Биография александра федоровича керенского


Керенский Александр Федорович 1881 - 1970: биография кратко, годы жизни, деятельность

Российский политический и государственный деятель, министр юстиции, позднее министр – председатель Временного правительства.

Александр Федорович родился в Симбирске в мае 1881 года. Его отец, директор Симбирской гимназии, был дружен с директором Симбирских училищ Ильей Николаевичем Ульяновым, отцом Владимира Ильича Ульянова (Ленина). В 1889 году Федора Михайловича отправили в Туркестанский край, где он стал главным инспектором училищ. В Ташкенте Александр Федорович с золотой медалью окончил гимназию и выехал в Санкт-Петербург, где поступил на юридический факультет университета.

Начало политической деятельности

С окончанием университета он начал свою адвокатскую карьеру. Особый интерес у него вызывали политические процессы. В 1912 году он возглавил Общественную комиссию при Государственной думе по расследованию Ленского расстрела.

Молодой юрист быстро продвигался по карьерной лестнице, и его избрали депутатом IV Государственной думы. Его симпатии были на стороне партии эсеров.

В состоявшейся Февральской революции Керенский –в составе ее ведущих лидеров. Он лично руководил арестами царских чиновников и министров. К его заслугам можно отнести и отречение Николая II и его брата Михаила Александровича. Александр Федорович становится легендой революции, восторженные либералы поклонялись ему, как божеству.

Керенский и Временное правительство

Керенский становится министром Временного правительства. С его помощью была разрушена вся прежняя судебная система. По его распоряжению из тюрем и ссылок вернулись все революционеры. Был ликвидирован Верховный уголовный суд, судебные палаты и окружные суды. Вместе с тем на свободе оказались и уголовники.

Однако в революционных событиях 1917 года не все складывалось в пользу Временного правительства. Сначала провалилось Июньское наступление 1917 года. Всеобщий развал экономики, голод и нищета народа, неудачи на фронте и соответствующий развал армии не способствовали укреплению власти Керенского. В это время он становится во главе Временного правительства и вынужден изменить курс.

Он все больше опирался на консервативно настроенных офицеров и назначил главнокомандующим генерала Корнилова. Но тот в августе 1917 года принял самостоятельные решения и захотел установить свой порядок в Петрограде. Керенский призвал на борьбу с Корниловым большевиков, которых еще вчера считал своими врагами.

В октябре 1917 года ситуация в Петрограде коренным образом изменилась. Большевики штурмом взяли Зимний дворец и арестовали Временное правительство. Керенскому пришлось бежать в автомобиле, выделенном для него американским послом.

Организовать достойное сопротивление новой советской власти Александр Федорович не смог. Через несколько месяцев скитаний по стране он переехал за границу.

Отношения с эмигрантами у него не сложились, ибо все они считали его виновным в падении великой империи.

histrf.ru

Биография Александра Керенского Среднее время прочтения:

Керенский Александр Федорович (рожд. 22 апреля (4 мая) 1881 г. — смерть 11 июня 1970 г.) российский политический и государственный деятель, министр, лидер Февральской революции 1917 года в России, диктатор революционной России в июле – октябре 1917 года.

- Salik.biz

Александр Федорович Керенский – краткая биография (обзор статьи)

Александр Федорович Керенский — адвокат, член Верховного совета масонов России, избирается председателем фракции трудовиков в Государственной думе. Член Временного комитета Государственной думы, заместитель председателя исполкома Петросовета. 1917 год, март — вступает в партию эсеров. Министр юстиции во Временном правительстве, в 1-м и 2-м коалиционном правительствах военный и морской министр при этом оставаясь министром юстиции. С 8 июля по 25 октября 1917 года министр-председатель Временного правительства, с 30 августа одновременно Верховный главнокомандующий. С июля 1918 года — жизнь в эмиграции. 1970 год, 11 июня — скончался в эмиграции, в Америке.

А теперь подробнее…

Детские, юношеские годы. Обучение

Александр Керенский родился в Симбирске — 22 апреля 1881 г. в дворянской семье. Отец — директор мужской гимназии, которую закончили братья Ульяновы. В детстве Саша заболел костным туберкулезом и какое-то время семья проживала в Ташкенте (отец его служил главным инспектором училищ Туркестанского края — по «табели о рангах» его чин соответствовал звания генерал-майор и давал право на потомственное дворянство). По окончании гимназии Александр поступает на историко-филологический, а потом на юридический факультет Петербургского университета, в 1904 г. получает диплом юриста, становится помощником присяжного поверенного столичного округа, его принимают в коллегию адвокатов Петербурга.

Рекламное видео:

Политическое становление

На политических процессах сближается с партией эсеров. Во время революции 1905 года он сочувствовал террору и даже хотел вступить в Боевую организацию эсеров, однако Азеф отказал ему в приеме. За «эсеровскую деятельность» Керенского арестовали, официально – за хранение листовок, и в течении четырех месяцев он пробыл в тюрьме, полгода – в ссылке в Ташкенте. После ссылки Керенский в Петербурге приобретает известность блестящего адвоката, защитника на политических процессах. Он оказывает бесплатную юридическую помощь в Народном доме, работает юрисконсультом среди рабочих, входит в комитет по оказанию помощи жертвам Кровавого воскресенья.

1906 год, октябрь — Керенский прославляется на всю Россию, после выигранного процесса по делу крестьян, разграбивших поместье прибалтийского барона.

1912 год — Керенского избирают депутатом IV Государственной думы по списку Трудовой партии, а с 1915 г. – он становится председателем думской фракции Трудовой партии. Возглавляет думскую комиссию по расследованию расстрела рабочих на Ленских золотых приисках, инициирует акции протеста адвокатов против «дела Бейлиса», за что его приговаривают к 8 месяцам тюрьмы.

Тогда же Александр Керенский вступает в масонскую ложу «Великий восток», в скором времени становится генеральным секретарем ее Верховного совета, лидером масонства России и куратором масонских лож в Украине.

Во время Первой мировой войны Керенский выступает как «оборонец» – сторонник войны против германского блока с целью защиты «революционного отечества».

1916 год, лето — Керенский готовит свержение монархии Николая Второго. С думской трибуны он заявил: «Вся мировая история говорит, что революция была методом и единственным средством спасения государства». Императрица требует, чтобы царь повесил Керенского.

Александр Керенский. Ревель, Эстония. 9 апреля 1917.

Революция — февраль 1917-го

14 (27) февраля 1917-го во время Февральской революции Керенского избирают во Временный комитет Государственной думы и заместителем председателя исполкома Петроградского Совета. В первых числах марта 1917 г. Александр Федорович Керенский как представитель «социалистов» (он только что вступил в партию эсеров) занимает пост министра юстиции Временного правительства. Его считают умелым политиком – символом единства революционных партий (кадетов, октябристов, эсеров, меньшевиков, советских структур). Он подписывает указ про освобождение всех заключенных по политическим и религиозным мотивам, приказ об отмене смертной казни.

Самый молодой министр

В 33 года Керенский становится самый молодым и самый популярным министром в России. 1917 год, 5 мая — после очередного кризиса во Временном правительстве, Керенский занимает пост военного и морского министра, сохранив при этом портфель министра юстиции. Он стремится восстановить боеспособность армии на фронте, провести наступление на юго-западном направлении, сплотить нацию под лозунгом «Все для обороны революции!». Он ездит по фронтовым частям и сутками выступает перед солдатами, пользуясь своим ораторским даром, вдохновляет армию на «оборону революционного отечества». На Первом Всероссийском съезде Советов Керенского избирают членом ВЦИК Советов.

Когда в июле 1917 года в Петрограде проходили вооруженные выступления большевиков и анархистов, Керенских смог подавить их, отправив в тюрьмы наиболее опасных подстрекателей. Большевики уходят в подполье, и казалось, не скоро смогут восстановить свой авторитет в массах. Но ошибкой Александра Федоровича было нежелание немедля арестовать Ленина.

Керенский и Корнилов в Царском селе — арест императрицы Александры Федоровны (март 1917).

Глава Временного правительства

1917 год, 8 июля — Керенский – глава Временного правительства и вместе с тем военный и морской министр. Умеренные революционеры (кадеты и правые эсеры) понадеялись, что он может стать революционным диктатором и сможет обуздать в государстве анархию. Ему же не хватает решительности…

Авторитет председателя правительства в июле-августе 1917 года пошатнулся из-за неудачного наступления на Юго-Западном фронте, развала армии и галопирующей инфляции.

Обещания, которые давались народу, так и не были выполнены, Александр Федорович откладывал важные государственные решения до открытия в ноябре 1917 года Учредительного собрания. Однако не утихающая война и экономический кризис ставят страну на грань голода. Керенский откладывает до созыва Учредительного собрания решение проблем заключения мира, перераспределения земли и собственности, рабочего контроля, национальных автономий… тем временем, как Ленин уже пообещал пролетариям «все и немедленно». Когда надо было принимать решительные меры, он искал компромиссы и «не снимал белых перчаток». Керенский оказался слабым политиком и никудышним диктатором.

Бегство Керенского из Гатчины в 1917 году. (Худ. Г.Шегаль).

Мятеж генерала Корнилова

1917 год, 19 июля — Керенский назначает генерала Корнилова Лавра Георгиевича Верховным главнокомандующим. В то время часть умеренной революционной элиты и офицерства носилась с планом введения в Петроград войск, возобновления смертной казни в армии и установления революционной диктатуры для предотвращения большевистского переворота. Однако Корнилов, на которого была возложена роль «спасителя революции», стремится к установлению единоличной власти и не принимает Керенского в расчет.

Если к середине августа 1917 года Керенский с Корниловым думали установить в государстве двуумвират диктаторов, то в конце месяца в кругах, близких к Корнилову, начали говорить о необходимости ареста Керенского. Узнав это, Глава правительства отстранил от должности Корнилова, однако генерал не стал подчиняться приказу и поднял мятеж, направив на Петроград верные ему войска. Но солдаты генерала отказались воевать с «народом», мятеж был подавлен, а его организаторов, Корнилова и Деникина Антона Ивановича, арестовали.

Подавление мятежа дорого стоило самому Александру Керенскому. Во время мятежа в поисках союзников глава Временного правительства фактически легализовывает партию большевиков и ее «штурмовые отряды» – рабочую Красную гвардию. Как результат, в сентябре – октябре 1917 года, большевики захватывают руководство в Советах, вооружаются и начинают готовиться к восстанию.

От Керенского отказываются офицеры, часть буржуазии и умеренных революционеров.

1917 год, сентябрь — Керенский Александр Федорович становится еще и Верховным главнокомандующим, создает новые органы власти – Директорию и Предпарламент, провозглашает Россию республикой. В то время он считает, что еще в силах подавить все попытки вооруженного восстания большевиков, но в то же время не решается взять на себя личную ответственность и развязать террор против «левых».

Керенский — 1938 год.

Октябрь 1917 года

1917 год, 24 октября — Керенский требует от Предпарламента республики полной поддержки карательных действий правительства против восставших в столице большевиков. Однако и Предпарламент уклоняется от ответственности. По сути большевикам уже не противостоял государственный карательный механизм.

1917 год, 25 октября — во время захвата столицы восставшими Александру Федоровичу каким-то чудом удается выехать из Питера в штаб Северного фронта. Он просит помощи против большевиков. Однако серьезной поддержки в войсках Керенскому так и не удается найти. В момент восстания большевиков Временное правительство оказывается без своего лидера, без поддержки населения и без надежных войск, что и помогло большевикам весьма легко захватить власть в столице.

Керенский смог поднять лишь казаков генерала Краснова. С несколькими тысячами казаков Керенский предпринимает отчаянную попытку прорыва в Питер с намерением переломить ход революции. Но поход Керенского-Краснова на Питер терпит неудачу. Спустя несколько дней после начала наступления на Питер казаки Краснова изменили присяге, хотели арестовать Керенского и выдать его большевикам. Керенский, переодевается в матросскую форму (а не в платье медсестры, как писали об этом советские пропагандисты), и бежит от неминуемой расправы через подземный ход дворца в Гатчине. Он в течении месяца скрывается в селах Новгородской губернии, а в декабре 1917 года пытается договориться на Дону с атаманом Калединым.

Керенского избирают депутатом Учредительного собрания, однако руководство партии эсеров отговаривает его от выступления на открытии Учредительного собрания, дабы не подвергаться опасности ареста. В феврале – апреле 1917 года Керенский живет в Финляндии, все еще надеясь возвратиться в большую политику.

Александр Федорович Керенский в Америке. 1969 год.

Эмиграция

1918 год, май — он нелегально пробирается в советскую Москву и устанавливает контакт с подпольным «Союзом возрождения России». 1918 год, июль — Керенский навсегда покидает Родину, через Мурманск уезжает в Англию. В 1918–1919 гг. он по поручению «Союза возрождения России» вел переговоры с представителями Антанты о возможности совместной борьбы против большевиков. В Париже Керенский – лидер «Внепартийного демократического объединения». В 1921–1922 гг. он принимает участие в совещании членов Учредительного собрания эмиграционных сил (избирается членом исполкома), в работе эсеровского партийного съезда. Но Керенский к тому времени уже растерял весь свой политический капитал и свою популярность, и западные лидеры не видят в нем личность, которая способна обуздать большевиков и сплотить нацию.

1922–1940 гг. — Александр Федорович Керенский проживает в Берлине и Париже, он – член Российского общественного комитета, редактор газеты «Дни» и журнала «Новая Россия», выступает против фашизма и сталинизма. 1940 год, лето — он уезжает в Америку, входит в американскую группу российских эсеров-эмигрантов. Во время Второй мировой войны Керенский агитирует за помощь Советскому Союзу, сотрудничает с западными демократами. 1949 год — он, один из организаторов Лиги борьбы за народную свободу, в 1951-м вошел в Совет освобождения народов России.

1950–1960-х годах Александр Федорович работает в архивах Стенфордского университета и Гуверовского института войны, революции и мира. 1965 год — выходят его воспоминания «Россия на историческом повороте». Многие из эмигрантов обвиняют лидера Февральской революции в содействии крушению монархии и развале «великой России», в том, что он «сдал» Россию большевикам. Ленин назвал его «героем левой фразы», Троцкий – «временщиком исторической минуты». Перед смертью Александр Федорович произнес: «Я погубил Россию! Но, видит Бог, я желал ей свободы!» В последние годы он жил в бедности, потерял зрение, оказался в полной изоляции. Скончался бывший Глава Временного правительства в Нью-Йорке 11 июня 1970 г.

salik.biz

Керенский Александр Федорович

Русский общественный и политический деятель, глава Временного правительства России в июле-октябре 1917 года.

Александр Федорович Керенский родился 22 апреля (4 мая) 1881 года в семье Федора Михайловича Керенского (1840-1912), директора Симбирской классической гимназии. Его детские годы прошли в Симбирске, а затем в Ташкенте, куда его отец был переведен на должность главного инспектора училищ Туркестанского края. В 1890-1899 годах А. Ф. Керенский учился в Ташкентской мужской гимназии, которую окончил с золотой медалью. В 1899-1904 годах он был студентом Санкт-Петербургского университета (первоначально учился на историко-филологическом факультете, со второго курса перешел на юридический факультет). По окончании университета А. Ф. Керенский стал помощником присяжного поверенного. Во время Революции 1905-1907 годов он сблизился с партией эсеров. В декабре 1905 года он был арестован за хранение эсеровских листовок и находился в тюрьме до весны 1906 года. После освобождения А.Ф. Керенский стал популярным адвокатом, выступавшим на политических процессах.

В 1912 году А. Ф. Керенский был избран депутатом IV Государственной думы от города Вольска Саратовской губернии. С 1915 года он был лидером думской фракции «трудовиков».

В феврале-марте 1917 года А. Ф. Керенский стал одним из активных участников Февральской революции в Петрограде, выдвинулся в первые ряды лидеров демократического движения. Он был членом Временного комитета Государственной думы, товарищем председателя исполкома Петросовета, вошел в состав Временного правительства России и стал членом партии эсеров.

А. Ф. Керенский единственным из членов Временного правительства находился у власти с февраля по октябрь 1917 года. Он последовательно занимал посты министра юстиции (март-май), военного и морского министра (май-сентябрь) и министра-председателя Временного правительства (июль-октябрь). На весну 1917 года приходится пик популярности А. Ф. Керенского, создавшего себе образ «народного вождя». Провал его первого крупного политического проекта – июньского наступления русской армии – нанес ощутимый удар по его престижу.

Предпринятая в августе 1917 года неудачная попытка генерала Л. Г. Корнилова установить военную диктатуру, получившая в историографии название «корниловского мятежа», продемонстрировала слабость Временного правительства. А. Ф. Керенский воспользовался ситуацией для того, чтобы сосредоточить в своих руках практически диктаторские полномочия. 30 августа (12 сентября) 1917 года он занял пост верховного главнокомандующего русской армией. 1 (14) сентября 1917 года Временное правительство передало всю полноту власти «Совету пяти» или «Директории» во главе с А. Ф. Керенским. Формальное усиление его полномочий сопровождалось резким падением общественного доверия.

25 октября (7 ноября) 1917 года Временное правительство было свергнуто в результате организованного большевиками, левыми эсерами и анархистами вооруженного восстания в Петрограде, впоследствии названного Великой Октябрьской социалистической революцией. За несколько часов до восстания А. Ф. Керенскому удалось покинуть город на автомобиле американского посольства и прибыть в штаб Северного фронта в Пскове.

В октябре 1917 года А. Ф. Керенский пытался организовать поход воинских частей 3-го конного корпуса генерала Н. П. Краснова на революционный Петроград, однако большого успеха это предприятие не получило.

С октября 1917 по июнь 1918 годов А. Ф. Керенский большую часть времени жил в России на нелегальном положении, потеряв все возможности влиять на развитие политической ситуации в стране. В июне 1918 года он выехал за границу.

В 1918-1940 годах А. Ф. Керенский жил во Франции, в 1940-1970 годах – в США. Он стал автором мемуаров, исторических исследований и документальных публикаций по истории русской революции.

А. Ф. Керенский скончался 11 июня 1970 года в своем доме в Нью-Йорке (США). Похоронен в Лондоне.

www.bankgorodov.ru

Краткая биография Александра Керенского

Керенский Александр Фёдорович (1881—1970), российский политический деятель, глава Временного правительства (1917 г.).

Родился 4 мая 1881 г. в Симбирске (ныне Ульяновск) в семье директора гимназии. После гимназии окончил юридический факультет Петербургского университета (1904 г.) и работал адвокатом. Получил известность благодаря своим выступлениям на политических процессах.

В 1912 г. Керенский был избран в 4-ю Государственную думу как депутат от города Вольска и возглавлял фракцию трудовиков. После Февральской революции он занял пост министра юстиции во Временном правительстве, а также был одним из заместителей председателя Петроградского совета; вступил в партию эсеров.

В мае возглавив военное министерство, много сделал для организации июньского наступления на фронте. В провале наступления обвинил большевиков, ввёл на фронте смертную казнь и учредил военно-революционные суды.

В июле 1917 г. Керенский стал премьер-министром; он объявил Россию республикой. Попытка Л. Г. Корнилова в сентябре 1917 г. установить военную диктатуру свидетельствовала о слабости власти Керенского. Неспособность стабилизировать положение в стране и отказ поддержать Корнилова вызвали ненависть правых, а борьба с большевиками — противодействие левых сил.

