Биография термен лев сергеевич


Лев Сергеевич Термен

Лев Термен родился в дворянской православной семье с французскими корнями (по-французски родовая фамилия писалась как Theremin). Мать — Евгения Антоновна и отец — известный юрист Сергей Эмильевич — на образование Льва денег не жалели.

Начало карьеры

Первые самостоятельные опыты по электротехнике Лев Термен осуществил ещё в годы обучения в Петербургской первой мужской гимназии.

В 1916 году окончил Петербургскую консерваторию по классу виолончели, параллельно обучался на физическом и астрономическом факультетах Петербургского университета.

В боевых действиях Первой мировой войны не участвовал. В 1916 году его призвали в армию и направили на ускоренную подготовку в Николаевское инженерное училище, а затем на офицерские электротехнические курсы. Революция застала его младшим офицером запасного электротехнического батальона, обслуживавшего самую мощную в империи Царскосельскую радиостанцию под Петроградом.

После Октябрьской революции 1917 года был направлен для работы на Детскосельскую радиостанцию под Петроградом (тогда — самую мощную радиостанцию в России), позже — в военную радиолабораторию в городе Москве.

Расцвет карьеры

В 1919 году Термен стал заведующим лабораторией Физико-технического института в Петрограде.Его взял на работу в Физико-технический институт в Петрограде Абрам Иоффе.

Параллельно с 1923 года сотрудничал с Государственным институтом музыкальной науки в Москве. В 1920 изобрёл электромузыкальный инструмент «Терменвокс», сделавший его впоследствии очень известным. В литературе, посвященной жизни Ленина, описана его встреча с Терменом в Кремле в марте 1922 года. Во время встречи Лев Сергеевич показывал свой инструмент, объяснял принцип его работы, а Ленин пытался исполнить на терменвоксе «Жаворонка» Глинки.

Будучи весьма разносторонним человеком, Термен изобрёл множество различных автоматических систем (автоматические двери, автоматы освещения и т. д.), сигнализаций и охранных устройств. В 1925—1926 годах изобрёл одну из первых телевизионных систем — «Дальновидение».

В 1927 году при содействии академика Иоффе Термен получил приглашение на Международную конференцию по физике и электронике во Франкфурте-на-Майне. Доклад Термена и демонстрация его изобретений пользовались огромным успехом и принесли ему всемирную известность.

Американский период

В 1928 году Термен, оставаясь советским гражданином, переехал в США. По приезде в США он запатентовал терменвокс и свою систему охранной сигнализации и продал лицензию на право производства этих устройств компании RCA (Radio Corporation of America).

По указанию начальника советской военной разведки Яна Берзина на заработанные деньги Термен организовал компанию «Teletouch» и арендовал в Нью-Йорке на 99 лет шестиэтажное здание для музыкально-танцевальной студии. Это дало возможность создать в США торговые представительства СССР, под «крышей» которых могли работать советские разведчики.

С 1931 по 1938 годы Термен был директором Teletouch Inc. Тогда же он разработал системы сигнализаций для тюрем Синг-Синг и Алькатрас.

Вскоре Лев Термен стал очень популярным в Нью-Йорке человеком. В его студии бывали Джордж Гершвин, Морис Равель, Яша Хейфец, Иегуди Менухин, Чарли Чаплин, Альберт Эйнштейн. В круг его знакомых входили финансовый магнат Джон Рокфеллер, будущий президент США Дуайт Эйзенхауэр.

С лучшими оркестрами Лев Термен давал многочисленные концерты по всей Америке и Европе. Заказы на терменвоксы поступали из разных стран.

Популярная в США талантливая балерина и красавица, негритянка Лавиния Вильямс, стала его женой (брак с первой женой распался).

Репрессии и награды

В 1938 году Термена отозвали в Москву. Он тайно уехал из США, оформив на имя владельца фирмы «Teletouch» Боба Зинмана доверенность распоряжаться его имуществом и управлять патентными и финансовыми делами. Термен хотел взять с собой в СССР и жену Лавинию, но ему сказали, что она приедет позже. Когда за ним пришли, Лавиния случайно оказалась дома, и у неё создалось впечатление, что мужа увели насильно. С тех пор и до конца шестидесятых годов в Америке Термен числился умершим, и многие годы в энциклопедических справочниках рядом с его фамилией стояли даты (1896—1938).

В Ленинграде Термен безуспешно пытался устроиться на работу, потом он переехал в Москву, но работу там также не нашёл.

В марте 1939 г. его арестовали. Есть две версии того, какое обвинение ему было предъявлено. Согласно одной из них, он обвинялся в причастности к фашистской организации, согласно другой, которую в том числе в своих интервью распространяет его дочь Наталья Термен, он обвинялся в подготовке убийства Кирова. Его вынудили оговорить себя, что группа астрономов из Пулковской обсерватории готовилась поместить фугас в маятник Фуко, а Термен должен был послать из США радиосигнал и взорвать фугас, как только к маятнику подойдет Киров. Особое Совещание при НКВД СССР приговорило Термена к 8 годам лагерей и его отправили в лагерь на Колыму.

Первое время Термен отбывал срок в Магадане, работая бригадиром строительной бригады. Многочисленные рационализаторские предложения Термена привлекли к нему внимание администрации лагеря, и уже в 1940 году он был переведён в туполевское конструкторское бюро ЦКБ-29 (в так называемую «шарашку»), где проработал около 8 лет. Здесь его ассистентом был Сергей Павлович Королёв, впоследствии — известный конструктор космической техники. Одним из направлений деятельности Термена и Королёва была разработка беспилотных летательных аппаратов, управляемых по радио — прообразов современных крылатых ракет.

В 1947 году был реабилитирован, но продолжил работу в закрытых конструкторских бюро в системе НКВД, где занимался, в частности, разработкой подслушивающих систем. Одна из его разработок — подслушивающая система «Буран», считывающая с помощью отражённого инфракрасного луча вибрации стекла в окнах прослушиваемого помещения. Именно это изобретение Термена было отмечено Сталинской премией первой степени. Но из-за весьма пикантного статуса лауреата (на момент представления к премии Термен был ещё заключённым) и закрытого характера его работ, о награждении нигде публично не сообщалось. В 1948 году у него и его жены, Марии Гущиной рождаются две дочери — Наталья Термен и Елена Термен.

Последние годы

С 1964 по 1967 год Термен работал в лаборатории Московской консерватории, посвятив все силы разработке новых электромузыкальных инструментов, а также восстановлению всего того, что успел изобрести в 1930-е годы. По некоторым данным, в этот период Термен работал «на общественных началах», безвозмездно.

В 1967 году, после публикации в газете «New York Times» заметки о том, что Термен жив и работает в СССР, он был уволен из Московской консерватории, все его инструменты были изрублены топором и выброшены на свалку. Не без труда устроился на работу в лабораторию при Физическом факультете МГУ. Формально Термен числился на должности рабочего, но фактически продолжал самостоятельные научные исследования. Активная научная деятельность Л. С. Термена продолжалась практически до самой его смерти.

В 1989 году состоялась поездка (вместе с дочерью, Натальей Термен) на фестиваль в Бурже (Франция).

В 1991 году вместе с дочерью, Натальей Термен и внучкой, Ольгой Термен, посетил США по приглашению Стэнфордского университета и там, помимо прочего, встретился с Кларой Рокмор.

В марте 1991 года, в возрасте 95 лет, вступил в КПСС. На вопрос, зачем он вступает в разваливающуюся партию, Термен отвечал: «Я обещал Ленину».

В 1992 году неизвестные разгромили комнату-лабораторию на Ломоносовском проспекте, были разбиты все его инструменты, выкрадена часть архивов. Милиция преступление не раскрыла.

В 1993 году Лев Термен умер. Как писали позднее газеты: «В девяносто семь лет Лев Термен ушел к тем, кто составлял лицо эпохи — но за гробом, кроме дочерей с семьями и нескольких мужчин, несущих гроб, никого не было…» Похоронен на Кунцевском кладбище в Москве.

Интересные факты

  • Принципы работы, положенные в основу терменвокса, использовались Терменом и при создании охранной системы, реагирующей на приближение человека к охраняемому объекту. Такой системой был оборудован Кремль и Эрмитаж, а позднее и зарубежные музеи.
  • В 1921 году Лев Термен встречался с Лениным на VIII Всероссийском электротехническом съезде. Изобретение Термена привело Ленина в восторг, в 1922 году состоялась их встреча в Кремле.
  • 9 февраля 1945 года приглашённому на празднование 20-летия пионерского лагеря «Артек» послу США Авереллу Гарриману было подарено деревянное панно, изготовленное из ценных пород дерева (сандала, самшита, секвойи, слоновой пальмы, парротии персидской, красного и чёрного дерева, чёрной ольхи), с изображением герба Соединённых Штатов. В него было вмонтировано разработанное Терменом подслушивающее устройство, позволившее почти 8 лет прослушивать разговоры в рабочем кабинете посла. Конструкция «жучка» оказалась настолько удачной, что при обследовании подарка американские спецслужбы ничего не заметили. После обнаружения «жучок» был представлен в ООН в качестве доказательства разведывательной деятельности СССР, однако принцип его действия ещё несколько лет оставался неразгаданным.
  • В 1946 году Термен был представлен к Сталинской премии второй степени. Но Сталин, визировавший списки награждённых, собственноручно исправил вторую степень на первую. В 1947 году Термен стал лауреатом Сталинской премии первой степени.
  • В 1991 году, в возрасте 95 лет, за несколько месяцев до распада СССР, Лев Термен вступил в КПСС. Своё решение он объяснял тем, что когда-то дал обещание Ленину вступить в партию, и что он хочет поторопиться выполнить обещание, пока она ещё существует. Для вступления в КПСС, Лев Сергеевич в свои 90 лет пришёл в партком МГУ, где ему сказали, что для вступления в партию необходимо отучиться на кафедре марксизма-ленинизма в течение пяти лет, что он и сделал, сдав все экзамены.
  • До самой смерти Лев Термен был полон энергии и даже шутил, что он бессмертен. В доказательство он предлагал прочитать свою фамилию наоборот: «Термен — не мрёт».
  • В 1989 году в Москве состоялась встреча двух родоначальников электронной музыки Льва Сергеевича Термена и английского музыканта Брайана Ино.

people-archive.ru

Что изобрёл советский учёный Лев Термен — феномен ХХ века

А еще разработал систему безопасности Алькатраса, подслушивающее устройство и много других удивительных вещей, по собственной волне вернулся из Америки, чтобы угодить в лагеря и прямо во время заключения придумать беспилотники. Рассказываем, кто такой Лев Термен и почему этот человек — настоящий феномен ХХ века.

Содержание:

Изобретатель терменвокса Лев Термен

В одном из фрагментов «Теории большого взрыва» Шелдон Купер играет на терменвоксе. Он двигает возле инструмента руками, и тот в свою очередь издает удивительные звуки (видео в конце статье). Мало кто знает, что этот инструмент, первый в мире электронной музыки, изобрел русский ученый с французскими корнями Лев Термен.

Термен и терменвокс

Еще в двадцатых годах прошлого века он представил свое изобретение Ленину, сыграв на терменвоксе «Лебедя» Сен-Санса. В ответ восхищенный основоположник революции попросил его обучить игре на диковинном инструменте. Вскоре Ильич лихо исполнял «Жаворонка» Глинки. Потом была слава, гастроли с симфоническим оркестром, хвалебные оды в газетах.

Отец первого синтезатора Роберт Мут как-то сказал, что для музыки Лев Термен сделал то же, что сделали браться Райт для авиации.

Термен и телевидение

Точнее дальновидение. В 1926 году ученый, наряду с постоянной концертной деятельностью, открыл способ беспроволочной передачи картинки на расстояние. Собственно, это и было телевидение. Его имя мелькнуло в прессе рядом с именем Эдисона, но потом исчезло с газетных страниц, а после так и не вошло ни в один учебник.

