оперативно-следственных действий…

Дилемма застройщика

Реалии Махачкалы сегодня таковы, что застройщик, решившись привлечь средства дольщиков или свои кровные, для возведения многоэтажного многоквартирного дома выбирает один из двух вариантов поведения: законный путь (строить его, получив все разрешительные документы), или же незаконный путь (строить его без таковых).

Чтобы приступить к строительству многоэтажки законным путём, застройщику нужно получить два основных (среди прочих) документа: постановления главы администрации Махачкалы (о выделении земель, переводе их из одной категории в другую) и разрешение Управления по координации капитального строительства мэрии.

По некоторым данным, которые, на взгляд «ЧК», нуждаются в обязательной перепроверке со стороны представителей незаинтересованных правоохранительных органов, получение соответствующего постановления в мэрии может обойтись застройщику в 5% от общей стоимости строительства. Процентная ставка дельцов, организовывающих такое постановление, жёстко привязана к количеству жилой площади возводимой многоэтажки. Источники газеты отмечают, что если постановление мэрии было получено в период правления Саида Амирова или Магомеда Сулейманова, то расход застройщика на этом этапе снижается до 3%.

Нижеследующая информация о теневой, а не официальной, процедуре получения разрешения на строительство тоже нуждается, на взгляд редакции, в перепроверке командированными, а не местными, силовиками. Получение застройщиком разрешения на строительство многоэтажного дома может обойтись от 450–500 тыс. до 1 млн рублей за один подъезд. Данное разрешение, как правило, выдаётся на минимальный срок (к примеру, на два года из допустимых пяти). Если застройщик не уложился в сроки (обычно не укладывается), то ему приходится снова расставаться со значительной суммой.

Но на этом мытарства застройщика не заканчиваются. На любом этапе строительства к нему могут прийти люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы и/или района дагестанской столицы, Минстроя, экологического надзора и пр. Люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы (далеко не факт, что они ими на самом деле являются), могут угрожать застройщику актами прокурорского реагирования. В большинстве случаев застройщик действительно нарушает различные стандарты и нормативы, поэтому поймать его есть на чём. Это нарушения плотности застройки, отсутствие или недостаточность квадратуры детской площадки или парковочных мест перед домом и так далее. К примеру, в «ЧК» №47 от 2 декабря 2016 года, в статье «Закон плотности», рассказывалось о том, что прокуратура Каспийска требовала в судебном порядке снести введённый в эксплуатацию и уже заселённый 10-этажный 194-квартирный дом по ул. Акулиничева, 13. Тогда в качестве основания для сноса и отмены разрешения на строительство каспийская прокуратура указывала, что в разрешительной документации обязательный норматив в градостроительном законодательстве – коэффициент плотности застройки (КПЗ) – превышен более чем в два раза.

В подобных случаях обращение застройщиков к «решалам» в Управлении по координации капитального строительства Махачкалы натыкается на ответ: «Решайте эту проблему аккуратно сами, они (проверяющие) открыты для предложений…». Как правило, в этих диалогах звучат такие имена и прозвища, как Ахмед, Белуга и другие. В итоге застройщикам, во избежание проблем, приходится отдавать неизвестно кому (желательно, чтобы прокурорский десант выяснил, кому конкретно) от 500 до 1 млн рублей за подъезд, лишь бы строительство не было признано незаконным. Примечательно, но когда к тому же самому застройщику спустя какое-то время приходят некие лица и представляются сотрудниками прокуратуры одного из районов Махачкалы, то история повторяется вновь и из кармана строителя дополнительно утекает по 150–200 тысяч за один подъезд ещё не достроенного многоквартирного дома.

Уже достроенный многоквартирный дом, несмотря на то что в него, казалось бы, можно заселиться и обустраивать быт, ещё необходимо ввести в эксплуатацию (или, как это ещё называют, взять на баланс). Этот этап волнителен и важен для каждого застройщика. И так же дорог, как предыдущие этапы. Прохождение такой процедуры как введение дома в эксплуатацию, по некоторым данным, может обойтись застройщику в 1,8–2 млн рублей.

Незаконный и тернистый…

Судьба застройщиков, возводящих многоэтажки без разрешительной документации, более прозаичная. Имея на руках «зелёнки» на землю, где можно строить только ИЖС (то есть только дом в три этажа, не разделённый на обособленные квартиры), застройщик платит различным «решалам» от 250 до 400 тыс. рублей за каждый этаж каждого подъезда будущей многоэтажки и быстро, как только можно, возводит объект.

По этой схеме, как правило, застройщики идут в том случае, когда у них нет финансовой возможности проплатить «решалам» всю сумму сразу за получение постановления и разрешения на строительство и различные техусловия. В этой схеме застройщик считает, что он будет, потихоньку привлекая средства, строить дом, попутно по частям расплачиваясь с «решалами». Однако здесь также присутствуют расходы на тех людей, кто, представляясь сотрудниками прокуратуры или МВД, получает свой нелегальный доход, угрожая остановить строительство.

«Решалы» (застройщики называют такие имена, как Шахбан, Гамзалав, Алишка) каким-то образом утрясают этот вопрос с Управлением по координации капитального строительства Махачкалы. И, пока муниципальные власти, а также республиканские силовые и надзорные структуры «спят», на участке для ИЖС в окружении частных домовладений вырастает десяти- или одиннадцатиэтажная «дура». И она тоже, при благоприятном стечении обстоятельств, должна пройти процедуру ввода в эксплуатацию. Здесь у застройщика есть только одна возможность узаконить многоэтажку: в случае обращения правового управления мэрии в суд с просьбой признать объект самовольной постройкой и снести её или же в случае обращения самого застройщика в суд с просьбой признать за ним право собственности на самовольную постройку. В этом вопросе суд (возможно, если позиция правового управления Махачкалы будет не столь принципиальной) может пойти навстречу застройщику.

Несмотря на прозаичность схемы незаконного строительства, именно этот вопрос может иметь серьёзные для республики социальные последствия. По данным осведомлённых источников «ЧК» в администрации Махачкалы, в границах городского округа на разных стадиях строительства незаконно возводится более 480 многоквартирных домов.

По самым грубым и поверхностным расчётам, это примерно 27–30 тысяч квартир. Это 27–30 тысяч семей. Это около 90 тысяч человек. И все они, потенциально, могут остаться и без обещанного в Махачкале жилья, и без денег.

Дело в том, что Махачкалу, которую квартирный вопрос не просто испортил, а извратил, будет тщательным образом проверять прокурорский десант. Поэтому, несмотря на все неофициальные договорённости и активность «решал», городские власти предпринимают меры юридической защиты своих (где-то даже личных) интересов, а не застройщиков.

По данным «ЧК», практически на каждый незаконно возводящийся объект Управлением по координации капитального строительства Махачкалы подан иск о признании его незаконной постройкой и сносе. Эти иски, скорее всего, будут удовлетворены. После вступления решения судов в законную силу возведённые многоэтажки уже будет невозможно ввести в эксплуатацию (узаконить), а застройщик не сможет продавать в них квартиры.

Продажа квартир в незаконно построенном доме и признанном подлежащим сносу квалифицируется силовиками как факт мошенничества. И даже при фактическом заселении будут проблемы с подключением коммуникаций. Всё это дополнительные расходы…

Снести многоэтажки технологически не представляется возможным. Самая ближайшая к Махачкале точка на карте России, где есть необходимая техника, – это Ростов-на-Дону. Привлечение специалистов-взрывотехников как вариант исполнения судебного решения пока властями не рассматривается...

Дёшево и плачевно

Коррупционные схемы в строительстве – это не дагестанское изобретение. Практически весь цивилизованный мир прошёл через это, сформировав богатый опыт противодействия различным негативным (социального характера) рискам, а также коррупционным преступлениям. Этот опыт нужно изучать и перенимать. Основная причина, по которой среднестатистический застройщик лезет в мутные схемы, – это нежелание терять время в забюрократизированных, затянутых (где-то необоснованно) процедурах получения соответствующих разрешений, согласований, техусловий и пр. Принцип «не подмажешь – не поедешь» тут выражается в затягивании сроков строительства, скандалах и объяснениях с дольщиками, удорожании (вследствие инфляции и прочих процессов) стоимости строительства и многом другом.

Однако надо понимать и такой момент: коррупционные схемы влекут за собой удешевление качества строительства. Застройщик, хорошо потратившись на различных этапах, чтобы выдержать привлекательную для покупателя цену, существенным образом начинает экономить на марке цемента и арматуры, на внутренних работах, отделочных и прочих материалах, квалифицированной рабочей силе.

Поэтому прокурорскому десанту не обойтись без (хотя бы выборочной) строительной экспертизы возведённых объектов. Хотя бы для того, чтобы у властей было понимание, во что выльется в ближайшие десять лет (или в случае сильного землетрясения) безумная застройка Махачкалы… ]§[

Page 4

«Люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было... Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны: из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. Ну, легкомысленны... ну, что ж... обыкновенные люди... в общем, напоминают прежних... квартирный вопрос только испортил их...»

«Мастер и Маргарита», Михаил Булгаков

Обещанный врио главы РД Владимиром Васильевым десант из 70 сотрудников прокуратуры и правоохранительных органов серьёзно напугал чиновников различных дагестанских уровней власти: проверки способны выявить серьёзные коррупционные схемы, а также тех людей, кто в этих звеньях является ключевым.

По данным «ЧК», уже 15 января часть прокурорского десанта постучится в двери администрации Махачкалы, и в частности Управления по координации капитального строительства мэрии.

Внимание к этому управлению, а также к тому, как в Махачкале ведётся бизнес в сфере строительства многоквартирных многоэтажных домов, не простое. Сфера строительства подобного жилья стала модной для предпринимателей: затраты на строительство относительно быстро отбиваются, а желающих сменить прописку в горах на махачкалинскую или улучшить свои жилищные условия меньше не становится. Большой интерес к квадратным метрам привёл к тому, что коррупционноёмкость этой отрасли (расходы застройщиков на различные взятки) составила от 750 млн до 1,5 млрд рублей. От неё кормится не только многочисленная армия мелких чиновников и «решал», но и куча оборотней в погонах республиканского уровня.

Жилищный вопрос в Махачкале настолько серьёзен, что вызвал скрытый конфликт между различными группами влияния в республике. К примеру, осведомлённый источник «ЧК» утверждает, что вследствие этого конфликта мэр Махачкалы Муса Мусаев практически не имеет рычагов влияния на ситуацию в этой сфере: де-факто законность процедур в области строительства в мэрии контролирует семья прокурора РД Рамазана Шахнавазова. Источник «ЧК» утверждает, что Шахнавазовы оказывают мощную поддержку руководителю Управления по координации капитального строительства Махачкалы Магомедгаджи Залбекову. Причём поддержку настолько мощную, что, как мы уже говорили, даже Мусаев предпочитает держаться в стороне от активности этого управления.

Такая же поддержка Шахнавазовыми оказывается и братьям Магомедгаджи Залбекова – Магомеду, являющемуся старшим помощником прокурора РД, и Залбеку, возглавляющему филиал Росреестра по РД (Федеральной службы госрегистрации, кадастра и картографии), депутату НС РД. Отметим, что Магомед Залбеков с 2009 года по февраль – август 2012 года, то есть до того, как надел прокурорский мундир, был учредителем ООО «Фирма Москва-строй», занимавшегося строительством зданий и сооружений.

Ещё один брат Залбековых – Далгат – возглавляет Межрайонную инспекцию №14 по РД.

Несмотря на плотный контроль прокуратурой РД вопросов застройки Махачкалы, тем не менее, регулярно надзорное ведомство озвучивает данные о вынесенных актах прокурорского реагирования, связанных с незаконным выделением мэрией земель под строительство многоэтажек, изменением вида использования земли, предназначенной для индивидуального жилищного строительства (ИЖС), в категорию «под многоэтажное строительство», и пр.

Но, чтобы понять, что же происходит в сфере строительства, необходимо разобраться в тех реалиях, в которых живёт среднестатистический махачкалинский застройщик. Для этого «Черновик» переговорил со своими источниками и пришёл к выводу, что обещанный Владимиром Васильевым прокурорский десант должен будет вникнуть в проблему более глубоко, протоколируя каждое своё действие, назначая экспертизы, а может, даже требуя возбуждения уголовных дел и проведения оперативно-следственных действий…

Дилемма застройщика

Реалии Махачкалы сегодня таковы, что застройщик, решившись привлечь средства дольщиков или свои кровные, для возведения многоэтажного многоквартирного дома выбирает один из двух вариантов поведения: законный путь (строить его, получив все разрешительные документы), или же незаконный путь (строить его без таковых).

Чтобы приступить к строительству многоэтажки законным путём, застройщику нужно получить два основных (среди прочих) документа: постановления главы администрации Махачкалы (о выделении земель, переводе их из одной категории в другую) и разрешение Управления по координации капитального строительства мэрии.

По некоторым данным, которые, на взгляд «ЧК», нуждаются в обязательной перепроверке со стороны представителей незаинтересованных правоохранительных органов, получение соответствующего постановления в мэрии может обойтись застройщику в 5% от общей стоимости строительства. Процентная ставка дельцов, организовывающих такое постановление, жёстко привязана к количеству жилой площади возводимой многоэтажки. Источники газеты отмечают, что если постановление мэрии было получено в период правления Саида Амирова или Магомеда Сулейманова, то расход застройщика на этом этапе снижается до 3%.

Нижеследующая информация о теневой, а не официальной, процедуре получения разрешения на строительство тоже нуждается, на взгляд редакции, в перепроверке командированными, а не местными, силовиками. Получение застройщиком разрешения на строительство многоэтажного дома может обойтись от 450–500 тыс. до 1 млн рублей за один подъезд. Данное разрешение, как правило, выдаётся на минимальный срок (к примеру, на два года из допустимых пяти). Если застройщик не уложился в сроки (обычно не укладывается), то ему приходится снова расставаться со значительной суммой.

Но на этом мытарства застройщика не заканчиваются. На любом этапе строительства к нему могут прийти люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы и/или района дагестанской столицы, Минстроя, экологического надзора и пр. Люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы (далеко не факт, что они ими на самом деле являются), могут угрожать застройщику актами прокурорского реагирования. В большинстве случаев застройщик действительно нарушает различные стандарты и нормативы, поэтому поймать его есть на чём. Это нарушения плотности застройки, отсутствие или недостаточность квадратуры детской площадки или парковочных мест перед домом и так далее. К примеру, в «ЧК» №47 от 2 декабря 2016 года, в статье «Закон плотности», рассказывалось о том, что прокуратура Каспийска требовала в судебном порядке снести введённый в эксплуатацию и уже заселённый 10-этажный 194-квартирный дом по ул. Акулиничева, 13. Тогда в качестве основания для сноса и отмены разрешения на строительство каспийская прокуратура указывала, что в разрешительной документации обязательный норматив в градостроительном законодательстве – коэффициент плотности застройки (КПЗ) – превышен более чем в два раза.

В подобных случаях обращение застройщиков к «решалам» в Управлении по координации капитального строительства Махачкалы натыкается на ответ: «Решайте эту проблему аккуратно сами, они (проверяющие) открыты для предложений…». Как правило, в этих диалогах звучат такие имена и прозвища, как Ахмед, Белуга и другие. В итоге застройщикам, во избежание проблем, приходится отдавать неизвестно кому (желательно, чтобы прокурорский десант выяснил, кому конкретно) от 500 до 1 млн рублей за подъезд, лишь бы строительство не было признано незаконным. Примечательно, но когда к тому же самому застройщику спустя какое-то время приходят некие лица и представляются сотрудниками прокуратуры одного из районов Махачкалы, то история повторяется вновь и из кармана строителя дополнительно утекает по 150–200 тысяч за один подъезд ещё не достроенного многоквартирного дома.

Уже достроенный многоквартирный дом, несмотря на то что в него, казалось бы, можно заселиться и обустраивать быт, ещё необходимо ввести в эксплуатацию (или, как это ещё называют, взять на баланс). Этот этап волнителен и важен для каждого застройщика. И так же дорог, как предыдущие этапы. Прохождение такой процедуры как введение дома в эксплуатацию, по некоторым данным, может обойтись застройщику в 1,8–2 млн рублей.

Незаконный и тернистый…

Судьба застройщиков, возводящих многоэтажки без разрешительной документации, более прозаичная. Имея на руках «зелёнки» на землю, где можно строить только ИЖС (то есть только дом в три этажа, не разделённый на обособленные квартиры), застройщик платит различным «решалам» от 250 до 400 тыс. рублей за каждый этаж каждого подъезда будущей многоэтажки и быстро, как только можно, возводит объект.

По этой схеме, как правило, застройщики идут в том случае, когда у них нет финансовой возможности проплатить «решалам» всю сумму сразу за получение постановления и разрешения на строительство и различные техусловия. В этой схеме застройщик считает, что он будет, потихоньку привлекая средства, строить дом, попутно по частям расплачиваясь с «решалами». Однако здесь также присутствуют расходы на тех людей, кто, представляясь сотрудниками прокуратуры или МВД, получает свой нелегальный доход, угрожая остановить строительство.

«Решалы» (застройщики называют такие имена, как Шахбан, Гамзалав, Алишка) каким-то образом утрясают этот вопрос с Управлением по координации капитального строительства Махачкалы. И, пока муниципальные власти, а также республиканские силовые и надзорные структуры «спят», на участке для ИЖС в окружении частных домовладений вырастает десяти- или одиннадцатиэтажная «дура». И она тоже, при благоприятном стечении обстоятельств, должна пройти процедуру ввода в эксплуатацию. Здесь у застройщика есть только одна возможность узаконить многоэтажку: в случае обращения правового управления мэрии в суд с просьбой признать объект самовольной постройкой и снести её или же в случае обращения самого застройщика в суд с просьбой признать за ним право собственности на самовольную постройку. В этом вопросе суд (возможно, если позиция правового управления Махачкалы будет не столь принципиальной) может пойти навстречу застройщику.

Несмотря на прозаичность схемы незаконного строительства, именно этот вопрос может иметь серьёзные для республики социальные последствия. По данным осведомлённых источников «ЧК» в администрации Махачкалы, в границах городского округа на разных стадиях строительства незаконно возводится более 480 многоквартирных домов.

По самым грубым и поверхностным расчётам, это примерно 27–30 тысяч квартир. Это 27–30 тысяч семей. Это около 90 тысяч человек. И все они, потенциально, могут остаться и без обещанного в Махачкале жилья, и без денег.

Дело в том, что Махачкалу, которую квартирный вопрос не просто испортил, а извратил, будет тщательным образом проверять прокурорский десант. Поэтому, несмотря на все неофициальные договорённости и активность «решал», городские власти предпринимают меры юридической защиты своих (где-то даже личных) интересов, а не застройщиков.

По данным «ЧК», практически на каждый незаконно возводящийся объект Управлением по координации капитального строительства Махачкалы подан иск о признании его незаконной постройкой и сносе. Эти иски, скорее всего, будут удовлетворены. После вступления решения судов в законную силу возведённые многоэтажки уже будет невозможно ввести в эксплуатацию (узаконить), а застройщик не сможет продавать в них квартиры.

Продажа квартир в незаконно построенном доме и признанном подлежащим сносу квалифицируется силовиками как факт мошенничества. И даже при фактическом заселении будут проблемы с подключением коммуникаций. Всё это дополнительные расходы…

Снести многоэтажки технологически не представляется возможным. Самая ближайшая к Махачкале точка на карте России, где есть необходимая техника, – это Ростов-на-Дону. Привлечение специалистов-взрывотехников как вариант исполнения судебного решения пока властями не рассматривается...

Дёшево и плачевно

Коррупционные схемы в строительстве – это не дагестанское изобретение. Практически весь цивилизованный мир прошёл через это, сформировав богатый опыт противодействия различным негативным (социального характера) рискам, а также коррупционным преступлениям. Этот опыт нужно изучать и перенимать. Основная причина, по которой среднестатистический застройщик лезет в мутные схемы, – это нежелание терять время в забюрократизированных, затянутых (где-то необоснованно) процедурах получения соответствующих разрешений, согласований, техусловий и пр. Принцип «не подмажешь – не поедешь» тут выражается в затягивании сроков строительства, скандалах и объяснениях с дольщиками, удорожании (вследствие инфляции и прочих процессов) стоимости строительства и многом другом.

Однако надо понимать и такой момент: коррупционные схемы влекут за собой удешевление качества строительства. Застройщик, хорошо потратившись на различных этапах, чтобы выдержать привлекательную для покупателя цену, существенным образом начинает экономить на марке цемента и арматуры, на внутренних работах, отделочных и прочих материалах, квалифицированной рабочей силе.

Поэтому прокурорскому десанту не обойтись без (хотя бы выборочной) строительной экспертизы возведённых объектов. Хотя бы для того, чтобы у властей было понимание, во что выльется в ближайшие десять лет (или в случае сильного землетрясения) безумная застройка Махачкалы… ]§[

Page 5

«Люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было... Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны: из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. Ну, легкомысленны... ну, что ж... обыкновенные люди... в общем, напоминают прежних... квартирный вопрос только испортил их...»

«Мастер и Маргарита», Михаил Булгаков

Обещанный врио главы РД Владимиром Васильевым десант из 70 сотрудников прокуратуры и правоохранительных органов серьёзно напугал чиновников различных дагестанских уровней власти: проверки способны выявить серьёзные коррупционные схемы, а также тех людей, кто в этих звеньях является ключевым.

По данным «ЧК», уже 15 января часть прокурорского десанта постучится в двери администрации Махачкалы, и в частности Управления по координации капитального строительства мэрии.

Внимание к этому управлению, а также к тому, как в Махачкале ведётся бизнес в сфере строительства многоквартирных многоэтажных домов, не простое. Сфера строительства подобного жилья стала модной для предпринимателей: затраты на строительство относительно быстро отбиваются, а желающих сменить прописку в горах на махачкалинскую или улучшить свои жилищные условия меньше не становится. Большой интерес к квадратным метрам привёл к тому, что коррупционноёмкость этой отрасли (расходы застройщиков на различные взятки) составила от 750 млн до 1,5 млрд рублей. От неё кормится не только многочисленная армия мелких чиновников и «решал», но и куча оборотней в погонах республиканского уровня.

Жилищный вопрос в Махачкале настолько серьёзен, что вызвал скрытый конфликт между различными группами влияния в республике. К примеру, осведомлённый источник «ЧК» утверждает, что вследствие этого конфликта мэр Махачкалы Муса Мусаев практически не имеет рычагов влияния на ситуацию в этой сфере: де-факто законность процедур в области строительства в мэрии контролирует семья прокурора РД Рамазана Шахнавазова. Источник «ЧК» утверждает, что Шахнавазовы оказывают мощную поддержку руководителю Управления по координации капитального строительства Махачкалы Магомедгаджи Залбекову. Причём поддержку настолько мощную, что, как мы уже говорили, даже Мусаев предпочитает держаться в стороне от активности этого управления.

Такая же поддержка Шахнавазовыми оказывается и братьям Магомедгаджи Залбекова – Магомеду, являющемуся старшим помощником прокурора РД, и Залбеку, возглавляющему филиал Росреестра по РД (Федеральной службы госрегистрации, кадастра и картографии), депутату НС РД. Отметим, что Магомед Залбеков с 2009 года по февраль – август 2012 года, то есть до того, как надел прокурорский мундир, был учредителем ООО «Фирма Москва-строй», занимавшегося строительством зданий и сооружений.

Ещё один брат Залбековых – Далгат – возглавляет Межрайонную инспекцию №14 по РД.

Несмотря на плотный контроль прокуратурой РД вопросов застройки Махачкалы, тем не менее, регулярно надзорное ведомство озвучивает данные о вынесенных актах прокурорского реагирования, связанных с незаконным выделением мэрией земель под строительство многоэтажек, изменением вида использования земли, предназначенной для индивидуального жилищного строительства (ИЖС), в категорию «под многоэтажное строительство», и пр.

Но, чтобы понять, что же происходит в сфере строительства, необходимо разобраться в тех реалиях, в которых живёт среднестатистический махачкалинский застройщик. Для этого «Черновик» переговорил со своими источниками и пришёл к выводу, что обещанный Владимиром Васильевым прокурорский десант должен будет вникнуть в проблему более глубоко, протоколируя каждое своё действие, назначая экспертизы, а может, даже требуя возбуждения уголовных дел и проведения оперативно-следственных действий…

Дилемма застройщика

Реалии Махачкалы сегодня таковы, что застройщик, решившись привлечь средства дольщиков или свои кровные, для возведения многоэтажного многоквартирного дома выбирает один из двух вариантов поведения: законный путь (строить его, получив все разрешительные документы), или же незаконный путь (строить его без таковых).

Чтобы приступить к строительству многоэтажки законным путём, застройщику нужно получить два основных (среди прочих) документа: постановления главы администрации Махачкалы (о выделении земель, переводе их из одной категории в другую) и разрешение Управления по координации капитального строительства мэрии.

По некоторым данным, которые, на взгляд «ЧК», нуждаются в обязательной перепроверке со стороны представителей незаинтересованных правоохранительных органов, получение соответствующего постановления в мэрии может обойтись застройщику в 5% от общей стоимости строительства. Процентная ставка дельцов, организовывающих такое постановление, жёстко привязана к количеству жилой площади возводимой многоэтажки. Источники газеты отмечают, что если постановление мэрии было получено в период правления Саида Амирова или Магомеда Сулейманова, то расход застройщика на этом этапе снижается до 3%.

Нижеследующая информация о теневой, а не официальной, процедуре получения разрешения на строительство тоже нуждается, на взгляд редакции, в перепроверке командированными, а не местными, силовиками. Получение застройщиком разрешения на строительство многоэтажного дома может обойтись от 450–500 тыс. до 1 млн рублей за один подъезд. Данное разрешение, как правило, выдаётся на минимальный срок (к примеру, на два года из допустимых пяти). Если застройщик не уложился в сроки (обычно не укладывается), то ему приходится снова расставаться со значительной суммой.

Но на этом мытарства застройщика не заканчиваются. На любом этапе строительства к нему могут прийти люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы и/или района дагестанской столицы, Минстроя, экологического надзора и пр. Люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы (далеко не факт, что они ими на самом деле являются), могут угрожать застройщику актами прокурорского реагирования. В большинстве случаев застройщик действительно нарушает различные стандарты и нормативы, поэтому поймать его есть на чём. Это нарушения плотности застройки, отсутствие или недостаточность квадратуры детской площадки или парковочных мест перед домом и так далее. К примеру, в «ЧК» №47 от 2 декабря 2016 года, в статье «Закон плотности», рассказывалось о том, что прокуратура Каспийска требовала в судебном порядке снести введённый в эксплуатацию и уже заселённый 10-этажный 194-квартирный дом по ул. Акулиничева, 13. Тогда в качестве основания для сноса и отмены разрешения на строительство каспийская прокуратура указывала, что в разрешительной документации обязательный норматив в градостроительном законодательстве – коэффициент плотности застройки (КПЗ) – превышен более чем в два раза.

В подобных случаях обращение застройщиков к «решалам» в Управлении по координации капитального строительства Махачкалы натыкается на ответ: «Решайте эту проблему аккуратно сами, они (проверяющие) открыты для предложений…». Как правило, в этих диалогах звучат такие имена и прозвища, как Ахмед, Белуга и другие. В итоге застройщикам, во избежание проблем, приходится отдавать неизвестно кому (желательно, чтобы прокурорский десант выяснил, кому конкретно) от 500 до 1 млн рублей за подъезд, лишь бы строительство не было признано незаконным. Примечательно, но когда к тому же самому застройщику спустя какое-то время приходят некие лица и представляются сотрудниками прокуратуры одного из районов Махачкалы, то история повторяется вновь и из кармана строителя дополнительно утекает по 150–200 тысяч за один подъезд ещё не достроенного многоквартирного дома.

Уже достроенный многоквартирный дом, несмотря на то что в него, казалось бы, можно заселиться и обустраивать быт, ещё необходимо ввести в эксплуатацию (или, как это ещё называют, взять на баланс). Этот этап волнителен и важен для каждого застройщика. И так же дорог, как предыдущие этапы. Прохождение такой процедуры как введение дома в эксплуатацию, по некоторым данным, может обойтись застройщику в 1,8–2 млн рублей.

Незаконный и тернистый…

Судьба застройщиков, возводящих многоэтажки без разрешительной документации, более прозаичная. Имея на руках «зелёнки» на землю, где можно строить только ИЖС (то есть только дом в три этажа, не разделённый на обособленные квартиры), застройщик платит различным «решалам» от 250 до 400 тыс. рублей за каждый этаж каждого подъезда будущей многоэтажки и быстро, как только можно, возводит объект.

По этой схеме, как правило, застройщики идут в том случае, когда у них нет финансовой возможности проплатить «решалам» всю сумму сразу за получение постановления и разрешения на строительство и различные техусловия. В этой схеме застройщик считает, что он будет, потихоньку привлекая средства, строить дом, попутно по частям расплачиваясь с «решалами». Однако здесь также присутствуют расходы на тех людей, кто, представляясь сотрудниками прокуратуры или МВД, получает свой нелегальный доход, угрожая остановить строительство.

«Решалы» (застройщики называют такие имена, как Шахбан, Гамзалав, Алишка) каким-то образом утрясают этот вопрос с Управлением по координации капитального строительства Махачкалы. И, пока муниципальные власти, а также республиканские силовые и надзорные структуры «спят», на участке для ИЖС в окружении частных домовладений вырастает десяти- или одиннадцатиэтажная «дура». И она тоже, при благоприятном стечении обстоятельств, должна пройти процедуру ввода в эксплуатацию. Здесь у застройщика есть только одна возможность узаконить многоэтажку: в случае обращения правового управления мэрии в суд с просьбой признать объект самовольной постройкой и снести её или же в случае обращения самого застройщика в суд с просьбой признать за ним право собственности на самовольную постройку. В этом вопросе суд (возможно, если позиция правового управления Махачкалы будет не столь принципиальной) может пойти навстречу застройщику.

Несмотря на прозаичность схемы незаконного строительства, именно этот вопрос может иметь серьёзные для республики социальные последствия. По данным осведомлённых источников «ЧК» в администрации Махачкалы, в границах городского округа на разных стадиях строительства незаконно возводится более 480 многоквартирных домов.

По самым грубым и поверхностным расчётам, это примерно 27–30 тысяч квартир. Это 27–30 тысяч семей. Это около 90 тысяч человек. И все они, потенциально, могут остаться и без обещанного в Махачкале жилья, и без денег.

Дело в том, что Махачкалу, которую квартирный вопрос не просто испортил, а извратил, будет тщательным образом проверять прокурорский десант. Поэтому, несмотря на все неофициальные договорённости и активность «решал», городские власти предпринимают меры юридической защиты своих (где-то даже личных) интересов, а не застройщиков.

По данным «ЧК», практически на каждый незаконно возводящийся объект Управлением по координации капитального строительства Махачкалы подан иск о признании его незаконной постройкой и сносе. Эти иски, скорее всего, будут удовлетворены. После вступления решения судов в законную силу возведённые многоэтажки уже будет невозможно ввести в эксплуатацию (узаконить), а застройщик не сможет продавать в них квартиры.

Продажа квартир в незаконно построенном доме и признанном подлежащим сносу квалифицируется силовиками как факт мошенничества. И даже при фактическом заселении будут проблемы с подключением коммуникаций. Всё это дополнительные расходы…

Снести многоэтажки технологически не представляется возможным. Самая ближайшая к Махачкале точка на карте России, где есть необходимая техника, – это Ростов-на-Дону. Привлечение специалистов-взрывотехников как вариант исполнения судебного решения пока властями не рассматривается...

Дёшево и плачевно

Коррупционные схемы в строительстве – это не дагестанское изобретение. Практически весь цивилизованный мир прошёл через это, сформировав богатый опыт противодействия различным негативным (социального характера) рискам, а также коррупционным преступлениям. Этот опыт нужно изучать и перенимать. Основная причина, по которой среднестатистический застройщик лезет в мутные схемы, – это нежелание терять время в забюрократизированных, затянутых (где-то необоснованно) процедурах получения соответствующих разрешений, согласований, техусловий и пр. Принцип «не подмажешь – не поедешь» тут выражается в затягивании сроков строительства, скандалах и объяснениях с дольщиками, удорожании (вследствие инфляции и прочих процессов) стоимости строительства и многом другом.

Однако надо понимать и такой момент: коррупционные схемы влекут за собой удешевление качества строительства. Застройщик, хорошо потратившись на различных этапах, чтобы выдержать привлекательную для покупателя цену, существенным образом начинает экономить на марке цемента и арматуры, на внутренних работах, отделочных и прочих материалах, квалифицированной рабочей силе.

Поэтому прокурорскому десанту не обойтись без (хотя бы выборочной) строительной экспертизы возведённых объектов. Хотя бы для того, чтобы у властей было понимание, во что выльется в ближайшие десять лет (или в случае сильного землетрясения) безумная застройка Махачкалы… ]§[

Page 6

«Люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было... Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны: из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. Ну, легкомысленны... ну, что ж... обыкновенные люди... в общем, напоминают прежних... квартирный вопрос только испортил их...»

«Мастер и Маргарита», Михаил Булгаков

Обещанный врио главы РД Владимиром Васильевым десант из 70 сотрудников прокуратуры и правоохранительных органов серьёзно напугал чиновников различных дагестанских уровней власти: проверки способны выявить серьёзные коррупционные схемы, а также тех людей, кто в этих звеньях является ключевым.

По данным «ЧК», уже 15 января часть прокурорского десанта постучится в двери администрации Махачкалы, и в частности Управления по координации капитального строительства мэрии.

Внимание к этому управлению, а также к тому, как в Махачкале ведётся бизнес в сфере строительства многоквартирных многоэтажных домов, не простое. Сфера строительства подобного жилья стала модной для предпринимателей: затраты на строительство относительно быстро отбиваются, а желающих сменить прописку в горах на махачкалинскую или улучшить свои жилищные условия меньше не становится. Большой интерес к квадратным метрам привёл к тому, что коррупционноёмкость этой отрасли (расходы застройщиков на различные взятки) составила от 750 млн до 1,5 млрд рублей. От неё кормится не только многочисленная армия мелких чиновников и «решал», но и куча оборотней в погонах республиканского уровня.

Жилищный вопрос в Махачкале настолько серьёзен, что вызвал скрытый конфликт между различными группами влияния в республике. К примеру, осведомлённый источник «ЧК» утверждает, что вследствие этого конфликта мэр Махачкалы Муса Мусаев практически не имеет рычагов влияния на ситуацию в этой сфере: де-факто законность процедур в области строительства в мэрии контролирует семья прокурора РД Рамазана Шахнавазова. Источник «ЧК» утверждает, что Шахнавазовы оказывают мощную поддержку руководителю Управления по координации капитального строительства Махачкалы Магомедгаджи Залбекову. Причём поддержку настолько мощную, что, как мы уже говорили, даже Мусаев предпочитает держаться в стороне от активности этого управления.

Такая же поддержка Шахнавазовыми оказывается и братьям Магомедгаджи Залбекова – Магомеду, являющемуся старшим помощником прокурора РД, и Залбеку, возглавляющему филиал Росреестра по РД (Федеральной службы госрегистрации, кадастра и картографии), депутату НС РД. Отметим, что Магомед Залбеков с 2009 года по февраль – август 2012 года, то есть до того, как надел прокурорский мундир, был учредителем ООО «Фирма Москва-строй», занимавшегося строительством зданий и сооружений.

Ещё один брат Залбековых – Далгат – возглавляет Межрайонную инспекцию №14 по РД.

Несмотря на плотный контроль прокуратурой РД вопросов застройки Махачкалы, тем не менее, регулярно надзорное ведомство озвучивает данные о вынесенных актах прокурорского реагирования, связанных с незаконным выделением мэрией земель под строительство многоэтажек, изменением вида использования земли, предназначенной для индивидуального жилищного строительства (ИЖС), в категорию «под многоэтажное строительство», и пр.

Но, чтобы понять, что же происходит в сфере строительства, необходимо разобраться в тех реалиях, в которых живёт среднестатистический махачкалинский застройщик. Для этого «Черновик» переговорил со своими источниками и пришёл к выводу, что обещанный Владимиром Васильевым прокурорский десант должен будет вникнуть в проблему более глубоко, протоколируя каждое своё действие, назначая экспертизы, а может, даже требуя возбуждения уголовных дел и проведения оперативно-следственных действий…

Дилемма застройщика

Реалии Махачкалы сегодня таковы, что застройщик, решившись привлечь средства дольщиков или свои кровные, для возведения многоэтажного многоквартирного дома выбирает один из двух вариантов поведения: законный путь (строить его, получив все разрешительные документы), или же незаконный путь (строить его без таковых).

Чтобы приступить к строительству многоэтажки законным путём, застройщику нужно получить два основных (среди прочих) документа: постановления главы администрации Махачкалы (о выделении земель, переводе их из одной категории в другую) и разрешение Управления по координации капитального строительства мэрии.

По некоторым данным, которые, на взгляд «ЧК», нуждаются в обязательной перепроверке со стороны представителей незаинтересованных правоохранительных органов, получение соответствующего постановления в мэрии может обойтись застройщику в 5% от общей стоимости строительства. Процентная ставка дельцов, организовывающих такое постановление, жёстко привязана к количеству жилой площади возводимой многоэтажки. Источники газеты отмечают, что если постановление мэрии было получено в период правления Саида Амирова или Магомеда Сулейманова, то расход застройщика на этом этапе снижается до 3%.

Нижеследующая информация о теневой, а не официальной, процедуре получения разрешения на строительство тоже нуждается, на взгляд редакции, в перепроверке командированными, а не местными, силовиками. Получение застройщиком разрешения на строительство многоэтажного дома может обойтись от 450–500 тыс. до 1 млн рублей за один подъезд. Данное разрешение, как правило, выдаётся на минимальный срок (к примеру, на два года из допустимых пяти). Если застройщик не уложился в сроки (обычно не укладывается), то ему приходится снова расставаться со значительной суммой.

Но на этом мытарства застройщика не заканчиваются. На любом этапе строительства к нему могут прийти люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы и/или района дагестанской столицы, Минстроя, экологического надзора и пр. Люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы (далеко не факт, что они ими на самом деле являются), могут угрожать застройщику актами прокурорского реагирования. В большинстве случаев застройщик действительно нарушает различные стандарты и нормативы, поэтому поймать его есть на чём. Это нарушения плотности застройки, отсутствие или недостаточность квадратуры детской площадки или парковочных мест перед домом и так далее. К примеру, в «ЧК» №47 от 2 декабря 2016 года, в статье «Закон плотности», рассказывалось о том, что прокуратура Каспийска требовала в судебном порядке снести введённый в эксплуатацию и уже заселённый 10-этажный 194-квартирный дом по ул. Акулиничева, 13. Тогда в качестве основания для сноса и отмены разрешения на строительство каспийская прокуратура указывала, что в разрешительной документации обязательный норматив в градостроительном законодательстве – коэффициент плотности застройки (КПЗ) – превышен более чем в два раза.

В подобных случаях обращение застройщиков к «решалам» в Управлении по координации капитального строительства Махачкалы натыкается на ответ: «Решайте эту проблему аккуратно сами, они (проверяющие) открыты для предложений…». Как правило, в этих диалогах звучат такие имена и прозвища, как Ахмед, Белуга и другие. В итоге застройщикам, во избежание проблем, приходится отдавать неизвестно кому (желательно, чтобы прокурорский десант выяснил, кому конкретно) от 500 до 1 млн рублей за подъезд, лишь бы строительство не было признано незаконным. Примечательно, но когда к тому же самому застройщику спустя какое-то время приходят некие лица и представляются сотрудниками прокуратуры одного из районов Махачкалы, то история повторяется вновь и из кармана строителя дополнительно утекает по 150–200 тысяч за один подъезд ещё не достроенного многоквартирного дома.

Уже достроенный многоквартирный дом, несмотря на то что в него, казалось бы, можно заселиться и обустраивать быт, ещё необходимо ввести в эксплуатацию (или, как это ещё называют, взять на баланс). Этот этап волнителен и важен для каждого застройщика. И так же дорог, как предыдущие этапы. Прохождение такой процедуры как введение дома в эксплуатацию, по некоторым данным, может обойтись застройщику в 1,8–2 млн рублей.

Незаконный и тернистый…

Судьба застройщиков, возводящих многоэтажки без разрешительной документации, более прозаичная. Имея на руках «зелёнки» на землю, где можно строить только ИЖС (то есть только дом в три этажа, не разделённый на обособленные квартиры), застройщик платит различным «решалам» от 250 до 400 тыс. рублей за каждый этаж каждого подъезда будущей многоэтажки и быстро, как только можно, возводит объект.

По этой схеме, как правило, застройщики идут в том случае, когда у них нет финансовой возможности проплатить «решалам» всю сумму сразу за получение постановления и разрешения на строительство и различные техусловия. В этой схеме застройщик считает, что он будет, потихоньку привлекая средства, строить дом, попутно по частям расплачиваясь с «решалами». Однако здесь также присутствуют расходы на тех людей, кто, представляясь сотрудниками прокуратуры или МВД, получает свой нелегальный доход, угрожая остановить строительство.

«Решалы» (застройщики называют такие имена, как Шахбан, Гамзалав, Алишка) каким-то образом утрясают этот вопрос с Управлением по координации капитального строительства Махачкалы. И, пока муниципальные власти, а также республиканские силовые и надзорные структуры «спят», на участке для ИЖС в окружении частных домовладений вырастает десяти- или одиннадцатиэтажная «дура». И она тоже, при благоприятном стечении обстоятельств, должна пройти процедуру ввода в эксплуатацию. Здесь у застройщика есть только одна возможность узаконить многоэтажку: в случае обращения правового управления мэрии в суд с просьбой признать объект самовольной постройкой и снести её или же в случае обращения самого застройщика в суд с просьбой признать за ним право собственности на самовольную постройку. В этом вопросе суд (возможно, если позиция правового управления Махачкалы будет не столь принципиальной) может пойти навстречу застройщику.

Несмотря на прозаичность схемы незаконного строительства, именно этот вопрос может иметь серьёзные для республики социальные последствия. По данным осведомлённых источников «ЧК» в администрации Махачкалы, в границах городского округа на разных стадиях строительства незаконно возводится более 480 многоквартирных домов.

По самым грубым и поверхностным расчётам, это примерно 27–30 тысяч квартир. Это 27–30 тысяч семей. Это около 90 тысяч человек. И все они, потенциально, могут остаться и без обещанного в Махачкале жилья, и без денег.

Дело в том, что Махачкалу, которую квартирный вопрос не просто испортил, а извратил, будет тщательным образом проверять прокурорский десант. Поэтому, несмотря на все неофициальные договорённости и активность «решал», городские власти предпринимают меры юридической защиты своих (где-то даже личных) интересов, а не застройщиков.

По данным «ЧК», практически на каждый незаконно возводящийся объект Управлением по координации капитального строительства Махачкалы подан иск о признании его незаконной постройкой и сносе. Эти иски, скорее всего, будут удовлетворены. После вступления решения судов в законную силу возведённые многоэтажки уже будет невозможно ввести в эксплуатацию (узаконить), а застройщик не сможет продавать в них квартиры.

Продажа квартир в незаконно построенном доме и признанном подлежащим сносу квалифицируется силовиками как факт мошенничества. И даже при фактическом заселении будут проблемы с подключением коммуникаций. Всё это дополнительные расходы…

Снести многоэтажки технологически не представляется возможным. Самая ближайшая к Махачкале точка на карте России, где есть необходимая техника, – это Ростов-на-Дону. Привлечение специалистов-взрывотехников как вариант исполнения судебного решения пока властями не рассматривается...

Дёшево и плачевно

Коррупционные схемы в строительстве – это не дагестанское изобретение. Практически весь цивилизованный мир прошёл через это, сформировав богатый опыт противодействия различным негативным (социального характера) рискам, а также коррупционным преступлениям. Этот опыт нужно изучать и перенимать. Основная причина, по которой среднестатистический застройщик лезет в мутные схемы, – это нежелание терять время в забюрократизированных, затянутых (где-то необоснованно) процедурах получения соответствующих разрешений, согласований, техусловий и пр. Принцип «не подмажешь – не поедешь» тут выражается в затягивании сроков строительства, скандалах и объяснениях с дольщиками, удорожании (вследствие инфляции и прочих процессов) стоимости строительства и многом другом.

Однако надо понимать и такой момент: коррупционные схемы влекут за собой удешевление качества строительства. Застройщик, хорошо потратившись на различных этапах, чтобы выдержать привлекательную для покупателя цену, существенным образом начинает экономить на марке цемента и арматуры, на внутренних работах, отделочных и прочих материалах, квалифицированной рабочей силе.

Поэтому прокурорскому десанту не обойтись без (хотя бы выборочной) строительной экспертизы возведённых объектов. Хотя бы для того, чтобы у властей было понимание, во что выльется в ближайшие десять лет (или в случае сильного землетрясения) безумная застройка Махачкалы… ]§[

Page 7

«Люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было... Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны: из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. Ну, легкомысленны... ну, что ж... обыкновенные люди... в общем, напоминают прежних... квартирный вопрос только испортил их...»

«Мастер и Маргарита», Михаил Булгаков

Обещанный врио главы РД Владимиром Васильевым десант из 70 сотрудников прокуратуры и правоохранительных органов серьёзно напугал чиновников различных дагестанских уровней власти: проверки способны выявить серьёзные коррупционные схемы, а также тех людей, кто в этих звеньях является ключевым.

По данным «ЧК», уже 15 января часть прокурорского десанта постучится в двери администрации Махачкалы, и в частности Управления по координации капитального строительства мэрии.

Внимание к этому управлению, а также к тому, как в Махачкале ведётся бизнес в сфере строительства многоквартирных многоэтажных домов, не простое. Сфера строительства подобного жилья стала модной для предпринимателей: затраты на строительство относительно быстро отбиваются, а желающих сменить прописку в горах на махачкалинскую или улучшить свои жилищные условия меньше не становится. Большой интерес к квадратным метрам привёл к тому, что коррупционноёмкость этой отрасли (расходы застройщиков на различные взятки) составила от 750 млн до 1,5 млрд рублей. От неё кормится не только многочисленная армия мелких чиновников и «решал», но и куча оборотней в погонах республиканского уровня.

Жилищный вопрос в Махачкале настолько серьёзен, что вызвал скрытый конфликт между различными группами влияния в республике. К примеру, осведомлённый источник «ЧК» утверждает, что вследствие этого конфликта мэр Махачкалы Муса Мусаев практически не имеет рычагов влияния на ситуацию в этой сфере: де-факто законность процедур в области строительства в мэрии контролирует семья прокурора РД Рамазана Шахнавазова. Источник «ЧК» утверждает, что Шахнавазовы оказывают мощную поддержку руководителю Управления по координации капитального строительства Махачкалы Магомедгаджи Залбекову. Причём поддержку настолько мощную, что, как мы уже говорили, даже Мусаев предпочитает держаться в стороне от активности этого управления.

Такая же поддержка Шахнавазовыми оказывается и братьям Магомедгаджи Залбекова – Магомеду, являющемуся старшим помощником прокурора РД, и Залбеку, возглавляющему филиал Росреестра по РД (Федеральной службы госрегистрации, кадастра и картографии), депутату НС РД. Отметим, что Магомед Залбеков с 2009 года по февраль – август 2012 года, то есть до того, как надел прокурорский мундир, был учредителем ООО «Фирма Москва-строй», занимавшегося строительством зданий и сооружений.

Ещё один брат Залбековых – Далгат – возглавляет Межрайонную инспекцию №14 по РД.

Несмотря на плотный контроль прокуратурой РД вопросов застройки Махачкалы, тем не менее, регулярно надзорное ведомство озвучивает данные о вынесенных актах прокурорского реагирования, связанных с незаконным выделением мэрией земель под строительство многоэтажек, изменением вида использования земли, предназначенной для индивидуального жилищного строительства (ИЖС), в категорию «под многоэтажное строительство», и пр.

Но, чтобы понять, что же происходит в сфере строительства, необходимо разобраться в тех реалиях, в которых живёт среднестатистический махачкалинский застройщик. Для этого «Черновик» переговорил со своими источниками и пришёл к выводу, что обещанный Владимиром Васильевым прокурорский десант должен будет вникнуть в проблему более глубоко, протоколируя каждое своё действие, назначая экспертизы, а может, даже требуя возбуждения уголовных дел и проведения оперативно-следственных действий…

Дилемма застройщика

Реалии Махачкалы сегодня таковы, что застройщик, решившись привлечь средства дольщиков или свои кровные, для возведения многоэтажного многоквартирного дома выбирает один из двух вариантов поведения: законный путь (строить его, получив все разрешительные документы), или же незаконный путь (строить его без таковых).

Чтобы приступить к строительству многоэтажки законным путём, застройщику нужно получить два основных (среди прочих) документа: постановления главы администрации Махачкалы (о выделении земель, переводе их из одной категории в другую) и разрешение Управления по координации капитального строительства мэрии.

По некоторым данным, которые, на взгляд «ЧК», нуждаются в обязательной перепроверке со стороны представителей незаинтересованных правоохранительных органов, получение соответствующего постановления в мэрии может обойтись застройщику в 5% от общей стоимости строительства. Процентная ставка дельцов, организовывающих такое постановление, жёстко привязана к количеству жилой площади возводимой многоэтажки. Источники газеты отмечают, что если постановление мэрии было получено в период правления Саида Амирова или Магомеда Сулейманова, то расход застройщика на этом этапе снижается до 3%.

Нижеследующая информация о теневой, а не официальной, процедуре получения разрешения на строительство тоже нуждается, на взгляд редакции, в перепроверке командированными, а не местными, силовиками. Получение застройщиком разрешения на строительство многоэтажного дома может обойтись от 450–500 тыс. до 1 млн рублей за один подъезд. Данное разрешение, как правило, выдаётся на минимальный срок (к примеру, на два года из допустимых пяти). Если застройщик не уложился в сроки (обычно не укладывается), то ему приходится снова расставаться со значительной суммой.

Но на этом мытарства застройщика не заканчиваются. На любом этапе строительства к нему могут прийти люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы и/или района дагестанской столицы, Минстроя, экологического надзора и пр. Люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы (далеко не факт, что они ими на самом деле являются), могут угрожать застройщику актами прокурорского реагирования. В большинстве случаев застройщик действительно нарушает различные стандарты и нормативы, поэтому поймать его есть на чём. Это нарушения плотности застройки, отсутствие или недостаточность квадратуры детской площадки или парковочных мест перед домом и так далее. К примеру, в «ЧК» №47 от 2 декабря 2016 года, в статье «Закон плотности», рассказывалось о том, что прокуратура Каспийска требовала в судебном порядке снести введённый в эксплуатацию и уже заселённый 10-этажный 194-квартирный дом по ул. Акулиничева, 13. Тогда в качестве основания для сноса и отмены разрешения на строительство каспийская прокуратура указывала, что в разрешительной документации обязательный норматив в градостроительном законодательстве – коэффициент плотности застройки (КПЗ) – превышен более чем в два раза.

В подобных случаях обращение застройщиков к «решалам» в Управлении по координации капитального строительства Махачкалы натыкается на ответ: «Решайте эту проблему аккуратно сами, они (проверяющие) открыты для предложений…». Как правило, в этих диалогах звучат такие имена и прозвища, как Ахмед, Белуга и другие. В итоге застройщикам, во избежание проблем, приходится отдавать неизвестно кому (желательно, чтобы прокурорский десант выяснил, кому конкретно) от 500 до 1 млн рублей за подъезд, лишь бы строительство не было признано незаконным. Примечательно, но когда к тому же самому застройщику спустя какое-то время приходят некие лица и представляются сотрудниками прокуратуры одного из районов Махачкалы, то история повторяется вновь и из кармана строителя дополнительно утекает по 150–200 тысяч за один подъезд ещё не достроенного многоквартирного дома.

Уже достроенный многоквартирный дом, несмотря на то что в него, казалось бы, можно заселиться и обустраивать быт, ещё необходимо ввести в эксплуатацию (или, как это ещё называют, взять на баланс). Этот этап волнителен и важен для каждого застройщика. И так же дорог, как предыдущие этапы. Прохождение такой процедуры как введение дома в эксплуатацию, по некоторым данным, может обойтись застройщику в 1,8–2 млн рублей.

Незаконный и тернистый…

Судьба застройщиков, возводящих многоэтажки без разрешительной документации, более прозаичная. Имея на руках «зелёнки» на землю, где можно строить только ИЖС (то есть только дом в три этажа, не разделённый на обособленные квартиры), застройщик платит различным «решалам» от 250 до 400 тыс. рублей за каждый этаж каждого подъезда будущей многоэтажки и быстро, как только можно, возводит объект.

По этой схеме, как правило, застройщики идут в том случае, когда у них нет финансовой возможности проплатить «решалам» всю сумму сразу за получение постановления и разрешения на строительство и различные техусловия. В этой схеме застройщик считает, что он будет, потихоньку привлекая средства, строить дом, попутно по частям расплачиваясь с «решалами». Однако здесь также присутствуют расходы на тех людей, кто, представляясь сотрудниками прокуратуры или МВД, получает свой нелегальный доход, угрожая остановить строительство.

«Решалы» (застройщики называют такие имена, как Шахбан, Гамзалав, Алишка) каким-то образом утрясают этот вопрос с Управлением по координации капитального строительства Махачкалы. И, пока муниципальные власти, а также республиканские силовые и надзорные структуры «спят», на участке для ИЖС в окружении частных домовладений вырастает десяти- или одиннадцатиэтажная «дура». И она тоже, при благоприятном стечении обстоятельств, должна пройти процедуру ввода в эксплуатацию. Здесь у застройщика есть только одна возможность узаконить многоэтажку: в случае обращения правового управления мэрии в суд с просьбой признать объект самовольной постройкой и снести её или же в случае обращения самого застройщика в суд с просьбой признать за ним право собственности на самовольную постройку. В этом вопросе суд (возможно, если позиция правового управления Махачкалы будет не столь принципиальной) может пойти навстречу застройщику.

Несмотря на прозаичность схемы незаконного строительства, именно этот вопрос может иметь серьёзные для республики социальные последствия. По данным осведомлённых источников «ЧК» в администрации Махачкалы, в границах городского округа на разных стадиях строительства незаконно возводится более 480 многоквартирных домов.

По самым грубым и поверхностным расчётам, это примерно 27–30 тысяч квартир. Это 27–30 тысяч семей. Это около 90 тысяч человек. И все они, потенциально, могут остаться и без обещанного в Махачкале жилья, и без денег.

Дело в том, что Махачкалу, которую квартирный вопрос не просто испортил, а извратил, будет тщательным образом проверять прокурорский десант. Поэтому, несмотря на все неофициальные договорённости и активность «решал», городские власти предпринимают меры юридической защиты своих (где-то даже личных) интересов, а не застройщиков.

По данным «ЧК», практически на каждый незаконно возводящийся объект Управлением по координации капитального строительства Махачкалы подан иск о признании его незаконной постройкой и сносе. Эти иски, скорее всего, будут удовлетворены. После вступления решения судов в законную силу возведённые многоэтажки уже будет невозможно ввести в эксплуатацию (узаконить), а застройщик не сможет продавать в них квартиры.

Продажа квартир в незаконно построенном доме и признанном подлежащим сносу квалифицируется силовиками как факт мошенничества. И даже при фактическом заселении будут проблемы с подключением коммуникаций. Всё это дополнительные расходы…

Снести многоэтажки технологически не представляется возможным. Самая ближайшая к Махачкале точка на карте России, где есть необходимая техника, – это Ростов-на-Дону. Привлечение специалистов-взрывотехников как вариант исполнения судебного решения пока властями не рассматривается...

Дёшево и плачевно

Коррупционные схемы в строительстве – это не дагестанское изобретение. Практически весь цивилизованный мир прошёл через это, сформировав богатый опыт противодействия различным негативным (социального характера) рискам, а также коррупционным преступлениям. Этот опыт нужно изучать и перенимать. Основная причина, по которой среднестатистический застройщик лезет в мутные схемы, – это нежелание терять время в забюрократизированных, затянутых (где-то необоснованно) процедурах получения соответствующих разрешений, согласований, техусловий и пр. Принцип «не подмажешь – не поедешь» тут выражается в затягивании сроков строительства, скандалах и объяснениях с дольщиками, удорожании (вследствие инфляции и прочих процессов) стоимости строительства и многом другом.

Однако надо понимать и такой момент: коррупционные схемы влекут за собой удешевление качества строительства. Застройщик, хорошо потратившись на различных этапах, чтобы выдержать привлекательную для покупателя цену, существенным образом начинает экономить на марке цемента и арматуры, на внутренних работах, отделочных и прочих материалах, квалифицированной рабочей силе.

Поэтому прокурорскому десанту не обойтись без (хотя бы выборочной) строительной экспертизы возведённых объектов. Хотя бы для того, чтобы у властей было понимание, во что выльется в ближайшие десять лет (или в случае сильного землетрясения) безумная застройка Махачкалы… ]§[

Page 8

«Люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было... Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны: из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. Ну, легкомысленны... ну, что ж... обыкновенные люди... в общем, напоминают прежних... квартирный вопрос только испортил их...»

«Мастер и Маргарита», Михаил Булгаков

Обещанный врио главы РД Владимиром Васильевым десант из 70 сотрудников прокуратуры и правоохранительных органов серьёзно напугал чиновников различных дагестанских уровней власти: проверки способны выявить серьёзные коррупционные схемы, а также тех людей, кто в этих звеньях является ключевым.

По данным «ЧК», уже 15 января часть прокурорского десанта постучится в двери администрации Махачкалы, и в частности Управления по координации капитального строительства мэрии.

Внимание к этому управлению, а также к тому, как в Махачкале ведётся бизнес в сфере строительства многоквартирных многоэтажных домов, не простое. Сфера строительства подобного жилья стала модной для предпринимателей: затраты на строительство относительно быстро отбиваются, а желающих сменить прописку в горах на махачкалинскую или улучшить свои жилищные условия меньше не становится. Большой интерес к квадратным метрам привёл к тому, что коррупционноёмкость этой отрасли (расходы застройщиков на различные взятки) составила от 750 млн до 1,5 млрд рублей. От неё кормится не только многочисленная армия мелких чиновников и «решал», но и куча оборотней в погонах республиканского уровня.

Жилищный вопрос в Махачкале настолько серьёзен, что вызвал скрытый конфликт между различными группами влияния в республике. К примеру, осведомлённый источник «ЧК» утверждает, что вследствие этого конфликта мэр Махачкалы Муса Мусаев практически не имеет рычагов влияния на ситуацию в этой сфере: де-факто законность процедур в области строительства в мэрии контролирует семья прокурора РД Рамазана Шахнавазова. Источник «ЧК» утверждает, что Шахнавазовы оказывают мощную поддержку руководителю Управления по координации капитального строительства Махачкалы Магомедгаджи Залбекову. Причём поддержку настолько мощную, что, как мы уже говорили, даже Мусаев предпочитает держаться в стороне от активности этого управления.

Такая же поддержка Шахнавазовыми оказывается и братьям Магомедгаджи Залбекова – Магомеду, являющемуся старшим помощником прокурора РД, и Залбеку, возглавляющему филиал Росреестра по РД (Федеральной службы госрегистрации, кадастра и картографии), депутату НС РД. Отметим, что Магомед Залбеков с 2009 года по февраль – август 2012 года, то есть до того, как надел прокурорский мундир, был учредителем ООО «Фирма Москва-строй», занимавшегося строительством зданий и сооружений.

Ещё один брат Залбековых – Далгат – возглавляет Межрайонную инспекцию №14 по РД.

Несмотря на плотный контроль прокуратурой РД вопросов застройки Махачкалы, тем не менее, регулярно надзорное ведомство озвучивает данные о вынесенных актах прокурорского реагирования, связанных с незаконным выделением мэрией земель под строительство многоэтажек, изменением вида использования земли, предназначенной для индивидуального жилищного строительства (ИЖС), в категорию «под многоэтажное строительство», и пр.

Но, чтобы понять, что же происходит в сфере строительства, необходимо разобраться в тех реалиях, в которых живёт среднестатистический махачкалинский застройщик. Для этого «Черновик» переговорил со своими источниками и пришёл к выводу, что обещанный Владимиром Васильевым прокурорский десант должен будет вникнуть в проблему более глубоко, протоколируя каждое своё действие, назначая экспертизы, а может, даже требуя возбуждения уголовных дел и проведения оперативно-следственных действий…

Дилемма застройщика

Реалии Махачкалы сегодня таковы, что застройщик, решившись привлечь средства дольщиков или свои кровные, для возведения многоэтажного многоквартирного дома выбирает один из двух вариантов поведения: законный путь (строить его, получив все разрешительные документы), или же незаконный путь (строить его без таковых).

Чтобы приступить к строительству многоэтажки законным путём, застройщику нужно получить два основных (среди прочих) документа: постановления главы администрации Махачкалы (о выделении земель, переводе их из одной категории в другую) и разрешение Управления по координации капитального строительства мэрии.

По некоторым данным, которые, на взгляд «ЧК», нуждаются в обязательной перепроверке со стороны представителей незаинтересованных правоохранительных органов, получение соответствующего постановления в мэрии может обойтись застройщику в 5% от общей стоимости строительства. Процентная ставка дельцов, организовывающих такое постановление, жёстко привязана к количеству жилой площади возводимой многоэтажки. Источники газеты отмечают, что если постановление мэрии было получено в период правления Саида Амирова или Магомеда Сулейманова, то расход застройщика на этом этапе снижается до 3%.

Нижеследующая информация о теневой, а не официальной, процедуре получения разрешения на строительство тоже нуждается, на взгляд редакции, в перепроверке командированными, а не местными, силовиками. Получение застройщиком разрешения на строительство многоэтажного дома может обойтись от 450–500 тыс. до 1 млн рублей за один подъезд. Данное разрешение, как правило, выдаётся на минимальный срок (к примеру, на два года из допустимых пяти). Если застройщик не уложился в сроки (обычно не укладывается), то ему приходится снова расставаться со значительной суммой.

Но на этом мытарства застройщика не заканчиваются. На любом этапе строительства к нему могут прийти люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы и/или района дагестанской столицы, Минстроя, экологического надзора и пр. Люди, представляющиеся сотрудниками прокуратуры Махачкалы (далеко не факт, что они ими на самом деле являются), могут угрожать застройщику актами прокурорского реагирования. В большинстве случаев застройщик действительно нарушает различные стандарты и нормативы, поэтому поймать его есть на чём. Это нарушения плотности застройки, отсутствие или недостаточность квадратуры детской площадки или парковочных мест перед домом и так далее. К примеру, в «ЧК» №47 от 2 декабря 2016 года, в статье «Закон плотности», рассказывалось о том, что прокуратура Каспийска требовала в судебном порядке снести введённый в эксплуатацию и уже заселённый 10-этажный 194-квартирный дом по ул. Акулиничева, 13. Тогда в качестве основания для сноса и отмены разрешения на строительство каспийская прокуратура указывала, что в разрешительной документации обязательный норматив в градостроительном законодательстве – коэффициент плотности застройки (КПЗ) – превышен более чем в два раза.

В подобных случаях обращение застройщиков к «решалам» в Управлении по координации капитального строительства Махачкалы натыкается на ответ: «Решайте эту проблему аккуратно сами, они (проверяющие) открыты для предложений…». Как правило, в этих диалогах звучат такие имена и прозвища, как Ахмед, Белуга и другие. В итоге застройщикам, во избежание проблем, приходится отдавать неизвестно кому (желательно, чтобы прокурорский десант выяснил, кому конкретно) от 500 до 1 млн рублей за подъезд, лишь бы строительство не было признано незаконным. Примечательно, но когда к тому же самому застройщику спустя какое-то время приходят некие лица и представляются сотрудниками прокуратуры одного из районов Махачкалы, то история повторяется вновь и из кармана строителя дополнительно утекает по 150–200 тысяч за один подъезд ещё не достроенного многоквартирного дома.

Уже достроенный многоквартирный дом, несмотря на то что в него, казалось бы, можно заселиться и обустраивать быт, ещё необходимо ввести в эксплуатацию (или, как это ещё называют, взять на баланс). Этот этап волнителен и важен для каждого застройщика. И так же дорог, как предыдущие этапы. Прохождение такой процедуры как введение дома в эксплуатацию, по некоторым данным, может обойтись застройщику в 1,8–2 млн рублей.

Незаконный и тернистый…

Судьба застройщиков, возводящих многоэтажки без разрешительной документации, более прозаичная. Имея на руках «зелёнки» на землю, где можно строить только ИЖС (то есть только дом в три этажа, не разделённый на обособленные квартиры), застройщик платит различным «решалам» от 250 до 400 тыс. рублей за каждый этаж каждого подъезда будущей многоэтажки и быстро, как только можно, возводит объект.

По этой схеме, как правило, застройщики идут в том случае, когда у них нет финансовой возможности проплатить «решалам» всю сумму сразу за получение постановления и разрешения на строительство и различные техусловия. В этой схеме застройщик считает, что он будет, потихоньку привлекая средства, строить дом, попутно по частям расплачиваясь с «решалами». Однако здесь также присутствуют расходы на тех людей, кто, представляясь сотрудниками прокуратуры или МВД, получает свой нелегальный доход, угрожая остановить строительство.

«Решалы» (застройщики называют такие имена, как Шахбан, Гамзалав, Алишка) каким-то образом утрясают этот вопрос с Управлением по координации капитального строительства Махачкалы. И, пока муниципальные власти, а также республиканские силовые и надзорные структуры «спят», на участке для ИЖС в окружении частных домовладений вырастает десяти- или одиннадцатиэтажная «дура». И она тоже, при благоприятном стечении обстоятельств, должна пройти процедуру ввода в эксплуатацию. Здесь у застройщика есть только одна возможность узаконить многоэтажку: в случае обращения правового управления мэрии в суд с просьбой признать объект самовольной постройкой и снести её или же в случае обращения самого застройщика в суд с просьбой признать за ним право собственности на самовольную постройку. В этом вопросе суд (возможно, если позиция правового управления Махачкалы будет не столь принципиальной) может пойти навстречу застройщику.

Несмотря на прозаичность схемы незаконного строительства, именно этот вопрос может иметь серьёзные для республики социальные последствия. По данным осведомлённых источников «ЧК» в администрации Махачкалы, в границах городского округа на разных стадиях строительства незаконно возводится более 480 многоквартирных домов.

По самым грубым и поверхностным расчётам, это примерно 27–30 тысяч квартир. Это 27–30 тысяч семей. Это около 90 тысяч человек. И все они, потенциально, могут остаться и без обещанного в Махачкале жилья, и без денег.

Дело в том, что Махачкалу, которую квартирный вопрос не просто испортил, а извратил, будет тщательным образом проверять прокурорский десант. Поэтому, несмотря на все неофициальные договорённости и активность «решал», городские власти предпринимают меры юридической защиты своих (где-то даже личных) интересов, а не застройщиков.

По данным «ЧК», практически на каждый незаконно возводящийся объект Управлением по координации капитального строительства Махачкалы подан иск о признании его незаконной постройкой и сносе. Эти иски, скорее всего, будут удовлетворены. После вступления решения судов в законную силу возведённые многоэтажки уже будет невозможно ввести в эксплуатацию (узаконить), а застройщик не сможет продавать в них квартиры.

Продажа квартир в незаконно построенном доме и признанном подлежащим сносу квалифицируется силовиками как факт мошенничества. И даже при фактическом заселении будут проблемы с подключением коммуникаций. Всё это дополнительные расходы…

Снести многоэтажки технологически не представляется возможным. Самая ближайшая к Махачкале точка на карте России, где есть необходимая техника, – это Ростов-на-Дону. Привлечение специалистов-взрывотехников как вариант исполнения судебного решения пока властями не рассматривается...

Дёшево и плачевно

Коррупционные схемы в строительстве – это не дагестанское изобретение. Практически весь цивилизованный мир прошёл через это, сформировав богатый опыт противодействия различным негативным (социального характера) рискам, а также коррупционным преступлениям. Этот опыт нужно изучать и перенимать. Основная причина, по которой среднестатистический застройщик лезет в мутные схемы, – это нежелание терять время в забюрократизированных, затянутых (где-то необоснованно) процедурах получения соответствующих разрешений, согласований, техусловий и пр. Принцип «не подмажешь – не поедешь» тут выражается в затягивании сроков строительства, скандалах и объяснениях с дольщиками, удорожании (вследствие инфляции и прочих процессов) стоимости строительства и многом другом.

Однако надо понимать и такой момент: коррупционные схемы влекут за собой удешевление качества строительства. Застройщик, хорошо потратившись на различных этапах, чтобы выдержать привлекательную для покупателя цену, существенным образом начинает экономить на марке цемента и арматуры, на внутренних работах, отделочных и прочих материалах, квалифицированной рабочей силе.

Поэтому прокурорскому десанту не обойтись без (хотя бы выборочной) строительной экспертизы возведённых объектов. Хотя бы для того, чтобы у властей было понимание, во что выльется в ближайшие десять лет (или в случае сильного землетрясения) безумная застройка Махачкалы… ]§[

chernovik.net

«Государево око» в Дагестане оказалось морально слабым до денег

Ессентукский городской суд отстранил от должности мэра Махачкалы находящегося под стражей Мусу Мусаева

. Ему инкриминируется незаконная передача в 17,5 тыс. кв м. республиканской земли в собственность ОАО «Акционерный строительно-промышленный комплекс» (АСПК). В результате действий теперь уже бывшего мэра бюджету Республики Дагестан был нанесен ущерб в 80 млн. рублей.

Муса Мусаев пришел в кресло мэра Махачкалы с поста министра строительства и ЖКХ Дагестана. Есть подтвержденная информация, что в бытность Мусаева мэром капстроительство жилых домов в Махачкале курировали близкие люди Рамазана Шахнавазова. Прокурора республики, написавшего в начале ноября прошлого года заявление о досрочной отставке.

Заместителя прокурора Нижегородской области Шахнавазова назначили прокурором Дагестана в конце апреля 2013 года. С момента его приезда в Дагестан в 2013 году Шахнавазова считали человеком не Рамазана Абдулатипова, а Саида Амирова. Осужденный на пожизненное заключение за терроризм и убийство сотрудника СКР Амиров был первым человеком, которому нанес визит новоиспеченный прокурор Дагестана, только прилетев в Махачкалу. В аэропорту его встретил первый зам Амирова Нурбаганд Багандов и сразу повез к «патрону». Когда Амирова арестовали, Шахнавазов успел «сменить окраску» и подстроиться под главу Дагестана Рамазана Абдулатипова.

Минимальный срок службы прокурора региона на одном месте — 5 лет. Шахнавазов подал в отставку, не отработав положенного прокурорского минимума и даже не попрощавшись с коллегами по службе. До своего заявления прокурор проходил внеплановую аттестацию, инициированную Генпрокуратурой РФ в связи с фактами многочисленных нарушений в сфере надзора за законодательством в Дагестане. Вердикт комиссии по Шахнавазову — «неаттестован».

Врио главы Дагестана Владимир Васильев инициировал в республике «практически войсковую операцию» по наведению порядка в экономике и других сферах жизни региона. Логический вывод: созывать в республику десанты из прокуроров и других специалистов вряд ли потребовалось, если бы надзорное ведомство Дагестана во главе с Шахнавазовым добросовестно работало с апреля 2013 года. Комментируя уголовное дело в отношении Мусы Мусаева, Васильев дал уничтожительную характеристику градостроительной политике теперь уже бывшего мэра. Глава Управления капстроительства мэрии Махачкалы Магомедгаджи Залбеков среди махачкалинцев имеет скверную репутацию. Горожане считают: Залбеков уничтожает то, чего не успел доломать и перестроить под личные нужды Саид Амиров. Хаотическая застройка города идет по «серым схемам». «Добро» на это дал в свое время прокурор республики Рамазан Шахнавазов, состоящий в хороших отношениях с семьей Залбековых. Помощником Шахнавазова по надзору за местами лишения свободы работает родной брат начальника по капстроительству в Махачкале Магомед Залбеков.

В 2015 году Шахнавазов по просьбе отца братьев, Магомедсаида Залбекова, принял Магомеда Залбекова на работу в прокуратуру. Есть информация, что за услугу Залбеков-старший заплатил Шахнавазову крупную сумму денег. Шахнавазов был в курсе, что у его нового помощника нет опыта соответствующей работы, а диплом юриста поддельный, но закрыл на это глаза. Факт фальшивого диплома у помощника прокурора Магомеда Залбекова был вскрыт аттестационной комиссией Генпрокуратуры РФ, проверявшей Шахнавазова. Семья Залбековых связана с крупным бизнесом в области капстроительства. До того, как одеть прокурорский мундир. Магомед Залбеков учредил ООО «Фирма Москва-строй». Все свои зарегистрированные подряды на строительство «Фирма Москва-строй» получила от прокуратуры Дагестана. Третий брат, Залбек Залбеков — директор кадастровой палаты Дагестана, избранный в 2016 года депутатом Народного собрания. Четвертый брат Далгат Залбеков — руководитель межрайонной налоговой инспекции № 14, расположенной в Каспийске.

Патрон семьи Залбековых Шахнавазов в Махачкале тоже «себя не обделил». В прошлом году в прокуратуре перестали платить премии и командировочные, мотивировав этот секвестр экономическим кризисом. Есть подтвержденная информация, что кризис в бухгалтерии прокуратуры был усугублен лично Шахнавазовым, который «сэкономил» государственные деньги для личных нужд. «Сбереженные» средства были поделены между Шахнавазовым и начальном отдела материального- технического обеспечения надзорного ведомства.

Своего сына Артура, когда тому едва исполнилось 25 лет, Шахнавазов в 2013 году устроил прокурором Советского района Махачкалы. Прошлый прокурор района, у которого Артур Шахнавазов был в подчинении, планировал уволить сына прокурора республики за прогулы и служебные нарушения. В сентябре 2016 года Артур Шахнавазов был избран по спискам «Единой России» в Народное собрание Дагестана, стал зампредом комитета по законодательству.

28-летнего Шахнавазова провели в парламент в благодарность за следующее. Во время проведения в Дагестане выборов-2016, которые глава ЦИК РФ Элла Памфилова потом назовет «самыми проблемными», Шахнавазов по поручению руководства республики дал своим подчиненным указание: не препятствовать нарушениям избирательного процесса. По сути, главный блюститель законности санкционировал совершение должностного преступления. Еще на старте выборов были без оснований сняты кандидаты от партий «Родина» и «Народ против коррупции». В ходе самих выборов админресурс, при бездействии прокуратуры, «зарубил» «неугодных» властям кандидатов в депутаты Госдумы и Народного собрания.

Блюстители закона «проглядели» нарушения на выборах еще по одной причине. В бытность Шахнавазова прокурором по Дагестану стала ходить злая шутка: «В прокуратуру Дагестана требуются кассиры на вход». Устройство в прокуратуры города Махачкалы стоило 20−25 млн рублей, в прокуратуру другого города или крупного района — 10−15 млн, отдаленного горного района 3−5 млн. На местах Шахнавазов при помощи Рамазана Абдулатипова протащил близких себе людей на не связанные с прокуратурой государственные должности. Очень много родственников Шахнавазова стали ответственными госчиновниками в Сергокалинском районе, откуда родом бывший прокурор.

Избербаш, «вторая родина» Шахнавазова, почти превратился в его личную вотчину. Там начальником отделения Росреестра не так давно стал кунак Шахнавазова Алиасхаб Багамаев. Руководителем избербашского комплексного центра социального обслуживания населения (КЦСОН) — родственник Закарига Закаригаев. Естественно, что близок к Шахнавазову прокурор Избербаша Ахмед Алигаджиев. Помощник у прокурора Алигаджиева — его племянник Марат Богатов. Начальник Избербашских электросетей Абдулгани Богатов — отец помощника прокурора города. В планах Рамазана Шахнавазова было самому стать мэром Избербаша после окончания своей прокурорской каденции.

Налицо конфликт интересов, помноженный на патологическую жадность и моральную неустойчивость бывшего прокурора. Его дочери, разумеется, тоже сотруднице прокуратуры, из-за неприглядных качеств отца отказали в должности судьи.

Амин Ярахмедов, специально для EADaily

commentarii.ru


Смотрите также