В ночь на 25 октября 1917 г., когда началось Октябрьское вооружённое восстание, Керенский бежал из Петрограда. После разгрома пытавшихся оказать сопротивление большевикам частей генерала П. Н. Краснова, он скрылся на Дон, затем эмигрировал во Францию (1918 г.).

С 1940 г. жил в Нью-Йорке. Постоянно выступал против сталинской диктатуры, но в первые дни Великой Отечественной войны заявил о поддержке СССР.

До конца жизни верил в возрождение свободы в России.

Умер 11 июня 1970 г. в Нью-Йорке; похоронен в Англии, где жили его сыновья.

citaty.su

Биография Керенского Александра Фёдоровича

Одной из наиболее заметных личностей среди общественных и политических деятелей России является Керенский Александр Фёдорович. Он возглавлял российское Временное правительство в результате Февральской революции 1917 г., руководил страной в один из самых критических для нее периодов её существования. Его руководство в значительной степени определило финал Октябрьской революции.

Детские и юношеские годы

Родиной будущего революционера и знаменитого политика был город Симбирск, где А. Ф. Керенский родился 22 апреля (4 мая) 1881 г. Он был потомственным дворянином (этот статус его отец получил в результате продвижения по службе в области народного образования), в детские годы отличался религиозностью и приверженностью монархизму. Во время учёбы в гимназии каких-то особых дарований не обнаружил, кроме актёрских способностей — он был одним из ведущих актёров любительского театра.

Окончив в 1899. г. в Ташкенте (куда его отец переехал по службе) гимназию с золотой медалью, Александр Керенский уезжает в Санкт-Петербург, где поступает на юридический факультет столичного университета, а после завершения учёбы в 1904 г. начинает работать помощником присяжного поверенного. В этом же году он женится на своей первой супруге Ольге Барановской, которая вскоре родит ему двоих сыновей.

Политическая карьера

Можно считать, что биография Керенского как политика началась ещё во время его университетской учёбы, когда он участвовал в протестном студенческом движении. А в 1905 г. последовал первый арест по обвинению в принадлежности к партии эсеров. Решением суда по этому делу он в апреле 1906 г. отправляется, забрав с собой жену и сына, в ссылку в Ташкент, но уже в августе возвращается в Санкт-Петербург.

Адвокатская практика

После возвращения из ссылки А. Керенский начинает активно заниматься адвокатской практикой, сосредоточившись на защите обвиняемых по политическим делам. Участвует в процессах по:

  • Ленскому расстрелу 1912 г.;
  • делу Бейлиса.

Адвокатская деятельность Керенского увеличивает его популярность, в 1912 г. он избирается в IV Государственную думу от партии трудовиков, где работает в бюджетной комиссии.

В 1912 г. будущий правитель России примыкает к масонскому движению.

В это же время он снова начинает подвергаться преследованию властей: после участия в деле Бейлиса Керенский в июле 1914 г. предстаёт перед судом по процессу «25 адвокатов», в результате которого получает восьмимесячный срок заключения.

К началу Февральской революции Керенский становится известным политическим деятелем. Особенно укрепил его репутацию обличителя пороков царского режима практически прямой призыв к свержению самодержавия, озвученный им 16 декабря 1916 г. в Государственной думе. Высказывания подобного рода были слышны от него неоднократно вплоть до отречения Николая II от власти.

Февральская революция и Временное правительство

27 февраля 1917 г. А. Керенский призывает не подчиняться царскому указу прекратить заседания Думы, что было прямым нарушением законов Империи и началом конца самодержавия. Спустя несколько дней он содействует отречению от власти великого князя Михаила Александровича.

После создания 2 марта Временного правительства Керенский становится в нём министром юстиции, а когда в мае совместно с социалистами было сформировано коалиционное правительство — входит в него как военный и морской министр. В этой должности он формирует состав министерства не по профессиональным качествам сотрудников, а по степени их участия в февральском перевороте, что не могло не отразиться в дальнейшем на его работе.

В июне 1917 г. А. Керенский пытается организовать наступление на фронте, которое окончилось провалом. Достигшая к этому времени своего максимума популярность министра из-за этого поражения резко снизилась. К тому же по Петрограду всё сильнее начинают циркулировать слухи о его будто бы роскошной жизни в Зимнем дворце; не выдержав бесконечных неприкрытых измен, от Керенского уходит жена, забрав с собой детей.

Провалившееся Июньское наступление спровоцировало отставку князя В. Львова с поста председателя Временного правительства. Министром-председателем становится А. Керенский, продолжая оставаться при этом военным и морским министром. С 12 июля новый председатель начинает выпускать денежные знаки, позже получившие известность как «керенки», 19 июля на должность Верховного главнокомандующего им назначается Л. Корнилов.

От Корниловского мятежа к Октябрьскому перевороту

После июльской попытки захвата власти большевиками Л. Корнилов 26 августа предлагает Керенскому меры по усилению правопорядка в государстве. В числе его предложений:

  • исключить из правительства министров, которые стремятся допустить к управлению Россией крайне левые силы;
  • перестроить работу правительства так, чтобы в стране появилась сильная, твёрдая власть.

Но глава правительства, опасаясь потерять в результате этого своё влияние, отвергает предложение Главкома и пытается сместить его с должности.

Л. Корнилов отказывается подчиняться приказам Керенского и решает с помощью верных ему воинских частей совершить военный переворот, чтобы полностью покончить с большевиками.

Чтобы не допустить корниловские части в столицу, А. Керенский идёт на союз с большевиками, разрешив вооружить их Красную гвардию, которая через два месяца сыграет ключевую роль в свержении Временного правительства. Одновременно большевистские агитаторы проникают в корниловские полки и убеждают их остановить наступление. Л. Корнилова и его сподвижников арестовывают.

После провала Корниловского мятежа Ф. Керенский распускает Думу и объявляет себя Верховным главнокомандующим, превращаясь формально в диктатора, власть которого была, по сути, иллюзорной, так как больше не было воинских частей, способных и желающих встать на защиту правительства во время уже неизбежного восстания большевиков. Поэтому в дни Октябрьского переворота ему пришлось просто бежать из города. Предпринятая сразу же вслед за этим попытка с помощью частей генерала Краснова вернуть власть окончилась неудачей.

Жизнь в эмиграции

В середине 1918 года А. Ф. Керенский эмигрировал из страны, как оказалось, навсегда. Попытки бывшего правителя России наладить отношения с эмигрантскими кругами, чтобы организовать интервенцию для свержения большевиков, не увенчались успехом: его никто не воспринимал всерьёз, а многие относились даже враждебно, считая одним из главных виновников политической катастрофы в России.

За границей А. Керенский сначала жил в Париже, где на протяжении одиннадцати лет (1922−1932) занимался редактированием антисоветской газеты «Дни». В 1940 г., после вторжения во Францию Третьего Рейха, уехал в Америку, где написал свои мемуары, многочисленные статьи и книги по истории Русской революции.

Личная жизнь в эмиграции также не сложилась. Керенский вывез в Англию из Эстонии сумевшую бежать туда из России после нескольких лет скитаний и травли властями Ольгу с сыновьями, но отношений с ней не восстановил. Жизнь со второй женой (с 1939 г.), журналисткой Лидией Триттон, тоже была недолгой — она умерла от онкологического заболевания на руках у мужа в 1946 г.

Умер Александр Керенский 11 июня 1970 г. от рака в Нью-Йорке. Похоронен в Лондоне, где тогда проживал его сын.

Роль А. Ф. Керенского до сих пор оценивается неоднозначно. Многие считают его чуть ли не главным виновником падения самодержавия, другие обвиняют в изначальной неспособности управлять такой огромной страной, как Россия, что и привело к большевистской катастрофе. Но отрицать значение этой личности для истории России невозможно.

diaryrh.ru

Керенский: куда приводят мечты революционера - Православный журнал "Фома"

27 февраля 1917 года на продуваемую злым ветром Тверскую улицу (питерскую Тверскую, не путать с ее московской тезкой!) вышел из своего дома депутат Государственной Думы, присяжный поверенный Александр Федорович Керенский. Дверь с тяжелыми хрустальными стеклами грохнула у него за спиной, как зубами клацнула, словно хотела укусить. Керенский покосился на величественное привидение Смольного собора, висевшего в воздухе над марлевой завесой позёмки, а потом решительно повернулся в другую сторону, лицом к неразличимому отсюда Таврическому дворцу, и поднял воротник своего щегольского, негреющего пальто… Всего час тому назад ему позвонили оттуда, и дрожащий голос произнес долгожданное, заветное:— Началось!

Социальный шторм, который все предвкушали с таким лихорадочным нетерпением, который в упоении звал горьковский Буревестник, наконец-то действительно обозначился на горизонте. Нескольким сотням образованных людей удалось-таки раскачать лодку Империи, привести в движение косные массы. Очень скоро воспетая ими Революция сметет их всех, одного за другим, раскидает по планете, как чудовищное цунами, кого-то и проглотит; а они-то рассчитывали в охотку попрыгать на волнах!

Так и тянет в ущерб документальности и научности воспользоваться киношным приемом: на мгновение остановить кадр, с разных сторон показать застывшую сцену с одинокой черной фигурой, дать зрителю и самому герою насладиться драматическим моментом, оценить его по достоинству… По-режиссерски кричу в мегафон:

— Внимание, Александр Федорович! Это — самый, самый главный, роковой, поворотный момент вашей жизни! Дверь, что захлопнулась только что за вашей спиной, уже никогда не откроется! С вашей семьей — женой, красавицей Ольгой, и мальчишками, Олегом и Глебом, — вы никогда больше не будете вместе! Ни к ним, ни в квартиру эту вы не вернетесь. Более того: само это казенное жилище, предоставленное вам государством как депутату, станет для вас последним собственным домом…

Нет, не слышит… слишком громко свистит в ушах разбойный февральский ветер с Невы.Ему предстоит несколько следующих дней кое-как ночевать на сдвинутых креслах; потом несколько месяцев маяться в квартире министра юстиции с царскими портретами по стенам, в обществе скорбной жены арестованного предшественника, а потом ненадолго поселиться в великоватых для его щуплой фигуры царских покоях…

А дальше — полвека скитаться, искать себе пристанища, расписываться в книгах для постояльцев недорогих отелей, уповать на щедрость женщин и случайных благотворителей — и повсюду, ото всех слышать в свой адрес одни упреки и проклятья…

Убить царя

Биография этого уникального человека, первого и последнего «президента» так и не провозглашенной Российской Республики, сегодня, можно сказать, малоизвестна*. А ведь он взлетел бесстрашным сёрфингистом на самый гребень революционной волны: женщины кричали от ужаса и восторга и швыряли к его ногам свои драгоценности, мужчины злились или завидовали. На виду у всех он проделывал головокружительные трюки, что называется, «откалывал номера»: к цепочке этих отчаянных, с риском для жизни проделанных «номеров» и свелась вся его бешеная политическая карьера. Краткие мгновения славы, а потом — затяжная расплата: предательство союзников и выдвиженцев, злые и прилипчивые сплетни, полвека скитаний, забвение на родине и остракизм в среде русской эмиграции. И в конце — унизительная старческая немощь, мучительная смерть, запрет на погребение в земле православных погостов и могила на лондонском кладбище «для лиц без вероисповедания».

Конечно, всем этим он обязан в первую очередь особенностям своего характера. Пылкий, нетерпеливый, всегда тяготевший к крайнос­тям, он и в более спокойные времена едва ли остался бы безвестным. Но ему выпало жить в эпоху, когда «невозможное стало возможным»; когда яркий поступок, вовремя брошенное огненное слово весили больше, чем годы упорного труда или профессиональные навыки. Керенский был медиаперсонажем, опередившим время и развитие техники: говорят, если бы в годы его славы существовало телевидение, он правил бы Россией до конца своих дней… Но революционные матросы, ловившие его в 1917-м в коридорах Гатчинского дворца, телевизор не смотрели.

Саша Керенский родился 22 апреля (по новому стилю — 4 мая) 1881 года, через месяц с небольшим после зверского убийства Александра II Освободителя. Царская тема пройдет через всю судьбу Керенского. Через 13 лет учеников Ташкентской гимназии выстроят в широком коридоре, чтобы сообщить им трагическое известие о смерти императора Александра III. Скорбное благообразие мероприятия будет нарушено происшествием: один из гимназистов, услышав о смерти Самодержца, лишится чувств, драматически упадет в обморок на глазах у всех. Надо ли говорить, что гимназистом этим был Саша Керенский, сынок директора гимназии?

Пройдет совсем немного лет, и тот же самый чувствительный юноша, Александр Керенский, сам предложит себя подпольщикам-террористам в качестве цареубийцы: он будет искать контакта с эсерами, чтобы поучаствовать в покушении на жизнь Николая II. Но опытные и проницательные бомбисты из партии «социалистов-революционеров», познакомившись с Керенским и рассмотрев его вблизи, признали адвоката непригодным для столь серьезного дела.

И тем не менее именно Керенскому суждено в феврале 1917-го в качестве министра юстиции Временного правительства арестовать царскую семью, открыв тем самым для пяти невинных детей путь на Голгофу. Впрочем, в те дни Керенский будет публично клясться: «Я лично посажу их на пароход!»… Но тут же в легкомысленном разговоре с единомышленниками при упоминании о царе он сделает многозначительный жест, проведя указательным пальцем поперек шеи — и беспечно заметит, что Революция требует этой жертвы… Цирковая гибкость политика: говори одно, думай другое, делай третье.

Когда в далекий Тобольск к царственным узникам долетит — с большим опозданием — весть о свержении Керенского, государь с необычным для него сарказмом усмехнется:

— А он говорил, что народ так любит его…

Насмешка Ильича

Биография скромного и провинциального присяжного поверенного, которому суждено было стать первым демократическим самодержцем России, причудливо переплелась не только с судьбой его венценосных предшественников, но также и с судьбой политического преемника, Владимира Ленина.

Они родились в одном и том же городе, Симбирске; отцы обоих служили по линии народного просвещения. Федор Керенский забрался по карьерной лестнице выше Ильи Ульянова — и впоследствии оказывал детям земляка весьма ощутимое покровительство. Вот что будет позже говорить об этом сам Александр Керенский:

«Состоялось знаменитое покушение на жизнь императора Александра Третьего. Старший Ульянов, Александр, принимал участие в этом покушении и был казнен. И когда Владимир, второй сын, закончил школу, гимназию, ему было сложно поступить в университет. Тогда мой отец написал документ, в котором рекомендовал Владимира Ульянова как образцового ученика. Благодаря этому он смог получить образование, поступить в университет».

Хочется сделать на полях истории жирную отметку, поставить восклицательный знак: государственный чиновник довольно высокого ранга, Федор Керенский, дает отличную рекомендацию брату казненного государственного преступника, по нашей сегодняшней терминологии — террориста! И тем самым обеспечивает Владимиру Ульянову социальную адаптацию, наилучшую из возможных — выписывает ему, пользуясь советским клише, «путевку в жизнь».

Александр Керенский, вопреки расхожему мнению, с будущим «Лениным» практически не общался. «…У нас не было непосредственных контактов, — объяснит он позже, — потому что он был старше лет на десять. Даже на двенадцать. Но я в детстве был знаком с его матерью. Его отец умер, когда я был совсем маленьким…»

Впрочем, в решающий момент Александр Федорович спасет Владимира Ильича: в июльские дни 1917-го Керенский, будучи министром юстиции, своевременно предупредит Ульянова о предстоящем неминуемом аресте по обвинению в сотрудничестве с неприятелем (немцами); а ведь в жизни революционера, как известно, главное — это вовремя смыться…Дважды спасенный Керенскими, отцом и сыном, вождь мирового пролетариата по-своему «отблагодарит» земляка: не без его ведения возникнет и пропишется в истории миф о бегстве Керенского, переодетого в медсестру, из Зимнего дворца. Эта нелепость станет настоящим кошмаром, сопровождавшим Керенского буквально до последнего вздоха.

Генрих Боровик, встречавшийся с ним в 1966-м, вспоминает:«Он прямо закричал: ну скажите вы там, в Москве — ну не бежал я, переодевшись женщиной! Ну, есть же там у вас умные люди!»

Впрочем, «не все так однозначно»: и переодевание, и бегство все же имели место, но не там и не тогда. Чуть позже, пойманный в ловушку в Гатчине, Керенский избежал неминуемой выдачи на расправу, переодевшись в матроса и благополучно проскользнув мимо революционного сброда, заполнившего Гатчинский дворец — родной дом того самого императора Александра III, при известии о смерти которого он в детстве упал без чувств…

Блеск и ужас Петербурга

Пора бы вспомнить, однако, что пока мы «растекались мыслию по древу», Керенский стоял там, где мы его оставили: на пороге собственного дома. И для него — все еще утро 27 февраля 1917 года. Оживим наш стоп-кадр, приведем в движение кинопроектор истории. Поднимемся выше колокольни Смольного собора, выше низких февральских облаков; не претендуя на глубину и полноту, окинем беглым взглядом общий расклад сил и действующих лиц. Итак, покуда есть еще русский царь, занятый войной, армией, подготовкой весеннего наступления (имевшего все шансы стать победным); есть огромная страна, напрягающая все силы перед лицом страшного и кровавого испытания; и — отдельно — есть блистательный Петербург, столица империи: великий город живет своей собственной жизнью.

Тут стразами сверкают и переливаются поэты и художники Серебряного века — великие имена будущей всеевропейской славы нашего Отечества… Тут трудится в красивейших дворцах неспешное консервативное правительство; его составляют квалифицированные, но не самые решительные люди России… А еще тут бурлит и пенится пестрая «общественность»: в ресторанах и актовых залах, в курительных салонах и на благо­творительных вечерах она во всеуслышание называет правительство «бездарным» и требует немедленно, прямо в разгар войны допустить к рулю государства их самих, честных и талантливых…

А между тем по страшным питерским подворотням шныряют немецкие шпионы, в тиши кабинетов плетет кружева британская разведка, ездят по фабрикам и заводам агитаторы-марксисты. И томятся от безделья в казармах тысячи, десятки тысяч солдат запасных полков, прижившихся в городе с его соблазнами и утехами, готовых отдать душу дьяволу, лишь бы избежать отправки на фронт.

Керенский в Севастополе. Май 1917

И над всем этим взбаламученным морем возвышается круглым куполом Таврический дворец, Четвертая Государственная дума, собрание «народных представителей» — тех самых, которые, как говорилось в царском указе, призваны помогать исторической наследственной власти вести русский государственный корабль по бурным волнам истории.

Кого они «представляют», эти «представители»? Вот, Керенский, например, был избран в Думу от города Вольска, в котором никогда не бывал. Но разве это важно? Важно день за днем бросать в лицо власти страшные обвинения, которые даже доказывать не нужно — власть виновата по определению, а ее обвинитель автоматически становится «лучшим человеком страны»!