Одним из первых ученый разрабатывал идею создания телевидения

Да и вообще регулярное телевещание в Советском Союзе стартовало только в 1936. Причиной, возможно, послужил один случай, произошедший с ученым: Термена пригласили на ковер в Кремль, он направил объектив своего аппарата в окно, демонстрируя дальновидение, и на экране вырос Сталин.

Большие люди дружно подпрыгнули, вскрикнули, испугались, и решили дальновидение засекретить, запретить, забыть и вычеркнуть из памяти, как страшный кошмар, а самого ученого отправить с гастролями куда подальше.

Термен и заграница

Сначала он объездил всю Европу. Творчеством Льва Термена восторгались величайшие умы прошлого столетия, включая самого Эйнштейна. Его называли настоящим феноменом ХХ века. Потом была командировка в Америку, которая затянулась на добрый десяток лет. За это время ученый купил кадиллак, создал собственную компанию по производству электронных сигнализаций и разработал систему охраны знаменитых тюрем Алькатрас и Синг-Синг.

Для жены-танцовщицы Лев Термен создал особый инструмент

Он арендовал шестиэтажный особняк. Открыл там музыкальную студию, лаборатории, мастерские и школу для обучения игры на терменвоксе. Последний американская музыкальная компания уже тогда запустила в массовое производство.

В его друзьях числились Джордж Гершвин, Морис Равель, Чарли Чаплин и будущий президент Соединенных Штатов Дуайт Эйзенхауэр.

Лавиния Уильямс, 1961

В Америке же Термен сначала завел роман, а потом поставил штамп в паспорте темнокожей красавице-танцовщице Лавинии Вильямс и придумал для нее терпситон.

Суть инструмента заключалась в следующем: на пол клали металлический лист, и тот работал антенной. Музыка появлялась сама во время танца от движения. На терпситоне довелось танцевать и Айседоре Дункан.

Лев Термен и его изобретения: лагеря, «Буран» и беспилотники

Потом Термена вызвали обратно в Москву и, само собой, отправили на восемь лет на Колыму. Руководство сочло, что за границей он видел слишком много. И он бы погиб, если бы не придумал новые рельсы для тачки, с помощью которых бригада на каменоломне перевыполняла норму в несколько раз.

Посол США в ООН Генри Кэбот Лодж — младший (слева) демонстрирует панно с подслушивающим устройством Термена внутри, 1960 год

Там же, в лагерях, вместе с Королевым и Туполевым (сидели они в одной «шарашке») Лев Сергеевич спроектировал радиоуправляемые беспилотники и «Буран». Последний был  первым прослушивающим устройством в истории, которому не требовался источник питания.

В 1945 «Буран» встроили в изображение печати США и подарили послу в знак дружбы. После чего советская разведка слушала разговоры американцев в московском посольстве семь (!) лет.

Очевидно, именно за это в 1947 году Термен стал лауреатом Сталинской премии первой степени, все еще являясь заключённым лагеря.

Советский эндовибратор внутри копии Большой печати США, Национальный музей криптографии при Агентстве национальной безопасности США

И, наконец, Термен и бессмертие

О «средстве Макропулоса» ученый, умерший в 1993 в возрасте 97 лет в полной нищете и забытье, задумался еще после смерти вождя мирового пролетариата. Термен неоднократно предлагал заморозить Ильича, чтобы потом вернуть к жизни. В 80-е годы ученый вернулся к своей идее бессмертия, что вполне естественно.

Лишь свою теорию бессмертия ему не удалось воплотить в жизнь

Он придумал теорию «микроскопии времени». Ее суть заключалась в том, что с возрастом у человека стареют красные кровяные тельца. Нужно лишь научиться отделять их от молодых. Но гении, как известно, тоже ошибаются…

А напоследок тот самый эпизод  «Теории большого взрыва» и Шелдон Купер на терменвоксе:

pate.in.ua

Наш советский Тесла! Необычайная жизнь Льва Термена — изобретателя, миллионера, шпиона, зэка и гения

Совершенно непонятно, почему так происходит, что рождаются иногда на свет люди, которым судьба изначально уготавливает роль воланчика для бадминтона. Например, Лев Термен.

Матвей Вологжанин

5 сентября 2019

Нет, на самом деле, почему так? Почему один человек живет себе спокойно с женой и домочадцами, дальше, чем на сто верст от своей усадьбы за всю жизнь не выберется и так чинно, так скучно существование свое обставит, что биографам потом хоть стреляйся, хоть вешайся, а писать как бы и нечего.

Зато другого так смачно размажет по полотну истории, по мировой карте, по житейским хитросплетениям, что хватило бы такого жизненного опыта на целый десяток людей. При этом совершенно необязательно обладать авантюрным характером и круглосуточной готовностью к приключениям: роль личности с яркой судьбой вполне может выпасть и людям спокойным, кабинетным ученым, тихим занудам.

Бурная увертюра

Лев Термен играет на музыкальном сентезаторе собственного изобретения (терменвоксе), 1930-е гг.

Вот Левушка Термен с самого детства был именно таким. Вдумчивый спокойный мальчик в три года выучился читать и больше всего любил именно это занятие. С пяти начал обучаться музыке. А с семи лет еще и пристрастился к опытам в домашней физической лаборатории, по совместительству — инженерной мастерской. Лабораторию родители оборудовали специально для Левушки — могли себе позволить поощрить одаренного ребенка. Род Терменов был древний, французских корней, сумевший выдвинуться в России. С XIV века существовавший девиз Терменов звучал как

«Не более, не менее» и вполне отражал умеренность, свойственную избравшей его семье. Термены были богаты, но избегали пышности; знатны, но не стремились вращаться в высшем обществе. Левушка закончил обычную столичную гимназию с серебряной медалью и поступил сразу в два учебных заведения: в консерваторию по классу виолончели и на физико-математический факультет университета. Консерваторию он закончить успел, а вот с наукой не получилось. Начался 1916 год, шла война, и двадцатилетнего студента призвали в армию.

На германский фронт ему посчастливилось не попасть — к началу революции Лев по-прежнему работал на Царскосельской радиостанции, куда был командирован сразу по окончании военного Николаевского инженерного училища. После захвата власти большевиками его вместе со всем штатом служащих радиостанции записали в Красную Армию, не особо интересуясь при этом политическими взглядами новоиспеченных красноармейцев.

Перемены в судьбе юный Лев, как истинный ученый, принимал с достойным похвалы спокойствием. Однако это не спасло его от внимания новой власти, и в 1919 году он был арестован как дворянин, офицер и возможный участник возможного мятежа. Шли годы красного террора, и Льву вполне светила пуля в затылок после минутного фарса на ревтрибунале, но ему повезло. Лотерея смерти попридержала черный билетик Термена, и спустя полгода бюрократически-карательное заведение выплюнуло свою жертву на булыжники питерской мостовой — более-менее свободным и не совсем понявшим, что с ним, собственно говоря, произошло.

Оглядевшись вокруг и оценив масштабы свершившихся в мире изменений, юный технический гений направил свои стопы в единственно доступном ему направлении — к первой попавшейся физической лаборатории. Спустя месяц после освобождения он уже работал в физико-техническом отделе Рентгенологического института.

Терменвокс — диковатый голос эпохи

По заданию своего руководителя, профессора Иоффе, Термен занимался в лаборатории созданием прибора для изучения свойств газов. По условиям опыта газы помещались в электрический конденсатор, и Термена заинтересовал тот факт, что прибор начинал реагировать на приближение к нему рук исследователя — газы внутри конденсатора изменяли свои параметры при приближении массы извне. В конце концов, Термен присоединил конденсатор к микрофону и принялся экспериментировать с получавшимися звуками. Они были очень необычны, ничего похожего в природе он не встречал. Получавшийся гул напоминал одновременно завывание ветра, голос человека и звук виолончели. Термен был не только талантливым физиком, но и прекрасным музыкантом. Он сумел оценить диковатую красоту этого механического звука, рожденного наукой.

Так появился терменвокс — самый первый музыкальный синтезатор.

Хотя еще до того, как первый терменвокс (или этеротон, как сперва Термен окрестил свое детище) был окончательно смоделирован, Рентгенологический институт уже рапортовал о создании аппарата звуковой сигнализации. Термен возглавил группу специалистов, которым было поручено довести охранную систему до ума. Потому что музыка — это лирика, а вот ящик, который ревет, когда к нему приближаются, — политически правильная, архиважная штучка!

Впрочем, музыкальный ящик тоже не был обделен вниманием. По крайней мере, в 1921 году, когда Термена с его изобретением отправили на Всероссийский электротехнический съезд, широкая публика пришла в восторг и газеты не скупились на похвалы. Терменвокс именовали «инструментом пролетариата», «прибором, который сможет сделать музыкантом любого» и «музыкальным трактором». (Слово «трактор» значило тогда не совсем то, что сейчас. Чтобы понять, как его воспринимал советский человек 20-х годов, попробуй несколько раз произнести вслух: «Процессор на 500 гигов, оперативки на 50, вайрлесс, хай технолоджи...» Да, примерно вот так.) А в твоем айфоне терменвокс озвучил рингтон под названием Sci-fi.

Как это работает?

Основой этого музыкального инструмента являются два электрогенератора. Один из них создает электрический сигнал постоянной (или опорной) частоты Ч1 — около 100 кГц. Частота сигнала второго генератора Ч2 может колебаться в зависимости от того, воздействует что-нибудь на торчащую из него антенну или нет.

Оба сигнала подаются на преобразователь частоты, который сличает их параметры. Когда прибор тихо пылится в углу, Ч1 равна Ч2. Преобразователь бездействует, и терменвокс молчит. Но если кто-то проводит рукой над антенной, параметры колебательного контура второго генератора изменяются. Ведь человеческое тело обладает своей электроемкостью. Рука в данном случае конденсатор, подносимый к антенне. Преобразователь регистрирует разность между Ч1 и Ч2 и создает новый сигнал частотой Ч3 (Ч1 минус Ч2). Сигнал Ч3 отправляется в усилитель, а после — в динамик. Так получается звук (довольно противный, если руку поднес новичок).

У большинства терменвоксов две антенны. Прямая отвечает за тон звука, дугообразная — за громкость. Для игры на инструменте нужно обладать идеальным слухом, ведь движения рук невозможно «подладить», начав играть. Аппарат реагирует на любые движения и сразу выдает дрожь в руках или фальшь.

А вождь-то рыжий

Лев Термен демонстрирует свое изобретение, 1928 г.

Изобретение 25-летнего гения так всколыхнуло общественность страны, что желание познакомиться с ученым выразил лично Ленин. Термен был человеком покладистым. Ему и в голову не пришло привинтить к терменвоксу коробку со взрывчаткой или еще как-нибудь намекнуть главе новой власти, что не забыл Лев Термен ни про тюрьму, ни про национализированное имущество семьи. Наоборот, Термен с удовольствием исполнил перед Лениным несколько произведений классики, а потом азартно управлял неуклюжими руками вождя, попытавшегося извлечь из терменвокса нечто мало-мальски гармоничное.

Ленин также выразил интерес к бытовой реинкарнации терменвокса — звуковой сигнализации — и вскоре после встречи направил несколько писем в разные организации с предложением приспособить изобретение под нужды революции. Самому же Термену Ильич настоятельно посоветовал вступить в партию. Тот пообещал подумать.

После этой встречи у Термена на всю жизнь остался пиетет перед Лениным. Большим потрясением для ученого стала информация о том, что после смерти вождя его мозг извлекли из черепа и поместили в банку со спиртом. Как раз к тому времени Термен увлекся идеями заморозки живых организмов и умолял заморозить тело Ильича, дабы иметь возможность вскоре воскресить политического гения на общее благо. Но спирт убил мозговые клетки, и это Термен воспринял как факт фатальный (ведь про генетику и клонирование тогда еще почти ничего не знали).

