Альфия авзалова биография семья


Альфия Авзалова: дата и причина смерти, краткая биография

Певица Альфия Авзалова, которую называют легендой татарской эстрады, скончалась 15 июня 2017 года в возрасте. 84 лет. Причиной смерти стало нарушение кровообращения мозга. Альфия всю жизнь посвятила музыке, исполняла народные песни, романсы, оперные композиции на татарском, казахском и русском языках. Авзалова способствовала сближению татарской и русской культур, в 2018 году провели музыкальный фестиваль ее имени.

Причина смерти Альфии Авзаловой никого не удивила. Знаменитая татарская певица последние несколько лет тяжело болела и практически не выходила из дома. Ей было 84 года. Женщина скончалась от нарушения мозгового кровообращения. Однако родные и близкие исполнительницы до последнего верили, что Альфия поправится.

Дата и причины смерти

Популярная в советское время исполнительница песен на татарском и казахском языках скончалась в Казани 15 июня 2017 года. Медики констатировали, что смерть была вызвана:

  • обширным инсультом;
  • нарушением мозгового кровообращения;
  • острой сердечной недостаточностью;
  • острой дыхательной недостаточностью.

Известно, что пожилая звезда до последней минуты находилась в сознании и много общалась с навещавшими ее родными, близкими, поклонниками.

Начальство филармонии, в которой трудилась артистка до выхода на заслуженный отдых, узнав о госпитализации Авзаловой, позаботилось о том, чтобы ее поместили в хорошую палату, напоминающую гостиничный номер. Смертельно больная артистка больше всего обрадовалась телевизору. Родные вспоминают, что она с радостью смотрела его в последние дни, хотя бы на время забывая про свою болезнь.

Рисунок 1. Примадонна Татарстана

Где похоронена

Исполнительница была похоронена на Казанском Татарском кладбище. Там же нашли последний приют многие ее родственники и знакомые. Во время церемонии прощания поклонники в последний раз подарили любимой исполнительнице бурные аплодисменты. На похоронах присутствовали:

  • родственники певицы;
  • представители региональных и федеральных властей Татарстана;
  • сотрудники местной филармонии;
  • почитатели таланта Альфии.

Также на церемонии прощания присутствовали танцоры, музыканты и бек-вокалисты, в разное время выступавшие в аккомпанировавших Авзаловой ансамблях.

Краткая биография Альфии Авзаловой

Звездным часом знаменитой певицы стал Московский фестиваль татарского искусства в 1957 году. Авзалова покорила публику своим голосом (альт с «бархатным» тембром) и вскоре стала одной из самых востребованных артисток республики Татарстан.

Детство и юность, учеба

Альфия рано осиротела и воспитывалась в семье тети. Окончив школу, она поступила на работу в Татарский ансамбль песни и пляски. В репертуар ансамбля входили:

  • народные песни;
  • романсы;
  • оперная классика;
  • старинные татарские напевы.

Параллельно с работой артистка посещала занятия в музыкальном училище.

Популярность

Расцветом творчества Авзаловой можно считать 1960-е годы. В это время она активно гастролировала, давала концерты для нефтяников и сельских жителей, каждый год ездила по России и Средней Азии с новыми концертными программами. Однажды певица дала более 100 концертов за два с половиной месяца.

Вам может быть интересно. Причина смерти Хании Фархи.

Друзья, знакомые

Певица была всегда окружена друзьями. Известно, что в последние годы у нее сложились особенно теплые отношения с директором местной филармонии Кадымом Нуруллиным. Также певица всегда с нежностью вспоминала своего первого педагога по вокалу Раису Волкову. Именно ей Авзалова во многом обязана своей известностью и сложившейся манерой исполнения.

Рисунок 2. Главная звезда Татарстана.

Это интересно! В Татарстане не принято называть пожилых людей по отчеству, однако к имени самых уважаемых людей добавляют приставку «ага», которая означает «старейший», «мудрейший». Родные, близкие и поклонники называли Авзалову «Альфия-ага», демонстрируя свое почтение к ее таланту и заслугам.

Личная жизнь

Личная жизнь исполнительницы, к сожалению, не сложилась. Первый муж бросил ее с двумя детьми. Потом наступило время романа с Ильгамом Шакировым, популярным советским вокалистом. Однако, предложения руки и сердца Альфия от него так и не дождалась. После этого последовал долгий период отношений с Юсуфом – гитаристом аккомпанирующего коллектива. Однако через 20 лет пара распалась – сказалась разница в возрасте, певица была на 8 лет старше своего избранника.

Песни в ее исполнении

Исполнительница активно записывала свое творчество на пластинки. В ее репертуар входили в основном татарские и казахские песни. Однако, известно, что примадонна пела на 16 языках мира, включая русский. Она отдавала предпочтение музыке в этническом стиле, но на концертах исполняла, в основном, эстрадный репертуар.

Рисунок 3. Певица с богатым репертуаром и чудесным голосом.