Эту нехитрую механику Керенский постиг еще в 1912-м, когда — именно как неподкупный представитель «общественности» — прибыл для расследования трагических событий на Ленских рудниках. Там в результате стечения обстоятельств и неловких действий местной администрации погибли рабочие. Правительство направило к месту происшествия специальную комиссию; но не дожидаться же, в самом деле, результатов расследования! И вот в Иркутскую губернию буквально прилетает на крыльях праведного гнева молодой и пылкий Керенский и, поселившись напротив сенатора Манухина, руководителя правительственной комиссии, начинает строчить ежедневные разоблачительные фельетоны в столичные газеты. Кто помнит трудягу Манухина, кропотливо изучавшего факты, помогавшего пострадавшим и их семьям? Никто. А вот Керенский успешно «оседлал волну»: она поднимет его на такую высоту, что он без труда шагнет из своей полубезвестности в Государственную думу, в революцию, в портретную галерею истории.

Тенора революции

Справедливости ради надо сказать, что в величественном зале заседаний Таврического дворца Керенский поначалу выглядел довольно бледно. «Он всегда слишком нервничал. Не без основания его называли неврастеником, — вспоминал его первые выступления депутат Демьянов. — Он обладал громким и излишне резким голосом, в речах его всегда слышались высокие крикливые ноты. Он никогда не говорил спокойно, и это слушателей иногда раздражало. Вообще, слушать его было довольно тяжело». Это потом его красноречие будет всеми признано; он даже «удостоится» сравнения с Гитлером по силе воздействия на слушающих. А пока он «на подпевках» влился в ряды многочисленных крикунов и демагогов, которых современник едко назвал «тенорами революции». Бородатые и лысые, безупречно одетые, вкусно поевшие в прекрасном думском буфете, они сменяли друг друга на трибуне, соревнуясь в смелости, которая ровно ничего не стóила: премьер Столыпин, вызвавший на дуэль «потерявшего берега» депутата, давно убит, а других охотников поставить думских краснобаев на место не предвиделось.

Александр Керенский дает интервью бельгийскому телевидению. 1967

Однако в этих залах и коридорах не просто упражнялись в краснобайстве: невидимая постороннему глазу, здесь шла напряженная подготовительная работа к захвату государственной власти. И наш Керенский, внук священника и сын одного из столпов русского просвещения, делая самые первые шаги по всероссийской политической сцене, вступит во влиятельный клуб, который окажет на его дальнейшую карьеру самое решительное воздействие. Таким клубом было политичес­кое масонство. Позаимствованное в Европе вместе с прочими «плодами Просвещения», это тайное общество если когда и было, как нас уверяют, прекраснодушной организацией гуманитариев, давно перестало ею быть. Трактаты Новикóва, полные символов архитектурные проекты Матвея Казакова, рыцарские обряды, покорившие сердце самого императора Павла I, остались в XVIII веке.

К началу ХХ века масонские ложи превратились в тайные кружки круговой поруки, в кузницы карьеры, немного похожие на закрытые и престижные «студенческие общества» американских университетов. Трудно поверить беспечности и толерантности самодержавия: в стенах важнейшего из государственных учреждений почти официально, без помех функционировала ячейка этой весьма своеобразной организации — строила планы по захвату власти, формировала списки будущего высшего звена государственного управления, терпеливо, с клетки на клетку, продвигала своих и задвигала чужих. На первых этапах революции расчет масонских закулисных технологов блестяще оправдался: первое Временное правительство было практически сплошь масонским. Кто их выбрал, кто назначил, уполномочил принимать непоправимые решения с далеко идущими последствиями? Неужели — темная закулиса, тайные общест­ва, резиденты зарубежных разведок? Или взбаламученная, неграмотная революционная толпа, охотно голосовавшая за того, кто крикнет громче, выкинет самое неожиданное коленце?

К началу 1917 года Керенский уже давно не был рядовым членом ложи: он удостоился титула ее генерального секретаря! Это запоминающееся словосочетание еще не раз всплывет в новейшей истории нашей страны.

Ставка на пиар

И все-таки вплоть до утра 27 февраля он оставался «одним из…» — представителем думской массовки. Показательно, что государыня императрица, возмущаясь в письме мужу наиболее дерзкой из речей Керенского, называет его Кедринским — настолько эта фамилия не на слуху. Могла ли она знать, что совсем скоро этот самый «Кедринский» лично отдаст приказ об аресте ее и ее детей? И предстанет перед царем, которого когда-то мечтал убить, вершителем его судьбы, полномочным представителем «новой России»?

…Не было и половины девятого, когда Керенский через боковую дверь («библиотечный подъезд», известный только посвященным) проник в Таврический дворец. В здании царила истерическая атмосфера. Коллеги Керенского, господа депутаты, пребывали в полной растерянности: столько лет они призывали бурю, а теперь, когда буря грянула, не знали, что предпринять. Один лишь Керенский всем своим видом показывал, что контролирует ситуацию и точно знает, что делать.Попробуем теперь по достоинству оценить поразительную кривую его взлета на гребень волны! Он вышел из дома одним из депутатов Думы, одним из «теноров революции», бросающих в пороховой склад набитой вооруженными людьми столицы искры красноречия. А уже к вечеру он стал — единственным уверенным в себе человеком в растерянном русском парламенте, настолько уникальным и незаменимым, что умудрился вскоре войти в обе конкурирующие структуры власти — и во Временное правительство, и в Совет рабочих и солдатских депутатов!

Вот живая картинка, нарисованная участником и очевидцем событий того дня, Василием Шульгиным. Распахнув дверь, Керенский как привидение возник на пороге комнаты, в которой самоназначенные «министры» пытались выработать хоть какой-то план действий:

«Театральным жестом Керенский бросил пакет на стол:

— Наши секретные договоры с державами… Спрячьте…

После этих слов Керенский вышел, хлопнув дверью, а присутствующие в недоумении уставились на пакет.

— Что за безобразие, — сказал Родзянко, — откуда он их таскает?»

Так в чем же был секрет его силы, которую он черпал из электризованного воздуха революции, буквально из ниоткуда?

Первым среди российских политиков он сделал ставку на пиар (хотя до появления такого понятия в словаре политтехнологов оставались еще долгие десятилетия). Он научился не держаться за бесполезные аргументы, не выдвигать никому не нужные резоны, не захлебываться в разъяренном народном море, а скользить по его волнам, балансировать над его пучиной… Даже до буквального: после одной из брошенных им ярких, но совершенно бессмысленных фраз («Верите ли вы мне?! если — нет, то можете меня убить!») люди в шинелях подхватят его на руки и с воем восторга понесут из зала прочь — прямо к вершинам власти!

Для того, кто пытается представить себе тайные пружины истории, заглянуть в темный колодец, из которого вылетает человекоядный змей гражданской междоусобицы, биография Керенского — увлекательный, полный загадок и подсказок сюжет, далеко не исчерпанный…

«Кем ты стал!»

Отдельная увлекательная тема — проследить за тем, как стремительно схлынула волна восторгов, как хор тошнотворных восхвалений («…кристально-чистый, честный, искренний, мягкой души, скромный и деликатный до застенчивости…») сменился злословием и проклятиями. Питерские обыватели передавали из уст в уста сплетни и слухи — о том, что он якобы заказал чайный сервиз с монограммой «Александр IV», что он спит в Зимнем дворце в постели императрицы… Отсюда и прилепилось к Керенскому обидное прозвище «Александра Федоровна». Великолепный Бальмонт свысока пенял ему: «Кем ты был, кем ты стал! Посмотри на себя…» То, что еще недавно приводило революционный Петербург в состояние экстаза — его ораторские импровизации, его полувоенный френч, — станут теперь вызывать лишь смех и отвращение. А он-то остался тем же, каким был всегда! Забегая вперед, скажем: и через 10, и через 20, и через 30 лет, на чужбине, в изгнании, стареющий, нищий, почти слепой, он останется тем же — верящим в себя и свою правоту, самовлюбленным, нелепым в своем непрерывном лицедействе (еще в гимназии, а затем в университете он принимал участие в театральной самодеятельности и в письмах родителям подписывался «…будущий артист императорских театров»; современники утверждали, что ярче всего он проявил свои способности в роли Хлестакова.., из которой так и не смог выйти).

Еще во времена Государственной думы девушка-стенографистка однажды попросила у него тезисы его выступления, для упрощения работы по расшифровке его речи. «Какие там «тезисы»! — воздел он руки в комическом изумлении. — Когда я готовлюсь выступать, никогда не знаю, что скажу; а когда закончил — никогда не помню, что говорил!»

И этот-то человек самоуверенно взвалил на себя верховную власть в воюющей, охваченной беспорядками стране с тысячелетней историей, сотнями народностей, тысячами накопившихся социальных противоречий!

«Мы не совершали ошибок», — бросит он в конце своей долгой жизни. Почему же тогда для всех — и для союзников, и для политических противников, и для красных, и для белых — он стал ненавистным лузером, символом бессилия и поражения?

Смерть «месье президента»

Он пережил всех. Царя-мученика, которого малодушно обрек на смерть. Тяжеловесов и мудрецов Временного правительства, людей рассудительных и авторитетных, никогда не принимавших его всерьез, — Милюкова, Гучкова, Набокова-старшего… Героического Лавра Корнилова, который чуть было не повернул вспять колесо истории, но был арес­тован Керенским, что и предрешило крах «временных» властителей России. Пережил своего земляка Ленина, который отнял у него власть. Он стал сторонним свидетелем победы его страны над Гитлером, испытания советской атомной бомбы, из своего XIX века он шагнул аж в 50-е, 60-е годы XX века, дополз до порога 70-х… Проницательная писательница Нина Берберова назвала его «человеком, убитым 1917 годом». И никакие воспоминания, письменные и устные, никакие интервью, лекции в заморских университетах не компенсировали его бессрочной отставки от жизни. Он любил повторять, что старается чаще летать самолетом, так как надеется погибнуть в авиакатастрофе… Но Бог наказал Керенского сказочным долголетием — и чашу унижений, разочарований и угрызений Александр Федорович испил до самой последней капли.

Во время одной из горчайших старческих болезней сыновья (когда-то, в угаре революционных дней, брошенные им в опасности и болезни, без средств к существованию, но с несмываемым пятном смертельно опасной фамилии) пристроили его, неплатежеспособного, в дешевую лондонскую больницу… Каков же был ужас Керенского, когда, придя в себя, он осознал, что это за больница — финансируемый правительством Великобритании бесплатный абортарий для женщин из социальных низов!

Рыдающий Керенский кричал:

«Вы не понимаете, что это значит — умереть в женской клинике мне, после тех дурацких слухов о моем бегстве в женском платье! Лучше уж я умру на улице, под забором!»

Когда он оказался в больнице в следующий раз, весной 1970-го, после рокового падения на улице, он так страстно желал смерти, так мучительно боролся с жизнью, что тем самым, по свидетельству врачей, парадоксально ее продлевал… Как бы ни были велики наши претензии к нему, его мучительную кончину невозможно представить себе без содрогания и сочувствия. Обездвиженный, плохо слышащий, почти ослепший, давно переживший свою славу властитель, «месье Президент», как называли его официанты в парижских кафе… Свою последнюю спутницу он умолял принести ему яд, кричал на врачей и медсестер, отказывался принимать лекарства. В конце концов он сорвал повязки и умер, отправившись на Суд, который и справедливей, и милосерднее нашего, человеческого.

Как ни трудно в это поверить, масон и неудавшийся цареубийца Керенский всегда считал себя человеком верующим, православным. С увлечением пел на клиросе, отмечал церковные праздники, а упокоился — после тягостных посмертных мытарств — хоть и на непонятном кладбище «для лиц без вероисповедания», но — под православным крестом, рядом с оскорбленной и брошенной им когда-то первой женой.

Немногие охотники отнестись к его личности «без гнева и пристрастия» признают, что он по натуре не был кровожадным, искренне не любил кровавых «эксцессов» — и это при диктаторских полномочиях, в дни смуты, когда человеческие жизнь и достоинство вообще ничего не стоили. На другую удивительную черту его биографии указывает его внук, Степан Глебович, живущий сегодня в Британии: «Говорили, он прихватил с собой несметные богатства… А у него даже банковского счета никогда не было!» Нам, привыкшим к разоблачениям отрешенных от власти казнокрадов с их припрятанными миллионами, это бескорыстие Керенского кажется настоящим чудом.

Он мечтал открыть в русской истории новую, демократическую эру… А в итоге если чем и послужил России — так это собственным примером, наглядным для всех, кто выбирает скользкое политическое поприще: только обостренное чувство ответственности, только внутреннее смирение и способность видеть себя со стороны, только со-трудничество с Богом и ровное упорство, неукоснительный, ежедневный труд могут приносить благие плоды, а не те дьявольские суррогаты, которые рано или поздно углями сыпятся на стриженую бобриком голову ряженого самозванца, любящего себя в искусстве гораздо сильнее, чем искусство в себе.

Читайте также:

Трагедия священника Гапона
Мифы о Февральской революции

5 ВОПРОСОВ О РЕВОЛЮЦИИ И ПАТРИАРХЕ

foma.ru


Смотрите также