Когда в дряхлом возрасте Термена расспрашивали, что его особенно поразило в вожде, он отвечал: «Самым неожиданным для меня оказалось то, что он был ярко-рыжий. На черно-белых фотографиях этого не видно».

Нет, весь я не умру!

Как раз в 20-е годы Термен стал крепко задумываться о бессмертии. К смерти этот атеист, надо сказать, относился без всякого почтения, считал ее физиологической бессмыслицей, вредной и несправедливой. В глубине души подозревал, что уж его-то она не коснется (впрочем, мы все это подозреваем, не так ли?), но считал разумным заранее принять меры. Гарантию бессмертия Термен видел в замораживании тел умерших до тех времен, когда наука снова сможет вернуть им жизнь. В те годы Лев Сергеевич составил свое первое завещание, в котором просил похоронить себя в вечной мерзлоте. Пусть и есть надежные признаки того, что смерть ему не грозит (например, фамилия «Термен» читается задом наперед как «не мрет»), но мало ли что может случиться!

Термен начал ставить биологические опыты с замораживанием. К сожалению, биологом он не был, и ничем эпохальным это не закончилось. Зато параллельно он продолжал трудиться по месту службы и мимоходом изобрел почти что телевизор — первый в мире. Или «систему дальновидения», по его собственному определению. Работала она примерно так же, как и современный телевизор, только очень-очень плохо. Изображение на экране тряслось и было исключительно нечетким, но в 1926 году «дальновид» Термена представлялся совершенным чудом. Лапу на изобретение первым положило руководство Красной Армии. Лично товарищ Ворошилов долго тряс Термену руку, а потом распорядился установить «дальновид» у себя в кабинете.

Невозвращенец

Изобретатель Лев Термен (слева), дирижер сэр Генри Вуд и ученый сэр Оливер Лодж (справа), на демонстрации вещания музыки в эфире, в отеле Savoy, Лондон, 1927 г.

В 1927 году Термена послали на Франкфуртскую музыкальную выставку презентовать миру советскую музыкальную новацию — терменвокс. Решение об отправке принимало руководство отдела разведки РККА, а перед отъездом ученого лично инструктировал глава военной разведки Ян Берзин. Какие задачи поставили перед Терменом? Он про это никогда не распространялся, но, судя по всему, ему велели немножко пошпионить — за российскими эмигрантами или германскими коллегами. Зная характер Термена, мы можем предложить, что он не стал гневно отказываться от сомнительной роли шпиона, а предпочел тихо-мирно пропустить поручение мимо ушей, для виду почтительно покивав тем, что между этих ушей расположено.

Франкфуртская выставка обернулась грандиозным турне по всей Европе. Термена и его фантастический музыкальный аппарат жаждали видеть в Париже, Марселе, Лондоне, Берлине, Риме... Любой его концерт сопровождался аншлагом, публика падала в обморок от «нечеловеческой музыки высших сфер». Под громадным впечатлением от его выступления в Берлине остался Альберт Эйнштейн, который писал позже, что «на самом деле потрясен этим из пространства вышедшим звуком». Звук, возникавший из пустоты перед совершавшими загадочные пассы руками, представлялся не столько техническим прогрессом, сколько мистической акцией, общением с духами композиторов прошлого, спиритическим сеансом. От образа Термена стало изрядно благоухать святостью и шарлатанством, а посему он стал одним из самых скандальных и желанных героев. Неудивительно, что в один прекрасный момент на него стали сыпаться соблазнительные предложения от импресарио США, которые почувствовали, что Старый Свет, похоже, собирается зажать от них крайне интересную штуку.

Так Термен оказался в Нью-Йорке. Родина никак не высказала своего мнения по этому поводу. Никаких воплей «Вернись, проклятый изменщик!» не последовало, ему исправно присылали необходимые документы из советского консульства. И так же мирно, без скандала, властями США было принято прошение Термена о предоставлении ему иммиграционной визы.

О дивный новый мир!

Грифовый электронный инструмент Термена (Fingerboard Theremin)

В Америке на Термена свалилась еще большая слава. Лучшие музыканты страны брали у него уроки игры на терменвоксе. Двери самых респектабельных домов были широко открыты для гения. Компании-производители отчаянно сражались за право приобретать любые его патенты. Рекой хлынули деньги, и в считанные месяцы Термен оказался: а) членом клуба нью-йоркских миллионеров; б) директором акционерного общества; в) владельцем многоэтажного дома в Нью-Йорке.

С ним старались познакомиться самые яркие люди эпохи. Чарли Чаплин захаживал к нему в гости. Эмигрировавший из Германии Альберт Эйнштейн любил помузицировать с Терменом на пару. Гершвин и Бернард Шоу, Рокфеллер и Дуайт Эйзенхауэр гордились знакомством с гениальным русским. Знаменитые красавицы были совсем не против его общества. Последнее особо вдохновляло молодого физика, тем более что приехавшая из Москвы жена, Екатерина Константинова, вдруг неожиданно с ним развелась и вышла замуж за какого-то юного немца, с коим и отбыла в Германию. (Впоследствии Екатерина Константинова стала членом Национал-социалистической партии и убежденной фашисткой — вот такие интересные вещи происходили с людьми в далеком двадцатом столетии). И тут Термен начал совершать ошибки — одну за другой.

Во-первых, он оказался очень плохим бизнесменом: деньги из его рук уплывали со скоростью близкой к световой. Во-вторых, он поторопился продать патент на терменвоксы компании, которая не справилась с их реализацией.

В-третьих, он женился на мулатке. А в 30-х годах жениться на чернокожей в Америке — примерно равноценно тому, как если бы сегодня публично высказаться там о том, как ты всех черномазых ублюдков презираешь.

Шпионские страсти

Led Zeppelin используют терменвокс во время своих выступлений

Мулатка была изумительно хороша. Звали ее Лавиния Уильямс, и она была танцовщицей. Специально для Лавинии Термен попытался изобрести аппарат, который мог бы «извлекать музыку из движения танцора». Но изобретенный «терпситон» оказался совершенно беспомощным аккомпанемейстером: он либо хрипел, либо пищал, либо безмолвствовал, какие бы головокружительные па ни совершала темнокожая прима. Деньги таяли с исключительной быстротой. Хорошие приятели стали общаться с супругами Термен ледяным голосом. Окончательно Термена добила серия публикаций в газетах о том, что радушные ньюйоркцы пригрели на своей груди советского шпиона. Термена обвинили в том, что он является агентом разведки, собирает о своих великосветских друзьях и видных ученых информацию.

Самое глупое в этой ситуации было то, что на явки Термен действительно ходил. Все эти годы с ним регулярно связывались из советского консульства и приглашали на «беседы». Он послушно ходил. Пил с «консулами» водку. Не пить было невозможно: заставляли в весьма агрессивной манере. Потом были разговоры ни о чем — о женах, спектаклях, европейской политике, успехах социалистического хозяйства и прочий бред. Проще было послать консульских друзей еще давным-давно, но открытая конфронтация никогда не была в характере Льва Сергеевича. Тем более что они всегда охотно помогали ему с документами: развели с Катей, женили на Лавинии. И вообще советское гражданство у Термена никто не отбирал, а сам он не отказывался. Мало ли что?

Шпионские страсти-2

Вот «мало ли что» и наступило. Долги угрожающе щелкали зубами, новых доходов не предвиделось, американские спецслужбы стали нарезать круги вокруг да около. Как будто Термен мало сделал для Америки! Кто, например, установил новейшую звуковую сигнализацию на самые известные тюрьмы США — Синг-Синг и Алькатрас?

Светские знакомые отреклись из-за его жены-негритянки, научные — из-за репутации шпиона. Единственные люди, которые его понимали, ценили как должно, — это «свои». Именно в советском консульстве Льва Сергеевича подбадривали, защищали и оберегали в этот трудный период. Потому что свои — не бросят. Вот примерно такие мысли терзали бедную голову гения и дотерзали до того, что в 1938 году он собственными ногами взошел на борт корабля «Старый большевик» и нелегально (спрятанный в каюте капитана) поехал на родину. Лавиния осталась в США. Консульские ребята обещали доставить ее в СССР сразу же после того, как скандал поутихнет, а Лев Сергеевич заново обустроится на расцветшей и похорошевшей родине. Вот он получит место директора Института акустики, почет и уважение в обществе, а тут и супруга прилетит открыто и достойно — в счастливую страну, где живут свободные люди, которым все равно, у кого какой цвет кожи.

Страшные вещи делают с людским мозгом плохая память, хорошая ностальгия и советская пресса. Всего несколько месяцев американский шпион Термен пробыл на свободе — практически в полной изоляции, ибо «дома» все хорошо понимали, что бывает за общение с перебежчиками, американцами и предателями. В 1939 году он был арестован и получил восемь лет лагерей.

Шарашка

Оптический музыкальный инструмент, обнаруживающий движения рук и переводящий их в звуковые и цветовые волны, 1930-е гг.

Первый год Термен честно оттрубил на укладке Магаданского тракта и почти выработал отведенный человеку ресурс выживания. Но ему опять повезло: он попал в знаменитую «туполевскую шарашку» — особую зону для зэков-ученых, от которых взамен более-менее приличного кормления требовали продвижения советской науки к новым горизонтам. В «шарашке» Термен провел всю войну и чувствовал себя там после Колымы сравнительно прилично. Работу его бригада выполняла самую благородную — конструировала для НКВД прослушивающие устройства: микроскопические, замаскированные, для радиомаяков, для самолетов, для телефонных линий, для посольств, для учреждений, для квартир граждан. Все эти годы жена Термена атаковала советское консульство с требованием немедленно переправить ее к любимому мужу, но консульство хранило молчание. Лавинии стало известно о судьбе мужа только в конце 50-х годов.

Дело «Белоголовый орел»

В 1947 году Лев Термен был не только освобожден, но даже и награжден Сталинской премией первой степени за блестящую операцию с установлением прослушки в американском посольстве. Бригада Термена разработала уникальный «жучок» совершенно новой модификации. Он представлял собой полый, лишенный какой-либо электронной начинки, металлический цилиндр с мембраной и торчащим из нее штырьком. Секрет заключался в том, что при облучении внешним электромагнитным полем подходящей частоты полость цилиндра вступала с ним в резонанс и радиоволна переизлучалась обратно через антенну-штырек. «Жучок» вмонтировали в американский герб, сделанный из ценных пород дерева. Американскому послу во время визита в Ялту герб подарили пионеры «Артека». Посол был растроган и повесил его у себя в кабинете. «Жучок» почти 20 лет исправно функционировал, информируя органы буквально о каждом слове, сказанном в приемной посла.

Еще одна жизнь

После освобождения Лев Термен остался в «шарашке», уже вольнонаемным, ибо идти было совершенно некуда. Потом ему выделили двухкомнатную квартиру. Термен женился на молоденькой барышне, и у них родились две дочери. В 1956 году Термена полностью реабилитировали, и еще почти сорок лет он продолжал заниматься любимым делом — изобретал. Правда, великих открытий и гениальных изобретений, таких как терменвокс, дальновидение или звуковая сигнализация, он больше не сделал. Для работы Термену требовались серьезные дотации, лаборатории и квалифицированные помощники, но его отряжали заведовать мелкими, незначительными для фигуры такого масштаба объектами. А в лаборатории КГБ он возвращаться не хотел. Почему — успел объяснить в одном из последних своих интервью. «Время от моей изобретательской работы отнимали всякие глупости. Якобы на Западе придумали устройства для определения, где находятся летающие тарелки, и, чтобы узнавать, кто и зачем их запускает, нам тоже надо было биться над подобными устройствами. Потом — якобы американцами создана аппаратура по передаче мысленной энергии (причем агрессивной) на далекие расстояния — и снова бейся! Я понимал, что это жульничество, а отказаться нельзя. И однажды я решил, что лучше не заниматься этим, а уйти на пенсию. Я и ушел — в 1966 году». В конце 80-х внешний мир зачем-то опять вспомнил о Термене: на Западе вышло несколько посвященных ему статей, где он именовался агентом КГБ, осведомителем и доносчиком. Почти в то же время Термен получил приглашения из Франции и США навестить места «боевой славы» — дать серию терменвоксовских концертов там, где он играл 60 лет назад. Сопровождать отца в этом турне взялась дочь — одна из нескольких десятков профессиональных терменвоксистов в мире.