Когда знаменитая исполнительница покинула этот мир, ее оплакивали и в России, и в Татарстане. Своим творчеством Авзалова способствовала сближению российский и татарской культур; она привнесла нотку экзотики в классическую советскую эстраду. Почитатели таланта этой неординарной певицы до сих пор с удовольствием слушают старые, проверенные временем хиты в ее исполнении. В 2018 году в Казани прошел первый Международный фестиваль-конкурс имени Авзаловой. В нем было восемь номинаций, в том числе народное, академическое и джазовое пение.

aeternamemoria.ru

Дочь Альфии Авзаловой: «Если бы не творчество, мы бы ее похоронили 20 лет назад»

Как знаменитая артистка боролась с онкологией, Салават Фатхетдинов продлил ее карьеру певицы, а Ильсур Метшин подарил персональный лифт

Сегодня на последнем ифтаре месяца Рамадан родные и близкие Альфии Авзаловой на 7-й день со дня похорон знаменитой татарской певицы проведут поминки у нее дома. «БИЗНЕС Online» удалось поговорить с дочерью легенды Зульфией Нигмедзяновой, которая рассказала о том, как уходила «моң патшабикәсе», кто был рядом с ней все эти годы и чем будет заниматься учрежденный фонд имени ее мамы.

Альфия Авзалова

«МЫ, ЧЕСТНО ГОВОРЯ, ДУМАЛИ, ЧТО ОНА ВЫКАРАБКАЕТСЯ»

— Зульфия, что же все-таки послужило причиной ухода из жизни вашей мамы, «моң патшабикәсе» Альфии Авзаловой?

— Это, что называется, старость, маме было 84 года. У нее были инсульты, причем не один раз, а уже многократно. Первый случился 2002 году, потом наш лечащий доктор говорила, что у нее было много микроинсультов, которые, конечно, постепенно ухудшали ее состояние здоровья. Мама до последнего момента многое понимала, ходила, пела, хотя чувствовала себя не так хорошо, как, скажем, четыре - пять лет назад. Но по-прежнему очень любила анекдоты, шутки. До 5 мая ей стоило что-нибудь смешное рассказать — она с удовольствием хохотала, продолжала быть оптимистичной. Она очень любила смотреть телевизор в последние годы, очень часто сидела и обсуждала с нами увиденное. А как услышит или увидит поющего Салавата, сразу говорит: «Салават шәп!» («Салават — здорово!»)

5 мая у мамочки случился инсульт ишемический, 2/3 мозга были поражены, при этом в бывшей обкомовской больнице — сейчас это университетская клиника «Казань» — очень многое сделали. Врачи ее вытащили с того света, довели до реабилитационного периода. То, что от них зависело, они сделали, огромное спасибо руководству клиники, санитаркам, медсестрам. Я им всем очень благодарна! Было такое отношение к ней, причем не только к ней, а вообще к пациентам, там настоящие сестры милосердия! Это клиника «Казань»! А потом маму перевели в 7-ю горбольницу.

— Почему решили перевести?

— В 7-й горбольнице очень большие возможности для реабилитации таких больных, как мама. Главный врач Марат Наилевич — молодец, Зульфия Анасовна — завотделением, они старались делать все, чтобы ее вертикализировать. Ставили на ноги, развивали моторику, она велосипед крутила. Доктора нам говорили: «Девочки, надо ее сажать минимум четыре раза в день». У нас не всегда получалось, но старались. Мы, честно говоря, думали, что она выкарабкается, хотя нам и говорили, чтобы мы не сильно обольщались. От 10 дней до двух месяцев — это максимум для жизни и призывали быть ко всему готовыми. Мы ей песни пели, она их узнавала, подпевала, хотя ей было очень непросто. Она старалась говорить: «Алла бирса». В общем, мы верили, что идет восстановительный процесс хорошо.

И вот 14 июня наша племянница дежурила ночью, хотя обычно ночью дежурила моя сестра, а днем я. Хотели, чтобы мама видела: рядом с ней ее дочери. И вот 14-го числа мы с племянницей созванивались каждые 15 минут. Она сказала, что мама хрипит, сказали Розе, чтобы она срочно звала врачей, и сами приехали в больницу. За 20 минут до ее смерти мне удалось зайти в реанимацию, а потом уже вышел доктор и сказал: «Ваша мама умерла». Мы, говоря по правде, до сих пор не можем этого понять, что нашей мамы больше нет. Конечно же, мы не правильно поступаем по шариату — каждый день ходим на кладбище. Когда на третий день читал молитву Камиль хазрат Самигуллин, он нам сказал, что не желательно этого делать. А мы не плачем, просто приходим к могиле и разговариваем. Она полностью в цветах, ни кусочка земли не видно — цветы на цветах.

Алифа Валеева, внучка Ева, Зульфия Нигмедзянова и Гузель Авзалова

«КОГДА ВОЛОСЫ СТАЛИ ВЫПАДАТЬ КЛОКАМИ, ОНА ВЗЯЛА У МОЕГО МУЖА СТАНОК И СКАЗАