Биография василия ивановича чапаева


Настоящий Чапаев. Легендарный комдив генералом не стал, но им стал его сын

Среди реальных исторических персон прошлого не найти другого такого, кто стал бы неотъемлемой частью русского фольклора. О чём говорить, если одна из разновидностей шашечных игр называется «чапаевка».

Детство Чапая

Когда 28 января (9 февраля) 1887 года в деревне Будайка Чебоксарского уезда Казанской губернии в семье русского крестьянина Ивана Чапаева родился шестой ребёнок, ни мать, ни отец не могли и подумать о той славе, которая ждёт их сына.

Скорее, думали о предстоящих похоронах – малыш, названный Васенькой, родился семимесячным, был совсем слабеньким и, казалось, не мог выжить.

Однако воля к жизни оказалась сильнее смерти – мальчик выжил и стал расти на радость родителям.

Ни о какой военной карьере Вася Чапаев и не помышлял – в бедной Будайке стояла проблема каждодневного выживания, тут не до кренделей небесных.

Интересно происхождение семейной фамилии. Дед Чапаева, Степан Гаврилович, занимался выгрузкой сплавлявшегося по Волге леса и других тяжёлых грузов на Чебоксарской пристани. И частенько прикрикивал «чапь», «чепь», «чепай», то есть «цепляй» или «зацепляй». Со временем слово «чепай» закрепилось за ним как уличное прозвище, а затем стало официальной фамилией.

Любопытно, что сам красный командир впоследствии писал свою фамилию именно как «Чепаев», а не «Чапаев».

Бедность семьи Чапаевых погнала их в поисках лучшей доли в Самарскую губернию, в село Балаково. Здесь у отца Василия жил двоюродный брат, выступавший меценатом церковноприходской школы. Мальчика определили на учёбу, рассчитывая, что со временем он станет священником.

Героев рождает война

В 1908 году Василия Чапаева призвали в армию, но через год комиссовали по болезни. Ещё до ухода в армию Василий обзавёлся семьей, женившись на 16-летней дочери священника Пелагее Метлиной. Вернувшись из армии, Чапаев стал заниматься сугубо мирным плотницким ремеслом. В 1912 году, продолжая работать плотником, Василий вместе с семьёй переехал в Мелекесс. До 1914 года в семье Пелагеи и Василия родились трое детей – два сына и дочь.

Василий Чапаев с женой. 1915 год. Фото: РИА Новости

Всю жизнь Чапаева и его семьи перевернула Первая мировая война. Призванный в сентябре 1914 года, Василий попал на фронт в январе 1915-го. Воевал на Волыни в Галиции и зарекомендовал себя умелым воином. Первую мировую Чапаев заканчивал в чине фельдфебеля, будучи награждённым солдатскими Георгиевскими крестами трёх степеней и Георгиевской медалью.

Осенью 1917 года бравый солдат Чапаев примкнул к большевикам и неожиданно показал себя блестящим организатором. В Николаевском уезде Саратовской губернии он создал 14 отрядов Красной гвардии, которые приняли участие в походе на войска генерала Каледина. На базе этих отрядов в мае 1918 года была создана Пугачёвская бригада под командованием Чапаева. Вместе с этой бригадой полководец-самоучка отбил у чехословаков город Николаевск.

Слава и популярность молодого командира росли на глазах. В сентябре 1918 года Чапаев возглавил 2-ю Николаевскую дивизию, которая наводила страх на противника. Тем не менее крутой нрав Чапаева, его неумение беспрекословно подчиняться привели к тому, что командование почло за благо отправить его с фронта на учёбу в академию Генштаба.

Уже в 1970-х годах ещё один легендарный красный командир Семён Будённый, слушая анекдоты о Чапаеве, качал головой: «Говорил я Ваське: учись, дурак, а то смеяться над тобой будут! Так не послушал ведь!»

Урал, Урал-река, могила его глубока…

Чапаев действительно не усидел долго в академии, вновь отправившись на фронт. Летом 1919 года он возглавил быстро ставшую легендарной 25-ю стрелковую дивизию, в составе которой провёл блестящие операции против войск Колчака. 9 июня 1919 года чапаевцы освободили Уфу, 11 июля – Уральск.

За лето 1919 года комдив Чапаев сумел немало удивить кадровых белых генералов своим полководческим талантом. И соратники, и враги видели в нём настоящего военного самородка. Увы, раскрыться по-настоящему Чапаев не успел.

Трагедия, которую называют единственной военной ошибкой Чапаева, произошла 5 сентября 1919 года. Дивизия Чапаева стремительно наступала, оторвавшись от тылов. Части дивизии остановились на отдых, а штаб разместился в посёлке Лбищенске.

5 сентября белые численностью до 2000 штыков под командованием генерала Бородина, совершив рейд, внезапно атаковали штаб 25-й дивизии. Основные силы чапаевцев находились в 40 км от Лбищенска и на помощь прийти не смогли.

Реальные силы, которые могли оказать сопротивление белым, составляли 600 штыков, и они вступили в бой, который продолжался шесть часов. На самого Чапаева охоту вёл специальный отряд, который, однако, не преуспел. Василию Ивановичу удалось выбраться из дома, где он квартировал, собрать около сотни бойцов, отступавших в беспорядке, и организовать оборону.

Василий Чапаев (в центре, сидит) с боевыми командирами. 1918 год. Фото: РИА Новости

Об обстоятельствах гибели Чапаева долгое время ходили противоречивые сведения, пока в 1962 году дочь комдива Клавдия не получила письмо из Венгрии, в котором два ветерана-чапаевца, венгра по национальности, лично присутствовавшие при последних минутах жизни комдива, рассказали, что произошло на самом деле.

В ходе боя с белыми Чапаев был ранен в голову и живот, после чего четверо красноармейцев, соорудив из досок плот, сумели переправить командира на другой берег Урала. Однако Чапаев скончался от ран во время переправы.

Красноармейцы, опасаясь глумления врагов над телом, похоронили Чапаева в прибрежном песке, забросав это место ветками.

Активные поиски могилы комдива сразу после Гражданской войны не велись, потому что канонической стала версия, изложенная комиссаром 25-й дивизии Дмитрием Фурмановым в его книге «Чапаев» – будто бы раненый комдив утонул, пытаясь переплыть реку.

Дочь Чапаева в 1960-х годах пыталась предпринять поиски могилы отца, но выяснилось, что это невозможно – русло Урала изменило своё течение, и местом последнего упокоения красного героя всё-таки стало дно реки.

Рождение легенды

В гибель Чапаева поверили далеко не все. Историки, занимавшиеся биографией Чапаева, отмечали, что среди ветеранов-чапаевцев ходил рассказ, будто бы их Чапай выплыл, был спасён казахами, переболел брюшным тифом, потерял память и теперь работает плотником в Казахстане, ничего не помня о своём героическом прошлом.

Поклонники белого движения любят придавать Лбищенскому рейду большое значение, называя его крупной победой, однако это не так. Даже разгром штаба 25-й дивизии и гибель её командира не повлияли на общее течение войны – Чапаевская дивизия продолжила успешно громить части противника.

Не все знают и о том, что чапаевцы отомстили за своего командира в тот же день, 5 сентября. Командовавший рейдом белых генерал Бородин, победно проезжавший по Лбищенску после разгрома штаба Чапаева, был застрелен красноармейцем Волковым.

Историки до сих пор не могут сойтись во мнениях о том, какова же была на самом деле роль Чапаева как полководца в Гражданской войне. Одни считают, что он действительно сыграл заметную роль, другие полагают, что его образ непомерно раздут благодаря искусству.

Картина П. Васильева «В. И. Чапаев в бою». Фото: репродукция

Действительно, широкую популярность Чапаеву принесла книга, написанная бывшим комиссаром 25-й дивизии Дмитрием Фурмановым.

При жизни отношения Чапаева и Фурманова простыми нельзя было назвать, что, кстати, лучше всего отразится потом в анекдотах. Роман Чапаева с женой Фурманова Анной Стешенко привёл к тому, что комиссару пришлось покинуть дивизию. Однако писательский талант Фурманова сгладил личные противоречия.

Но настоящая, безграничная слава и Чапаева, и Фурманова, и прочих ныне народных героев настигла в 1934 году, когда братья Васильевы сняли фильм «Чапаев», в основе которого лежала книга Фурманова и воспоминания чапаевцев.

Самого Фурманова к тому времени не было в живых – он скоропостижно скончался в 1926 году от менингита. А автором сценария фильма стала Анна Фурманова, жена комиссара и любовница комдива.

Именно ей мы обязаны появлением в истории Чапаева Анки-пулемётчицы. Дело в том, что в реальности такого персонажа не было. Прототипом же её стала санитарка 25-й дивизии Мария Попова. В одном из боёв санитарка подползла к раненому пожилому пулемётчику и хотела сделать ему перевязку, однако разгорячённый боем солдат наставил на санитарку револьвер и буквально заставил Марию занять место за пулемётом.

Режиссёры, узнав про этот рассказ и имея задание от Сталина показать в фильме образ женщины в Гражданскую войну, придумали пулемётчицу. А вот на том, что звать её будут Анка, настояла Анна Фурманова.

После выхода фильма и Чапаев, и Фурманов, и Анка-пулемётчица, и ординарец Петька (в реальной жизни – Пётр Исаев, действительно погибший в одном бою с Чапаевым) навсегда ушли в народ, став его неотъемлемой частью.

Чапаев повсюду

Интересно сложилась жизнь детей Чапаева. Брак Василия и Пелагеи фактически распался с началом Первой мировой, а в 1917 году Чапаев забрал детей у жены и воспитывал их сам, насколько это позволяла жизнь военного.

Старший сын Чапаева, Александр Васильевич, пошёл по стопам отца, став профессиональным военным. К началу Великой Отечественной 30-летний капитан Чапаев был командиром батареи курсантов в Подольском артиллерийском училище. Оттуда же и отправился на фронт. Дрался Чапаев по-фамильному, честь знаменитого отца не посрамив. Воевал под Москвой, под Ржевом, под Воронежем, был ранен. В 1943 году в звании подполковника Александр Чапаев участвовал в знаменитом сражении под Прохоровкой.

Завершил военную службу Александр Чапаев в звании генерал-майора, занимая должность заместителя начальника артиллерии Московского военного округа.

Младший сын, Аркадий Чапаев, стал лётчиком-испытателем, работал с самим Валерием Чкаловым. В 1939 году 25-летний Аркадий Чапаев погиб при испытаниях нового истребителя.

Дочь Чапаева, Клавдия, сделала партийную карьеру и занималась историческими исследованиями, посвящёнными отцу. Подлинная история жизни Чапаева стала известна во многом благодаря ей.

Изучая жизнь Чапаева, с удивлением обнаруживаешь, сколь близко связан легендарный герой с другими историческими личностями.

Например, бойцом Чапаевской дивизии был писатель Ярослав Гашек – автор «Похождений бравого солдата Швейка».

Начальником трофейной команды Чапаевской дивизии был Сидор Артемьевич Ковпак. В Великую Отечественную войну одно имя этого командира партизанского соединения будет наводить ужас на фашистов.

Генерал-майор Иван Панфилов, стойкость дивизии которого помогла отстоять Москву в 1941 году, начинал свою военную карьеру в качестве командира взвода пехотной роты Чапаевской дивизии.

И последнее. Вода роковым образом связана не только с судьбой комдива Чапаева, но и с судьбой дивизии.

25-я стрелковая дивизия просуществовала в рядах Красной Армии до Великой Отечественной войны, принимала участие в обороне Севастополя. Именно бойцы 25-й Чапаевской дивизии стояли до последнего в самые трагические, последние дни обороны города. Дивизия полностью погибла, а чтобы её знамена не достались врагу, последние оставшиеся в живых бойцы утопили их в Чёрном море.

aif.ru

Чапаев Василий Иванович

Легендарный советский военачальник, «народный полководец» Гражданской войны, командир 25-й стрелковой дивизии.

Василий Иванович Чапаев (Чепаев) родился 28 января (9 февраля) 1887 года. Он был шестым ребенком в семье Ивана Степановича Чепаева (1854-1921), крестьянина деревни Будайки Чебоксарского уезда Казанской губернии (ныне в черте города Чебоксары). В юности В. И. Чапаев работал по найму вместе с отцом и братьями (плотничал), смог выучиться грамоте. Осенью 1908 года он был призван на военную службу, но вскоре уволен в запас. С началом Первой мировой войны в 1914 году В. И. Чапаев снова был мобилизован. В 1915 году он закончил учебную команду, получил звание младшего унтер-офицера, в октябре того же года - старшего. В 1915-1916 годах В. И. Чапаев воевал в Галиции, на Волыни и в Буковине, трижды был ранен. За мужество и смелость, проявленные в боях, В. И. Чапаев был награжден тремя Георгиевскими крестами и Георгиевской медалью, а также произведен в фельдфебели.

Февральскую революцию 1917 года В. И. Чапаев встретил в Саратовском госпитале, позднее переехал в Николаевск (ныне город Пугачев Саратовской области). Летом 1917 года он был избран членом полкового комитета, в декабре того же года на гарнизонном собрании 138-го пехотного запасного полка в Николаевске солдаты избрали его полковым командиром.

В сентябре 1917 года В. И. Чапаев вступил в РСДРП(б). С установлением Советской власти в январе 1918 года он стал комиссаром внутренних дел Николаевского уезда. В начале года он сформировал в городе красногвардейский отряд и участвовал в подавлении крестьянских мятежей в уезде. С мая 1918 года В. И. Чапаев командовал бригадой в боях против уральских белоказаков и подразделений Чехословацкого корпуса, с сентября 1918 года был начальником 2-й Николаевской дивизии.

С ноября 1918 по январь 1919 годов В. И. Чапаев учился в Академии Генштаба в Москве, затем по личной просьбе был направлен на фронт и назначен в 4-ю армию командиром Особой Александрово-Гайской бригады, отличившейся в боях под станицей Сламихинской (ныне поселок Жалпактал в Казахстане).