В 1991 году Лев Сергеевич вдруг вспомнил Ленина и пожалел, что обманул его надежды — не вступил в партию. Термен решил загладить свою вину перед вождем и успел стать членом КПСС — аккурат за несколько месяцев до ее закрытия.

А в 1993 году ученый умер, прожив без трех лет целый век. Причем не какой-нибудь там век, а тот самый, двадцатый, живым воплощением которого и довелось стать Льву Термену. Хотя он, строго говоря, не очень на это и напрашивался, а просто покорно шел туда, куда его тащили цепкие лапы судьбы. Журналист и писатель Елена Петрушанская, успевшая взять у Термена несколько интервью в последние годы его жизни, говорит, что он и сам осознавал эту свою покорность: «Жизнь, сколько бы она ни длилась, надо прожить с достоинством до конца. Похоже, Термену это не удалось.

И я думаю, он об этом знал. Во всяком случае, хотя он рассказывал мне о своей жизни тихим, глухим, без малейшего эмоционального интонирования голосом, сквозь череду фактов проступал скрытый трагизм. Вопль души незаурядной личности, из героев своего века как-то незаметно превратившейся в его жертву».

Тим Блейк из группы Hawkwind во время выступления в Лондоне в феврале 2014 г.Beach Boys

«Good Vibrations» (сингл, 1966).

Led Zeppelin

«Whole Lotta Love» (фильм-концерт/саундтрек «The Song Remains The Same», 1976).

Pixies

«Velouria» («Bossanova», 1990).

Аквариум

«Под мостом, как Чкалов» («Территория», 2000).

Фильмы: «Зачарованный» (1945), «День, когда Земля остановилась» (1951), «Эд Вуд» (1994), «Хеллбой: герой из пекла» (2004).

Фото: Getty Images.

www.maximonline.ru

Термен Лев Сергеевич — Биография

Ле́в Серге́евич Терме́н (15 августа 1896, Санкт-Петербург — 3 ноября 1993 года, Москва) — русский и советский изобретатель, создатель оригинального музыкального инструмента — терменвокса (1920). Лауреат Сталинской премии I степени (1947) за создание подслушивающих устройств.

Лев Термен родился в дворянской православной семье с французскими гугенотскими корнями (по-французски родовая фамилия писалась как Theremin). Мать — Евгения Антоновна и отец — известный юрист Сергей Эмильевич — на образование Льва денег не жалели.

Начало карьеры

Первые самостоятельные опыты по электротехнике Лев Термен осуществил ещё в годы обучения в Петербургской первой мужской гимназии, которую окончил в 1914 году с серебряной медалью.

В 1916 году окончил Петербургскую консерваторию по классу виолончели, параллельно обучался на физическом и астрономическом факультетах Петербургского университета.

В боевых действиях Первой мировой войны не участвовал. В 1916 году его призвали в армию и направили на ускоренную подготовку в Николаевское инженерное училище, а затем на офицерские электротехнические курсы. Революция застала его младшим офицером запасного электротехнического батальона, обслуживавшего самую мощную в империи Царскосельскую радиостанцию под Петроградом.

После Октябрьской революции 1917 года он продолжил работу на той же радиостанции, позже был направлен в военную радиолабораторию в городе Москве.

Расцвет карьеры

В 1919 году Термен стал заведующим лабораторией Физико-технического института в Петрограде. Его взял на работу в Физико-технический институт в Петрограде Абрам Иоффе.

Параллельно с 1923 года сотрудничал с Государственным институтом музыкальной науки в Москве. В 1920 изобрёл электромузыкальный инструмент «Терменвокс», сделавший его впоследствии очень известным. В литературе, посвящённой жизни Ленина, описана его встреча с Терменом в Кремле в марте 1922 года. Во время встречи Лев Сергеевич показывал свой инструмент, объяснял принцип его работы, а Ленин пытался исполнить на терменвоксе «Жаворонка» Глинки.

Будучи весьма разносторонним человеком, Термен изобрёл множество различных автоматических систем (автоматические двери, автоматы освещения и т. д.), сигнализаций и охранных устройств. В 1925—1926 годах изобрёл одну из первых телевизионных систем — «Дальновидение».

В 1927 году при содействии академика Иоффе Термен получил приглашение на Международную конференцию по физике и электронике во Франкфурте-на-Майне. Доклад Термена и демонстрация его изобретений пользовались огромным успехом и принесли ему всемирную известность.

Американский период

В 1928 году Термен, оставаясь советским гражданином, переехал в США. По приезде в США он запатентовал терменвокс и свою систему охранной сигнализации. Также он продал лицензию на право серийного выпуска упрощённой версии терменвокса компании RCA (Radio Corporation of America).

Лев Термен организовал компанию «Teletouch» и Theremin Studio и арендовал в Нью-Йорке на 99 лет шестиэтажное здание для музыкально-танцевальной студии. Это дало возможность создать в США торговые представительства СССР, под «крышей» которых могли работать советские разведчики.

С 1931 по 1938 годы Термен был директором Teletouch Inc. Тогда же он разработал системы сигнализаций для тюрем Синг-Синг и Алькатрас.

Вскоре Лев Термен стал очень популярным в Нью-Йорке человеком. В его студии бывали Джордж Гершвин, Морис Равель, Яша Хейфец, Иегуди Менухин, Чарли Чаплин, Альберт Эйнштейн. В круг его знакомых входили финансовый магнат Джон Рокфеллер, будущий президент США Дуайт Эйзенхауэр.

Лев Сергеевич разводится со своей женой Екатериной Константиновой и женится на Лавинии Вильямс, танцовщице первого американского негритянского балета.

Репрессии и награды

В 1938 году Термена отозвали в Москву. Он тайно уехал из США, оформив на имя владельца фирмы «Teletouch» Боба Зинмана доверенность распоряжаться его имуществом и управлять патентными и финансовыми делами. Термен хотел взять с собой в СССР и жену Лавинию, но ему сказали, что она приедет позже. Когда за ним пришли, Лавиния случайно оказалась дома, и у неё создалось впечатление, что мужа увели насильно. С тех пор и до конца шестидесятых годов в Америке Термен числился умершим, и многие годы в энциклопедических справочниках рядом с его фамилией стояли даты (1896—1938).

В Ленинграде Термен безуспешно пытался устроиться на работу, потом он переехал в Москву, но работу там также не нашёл.

В марте 1939 года его арестовали. Есть две версии того, какое обвинение ему было предъявлено. Согласно одной из них, он обвинялся в причастности к фашистской организации, согласно другой, которую в том числе в своих интервью распространяет его дочь Наталья Термен, он обвинялся в подготовке убийства Кирова. Его вынудили оговорить себя, что группа астрономов из Пулковской обсерватории готовилась поместить фугас в маятник Фуко, а Термен должен был послать из США радиосигнал и взорвать фугас, как только к маятнику подойдет Киров. Особое Совещание при НКВД СССР приговорило Термена к 8 годам лагерей и его отправили в лагерь на Колыму.

Первое время Термен отбывал срок в Магадане, работая бригадиром строительной бригады. Многочисленные рационализаторские предложения Термена привлекли к нему внимание администрации лагеря, и уже в 1940 году он был переведён в туполевское конструкторское бюро ЦКБ-29 (в так называемую «туполевскую шарагу»), где проработал около 8 лет. Здесь его ассистентом был Сергей Павлович Королёв, впоследствии — известный конструктор космической техники. Одним из направлений деятельности Термена и Королёва была разработка беспилотных летательных аппаратов, управляемых по радио — прообразов современных крылатых ракет.

В 1947 году был реабилитирован, но продолжил работу в закрытых конструкторских бюро в системе НКВД, где занимался, в частности, разработкой подслушивающих систем. Одна из его разработок — подслушивающая система «Буран», считывающая с помощью отражённого инфракрасного луча вибрации стекла в окнах прослушиваемого помещения. Именно это изобретение Термена было отмечено Сталинской премией первой степени. Но из-за весьма пикантного статуса лауреата (на момент представления к премии Термен был ещё заключённым) и закрытого характера его работ, о награждении нигде публично не сообщалось. Другая — эндовибратор «Златоуст», подслушивающее устройство без батареек и электроники, проработавшее в кабинете Американских послов незамеченным в течение 8 лет.

В 1948 году у него и его жены, Марии Гущиной рождаются две дочери — Наталья Термен и Елена Термен.

Последние годы

С 1964 по 1967 год Термен работал в лаборатории Московской консерватории, посвятив все силы разработке новых электромузыкальных инструментов, а также восстановлению всего того, что успел изобрести в 1930-е годы. По некоторым данным, в этот период Термен работал «на общественных началах», безвозмездно.

В 1967 году, после публикации в газете The New York Times заметки о том, что Термен жив и работает в СССР, он был уволен из Московской консерватории, все его инструменты были изрублены топором и выброшены на свалку. Не без труда устроился на работу в лабораторию при Физическом факультете МГУ. В главном здании МГУ он проводил семинары для желающих послушать о его работах, изучить терменвокс; на семинары ходили всего несколько человек. Формально Термен числился на должности рабочего, но фактически продолжал самостоятельные научные исследования. Активная научная деятельность Л. С. Термена продолжалась практически до самой его смерти.

В 1989 году состоялась поездка (вместе с дочерью, Натальей Термен) на фестиваль в городе Бурж (Франция).

В 1991 году вместе с дочерью, Натальей Термен и внучкой, Ольгой Термен, он посетил США по приглашению Стэнфордского университета и там, помимо прочего, встретился с Кларой Рокмор.

В марте 1991 года, в возрасте 95 лет, вступил в коммунистическую партию. На вопрос, зачем он вступает в разваливающуюся партию, Термен отвечал: «Я обещал Ленину».

В 1992 году неизвестные разгромили комнату-лабораторию на Ломоносовском проспекте, были разбиты все его инструменты, выкрадена часть архивов. Милиция преступление не раскрыла.

В 1992 году в Москве был создан «Термен-центр», ставящий главной своей задачей поддержку музыкантов и звуковых художников, работающих в области экспериментальной электроакустической музыки. На просьбу Льва Термена снять имя, руководители центра не отреагировали. Лев Термен не имел никакого отношения к созданию центра, названного его именем.

В 1993 году Лев Термен умер. Как писали позднее газеты: «В девяносто семь лет Лев Термен ушел к тем, кто составлял лицо эпохи — но за гробом, кроме дочерей с семьями и нескольких мужчин, несущих гроб, никого не было…» Похоронен на Кунцевском кладбище в Москве.

В настоящее время Наталья Термен продолжает свою работу по развитию максимальных музыкальных возможностей и исполнительской культуры терменвокса.

В 2006 году Пермский театр «У Моста» поставил спектакль «Термен» по пьесе чешского драматурга Петра Зеленки. Спектакль затрагивает самый интересный и драматичный период жизни Термена — работу в США.

В 2011 году начал свою работу первый русскоязычный образовательный проект о терменвоксе — «Терменация».

pomnipro.ru


Смотрите также