С апреля 1919 года В. И. Чапаев командовал 25-й стрелковой дивизией, отличившейся в Бугурусланской, Белебеевской и Уфимской операциях во время контрнаступления Восточного фронта против войск адмирала А. В. Колчака. 11 июля 1919 года 25-я дивизия под командованием В. И. Чапаева деблокировала город Уральск (ныне в Казахстане). В боях севернее Уфы начдив был ранен. За успешное руководство частями и соединениями в боях с врагом и проявленную при этом доблесть и мужество В. И. Чапаев был награжден орденом Красного Знамени.

В июле 1919 года 25-я стрелковая дивизия деблокировала осажденный белоказаками город Уральск. В августе 1919 года части дивизии взяли город Лбищенск Уральской области (ныне село Чапаев в Казахстане) и станицу Сахарную. В ходе боевых действий В. И. Чапаев проявлял высокие организаторские и военные способности, отличался сильной волей, решительностью и храбростью. На рассвете 5 сентября 1919 года белогвардейцы внезапно атаковали штаб 25-й дивизии, размещавшийся в Лбищенске. Чапаевцы во главе со своим командиром мужественно сражалась с превосходящими силами врага. В этом бою В. И. Чапаев погиб. Обстоятельства его смерти до конца не выяснены. По наиболее распространенной версии, раненый начдив пытался переплыть реку Урал, но погиб под вражеским огнем.

Легендарный образ В. И. Чапаева, хрестоматийного «народного полководца» Гражданской войны, во многом сложился благодаря роману бывшего военного комиссара 25-й дивизии Д. А. Фурманова «Чапаев» (1923) и снятому по нему одноименному кинофильму (1934).

www.bankgorodov.ru

Тайны жизни и смерти Чапаева

Анка-пулемётчица так и не призналась, что родила дочку от фюрера

Анка-пулемётчица так и не призналась, что родила дочку от фюрера

В прошлом номере «Экспресс газеты» к 125-летию Василия Ивановича ЧАПАЕВА мы рассказали, как сложилась судьба его потомков. Однако жизнь и трагическая гибель самого начдива до сих пор окутана тайнами. Мы попробовали распутать клубок сложных событий Гражданской войны и развеять мифы вокруг легендарного командира Красной Армии.

Миф 1

Чапаев жив!

Прославленный красный герой погиб 5 сентября 1919 года. Вокруг смерти Чапаева ходят легенды, и, что самое удивительное, у каждой из них есть живые свидетели. Тем не менее официальной версией принято считать итоги проведенного по горячим следам расследования: Василий Иванович утонул, пытаясь переплыть реку Урал. По другим данным, смертельно раненный начдив был переправлен бойцами через реку на плоту, скончался при переправе и был похоронен на берегу. Однако до сих пор никто так и не знает, где именно находится могила начдива, что дало повод надеяться - Чапаев сумел выжить! После окончания Гражданской войны в народе стали ходить слухи о его чудесном спасении: мол, чапаевцы долго думали, что делать с воскресшим командиром, и решили отправить его в Архангельскую область под вымышленной фамилией. Но Василия Ивановича рассекретили и после смерти Сталина уже ослепшего начдива поместили в дом инвалидов в надежде, что теперь никто не поверит в бред «сумасшедшего», вообразившего себя Чапаевым.

Фильм «Чапаев», где главную роль сыграл Борис БАБОЧКИН, был любимой картиной советских мальчишек

Правда жизни

После распространения слуха о возможном спасении Василия Ивановича его старшему сыну Александру стали пачками приходить письма от «выжившего героя», которые начинались стандартной фразой: «Здравствуй, сынок!» Естественно, именем Чапаева подписывались проходимцы. Но однажды в руки родных Василия Ивановича попала маленькая нечеткая фотография, с которой смотрел человек, чем-то похожий на прославленного начдива. Обнадеженный приятным известием Александр поспешил по указанному на снимке адресу - в город Чебаркуль. Но сразу по прибытии разочаровался: местные жители узнали в новоиспеченном Чапаеве тамошнего юродивого.

Пару лет назад правнучка Василия Ивановича Алла обратилась за помощью к экстрасенсам на популярное шоу. Но как только провидцы принимались за работу, пытаясь узнать истинную причину смерти Чапаева, вокруг начинало происходить нечто странное: аппаратура выходила из строя, пропадало электричество.  Сюжет так и не вышел в эфир, но Алла все же узнала главное: ее прадед погиб в результате подлого предательства.

Миф 2

Предательство красного командира

Обстоятельства смерти Чапаева - еще одна легенда. В сентябре 1919-го он якобы неудачно расположил штаб в Лбищенске без прикрытия, поэтому и погиб. Внезапная атака принесла казачьей дивизии долгожданную победу над «непотопляемым» Чапаевым. Спустя годы стало известно, что сведения о малочисленности охраны штаба начдива белогвардейцы получили от Пелагеи - второй, гражданской, жены Василия Ивановича. Женщина не смогла смириться с тем, что всю жизнь Чапаев любил только свою первую супругу, и решила отомстить: за несколько дней до казачьего рейда Пелагея навещала мужа и была в очередной раз прогнана. А позднее выяснилось, что ее любовник Георгий Живоложнов получал у белых деньги за информацию о комдиве.

ЧАПАЕВ женился на Пелагее МЕТЛИНОЙ, когда ей едва исполнилось 16. Вместе они прожили шесть лет, и у них родилось трое детей

Правда жизни

На самом деле в гибели Чапаева были заинтересованы другие люди: командующий IV армией Восточного фронта Тихон Хвесин и председатель Реввоенсовета Лев Троцкий, под покровительством которого все и осуществлялось. Популярность Чапаева в народе им была словно кость в горле. Прославленного начдива хотели использовать, а затем убрать. Для этого накануне лбищенской трагедии Троцкий и Хвесин расформировали сплоченную в боях чапаевскую бригаду, а самого Чапаева назначили командиром несуществующей дивизии: дали неподготовленные полки добровольцев и приказали наступать в направлении Уральска. Возле села Таловое чапаевцы попали в окружение. Силы противника были в пять раз больше. Чапаев просил у Хвесина подкрепления, но ни помощи, ни даже продовольствия так и не последовало. Начдив слал в штаб армии радиограммы: «В дивизии нет патронов, немедленно шлите огнеприпасы», «Высылайте скорее пополнение. Здесь свирепствует сильный тиф, он уносит из рядов больше, чем в бою»... Помощи не последовало. Как оказалось, командиры IV армии специально растянули фронт на 250 километров, увеличив при этом промежутки между группами до 80 - 100 км. Технических средств, обеспечивающих связь между ними, не было.  Длительный ожесточенный бой стал последним для Чапаева и многих его соратников.

Миф 3

Соперник Фурманов

Дмитрий Фурманов прибыл в чапаевскую дивизию весной 1919 года. Его сопровождала жена - Анна Стешенко, которую супруг ласково называл Наей. С этого момента началось противоборство политкомиссара и начальника дивизии. Анна устроила в дивизии окопный театр. Труппа состояла из самой Наи и нескольких красноармейцев. Легенда гласит, что на спектаклях супруги Фурманова все чаще и чаще стал появляться Василий Иванович. Чапаев влюбился, и Ная ответила ему взаимностью. Однако своих позиций Дмитрий Фурманов сдавать не собирался. Между комдивом и комиссаром лучшей дивизии началось сражение за женщину. Ситуацию спас Фрунзе, который в конце августа 1919-го отправил Фурманова и его неверную жену в Туркестан.

Сейчас о Василии ЧАПАЕВЕ (1) снимаются сразу два художественных фильма. В России «Чапаев-Чапаев», главная роль в котором досталась Ивану ОХЛОБЫСТИНУ (2), и на Украине «Страсти по Чапаю», где красного командира играет Сергей СТРЕЛЬНИКОВ (3)

Правда жизни

Комиссар Фурманов в своем знаменитом романе собственноручно написал: «Чапаев все ставил вопрос о том, может ли боец без женщины пробыть на фронте 2-3 года. И сам заключил, что «непременно должно так, а то какой же он есть солдат?» Ная действительно стала причиной раздора между начдивом и комиссаром, но совершенно по другому поводу: Чапаев был категорически против присутствия в дивизии жен, потому что боялся расхлябанного поведения солдат. Другое дело - женщина-боец или санитарка, как, например, Мария Попова, ставшая прототипом образа Анки-пулеметчицы. Но Фурманов настоял, чтобы его жена занималась в дивизии кульпросветработой. Однако после взятия Уральска Чапаев приказал оставить «лишних людей» для обслуживания местного населения. Естественно, это решение донельзя обострило отношения между начдивом и политкомиссаром, хотя они вместе провели полгода в непрерывных боях.

Миф 4

Анка-пулеметчица - любовница Гитлера

О том, что на самом деле никакой Анки-пулеметчицы в чапаевской дивизии не было, известно давно. По жизни она была санитарка Мария Попова. Дмитрий Фурманов, автор «Чапаева», нарек ее Анкой в честь своей жены, которая полгода находилась с ним в бригаде. Кроме обязанностей санитарки, девушка выполняла и особо важные поручения начдива: добывала секретную информацию в составе отряда конной разведки.

После Гражданской войны Попова окончила факультет советского права при МГУ. Работала в торгпредстве в Германии и Швеции, занималась шпионажем в пользу СССР. Мария лично знала Гитлера, Бормана, Гиммлера. Ходили слухи, что Попову частенько видели в компании вождя Третьего рейха и Бормана: рядом с ними девушка вела себя довольно фривольно. В 1931 году у «Анки» в Берлине родилась дочь Зинаида. Кто был отцом ребенка, Мария скрывала до конца своих дней.

Прототипом Анки-пулемётчицы стала порученец начдива Мария ПОПОВА. Её любви добивались даже вожди Третьего рейха

Правда жизни

Мария Попова абсолютно случайно попала на фронт. Родилась она в маленьком волжском городке в 1896 году. Очень рано вышла замуж, но семейное счастье не сложилось - муж Поповой умер от очередного приступа болей в животе. Вскоре их городок оккупировали белогвардейцы, но ей  удалось бежать. Первое, что попалось на пути женщины, - штаб чапаевской дивизии. По просьбе Поповой Чапаев зачислил ее на должность санитарки. Также случайно Мария стала и Анкой-пулеметчицей. Однажды во время боя санитарка подползла к раненому пулеметчику и начала оттаскивать его в лазарет. Но тот приказал девушке стрелять вместо него по врагам. После Гражданской войны Мария окончила МГУ и была командирована в Берлин, затем в Швецию. Перед Великой Отечественной начались аресты чапаевцев. Чекисты убили Ивана Кутякова - он командовал дивизией после гибели Чапаева. Попову в те годы не тронули, но в 1942-м ее снова призвали на фронт в агитбригаду.  Мария умерла зимой 1981 года, так и не раскрыв дочери имя ее отца. Зинаиде Поповой сейчас 80. Дочка «Анки» практически прикована к постели и живет в полном одиночестве.

Миф 5

Самоубийца Петька

Поговаривали, что вместе с Чапаевым погиб и денщик его бригады Петр Исаев - легендарный Петька. Он боготворил Василия Ивановича и застрелился над его телом со словами: «Без него и мне жизнь не нужна!» После выхода фильма «Чапаев» на экраны в 1934 году его семья пережила страшное горе. Жена, увидев, как в фильме Петька крутит роман с пулеметчицей, не перенесла позора и повесилась. Вслед за ней умерла и дочь Исаева. Остался лишь единственный сын, у которого фамилия Чапаев вызывает ужас. Ведь герой Гражданской войны и любимых народом анекдотов унес с собой в могилу его отца, мать и сестру.

Дмитрий ФУРМАНОВ с женой Анной провели медовый месяц в чапаевской дивизии, можно сказать, на глазах бойцов

Правда жизни

На самом деле Петр Исаев не был крестьянским простачком, каким показан в фильме братьев Васильевых. Этот высокообразованный офицер в денщиках у Чапаева никогда не служил, а был порученцем по особо важным делам, а впоследствии - начальником бригады связи. Никакой любви между ним и Анкой - Марией Андреевной Поповой - не было. Мало того, в реальной жизни именно она учила его обращаться с пулеметом. И хотя в романе Фурманова Петька застрелился после гибели любимого комдива, а в фильме Васильевых он, прикрывая собой командира, погиб от вражеской пули на берегу реки, потомки Исаева утверждают, что на самом деле он выжил, долго лежал в госпитале и умер только в 1921 году. А супруга Петьки и их шестимесячная дочь скончались от свирепствующего в те времена тифа.

Генерал Каппель победил Анку и Петьку после смерти

Иногда, попадая на кладбище, задумываешься о том, как распорядилась история с героями известных всем событий. Кому досталось бесславие, а кому бессмертие, если судить по престижности кладбищ и дороговизне памятников? И порой оказывается, что внуки возлагают цветы и чтят совсем не тех людей, на примере которых воспитывались деды.

Самое грустное зрелище до сих пор было на могиле Петьки. Он погиб молодым. После выхода фильма «Чапаев» на его семью обрушилась жуткая слава, все судачили о том, что Петька изменял жене с Анкой. Похоронен он в селе Кундравы Челябинской области, в одной могиле со своей шестимесячной дочкой Катей, умершей от тифа. Впрочем, на памятнике о дочери ни слова. Долгое время Петькин памятник был железный, крашенный синей краской, самый дешевый. Жители села писали во все инстанции с просьбой заменить развалившееся надгробие героя, но неизменно получали отказ. Тогда односельчане чапаевского порученца скинулись и на свои средства поставили в прошлом году Петьке новый памятник!

Анке-пулеметчице в этом отношении повезло больше. После смерти в 1981 году ее разрешили похоронить на престижном Кунцевском кладбище. Советская власть не пожалела и денег на гранитный памятник. Надпись на нем гласит «Мария Попова. Боец чапаевской дивизии».

Но самое престижное захоронение, вы удивитесь, у того, кто был отрицательным героем фильма, - генерал-лейтенанта Владимира Каппеля. В фильме именно он воюет против троицы Чапаев - Анка - Петька. Именно его бойцы идут в знаменитую психическую атаку. В реальности же к тем событиям генерал не имел никакого отношения. Зато он пользовался огромной популярностью среди белогвардейцев, о нем складывали песни и легенды. Скончался Каппель 26 января 1920 г., гроб с его телом сначала вывезли в Забайкалье, затем в Харбин (Китай), где он был погребен у алтаря Иверской церкви. В 2006 году его останки обнаружили и торжественно перенесли на кладбище Донского монастыря в Москве. Похороны прошли очень пышно. Пришедшие в тот день на кладбище посетители были шокированы, увидев  «армию» ряженых офицеров-белогвардейцев. Свежие цветы на его могиле лежат круглый год.

www.eg.ru

Василий Иванович Чапаев

?

Categories: Уроженец Чувашии, ставший символом Великой русской революции

Василий Иванович Чапаев известен как один из самых заметных героев Гражданской войны. Комдив Красной Армии оставил яркий след в отечественной истории и по сей день занимает особое положение в массовой культуре. Имя военачальника живо в памяти современников— о нем неустанно пишут книги, снимают фильмы, поют песни, а также слагают анекдоты и небылицы. Биография красногвардейца полна противоречий и тайн.

Линии жизни

По преданию, фамилия Чапаев произошла от слова «чепай» (бери, подцепляй), которым пользовались во время различных работ. Сначала это слово было прозвищем деда героя, потом превратилось в родовую фамилию.Ранние годыВасилий Иванович Чапаев — выходец из крестьянской семьи, сын плотника. Его родители жили в деревне Будайка Чебоксарского уезда Симбирской губернии. Это место было одним из русских селений, расположившихся вокруг города Чебоксары. Здесь Василий и появился на свет 28 января (9 февраля) 1887 года.Василий рос в многодетной семье и был шестым ребенком. Вскоре после его рождения семья перебралась в Самарскую губернию — в село Балаково Николаевского уезда. Дети Чапаевых были вынуждены бросить школу, которую они посещали в Будайке, и искать работу. Василий успел выучить только азбуку. Родители желали своему ребенку лучшей доли, поэтому для получения образования отправили Василия в церковно-приходскую школу.

Метрическая запись 1887 года о рождении В. И. ЧапаеваОтец с матерью рассчитывали, что сын станет священнослужителем, но жизнь распорядилась иначе. Осенью 1908 года Василия призвали в армию — с этого периода ведут отсчет его военной карьеры. Служить он начал в Киеве, правда, совсем недолго. Уже весной 1909 года был уволен в запас — переведен в ратники ополчения первого разряда.

В. И. Чапаев. 1909 г.Точной причины такого решения историки не знают. По одной из версий, это произошло из-за его политической неблагонадежности, но подтверждений тому не обнаружено. Скорее всего, увольнение связано с болезнью Чапаева.Еще в юности Василий Чапаев получил прозвище Ермак. Оно сопровождало героя всю жизнь, став его подпольной кличкой.

На фронтах Первой мировой войны

В боях 5–8 мая 1915 года у реки Прут Василий Чапаев проявил большое личное мужество и стойкость. Через несколько месяцев за успехи в службе он сразу получил чин младшего унтер-офицера, минуя звание ефрейтора.16 сентября 1915 года Чапаева наградили Георгиевским крестом IV степени. За взятие двух пленных близ местечка Сновидов ему снова присудили Георгиевский крест, но уже III степени.

В. И. Чапаев. 1916 г.Чапаев был кавалером трех степеней Георгиевского креста. За каждый знак солдат или унтер-офицер получал жалованье на треть больше обычного. Оклад рос до тех пор, пока не достигал двойного размера. Прибавочное жалованье сохранялось после увольнения в отставку и выплачивалось пожизненно. Денежную сумму получали вдовы еще год после смерти кавалера.27 сентября 1915 года в боях между селениями Цумань и Карпиневка Чапаев получил ранение. Его отправили в госпиталь. Вскоре он узнал, что переведен в старшие унтер-офицеры.

В. И. Чапаев. 1917 г.Чапаев, поправив здоровье, вернулся в Белгорайский полк, в составе которого 14–16 июня 1916 года принял участие в боях близ г. Кута. За эти сражения Василий был награжден Георгиевским крестом II степени. По некоторым сведениям, этим же летом за бои под городом Делятин его удостоили Георгиевским крестом I степени. Но документов, подтверждающих присуждение этой награды, не сохранилось.В конце лета 1916 года Василий серьезно заболел. 20 августа его отправили в перевязочный отряд 82-й пехотной дивизии. В свою роту он возвратился только 10 сентября и на следующий же день получил ранение шрапнелью в левое бедро, после которого вновь приступил к лечению.

Октябрьская революция и Гражданская война

В. И. Чапаев, командир 2-го Николаевского советского полка И. Кутяков, командир батальона И.Бубенец и комиссар А. Семенников. 1918 г.В июле 1917 года Чапаев оказался в городе Николаевск, где его определили фельдфебелем 4-й роты 138-го запасного пехотного полка. Это военное подразделение славилось своей революционной настроенностью. Именно здесь будущий красный командир сблизился с большевиками. Вскоре он был избран в полковой комитет, а осенью 1917 года вошел в совет солдатских депутатов.28 сентября 1917 года Василий Иванович Чапаев вступил в РСДРП (б) — партию большевиков. В декабре он стал красногвардейским комиссаром и принял на себя обязанности начальника гарнизона Николаевска.Зима-весна 1918 года — непростой период для новой власти. В это время Чапаев подавлял крестьянские волнения, сражался против казаков и солдат Чехословацкого корпуса.В фильмах, чаще всего, Чапаева изображают с шашкой на лихом коне. Однако в жизни полководец отдавал предпочтение автомобилям. Сначала у него был «Стевер» (ярко-красный конфискованный автомобиль), затем отобранный у колчаковцев «Паккард» и через некоторое время «Форд», который развивал неплохую для начала XX века скорость — до 50 км/ч.

Конники-чапаевцы. 1918 г.В ноябре талантливый военный отправился на учебу в академию Генерального штаба, но не смог долго оставаться вдали от фронта и уже в январе 1919 года сражался в бою против армии адмирала Колчака.

В.И. Чапаев навестил в госпитале раненых товарищей. Слева - И.К. Бубенец, командир батальона имени Стеньки Разина полка; справа - И.С. Кутяков, командир полка. 1919 г.

Обстоятельства гибели

Легендарный военачальник погиб во время неожиданного нападения белогвардейцев на штаб 25-й дивизии. Это случилось 5 сентября 1919 года в городе Лбищенск Западно-Казахстанской области, который находился в глубоком тылу и хорошо охранялся. Чапаевцы здесь чувствовали себя в безопасности.Дивизия Чапаева была оторвана от основных сил Красной армии и понесла большие потери. Кроме 2000 чапаевцев, в городе находилось почти столько же мобилизованных крестьян, у которых не было никакого оружия. Чапаев мог рассчитывать на шесть сотен штыков. Остальные же силы дивизии были удалены на 40–70 км от города.

Раненый в голову В.И.Чапаев (в центре) и Д.А. Фурманов (слева от него) с командирами 25-й дивизии. 1919 г.Сочетание этих факторов привело к тому, что нападение казачьего отряда ранним утром 5 сентября оказалось гибельным для прославленной дивизии. Большая часть чапаевцев была расстреляна или захвачена в плен. Только небольшая часть красногвардейцев смогла пробиться к берегу реки Урал, в их числе был и Чапаев. Он смог оказать сопротивление наступающим силам, но был ранен в живот.Свидетелем последних часов жизни героя был старший сын Александр. Он рассказывал, что раненого отца положили на плот для переправы через реку, сделанный из половинки ворот. Однако некоторое время спустя пришли печальные новости — полководец скончался от большой кровопотери.

Гибель В.И. Чапаева в реке Урал в фильме «Чапаев» (1934 г.)Чапаева спешно похоронили в прибрежном песке, закидав камышами, чтобы казаки не нашли могилу и не надругались над телом. Подобные сведения потом были подтверждены другими участниками событий. Но более живучей оказалась воплощенная в книгах и на киноэкране легенда, что комдив погиб в бурных волнах реки Урал.Именем Чапаева названы сотни улиц и почти два десятка населенных пунктов, одна река, легкий крейсер и большой противолодочный корабль.

Личная жизнь

Фельдфебель Чапаев с женой Пелагеей Никаноровной. 1916г.В личной жизни комдив Красной Армии был не так успешен, как на военной службе.Еще до отправки в армию Василий познакомился с юной Пелагеей Метлиной, дочерью священника. После его списания в запас летом 1909 года они поженились. За 6 лет брака у них родилось трое детей — двое сыновей и дочь.Жизнь Чапаева до начала Первой мировой войны была мирной. Он, как и его отец, работал плотником. В 1912 году вместе с женой и детьми переехал в город Мелекесс (сегодня это Димитровград Ульяновской области), где поселился на улице Чувашская. Здесь у него родился младший сын Аркадий.Начало войны кардинально изменило жизнь Василия Ивановича. Он начал сражаться в составе 82-пехотной дивизии против немцев и австрийцев.В это время его жена Пелагея вместе с детьми ушла к соседу. Узнав об этом, Чапаев помчался в родной дом, чтобы развестись с супругой. Правда, ограничился тем, что забрал у жены детей и перевез их в дом родителей.

Из интервью газете «Бульвар Гордона» (сентябрь 2012 г.):

— А через несколько лет Пелагея оставила детей и сбежала от героя, красного командира. Почему?— Она ведь сбежала до того, как Чапаев стал командиром, еще в империалистическую. Бежала не от Василия, а от свекра, строгого и жесткого. А Василия она любила, троих детей от него родила, только дома видела мужа редко — он все время воевал. А ушла она к вагоновожатому, который конки водил в Саратове. Он ради нее бросил девятерых детей и парализованную жену.Когда Василий Иванович погиб, Пелагея была беременной уже вторым ребенком от своего любовника. Она рвалась в дома Чапаевых, чтобы забрать остальных детей, но сожитель ее запер. Пелагея все же из дома выбралась и в легком платьице (а дело было в ноябре) убежала. По дороге провалилась в полынью, ее чудом спас крестьянин, проезжавший на телеге, довез до Чапаевых — там она и умерла от воспаления легких.

Евгения Чапаева, правнучка Василия Чапаева, потомок Клавдии Чапаевой, автор книги «Мой неизвестный Чапаев»

Затем Чапаев вступил в близкие отношения с Пелагеей Камишкерцевой, вдовой его друга Петра Камишкерцева, ранее погибшего в сражениях при Карпатах. До войны друзья пообещали друг другу, что выживший должен будет заботиться о семье погибшего друга. Чапаев сдержал обещание.В 1919 году полководец поселил Камишкерцеву со всеми детьми (Чапаева и погибшего друга) в деревне Клинцовка при артиллерийском складе.

Пелагея Камишкерцева со всеми детьмиОднако незадолго до гибели он узнал об измене второй жены с начальником артиллерийского склада, что привело его в сильнейшее моральное потрясение.

Дети Чапаева

Александр, Клавдия и Аркадий ЧапаевыСтарший сын, Александр, пошел по стопам отца — стал военным и прошел всю Великую Отечественную войну. Отмечен тремя орденами Красного Знамени, Суворова III степени, Александра Невского, Отечественной войны I степени, Красной Звезды и многими медалями.Александр закончил службу в звании генерал-майора. Умер в 1985 году. Младший сын, Аркадий, стал летчиком и погиб во время учебного полета на истребителе в 1939 году.Единственная дочь, Клавдия, была партработником, всю жизнь собирала материалы о своем отце. Она скончалась в 1999 году.

Из интервью информационному порталу «Сегодня» (сентябрь 2012 г.):

— Это правда, что вы свою дочь назвали в честь Василия Ивановича?— Да. Я очень долго не могла родить и забеременела только в 30 лет. Тогда бабушке пришла идея, чтобы я поехала на родину Чапаева. Мы попросили ходатайства у властей республики Чувашия посодействовать мне родить на родине начдива. Те согласились, но с одним условием, что если будет сын, то мы называем его Василием, а если дочь — то Василисой. Помню, я еще из роддома не вышла, а первый секретарь Чувашии мне уже торжественно выдал свидетельство о рождении дочери Василисы. Позже мы положили малышку в люльку в доме-музее Чапаевых, чтобы праправнучке передалась энергия рода.

Евгения Чапаева, правнучка Василия Чапаева, потомок Клавдии Чапаевой, автор книги «Мой неизвестный Чапаев»

Правнучка Чапаева Евгения и её дочь Василиса. 2013 г.

Чапаев в кино — новый взгляд на историю

В 1923 году писатель Дмитрий Фурманов создал роман о Василии Ивановиче — «Чапаев». Автор служил комиссаром в дивизии Чапаева и был лично знаком с полководцем. В 1934 году по материалам книги был снят одноименный художественный фильм.Через год после премьеры создатели кинокартины Георгий и Сергей Васильевы получили за нее премию на I Московском кинофестивале. Председателем жюри был Сергей Эйзенштейн, один из самых талантливых советских режиссеров.Вокруг фильма был такой ажиотаж, что в одном из кинотеатров его показывали ежедневно в течение двух лет. «Чапаев» завоевал огромную популярность в СССР, а его сюжет лег в основу народного творчества. Люди начали выдумывать истории, сочинять легенды и анекдоты про героев фильма. Кинокартина впечатлила и русского поэта Осипа Мандельштама. В 1935 году он написал 2 стихотворения, в которых содержатся упоминания эпизодов киноленты.

источник

Tags: Чапаев, гражданская война, история, личность
  • Подростки добровольно травмируют себя. Процесс затягивает В Европе развивается мода на легкие порезы и ожоги. В основном среди молодежи. Травмы…

  • Прогресс строительства одного из крупнейших в мире заводов - Амурского ГПЗ преодолел 50%. На наших глазах возводится настоящий гигант, сравнимый с…

  • Сегодня пресс-служба ООН сообщила , что по их подсчетам с начала вооруженного конфликта на юго-востоке Донбасса в апреле 2014 года число жертв среди…

  • Вот спрашивают, что лично у меня украл Путин. А я отвечу - скрывать то нечего: - у меня он украл свалки использованных шприцев у подъезда, попутно…

  • На VIII Санкт-Петербургском культурном форуме в секции «Сохранение культурного наследия» пройдет конференция «К 100-летию…

  • Вечером в среду в Краснодар из Америки на лечение должна прилететь 8-месячная девочка Луна Феннер, которая появилась на свет с редким заболеванием,…

  • Часть 18, Часть 1

  • Часть 17, Часть 19

matveychev-oleg.livejournal.com

Биография Василия Ивановича Чапаева

Василий Иванович Чапаев родился 28 января 1887 года в деревне Будайки, Чебоксарского уезда (в теперешней Чувашской республике), в семье крестьянина-мордвина. Дед его был крепостным. Отец Василия, Иван Степанович, принадлежал к самым бедным будайским крестьянам. Его земельный надел едва достигал двух десятин истощенной суглинистой земли. На этом наделе нельзя было прокормить большую семью, и Иван Степанович ежегодно уходил плотничать в зажиточные села и купеческие волжские города. Чапаевы не вылезали из нужды, которая еще более усиливалась в неурожайные годы. Таким был и 1897 год. Голод охватил тогда все Поволжье. В деревнях ели лебеду и древесную кору. Люди бросали землю, заколачивали избы и толпами бежали в города, пополняя ряды городской рабочей бедноты. Спасаясь от голодной смерти, Чапаевы решили уехать из родной Чувашии и переселиться на Волгу, в город Балаково, Самарской губернии. Переезд оказался очень тяжелым, так как голодная семья тронулась в дорогу без хлеба и денег. Балаково расположено на левом берегу Волги. Тогда это была крупная волжская пристань и один из центров хлебной торговли. В Балакове имелись мукомольные мельницы, рыбные промысла, махорочные фабрики и большой затон, в котором зимовали и ремонтировались речные пароходы и баржи.

С переездом в Балаково детям пришлось бросить школу, которую они посещали в Будайке, и искать работу. Василий Иванович успел выучить лишь одну азбуку. Двенадцати лет Василий был отдан отцом к купцу в “помощники”. Работал он без платы, за кусок хлеба. Купец обещал Ивану Степановичу сделать из мальчика “торгового человека”, то есть приказчика. Василий служил два года. Первое время он подметал полы, мыл окна в магазине, помогал на кухне стряпухе, носил воду и топил баню для купеческой семьи. Вскоре купец стал доверять ему разносить покупки именитым покупателям по домам, а затем поставил и за прилавок. Василий начал торговать. Вскоре он нанялся половым в одну харчевню – чайную. Хозяин чайной положил ему 3 рубля в месяц. В чайной Василия ожидала еще худшая кабала, чем у купца. С раннего утра и до двух-четырех часов ночи, подгоняемый пьяными окриками посетителей и подзатыльниками хозяина, Чапаев бегал от стола к столу. Домой не ходил: не хватало сил. Спал тут же в чайной, на грязном столе или на полу. Чапаев опять остался без работы. Целыми днями он бродил по пристани, базару, забегая домой только за тем, чтобы проглотить кусок хлеба. Но и этот кусок был на учете. В семье во всем чувствовалась нужда.

Забота о хлебе поглощала мысли отца, матери, братьев и давила на сознание впечатлительного Василия. Тогда в порыве отчаяния он решил наняться к одному старику шарманщику, не раз уже соблазнявшему Василия жизнью беззаботных бродяг. Шарманщик видел Чапаева в чайной. Веселый, смышленый мальчик понравился старику, нравился ему и сильный голос Чапаева и, встречая его на улицах, старик стал усиленно звать его с собой. Рассказывал Чапаеву о богатых волжских городах, о всероссийской нижегородской ярмарке, сулил ему вольную жизнь. Чапаев не устоял перед соблазном. Около двух лет Чапаев скитался с шарманщиком, подпевая ему песни. Они заходили в Самару, Сызрань, Казань, Нижний, бродили по степным хуторам и глухим лесным селам. Через два года, когда бездомная жизнь бродяги опостылела Чапаеву, он неожиданно вернулся в Балаково. С этого времени Чапаев стал помогать отцу и старшим братьям – плотникам. Плотничьи работы в Балакове производились только весной и летом, когда открывалось движение по Волге. На средства, заработанные за это время, приходилось жить всю зиму.

По мере того как подрастали сыновья Ивана Степановича, они друг за другом покидали дом. В 1904 году во время русско-японской войны из дома ушел Андрей. Он участвовал в войне и, хотя японские пули пощадили его, погиб в Сибири в революцию 1905 года. Иван Степанович так и не узнал о причинах гибели сына. Через пять лет, в 1910 году, в солдаты взяли Василия. К этому времени Чапаев уже женился на мещанке города Балакова Пелагее Захаровой. По окончании службы Чапаев опять взял в руки плотничий топор. Но недолго пришлось теперь ему бродить по заволжским степям в поисках работы. Наступил 1914 год. Несмотря на то, что у Чапаева уже было трое детей, его призвали в армию в первые же дни мобилизации и отправили на германский фронт в 1-ю армию генерала Ренненкампфа. В 1915 году, после ранения и лечения в лазарете, он получил отпуск и поехал навестить семью. Но война изломала не только его собственную жизнь, но и жизнь семьи. Жена увлеклась другим. Семейный разлад глубоко потряс Василия Ивановича. Он вернулся на фронт еще до окончания отпуска.

Неудачно сложившаяся семейная жизнь сильно отразилась на душевном состоянии Чапаева. Он замкнулся в себе, сделался необщительным, малоразговорчивым. К опасностям фронтовой жизни Чапаев относился с холодным, даже вызывающим безразличием. Казалось – он сам искал смерти. В этот же период у Чапаева пробуждается большой интерес к книгам. Собственно, в это время, в окопах, в моменты затишья на фронте, он и научился читать. Чапаев знакомится с биографиями прославленных полководцев: Ганнибала, Суворова, Наполеона. Такими книгами фронтовое офицерство охотно снабжало солдат. Но были и другие книги, которые читались тайком. Это некоторые лубочные издания о Степане Разине, Пугачеве, Гарибальди. В этих книгах Чапаев находил образы героев, выражавших стремления и чаяния широких народных масс. В конце 1916 года Василий Иванович получил свое последнее ранение в мировой войне и в звании подпрапорщика, с тремя георгиевскими крестами и медалью эвакуировался в один из госпиталей города Саратова, где лечился вплоть до Февральской революции 1917 года.

Под влиянием некоторых своих товарищей Чапаев присоединяется к группе саратовских анархистов-коммунистов. Группа эта была очень пестрой по своему составу. В нее входили местные интеллигенты, учащиеся, были и рабочие. По приезде в Николаевск Чапаев порвал с анархистами и вступил в партию большевиков. По желанию Василия Ивановича Николаевский уездный комитет партии направил его в 138-й полк. Солдаты единогласно выбрали Чапаева командиром полка. Уездный комитет утвердил его в этой должности. В декабре в Николаевске состоялся 3-й уездный крестьянский съезд. 18 декабря крестьянский съезд провел заседание совместно с Советом рабочих и солдатских депутатов. На этом заседании после горячих прений было принято решение разогнать земское собрание и избрать свой уездный совнарком. Вновь избранный уездный Совет народных комиссаров поручил Чапаеву разогнать контрреволюционное земское собрание, проходившее одновременно с объединенным заседанием 3-го крестьянского съезда и Совета рабочих и солдатских депутатов.

Выступавшие на земском собрании эсеры и кулаки призывали к вооруженному сопротивлению. И вот в самый разгар заседания к зданию земской управы подошел Чапаев с группой солдат. Он занял все проходы и расставил часовых. После этого в зал заседания вошли В. Ермощенко и другие комиссары. От имени крестьянского съезда и Совета они объявили земское собрание распущенным. Члены земского собрания подняли невообразимый шум. Некоторые из них бросились с кулаками на комиссаров. У окон началась свалка. Затрещали стекла. В этот момент в зал ворвался Чапаев со своим отрядом. Растолкав участников собрания, он пробрался к президиуму, вскочил на стол и, выхватив шашку, крикнул:

— Слушайте мою команду! Президиум объявляю арестованным и приказываю ему остаться на месте! Остальным разойтись!

Вслед за мятежом в Большой Глушице вспыхнуло кулацко-эсеровское восстание под Самарой, в крупном селе Марьевке, а затем в селах Хворостянке и Большой Луке. Балаковское восстание было организовано эсерами и возглавлялось капитаном Растяпиным и прапорщиком Ивановым. Балаковский Совет выслал на помощь Григорию Чапаеву отряд из двадцати большевиков под командой Стучко. Стучко был ранен. Когда известие о восстании пришло в Николаевск, В. Ермощенко 10 февраля направил в Балаково отряд Красной армии во главе с Василием Ивановичем Чапаевым. По приказу Чапаева отряд выступил форсированным маршем, с тем чтобы на рассвете 11 февраля атаковать Верезово. Несмотря на мороз и тяжелую дорогу, отряд подошел ночью к селу. Вперед была выслана разведка. Красногвардейцы с криком “ура” бросились в село. Переночевав в Березове, Василий Иванович оставил часть отряда в распоряжении Березовского Совета, а сам 12 февраля утром двинулся в Балаково. В пути Чапаев встретил отряд Рязанцева, спешившего на помощь балаковским рабочим. Чапаев объединил под своим командованием оба отряда и 13 февраля приступил к атаке Балакова. Атака велась с двух сторон – с восточной и южной, причем одновременно с отрядами Чапаева выступили и засевшие в городе вооруженные рабочие под командованием Сергея Захарова, Шкарбанова и Зубарева.

В конце февраля 1918 года вспыхнуло новое восстание в селе Липовке. Кулацкие дружины атаковали местный красногвардейский отряд Шевелева и заставили его отступить в Духовницкое. Тогда Николаевский Совет снова поручил В. И. Чапаеву подавить восстание, снабдив его чрезвычайно широкими полномочиями. В приказе, изданном Николаевским Советом, говорилось: “Ввиду возникшего в Липовском районе, Николаевского уезда, явно контрреволюционного восстания, закончившегося убийством некоторых руководителей местных Советов, Совет Народных Комиссаров объявляет, что с 1 марта, впредь до особого распоряжения, Липовский район объявлен на военном положении.” В. И. Чапаев немедленно приступил к выполнению возложенной на него задачи. Он объединил под своим руководством все вооруженные отряды Липовской волости и в течение десяти суток подавил мятеж. В общем, за январь – февраль 1918 года отряд Чапаева исколесил вдоль и поперек всю территорию Николаевского уезда. Как командир Чапаев был очень требователен. Он добивался от подчиненных точного и беспрекословного выполнения боевых приказов. Но в то же время был постоянно полон забот о своих частях, об их снабжении, об их отдыхе.

Всю свою личную жизнь Василий Иванович подчинил интересам революции. Еще ко времени переезда Чапаева в Николаевск его жена оставила детей у деда Ивана Степановича в Балакове и уехала в Сызрань. Тогда Василий Иванович сошелся с крестьянкой села Березова, Николаевского уезда, Пелагеей Капиядиной. Она была женой его близкого друга, убитого на глазах Василия Ивановича в мировую войну. Пелагея Капиядина имела двух детей, Чапаев – трех. Таким образом, семья его выросла до семи человек. Красная армия Николаевского уезда состояла из следующих отрядов: Духовницкий отряд Баулина около 600 штыков, Липовский отряд Шевелева – 500, Горячинский отряд Степанова и Чуркина – 400, Хлебновский отряд Бубенца – 200, Новозахаркинский отряд Кутякова – 200, Сулакский отряд Плясункова и Топоркова – 600, Перекопновский отряд Рязанцева – 300, Студенецкий отряд Потапова – 200, Семеновский отряд Киндюхина – 200, Порубежский кавалерийский отряд Сурова – 200 сабель. Кроме того, в распоряжении каждого местного сельского Совета имелся свой небольшой отряд в 20-40 бойцов. Оружие и патроны частично нашлись на местах у фронтовиков, но большей частью были получены Чапаевым от рабочих иващенковских заводов, а также от рабочих Саратова.

Впоследствии все эти отряды и послужили основным ядром для сформирования 25-й стрелковой Чапаевской дивизии. 21 апреля Николаевские красногвардейские отряды выступили на станцию Алтата – к месту сосредоточения Особой армии. Отряд Демидкина направился по железной дороге до станций Ершово – Алтата. Чапаев двинулся походным маршем по маршруту хутор Бенардак – станция Алтата. По пути на Алтату Чапаев столкнулся у хутора Бенардак, принадлежавшего богатому помещику Мальцеву, с казачьим отрядом. Чапаев немедленно вступил в бой, разбил казаков и изгнал их с территории Николаевского уезда. К концу апреля 1918 года вся саратовская Особая армия в количестве 4 тысяч бойцов при 18 орудиях и 110 пулеметах сосредоточилась на станции Озинки. В свою очередь Уральское правительство подтянуло офицерские части к пограничной станции Семиглавый Map. 1 мая 1918 года красногвардейские отряды перешли в наступление на Семиглавый Map. Учитывая высокую подвижность и маневренность казачьей конницы, угрожавшей в первую очередь флангам и тылу, Особая армия тотчас же по выходе со станции Озинки приняла особый порядок движения.

Для этого отряды Особой армии растянулись цепью вдоль линии железной дороги: на правом фланге шел Новоузенский отряд, на левом – отряд В. И. Чапаева, за ними – остальные. Артиллерия и пулеметы двигались в центре при своих отрядах. Такой порядок позволял быстро, без перегруппировки вступать в бой с казаками; однако из-за него приходилось идти по бездорожью, что очень замедляло движение, особенно с наступлением ночи. В. И. Чапаев быстро оценил все неудобства принятого порядка движения и решил несколько уклониться на юг. Сообщив о своем решении штабу, он двинулся на Семиглавый Map по горной местности, в тыл казакам. Казаки, сосредоточившие свое внимание на движении главных сил, обнаружили Чапаева только в тот момент, когда он уже спускался с гор на Семиглавый Map. Боясь окружения, они торопливо отступили к станции Шипово. Благодаря этому Особой армии удалось 2 мая занять Семиглавый Map без боя. Но в тот же день в 7 часов вечера казаки атаковали Семиглавый Map, красные бойцы отбили атаку. Перед закатом солнца казаки вновь пошли в атаку. Пока было светло, атаки отбивались ружейным и пулеметным огнем. С наступлением темноты казачьей коннице удалось прорвать цепь и окружить Новоузенский отряд.

Тогда Чапаев, который вел бой в пяти километрах от Новоузенского отряда, оставив слабое прикрытие, бросился на выручку. Стремительным ударом он прорвал казачье кольцо и соединился с Новоузенским отрядом. Утром 3 мая Особая армия двинулась дальше. Уже 4 мая Чапаев занял станцию Деркул. Пользуясь тем, что немногочисленная армия не могла оставить крупных сил для охраны захваченных станций, казаки произвели налет на тыл и захватили Семиглавый Map. В результате Особая оказалась отрезанной от Саратова, откуда поступали снабжение и боеприпасы. Казаки усилили нажим. По всей линии железной дороги развернулись жестокие бои. Особенно сильный бой разгорелся с утра 9 мая у станции Шипово. Казаки бросались в атаку через каждые 2-3 часа. Наступила ночь, но бой не утихал. К рассвету следующего дня обнаружилось, что части Особой армии израсходовали ночью все запасы патронов и снарядов. Ввиду этого командующий Загуменный отдал приказ об отходе на станцию Алтата. Если при наступлении на Уральск Чапаев всегда находился в авангарде армии, то теперь на него была возложена задача прикрывать отход всей армии. Обстановка в Поволжье к тому времени сильно осложнилась. Помимо уральского и оренбургского казачества против Советской власти в Поволжье выступили белочехи. Подняв восстание, они захватили Сызрань, Самару и двинулись на Уфу. Выступление белочехов оттянуло к себе силы Красной Армии и усилило активность белоуральской армии.

Тем не менее 24 июня командующий 4-й армией отдал приказ о наступлении. 28 июня армия численностью около 10 000 штыков, 1000 сабель, при 225 пулеметах и 30 орудиях двинулась на Уральск. Как и во время первого похода, казаки упорно обороняли каждую станицу, каждый хутор. С тяжелыми боями красноармейцы заняли Семиглавый Map, Шипово, Деркул, а 5 июля захватили станцию Переметную. 6 июля части Чапаева выступили дальше по направлению к Уральску и к вечеру расположились в 5-10 километрах от него. Всю ночь 4-я армия без отдыха двигалась к станции Переметная. Утром 10 июля войска остановились на привал. Около девяти часов утра части стали готовиться к дальнейшему движению. Но в это время со стороны Уральска показалась бронемашина противника. Батарея немедленно открыла огонь, однако бронемашина ускорила ход и, двигаясь зигзагообразно, стала быстро приближаться. Обозы, обстрелянные бронемашиной, понеслись вперед. Неуязвимая машина внесла замешательство и в ряды бойцов. И вот снаряды, выпущенные одним из лучших чапаевских артиллеристов Рапецким, легли сзади и спереди машины, взяв ее в “вилку”. Следующий снаряд попал в заднее колесо, и машина, прикованная к земле, остановилась. Вслед за бронемашиной на горизонте показались казачьи полки. 12 июля 1918 года войска вышли из окружения противника, сумев нанести ему чувствительные потери. В то время как 4-я армия воевала против белоказаков в уральских степях, белочехи, заняв 8 июня 1918 года Самару, начали продвигаться не только на восток в направлении Оренбурга, Уфы и Челябинска, но и на юг, вниз по Волге, в направлении Саратова и Николаевска. Развертывая боевые действия на огромной территории, руководители белочешских легионов – Гайда и капитан Чечек надеялись, с одной стороны, поднять в Сибири восстание, а с другой – очистить левый берег Волги от частей 4-й Красной армии и захватить Николаевский и Новоузенский уезды, которые являлись базой красногвардейцев Средней и Нижней Волги. 19 августа 1918 года, после ряда мелких стычек и боев, войска обеих борющихся сторон занимали следующее положение. Армия самарской учредилки численностью до 10 тысяч человек располагалась в районе Вольска, Духовницкого и Липовки. Против нее действовала балаковская бригада Шкарбанова, занимавшая линию фронта от села Ливенки до Алексеевки. Группа белочешских легионов капитана Чечека численностью около 3 тысяч человек занимала район Марьевка – Ивантеевка.

1-я Самарская дивизия, в которую с 25 июля вошла Чапаев в это время находился в Николаевске и фактически не командовал бригадой, так как она получала боевые задания непосредственно от штаба дивизии. 20 августа армия самарской учредилки перешла на всем фронте в решительное наступление, отбросив Балаковскую бригаду на левый берег реки Малый Иргиз. В свою очередь белочешская группа войска капитана Чечека в ночь на 20 августа атаковала одновременно 4-й полк Баулина в селе Селезнихе и 3-й полк Михалева в селе Таволжанке. Полки, не выдержав натиска, в беспорядке отступили: 4-й полк – в село Красную Речку (Шалаши), а 3-й полк, почти разбитый, – через Николаевск в район сел Каменки и Толстовки. Отход 3-го полка был настолько стремителен, что из Николаевска не смогли выехать не только советские учреждения, но даже местные советские работники. И в середине дня 20 августа 1918 года легионы белочехов вступили в Николаевск. Командир Самарской дивизии Захаров дал полкам Чапаевской бригады приказ, которым предлагал 1-му Пугачевскому полку сняться с позиции из села Порубежки, а 2-му имени Степана Разина полку – из сел Карловки – Рахмановки и форсированным маршем двигаться через село Давыдовку для атаки белочехов, занявших Николаевск.

Командиры полков приступили к выполнению приказа начальника дивизии. В это время в село Порубежку, где был расположен 1-й Пугачевский полк, прибыл из Николаевска на тройке с группой ординарцев Василий Иванович Чапаев. Чапаев принял доклад командира 1-го Пугачевского полка. Тов. Плясунков доложил Василию Ивановичу, что его полк вторые сутки ведет бой с отрядом белочехов, которые на рассвете захватили переправу через реку Большой Иргиз у села Порубежки и теперь настойчиво стремились занять Порубежку. Если полк согласно новому приказу станет отходить на село Давыдовку для лобовой атаки белочехов, захвативших Николаевск, то противник, заметив отход, будет преследовать полк, и тогда может случиться, что “не мы будем атаковать чехов в Николаевске, а они нас – в Давыдовке с тыла. Приказ начдива Захарова об отходе на Давыдовку безусловно повредит нам”. И Плясунков спросил: “Что прикажете делать, Василий Иванович?” Чапаев решительно приказал: “Ошибочного распоряжения начдива не выполнять, приступить к боям за возвращение переправы через Большой Иргиз”.

По плану Чапаева полки должны были перейти к энергичным действиям. 1-й Пугачевский получил приказ: от Порубежки не отходить, а контратаковать белочехов и захватить обратно переправу через реку Большой Иргиз. А после выхода в тыл белочехам полка Степана Разина совместно с ним атаковать противника в селе Таволжанке. Между тем полк Степана Разина уже находился на пути в Давыдовку. Гонец, посланный Чапаевым, застал полк на привале в селе Рахмановке. Здесь командир полка Кутяков и получил приказ Чапаева. В приказе говорилось, что белочехи, захватив Николаевск, заняли единственную переправу через реку Иргиз – каменную плотину. Так как брода через реку нет, а правый берег господствует над левым, атаковать белочехов лобовым ударом едва ли представится возможным. Поэтому командиру 2-го Степана Разина полка предлагалось немедленно двинуться через село Гусиху в тыл белочехам, чтобы одновременно с 1-м полком атаковать противника с севера в районе занятого им села Таволжанки и далее наступать на Николаевск.

21 августа Пугачевский полк под руководством Василия Ивановича произвел блестящую демонстрацию, оттянув на себя огонь и внимание противника. Благодаря этому разинцы успешно закончили свой марш-маневр и вышли с севера в тыл села Таволжанки, на расстоянии двух километров от тяжелой батареи противника, ведущей огонь по Пугачевскому полку. Командир 2-го Степана Разина полка решил воспользоваться удобным моментом и приказал командиру батареи Рапецкому открыть беглый огонь по противнику. Батарея разинцев на полном галопе вынеслась вперед, снялась с передков и прямой наводкой первым же залпом осыпала картечью чешские орудия. Тотчас же, не медля ни минуты, кавалерийский эскадрон и три батальона разинцев бросились в атаку. К вечеру, когда багровые лучи заходящего солнца озарили поле боя, покрытое трупами солдат, полки заняли Таволжанку. В этом бою было захвачено 60 пулеметов, 4 тяжелых орудия. Здесь ввиду полнейшей темноты пришлось задержаться. Бойцам было приказано не оставлять строя. Батальоны сошли с дороги и встали.

Бойцы с трудом боролись с дремотой. Кругом – глубокая тишина. В это время неожиданно с тыла вплотную к цепям подъехал Какой-то обоз. Передние подводы были задержаны лишь в пятидесяти метрах от места расположения артиллерии. К ним подошел командир 2-го батальона полка имени Степана Разина – Бубенец. На его вопрос один из едущих на передней повозке объяснил на ломаном русском языке, что он – чехословацкий полковник, направляется с полком в Николаевск. Бубенец встал во фронт, приложил руку к козырьку и сообщил, что немедленно доложит о прибытии “союзников” своему полковнику – командиру добровольческого отряда. Бубенец, бывший гвардейский офицер, с начала Великой Октябрьской революции перешел на сторону Советской власти. Вместе с ним в ряды Красной гвардии добровольно вступили и его два брата. Сообщение Бубенца подняло на ноги весь полк. В первую минуту никто не мог поверить этой встрече.

Но в темноте на дороге, где стояла колонна противника, виднелись огоньки папирос и слышались недоумевающие голоса неприятельских бойцов, пытающихся найти объяснение неожиданной остановке. Сомнений быть не могло. Минут через двадцать вплотную к противнику были подведены два батальона. По сигналу они открыли огонь залпами. Послышались перепуганные голоса белочехов. Все смешалось… К рассвету бой кончился. В утренних сумерках обрисовалось поле боя, тянувшееся вдоль дороги; оно было покрыто трупами белочехов, подводчиков и лошадей. Взятые в этом бою 40 пулеметов вместе с захваченными в дневном бою послужили основным запасом для чапаевских частей до конца гражданской войны. Уничтожение полка противника, захваченного в пути, завершило разгром врага. Белочехи, занимавшие Николаевск, в ту же ночь оставили город и отошли через Селезниху на Богородское. Около восьми часов утра бригада Чапаева заняла с небольшим боем Николаевск, переименованный по предложению Чапаева в Пугачев.

В течение августа и в начале сентября 1918 года общая обстановка на фронте 4-й Красной армии осложнилась. Уральская казачья армия, применяя частично партизанские действия, перешла в наступление по всему фронту. Основные силы белоуральской армии вели решительные атаки через Александров Гай на Новоузенск, вдоль железной дороги на город Саратов, а частью из района Семенихи на станцию Рукополь и Пугачев. Новоузенская дивизия и саратовские, балашовские и пензенские полки с трудом сдерживали напор Уральской казачьей армии, не давая ей возможности подойти к Волге, вплотную к Саратову. 7 сентября левобережная группа войск учредилки в количестве 6 тысяч человек при 33 орудиях расположилась в селах Ливенке и Орловке. Задачей этих войск являлось занятие Балакова, чтобы нанести удар по тылу 4-й Красной армии. Полки 1-й Самарской дивизии к этому времени были разбросаны на 100-километровом фронте.

7 сентября 1918 года Чапаев приказал частям расположиться к 6 часам 8 сентября следующим образом: 1-й Пугачевский, 2-й Степана Разина и 3-й Николаевский полки – в селе Подшибаловке, кавалерийский полк Сурова – в селе Раевке и 4-му Николаевскому полку – оставаться на месте в селе Озинки. Главным своим силам – 1-му, 2-му и 3-му пехотным полкам Чапаев приказал выступить из Подшибаловки 8 сентября в 20 часов для атаки врага, расположенного в Орловке. Началом атаки послужит артиллерийский залп 4-го пехотного полка по Ливенке. 3-й пехотный полк должен был атаковать Орловку с юго-востока, а 1-й Пугачевский и 2-й Степана Разина под личным командованием Чапаева – с северо-востока. Кавалерийскому полку Сурова ставилась задача выступить из Раевки в 18 часов 8 сентября и нанести удар с севера по тылу белых, расположенных в Орловке.

Темной сентябрьской ночью главные силы Чапаева скрытно от врага заняли исходное положение для атаки в пяти километрах от Орловки. Стояла свежая осенняя погода. Части расположились на ночь в ожидании рассвета. Бойцы не курили. Все хранили молчание. Приказания и команда отдавались шепотом, и только пение петухов, изредка доносившееся из села, нарушало мертвую тишину. Легкий утренний морозец пробегал по коже. Но его не замечали. Такой морозец чувствуешь всегда перед боем даже в самый жаркий солнечный день. Но вот начало рассветать. Неожиданно где-то вдалеке послышался артиллерийский залп. Это 4-й пехотный полк открыл огонь по селу Ливенке, в котором расположилось до трех тысяч солдат армии самарской учредилки. Залп служил сигналом для главных сил Чапаева начать наступление на Орловку. Командиры полков и батальонов проскакали по своим цепям. Послышались тихие команды ротных командиров: “Встать! Равняйсь по передним! Вперед, на огни Орловки!”

Прошло еще полчаса. Двенадцать дивизионных орудий дали артиллерийский залп по Орловке. Через несколько минут над цепями пролетели ответные снаряды. 4-й пехотный полк бросился в атаку на Ливенку. Но тут совершилась измена сорока кулаков – бойцов 4-го пехотного полка, мобилизованных в селе Брыковке. Когда цепи полка стремительно бросились на противника, кулаки открыли предательскую стрельбу по своим командирам. Красные бойцы, увидев, что их командиры в большинстве своем перебиты и ранены, пришли в замешательство и стали в беспорядке отходить на Озинки. Василий Иванович лично вел в атаку то пехоту, то конницу. Под ним убили коня. Белогвардейцы не выдержали и начали отходить на Ливенку. Чапаев ворвался в село Ливенку, что называется, на плечах бегущего противника, войдя тем самым в тыл ливенской группе противника.

Василий Иванович, несмотря на усталость бойцов, двинул все четыре полка на Липовку, в которой белогвардейцы начали было приводить свои части в порядок и укрепляться на южной окраине села. Чапаевцы, невзирая на огонь врага, штыками взяли Липовку. 9 сентября 1918 года в 20 часов 30 минут Василий Иванович доносил с поля боя командующему 4-й армии об этом сражении: “Доношу, что бой под Орловкой и Ливенкой закончился полным разгромом врага. Участвовало четыре стрелковых полка и один кавалерийский полк Сурова. Противник потерял убитыми до тысячи человек, 250 подвод со снарядами, 10 пулеметов и много тысяч винтовок. В этом бою смертельно ранен вновь назначенный командир 2-го полка Курсаков. Убиты помощник командира 3-го полка Чуркин и командир батальона этого же полка. После боя под селами Орловкой и Ливенкой противник занял село Липовку, откуда был выбит и бежал в село Брыковку. Чапаев”.

Василий Иванович руководил 1-й Самарской дивизией временно, до 18 сентября 1918 года, после чего опять стал командовать своей бригадой. 19 сентября в Пугачев приехал народный комиссар по военным и морским делам Троцкий в сопровождении двух бронепоездов и бронеотряда. Троцкий приехал не для приветствия войск, а для расправы и наведения, как любил он выражаться, “порядка”. 20 сентября Троцкий вызвал к себе в поезд для доклада Чапаева и всех командиров. Окружавшие Троцкого бывшие офицеры царского генерального штаба с усмешкой поглядывали на Чапаева и его сподвижников. Троцкий и его генералитет искали повода для снятия с постов командиров, вышедших из народа. Разговор длился около четырех часов, но ни к чему не привел. Генералитет Троцкого остался при своем мнении. Он считал необходимым снять с должностей как самого Чапаева, так и его командиров, а на их места поставить мобилизованных офицеров и генералов. В результате Чапаев был назначен командиром слабой бригады, носившей название 2-я Николаевская дивизия.

Дивизия состояла всего из двух не вполне боеспособных полков (Балашовского и Пензенского). На следующий день был назначен парад гарнизона, в котором приняли участие выздоравливающие бойцы дивизии, а также снятые с фронта полки: 2-й Степана Разина и кавалерийский Сурова. Парад состоялся на соборной площади в точно указанное время – в 12 часов дня. Войсками парада командовал Чапаев. За полчаса до приезда на парад Троцкого два бронепоезда, стоявшие на станции города, повернули дула орудий на площадь. К этому же времени на площадь прибыл отряд бронемашин, окруживших со всех сторон бойцов дивизии. Отряд личного конвоя Троцкого, вооруженный с ног до головы, встал против полка Степана Разина. Бойцы Чапаевской дивизии и сам Василий Иванович прекрасно поняли, против кого принимаются эти предохранительные меры. Из этого эпизода видно, что Троцкий не только не ценил Чапаева как полководца, но силой своего положения всячески мешал его росту и продвижению.

По окончании парада части простились с любимым командиром и ушли на фронт. Сам Чапаев уехал принимать Балашовский и Пензенский полки, взяв с собой часть командиров. По прибытии в Николаевскую дивизию, расположенную восточнее Пугачева, Василий Иванович развит кипучую деятельность. Он проверил состояние полков. их вооружение, провел совещание с начальствующим составом На общих полковых собраниях Чапаев указывал бойцам и командирам на имеющиеся в полках недостатки. Большое внимание он уделял укреплению войсковой дисциплины, повышению боевой подготовки и подбору проверенного командного состава. Из-за отсутствия конницы Чапаев создал из своего личного конвоя кавалерийский полк. В результате к 25 сентября 1918 года, началу наступления 4-й армии на Самару, боеспособность дивизии поднялась настолько, что она смогла провести очень ответственную операцию.

При наступлении на Самару перед дивизией Чапаева была поставлена весьма ответственная задача: прикрытие тыла и правого фланга всей 4-й армии от уральских казаков, причем Чапаеву было приказано не просто обороняться со своими двумя полками, а наступать на Уральск. Василий Иванович двинулся на восток через селения Вязовку, Карловку, Солянку на Уральск. Главные силы 4-й армии, двигавшиеся на Самару, были оставлены в полном покое. В течение всей этой операции казаки ни разу не атаковали не только фланга, но и тыла 4-й армии, что позволило частям Красной Армии 7 октября 1918 года занять Самару. Однако дивизии Чапаева пришлось вести тяжелый, неравный бой. В ночь с 12 на 13 октября 1918 года в районе деревни Таловой ее окружили главные силы Уральской казачьей армии под командованием генерала Мартынова. В состав группы войск Мартынова входило 3600 штыков, 1200 сабель при 77 пулеметах и 14 орудиях.

С утра 13 октября казаки под прикрытием сильного артиллерийского и пулеметного огня повели наступление с двух сторон четырьмя конными полками. Гарибальдийский кавалерийский полк занимал возвышенность у хутора Каневского, прикрывая левый фланг Пензенского полка. Бой длился в течение всего дня. С наступлением темноты стрельба по всему фронту затихла. За ночь генерал Мартынов подтянул свою пехоту и утром возобновил наступление более значительными силами. До 12 часов дня успех был на стороне Чапаева; его части отбивали все атаки белых. К вечеру к белым подошли еще 4 полка. С прибытием подкрепления огонь противника усилился. Белые наступали все настойчивее и настойчивее. Вечером они повели атаку на Балашовский полк. На участке Балашовского полка несколько раз поднималась паника. К 22 часам казаки заняли ближайший хутор и оттуда начали простреливать весь тыл Балашовского полка. Полк откатился на новую позицию.

Стрельба продолжалась всю ночь. С рассветом казаки повели новое наступление. Особенно сильно нажимали они на Пензенский полк, окопы которого пять раз переходили из рук в руки. К наступлению ночи Пензенский полк сумел окончательно закрепить за собою окопы. 15 октября чапаевские части израсходовали почти все патроны и снаряды. Настроение бойцов понизилось. Сам Чапаев разъезжал по цепям с угрюмым, сосредоточенным лицом. Полевая радиостанция, упорно старавшаяся связаться со штабом армии или соседней 22-й дивизией, чтобы попросить помощи, никакого ответа не получила. 16 октября был особенно тяжелый день. Дивизия понесла большие потери. Голодные, измученные бойцы почти валились с ног. В довершение всего противник в ночь на 17 октября открыл сильный артиллерийский огонь по деревне Таловой, где находились батареи и обозы. Огонь белых заставил обозы переезжать с места на место.

От зажигательных снарядов загорелись скирды с хлебом. Пожар быстро разрастался, перебрасываясь на соседние дома. По приказанию Чапаева все мужское население приступило к тушению огня. Несмотря на обстрел, пожар удалось прекратить. Наступил рассвет. Над деревней висела удушливая гарь. Улицы и дворы были завалены трупами обозников, искалеченных лошадей и поломанными повозками. На окраинах велась редкая ружейная перестрелка. Василий Иванович Чапаев, упрямо отсиживавшийся в полном окружении, принял наконец решение об отходе на Пугачев. Он созвал командиров на совещание и здесь сообщил о своем решении. По приказу Чапаева основная задача по прорыву была возложена на кавалерийский полк. В 3 часа 18 октября кавалерийский полк приступил к выполнению своей задачи. Лихим налетом он ворвался в хутор Каневский, занятый противником. Здесь началась рубка. На поддержку конницы выступил Пензенский полк.

За Пензенским полком выступил Балашовский. Благодаря умелому руководству боем дивизии удалось, хотя и с большими потерями, прорваться к Пугачеву. В ноябре 1918 года штаб 4-й армии направил Чапаева в Академию Генерального штаба в Москву. Для Чапаева такая учеба была почти бесцельным времяпрепровождением, и поэтому он начал настойчиво добиваться откомандирования на фронт. В январе он обратился к члену Реввоенсовета 4-й армии – Линдову с письмом, в котором  просил помочь ему вернуться на фронт. На это письмо Линдов сообщил, что вопрос об откомандировании Чапаева может решить только Реввоенсовет Республики. Наконец после трехмесячного пребывания в стенах Академии Генерального штаба в начале февраля 1919 года Чапаеву удалось получить разрешение отбыть на Восточный фронт, опять в 4-ю армию, которой в это время командовал Михаил Васильевич Фрунзе. В середине февраля 1919 года Чапаев прибыл в Самару, в штаб 4-й армии.

Фрунзе, уделявший большое внимание сколачиванию боеспособных частей и подбору талантливых, опытных командиров, назначил Чапаева командиром Александрово-Гайской бригады, а комиссаром к нему – Фурманова. Александрово-Гайская бригада, сформированная из трудящихся Заволжья, стояла в районе Александров Гай. До назначения Василия Ивановича ею командовал старый полковник. Михаил Васильевич Фрунзе поставил перед Чапаевым задачу овладеть районом станицы Сломихинекой, после чего продолжать наступление на Лбищенск, с тем чтобы угрожать с тыла главным силам противника. Получив эту задачу, Чапаев решил заехать в Уральск, чтобы лично договориться о ее выполнении. Приезд Чапаева явился полной неожиданностью для его боевых товарищей. Уже через несколько часов собрались все бывшие соратники Чапаева. Некоторые прибыли прямо с поля боя, чтобы повидать своего любимого командира.

Василий Иванович с увлечением рассказывал о Ленине, которого он видел на митинге. Много рассказывал и об учебе в Академии. Особенно дружный смех вызвал рассказ Чапаева об экзамене по военной географии. Профессор-генерал в старом генеральском мундире, только без погон и крестов, хотя на мундире и были еще видны следы от них, задал Чапаеву вопрос: “Скажите, слушатель, какое стратегическое значение имеет река Неман?” – “А вы, профессор, скажите мне, какое оперативное значение имеет река Солянка?” – спросил его Чапаев. Профессор усмехнулся: “Такой реки нет. Я преподавал географию еще в старой николаевской академии и вашей Солянки нигде не встречал”. И он опять повторил свой вопрос. Тогда Василий Иванович ответил, что реку Неман он знает, так как на ней был ранен и несколько раз контужен в мировую войну, а на реке Солянке, которая протекает на границе земли Уральского казачьего войска, он весь 1918 год вел бои с казаками, и она имеет громадное оперативное значение в борьбе с уральским казачеством.

27 февраля Чапаев выехал из Уральска в Александров Гай через Новоузенск. По прибытии к месту расположения бригады Василий Иванович немедленно посетил все полки и батальоны, ознакомился с командным составом, провел ряд совещаний. Бойцы бригады хорошо знали Чапаева. Многие из них принимали участие в походах на Уральск. Большую помощь в подготовке бригады оказал Чапаеву комиссар Дмитрий Фурманов. До приезда в армию Фурманов работал среди иваново-вознесенских ткачей. Партийная работа в Чапаевской дивизии в 1919 году несколько отличалась от партийной работы в 1918 году. Раньше специально партийные собрания созывались редко, если не сказать больше. Работа проводилась главным образом через основной костяк партийцев (3-5 коммунистов в роте) по персональным заданиям. Фурманов взял на учет коммунистов, проверил их партийные документы и оформил организацию.

15 марта 1919 года бригада перешла в наступление и 16 марта заняла станицу Сломихинскую, где был расположен штаб полковника Бородина, отбросив его части на Чижинские озера. Колчак двигался широким фронтом на Пермь, Казань и Самару. На колчаковский фронт спешно перебрасывались рабочие полки. День и ночь подходили эшелоны красноармейцев со снаряжением и патронами. Основные силы собирались в Бузулукском районе. Здесь сосредоточивалась 25-я дивизия, имевшая задачу нанести лобовой удар по Колчаку и совместно с другими дивизиями отбросить его за Урал. Когда М. В. Фрунзе принял командование 4-й армией, 25-й Самарской дивизии уже не существовало. Ее почему-то расформировали 24 января 1919 года. После взятия Уральска четыре полка этой дивизии под командованием комбрига Михалева направили под Оренбург в 1-ю армию, а пять полков под командованием комбрига Кутякова оставили в 4-й армии. Штаб 25-й дивизии был расформирован.

М. В. Фрунзе решил воссоздать славную 25-ю дивизию. В состав дивизии вошли: бригада Кутякова (73-я), Александрово-Гайская бригада Потапова (75-я) и 74-я бригада. Последняя была сформирована М. В. Фрунзе в районе Самары из 220-го стрелкового полка иваново-вознесенских рабочих, 221-го стрелкового полка сызранских рабочих и 222-го стрелкового полка московских рабочих. Во главе дивизии Фрунзе поставил Василия Ивановича Чапаева. В начале апреля 1919 года М. В. Фрунзе приказал 25-й дивизии сняться с Уральского казачьего фронта и на подводах переброситься в район Бузулука – станция Кинель для разгрома наступающих войск Колчака, в частности западной армии генерала Ханжина. Первой вступила в бой 73-я бригада Кутякова. 28 апреля 1919 года части этой бригады повели наступление против 11-й дивизии белых, укрепившихся на реке Боровке, к северу от Бузулука.

Наступление началось с рассветом. 73-я бригада целиком уничтожила 11-ю дивизию белых. В этом бою были взяты тысяча пленных, батарея и 50 пулеметов. 29 апреля 73-я бригада продолжала свое движение. 30 апреля части 25-й дивизии вступили в бой с 12-й колчаковской дивизией на реке Кинель. Таким образом, за три дня боя были уничтожены две дивизии Колчака, составлявшие 6-й корпус. В результате этих боев чапаевцы прорвали фронт Колчака на 80 километров. М. В. Фрунзе направил в прорыв основные силы своей ударной группы. Все три бригады Чапаева ввязались в упорные бои в районе Бугуруслана с 1-м Уфимским корпусом князя Голицына, которые продолжались с 1 по 5 мая. 25-я Чапаевская дивизия уничтожила и этот корпус. Командующий ударной армией Колчака генерал Ханжин подтянул в район Татарского Кандыза и Домосейкина гвардию Колчака – Ижевскую бригаду и 2-й корпус генерала Войцеховского.

8 мая 1919 года произошло встречное сражение. 25-я дивизия не только отразила контрнаступление 2-го корпуса генерала Войцеховского, но целиком уничтожила Ижевскую бригаду под Татарским Кандызом, взяла более тысячи белых в плен и захватила 4 орудия. В тот же день Фрунзе и Куйбышев прибыли на поле сражения и отдали приказ, в котором благодарили 25-ю Чапаевскую дивизию, а командиры полков и батальонов 73-й бригады были награждены орденами Красного Знамени. 11 -15 мая полки Чапаевской дивизии вышли на реку Ик. Здесь на участке селений Шалты – Апсалямово они разбили части 2-го корпуса генерала Войцеховского, взяли много пленных, 3 орудия и десятки пулеметов. Тогда генерал Ханжин ввел в бой свой последний стратегический резерв – ударный корпус генерала Каппеля. Бой произошел в районе города Белебея. Каппелевцы были смяты и отброшены за реку Белую. 17 мая чапаевцы заняли Белебей.

30 мая 73-я бригада взяла узловую станцию Чишмы. Остатки ударной армии генерала Ханжина отошли за реку Белую, в район Уфы. 6 июня М. В. Фрунзе приехал в штаб 25-й дивизии. Фрунзе ознакомил присутствующих с общей обстановкой и поставил перед 25-й дивизией задачу взять Уфу, выделив для этого ударную группу под командованием Кутякова. В состав ударной группы вошли 220-й Иваново-Вознесенский полк, 25-й кавалерийский полк, 9 бронемашин и отряд боевых самолетов. По предложению Кутякова было решено форсировать реку Белую, преграждавшую путь на Уфу, у села Красный Яр. Для форсирования реки имелось два парохода, захваченные у белых. Тотчас же после совещания М. В. Фрунзе выехал вместе с Чапаевым, Фурмановым, Кутяковым и другими командирами к Красному Яру. В тот же день вечером к Красному Яру подтянулись 74-я бригада Зубарева и дивизионная артиллерия, занявшие позиции еще до наступления темноты.

Начальником артиллерии был назначен лучший чапаевский артиллерист, командир 1-го дивизиона – Рапецкий. В ночь на 7 июня 25-я дивизия приступила к форсированию реки Белой. 220-й Иваново-Вознесенский полк на двух пароходах переправился на противоположный берег без единого выстрела. Следом за ним начали переправу 217-й и Пугачевский полки. В 3 часа утра после артиллерийского огня, открытого по проволочным заграждениям и окопам противника, оба полка двинулись в атаку. Товарищи Фрунзе и Кутяков выехали к сражающимся частям. Чапаев остался на месте для руководства переправой. Чапаевцы медленно продвигались вперед. Но в 3 часа дня противник крупными силами перешел в контратаку. Иваново-Вознесенский полк стал отходить. Навстречу бегущим бросился комиссар 73-й бригады Горбачев. В 4 часа дня красные части перешли в наступление по всему фронту.

Только тогда Фрунзе вернулся на берег, где колчаковцы прилагали все усилия, чтобы сорвать переправу красных частей. Над Красным Яром кружились самолеты противника. Они усиленно обстреливали переправы пулеметным огнем. При приближении М. В. Фрунзе к берегу колчаковские летчики сбросили бомбы. Одна из них разорвалась под ногами лошади, на которой ехал Фрунзе. Лошадь была разорвана на куски, а командующего армией отбросило далеко в сторону. Михаил Васильевич был тяжело контужен. Он потерял сознание. В этот же день на переправе был ранен в голову В. И. Чапаев и начальник политуправления фронта Тронин. Бой за рекой Белой постепенно затихал. Поздним вечером смолкли последние выстрелы. 14 июня 1919 года Реввоенсовет Республики опубликовал приказ, в котором говорилось:

“Награждается орденом Красного Знамени начальник 25-й стрелковой дивизии товарищ Василий Иванович Чапаев за нижеследующие отличия. Сорганизовав по революционному почину отряд, в течение мая, июня, августа и сентября 1918 года упорно оборонял Саратовско-Николаевский район сначала от нападения уральских казаков, а потом чехословаков. 6 и 7 октября 1918 года, руководя отрядом (Николаевской дивизии) на подступах к Самаре, занятой чехословаками, одним из первых переправился через реку Самару. Всегда предводительствуя своими частями, он храбро и самоотверженно сражался в передовых цепях, неоднократно был ранен и контужен, но всегда оставался в строю. Благодаря его умелым маневрам, Александрово-Гайской бригадой были разбиты казачьи банды генерала Толстова, что дало нам возможность овладеть Уральской областью.”

Назначенный начальником 25-й стрелковой дивизии, он с дивизией был выдвинут в центр наступающих сил противника под Бугуруслан; остановил наступление противника и в течение полутора месяцев овладел городами Бугуруслан, Белебей и Уфа. В боях под Уфой (8 июня) при форсировании реки Белой лично руководил операцией и был ранен в голову, но, несмотря на это, не оставил строя и провел операцию, закончившуюся взятием города Уфы. В марте 1919 года, после взятия Чапаевской дивизией Уральска, Лбищенска и станицы Сломихинской, белоуральской армии был нанесен смертельный удар. Власть в Уральской области принадлежала казачьему войсковому съезду, председателем которого был эсер Кирпичников. Казачьему войсковому съезду противостояла казачье-помещичья группа, руководимая гурьевским генералом Толстовым. Опираясь на англичан, которые хозяйничали на нефтяных промыслах Эмбы, Толстов объявил себя наказным атаманом уральского казачества.

Он разогнал войсковой съезд и расстрелял Кирпичникова и вместе с ним еще несколько эсеров. 20 марта 1919 года, после того как Фрунзе снял с Уральского фронта Александрово-Гайскую бригаду Чапаева и 73-ю бригаду Кутякова и перебросил их на Восточный фронт, против Толстова осталась 22-я стрелковая Краснодарская дивизия. На первый взгляд может показаться, что перевес был на стороне красных. Однако наступившая весенняя распутица, сильно затруднявшая работу гужевого транспорта, и наличие в тылу огромного количества пленных казаков и офицеров, отпущенных по своим станицам и хуторам, делали этот перевес сомнительным. Захватив власть, Толстов начал готовиться к наступлению на Лбищенск и Уральск. Между тем начдив Сапожков (эсер), относясь враждебно к мероприятиям Советской власти, направленным против кулачества, проявлял необычайную нерешительность.

Вместо того чтобы энергично продвигаться на юг, к Каспийскому морю, Сапожков заставил всю дивизию стоять на месте. Чтобы усыпить бдительность органов Советской власти, 28 марта 1919 года он направил два полка 66-й бригады Заглядова в наступление на станицу Мергеневскую. При подходе к станице эти полки были встречены огнем юнкеров, а также семеновской и брыковской кулацких дружин, и после длительной перестрелки начали отходить, потеряв несколько сот бойцов и два орудия. В результате казаки захватили форпост Горячинский и подошли вплотную к Лбищенску. К началу апреля Толстову удалось сформировать две новые кавалерийские дивизии – 1-ю в районе Калмыковской и 2-ю – в районе Сахарной и Мергеневской. 14 апреля Толстов подтянул 1-ю кавалерийскую дивизию в район Мергеневской, где уже находилась 2-я кавалерийская дивизия, а в районе форпоста Горячинский сосредоточил всю пехоту: юнкерскую школу, семеновскую и брыковскую кулацкие дружины, а также Уральский и Гурьевский пехотные полки.

В ночь на 15 апреля 1919 года Толстов бросил все эти силы для занятия Лбищенска. 1-я кавалерийская дивизия должна была атаковать главными силами Лбищенск с севера, выделив небольшие отряды для налета на форпосты Кожехаровский и Богатинский. 2-й кавалерийской дивизии было приказано атаковать Лбищенск с запада. Пехота должна была нанести удар из форпоста Горячинского по южной окраине Лбищенска. Казаки подошли к указанным пунктам незамеченными и внезапно открыли огонь по красным цепям. Одновременно укрывавшиеся внутри города кулаки повели огонь из окон и с крыш сараев по штабам полков, батальонов и по огневым позициям батарей 64-й бригады. После упорного восьмичасового боя, уничтожив почти всю 64-ю бригаду, казаки захватили Лбищенск. 24 апреля 1919 года, после ряда упорных боев, главные силы 22-й дивизии Сапожкова в количестве 5048 бойцов, 443 сабель, 31 пулемета и 21 орудия; с 11 тысячами снарядов вошли в Уральск, взорвав мост через реку Деркул.

С этого времени 22-я дивизия осаждается в Уральске толстовской казачьей армией. Удача белых вызвала подъем среди уральского и оренбургского кулачества. Из восставших казаков стихийно формируются 4 новые дивизии: 3-я кавалерийская дивизия – из рубеженцев и кирсановцев, 4-я кавалерийская дивизия – из илецких повстанцев и 5-я кавалерийская дивизия – из иртецких и бурлинских белоказаков. В районе станицы Сломихинской полковник Бородин сформировал 6-ю кавалерийскую дивизию. Таким образом, Толстов за 15 суток создал, по существу, целую конную армию. Май 1919 года проходит в серьезных боях. Красные части 4-й армии несут большие потери. Осажденный уральский гарнизон Сапожкова терпит огромную нужду в продовольствии и припасах. В июне 1919 года командующий 4-й армией – Авксентьевский предпринимает ряд попыток освободить Уральск, не увенчавшихся успехом. 16 июня 1919 года В. И. Ленин, внимательно следивший за событиями на фронте, направил на имя М. В. Фрунзе телеграмму: “Прошу передать уральским товарищам мой горячий привет героям пятидесятидневной обороны осажденного Уральска, просьбу не падать духом, продержаться еще немного недель. Геройское дело защиты Уральска увенчается успехом”.

Учитывая серьезность положения на Уральском фронте, командующий вновь образованного Туркестанского фронта М. В. Фрунзе направляет 25-ю дивизию, снятую с Восточного фронта, в район Бузулука для освобождения Уральска. 25 июня в районе Уфы две бригады 25-й дивизии – 73 и 74-я – погрузились в эшелоны, 75-я бригада осталась для захвата переправы через реку Уфимку. Кавалерия дивизии двинулась на город Бузулук походным порядком. 30 июня части 73-й бригады выгрузились из эшелонов на станции Богатое, в районе Бузулука. М. В. Фрунзе поставил перед дивизией задачу – не позже 12 июля 1919 года освободить Уральск. Для этого он подчинил дополнительно командиру 25-й дивизии Особую коммунистическую бригаду, находившуюся под начальством – Плясункова и стоявшую в районе Большой Глушицы. Перед участком 25-й дивизии находился 2-й уральский конный корпус генерала Савельева, главные силы которого группировались в районе Умет-Грязной. Кутяков отдал приказ, чтобы к 8 июля бригада Плясункова вышла в район сел Игумнов и Графкин, а 73-я бригада – в район Умет-Грязной. 74-я бригада должна была к этому же времени на подводах сосредоточиться в районе Соболевской, а 75-я бригада после высадки частей следовать по маршруту 74-й бригады.

7 июля в районе Большой Черниговки у хуторов Мордовские и Пьянов 2-й уральский конный корпус противника атаковал авангардный 218-й полк Степана Разина. Разинцы, не выдержав атаки, начали отходить, но подоспевшие части 73-й бригады, а также бригады Плясункова восстановили положение. Все же 3-й батальон Разинского полка был уничтожен неприятелем. Другие две бригады, строго придерживаясь намеченного маршрута, 8 июля заняли Игумнов и Умет-Грязной, а 74-я бригада – Соболевскую. 2-й уральский конный корпус белых, проиграв бой у Большой Черниговки, начал спешно отходить к югу, а чтобы замедлить продвижение Чапаевской дивизии, противник поджег ковыльные степи. Ветер дул с севера. Чапаевские части двигались вслед за огнем по голой степи, среди дыма и гари, нависших густыми черными клубами над хуторами и станицами. 10 июля бригада Плясункова вышла в район станции Переметная, а 73-я бригада – в район Деркульский и Женский скит. 11 июля в 7 часов утра 73-й 74-й кавалерийские дивизионы соединились у хутора Новенького с 1-м батальоном 194-го стрелкового полка осажденного гарнизона Уральска. В тот же день Василий Иванович Чапаев с Фурмановым прибыли на автомобиле из Самары в Уральск.

Потерпев поражение под Уральском, казачья армия Толстова отступила на юг. 1-й Илецкий конный корпус генерала Акутина (4-я и 5-я кавалерийские дивизии) отошел на восток, за реку Урал, с задачей защищать направление на Джамбейтинскую ставку. Уральский корпус генерала Савельева в составе трех кавалерийских дивизий, трех пехотных полков, а также семеновской и брыковской кулацких дружин и юнкерской школы занял хутор Усиху и форпост Чаганский. 6-я кавалерийская дивизия полковника Бородина, оставив Александров Гай, отошла в район станицы Сломихинской. Штаб генерала Толстова расположился в самом Лбищенске. Части 4-й армии к этому времени группировались так: 50-я стрелковая дивизия (3-я бригада) занимала район Александров Гай, станции Озинки и Семиглавый Map. 25-я Чапаевская дивизия: 73-я бригада была расположена в районе Круглоозерного, 75-я бригада – в Уральске. Бригада Плясункова была двинута через Уральск на подкрепление 49-й дивизии и заняла район Илецкого городка. В свою очередь 22-я Краснодарская дивизия была отправлена на деникинский фронт. После ее ухода штаб 25-й Чапаевской дивизии расположился в Уральске.

25-я Чапаевская дивизия по приказанию командующего 4-й армией – Авксентьевского должна была продолжать преследование противника, с тем чтобы занять Лбищенск и Джамбейтинскую ставку. В это время тылы 25-й Чапаевской дивизии находились еще в пути из Уфы в район Бузулука. Отсутствие обоза весьма затрудняло доставку в полки продовольствия и огнеприпасов. Несмотря на это, части дивизии еще задолго до подхода тылов приступили к выполнению возложенной на них задачи. 73-я бригада выступила на хутор Усиху, 74-я бригада – на форпост Чаганский, а 75-я бригада начала постройку моста через реку Урал в Уральске. С 15 по 25 июля в районе Усихи между чапаевскими частями и белоуральской армией идут жестокие бои. В первых числах августа командующий 4-й армией – Авксентьевский был отстранен от должности, на его место вступил – Лазаревич. Рос ореол славы вокруг имени Чапаева, которому, по существу, подчинялись все главные силы 4-й армии: 25-я дивизия, 1-я бригада 50-й дивизии и 2-я бригада 74-й стрелковой дивизии. К этому времени у Чапаева созрело твердое решение перейти в наступление на всем фронте, чтобы занять Лбищенск и Джамбейтинскую ставку.

Через 15 суток, преодолев все препятствия на своем пути, чапаевцы заняли не только Лбищенск, но и станицу Сахарную, пройдя путь свыше 200 километров. Район к северу от Калмыковской через 2-3 дня после отхода армии к поселку Каленому обратился буквально в голую степь, даже ветви на деревьях были съедены. Армия была лишена местных фуражных средств, а доставка сена с бухарской стороны, за отсутствием мостов через реку Урал и вследствие недостатка лодок, была крайне затруднительна. Вместо заболевшего генерала Савельева в командование Уральским корпусом вступил генерал Титруев, который предполагал встретить наступление чапаевских частей на поселок Каленый массовой конной атакой. Для этого со всей конной армией проводились учебные занятия. К этому времени из района Сломихинской к поселку Каленому была поднята 6-я кавалерийская дивизия полковника Бородина, а для наблюдения за красными, занимавшими Сломихинскую, оставлен был 1-й партизанский Чижинский кавалерийский полк. Со способом действий, предлагаемым генералом Титруевым, не были согласны начальники других частей.

Для совершения рейда-налета 2 сентября 1919 года из Каленого выступили 6-я кавалерийская дивизия полковника Бородина и 2-я кавалерийская дивизия Сладкова. Части эти двигались через станицу Кизил-Кубанская и далее по долине Кушум, чтобы атаковать красные части, занимавшие Лбищенск. Так Уральская армия подготовляла налет на Лбищенск, где были расположены база и штаб Чапаева. Необходимо указать, что по мере движения в глубь уральских степей положение 25-й дивизии с каждым днём ухудшалось. Это объясняется тем, что войска Чапаева были отрезаны более чем на 200 километров от своей базы – Уральска. Трудность подвоза вызывала постоянные перебои в снабжении частей огнеприпасами и продовольствием. Бригады иногда по нескольку суток не видели хлеба. Между тем армия генерала Толстова при отходе на юг, к берегам Каспийского моря, сумела получить от англичан не только обмундирование, снаряжение и огнеприпасы, но даже артиллерию, самолеты и бронеавтомобили. Белая Уральская армия имела и другие преимущества. Прежде всего это характер местности. Необъятные степные равнины позволяли конным казачьим массам успешно маневрировать.

Вследствие прерывистости фронта красных белоказаки имели возможность совершать внезапные рейды-набеги на тылы Чапаева. Чапаев почти не мог противодействовать этому, так как безводные степи непреодолимы для пехоты. В частности, линия фронта, занимаемая группой Аксенова, отстала на 100 километров от общей линии фронта. Это ставило все пути, связывающие базу и штаб Чапаева, расположенные в Лбищенске, под удары казаков с бухарской стороны. И действительно, когда 5 сентября 1919 года группа войск Аксенова не смогла занять Джамбейтинскую ставку, В. И. Чапаев был вынужден бросить из станицы Мергеневской на бухарскую сторону свой последний резерв – группу Бубенца в составе двух стрелковых полков и двух кавалерийских дивизионов. Чапаев остался без резервов, а командующий войсковым соединением без резервов не может уже влиять на исход сражения. Когда резервная группа Бубенца переправилась на левый берег реки Урала и двинулась на Джамбейтинскую ставку, стратегическое положение войск Чапаева еще более ухудшилось. Тут против главных сил армии генерала Толстова в районе станицы Сахарной и Каршинского осталась лишь одна группа Кутякова в составе восьми стрелковых полков, двух кавалерийских дивизионов и дивизионной артиллерии.

Эта группа занимала пространство до 15 километров в глубину и до 10 километров по фронту. Кавалерийские дивизионы вели разведку к западу от станицы Сахарной на протяжении 40 километров. Войска Чапаева во время движения на юг понесли немалые потери (особенно при взятии станицы Мергеневской и Сахарной). В этих боях шесть стрелковых полков выстраивались цепями в затылок друг другу. Боевой порядок справа прикрывался частями 1-й бригады 50-й стрелковой дивизии, а слева – рекой Уралом. Волнообразные красные цепи шести чапаевских полков штыковым ударом заняли эти пункты, но потеряли убитыми и ранеными до 3 тысяч бойцов. Сильно поредевшая группа Кутякова нуждалась в пополнении, а главное – она не имела патронов и хлеба. Поэтому Чапаев вынужден был отказаться от наступления на Каленый и от атак главных сил противника и приказал группе Кутякова закрепиться на месте, оборонять район станицы Сахарной и Каршинского. Наступил сентябрь 1919 года. Стояла особенно жаркая погода. По широкой степной долине в обросших вековым камышом и мелким кустарником берегах катил свои волны Урал.

Части 25-й дивизии десятый день стоят на месте, на отдыхе. 4 сентября В. И. Чапаев с военкомом Батуриным посетил в станице Сахарной 1-ю бригаду 50-й стрелковой дивизии, которая уже трое суток не получала хлеба. Бойцы были созваны на митинг, им объяснили причину задержки. Для оказания помощи особенно ослабевшим от недоедания товарищам решено было выделить от каждого бойца остальных двух бригад по полфунта хлеба. После этого В. И. Чапаев с Батуриным, несмотря на предложение остаться на ночлег в форпосте Каршинском, отправились на автомобиле в Лбищенск. В то время как Чапаев находился в 1-й бригаде, 2-й конный корпус казаков в составе двух кавалерийских дивизий под командованием генерала Сладкова и полковника Бородина беспрепятственно двигался по Кушумской долине. Достигнув района урочища Кузда-Гора, в 25 километрах к западу от Лбищенска, белоказаки укрылись в густых камышах, покрывавших долину. Здесь они стали ожидать наступления темноты, чтобы под покровом ночи захватить Лбищенск и разгромить штаб Чапаева, охраняемый лишь одной дивизионной школой Чекова силою в 600 штыков.

О движении 2-го корпуса генерала Сладкова на Лбищенск Чапаев не знал. С самолетов 25-й дивизии, несших разведывательную службу, ничего не было обнаружено. Но 4 сентября около 23 часов в штаб дивизии прискакали обозники, посланные в степь за сеном, и сообщили, что в 20 километрах от Лбищенска на них напали казаки и отбили около 20 повозок. Как раз в это время из станицы Сахарной вернулись Чапаев и Батурин. Они были тотчас же оповещены о случившемся. Однако Василий Иванович не придал особого значения этому сообщению, так как подобные случаи происходили в этом районе довольно часто. Он потребовал, чтобы ему доложили о результатах разведывательных полетов, совершаемых самолетами в направлении станицы Сломихинской и Кизил-Кубанской. Начальник штаба – Новиков сообщил, что в течение последних шести суток авиаотряд в этом направлении конницы казаков не замечал. Между тем летный отряд, обслуживавший войска Чапаева, своими действиями вызывал обоснованные подозрения. Совершая в течение шести суток утренние и вечерние полеты над открытой местностью, летчики непременно должны были заметить врага.

Если 2-й кавалерийский корпус казаков трудно было обнаружить на марше, так как он передвигался исключительно ночью, то днем он стоял всего в 25 километрах от аэродрома, в камышах, в которых не могли укрыться все 5 тысяч сабель. Предательская роль личного состава этого авиаотряда выяснилась тогда, когда в момент захвата Лбищенска 2-м корпусом казаков 5 сентября в 10 часов все четыре самолета перелетели к казакам в Калмыковскую. Около часа ночи кавалерийский корпус генерала Сладкова подошел к самому Лбищенску, 6-я кавалерийская дивизия полковника Бородина наносила удар с запада и севера, а 2-я кавалерийская дивизия – с юга. Совершенно недостаточная охрана города дала казакам возможность пройти незаметно отдельными сотнями в Лбищенск, расположение улиц которого было им, по-видимому, отлично известно (в особенности Лбищенскому кавалерийскому полку). Казаки, пробравшись в город, одновременно начали атаковать красные заставы, находившиеся на окраине города, открыли ружейно-пулеметный огонь по обозу и стали бросать гранаты в квартиры командиров. Бой сразу охватил весь город.

Часть курсантов дивизионной школы и сотрудников политотдела дивизии объединилась под командованием – Крайнюкова и Суворова и с боем пробилась к своему штабу. В это время Василий Иванович, окруженный кучкой личного конвоя, вел бой с казаками. Чапаев был уже ранен в руку, но все же оставался в строю и руководил огнем. Видя приближающихся на подмогу курсантов и работников политотдела, Чапаев и Батурин бросились в контратаку на противника и штыками очистили соборную площадь от белых. С рассветом казаки пустили в ход артиллерию. Исход сражения стал ясен. Через час Лбищенск был уже в руках казаков. С восходом солнца чапаевцы небольшими разрозненными группами стали пробиваться к реке Уралу, чтобы вплавь перебраться на другой берег. Но белые подтянули к реке пулеметы и артиллерию. Чапаевцы стали бросаться в реку, но в волнах их ожидала смерть от казачьих пуль. Василия Ивановича под огнем белых опустили в бурную реку. В это время года Урал со своими быстро несущимися студеными водами представляет собой трудно преодолимое препятствие.

Истекающий кровью Чапаев находит все же силы добраться до середины реки. Но тут шальная пуля наносит ему второе ранение в голову и останавливает жизнь. В то время когда Василий Иванович боролся еще с волнами реки, его порученец Петя Исаев, находясь на берегу, отстреливался от врага, отводя удары от Чапаева. Исаев надеялся, что Василий Иванович доплывет до другого берега. В дальнейшем боевые события протекали следующим порядком. 5 сентября на рассвете командир группы Кутяков был срочно вызван по телефону Кутузовым, заведующим хозяйством полка Степана Разина. Вызывающий находился в форпосте Горячинеком при обозах шести стрелковых полков, в 15 километрах от Лбищенска. Кутузов сообщил по телефону, что в Лбищенске слышна не только ружейно-пулеметная стрельба, но даже артиллерийская канонада, происходившая уже в течение двух часов, причем из Лбищенска на форпост Горячинский двигалось около двух конных казачьих полков, вероятно, для захвата обозов.

Кутузов просил разрешения начать отход на станицу Сахарную. Кутяков приказал Кутузову остаться с обозом на месте, забаррикадировать повозками улицы Горячинского и продержаться до полудня. К этому времени должна была подойти поддержка – 73-й кавалерийский дивизион, а затем, к 14 часам, – вся 73-я бригада Рязанцева. Тотчас же после разговора по телефону бригада Рязанцева была поднята по тревоге и на подводах брошена из Каршинского на помощь Чапаеву в Лбищенск. Пройдя нелегкий 70-километровый путь, бригада уже к вечеру атаковала Лбищенск. Но 2-й конный корпус генерала Сладкова отбросил ее в исходное положение к форпосту Горячинский. Части всей сахарновской группы оказались отрезанными от Уральска. Это вынудило командующего группой принять командование над всей 25-й Чапаевской дивизией и дать приказ на отход к Уральску, то есть на прорыв казачьего кольца. В ночь на 6 сентября перед самым отходом главных сил группы из станицы Сахарной командир 2-й бригады – Сокол передал по телефону Кутякову, что в каменном соборе станицы обнаружено несколько десятков тысяч снарядов, спрятанных казаками.

Взять их чапаевские части не могли, так как транспорт (обозы) был захвачен в Лбищенске казаками. Командир группы Кутяков ответил, что снаряды нужно взорвать. Но чтобы взрыв не послужил сигналом для генерала Толстова, Кутяков приказал взорвать обоз лишь тогда, когда 74-й кавалерийский дивизион Петрова, оставленный в виде прикрытия, покинет станицу Сахарную. 6 сентября около 14 часов снаряды были взорваны. От взрывов снарядов загорелась станица Сахарная, в домах и надворных постройках которой казаками были спрятаны патроны и ручные гранаты. Огонь быстро охватил станицу. Слышались рев животных и крики птиц. Неожиданно поднялась буря. Пламя стало перебрасываться на соседние станицы. На всем пути своем отходящие к Уральску части видели зарево пожаров. В тот же день около 17 часов бригаде Рязанцева удалось захватить Лбищенск, 2-й конный корпус генерала Сладкова стал отходить к Уральску. Группа Бубенца приказанием Кутякова была подтянута от Джамбейтинской ставки к Лбищенску и стала на левом берегу реки Урала.

Похожие страницы:

1. Самарское ополчение 1855 года 2. Краткая биография Петра Семеновича Субботина 3. Симбирский и Самарский помещик – Дмитрий Азарьевич Путилов 4. Приикские чуваши 5. История русского крестьянского костюма в Самарском Поволжье

www.kraeved-samara.ru


Смотрите также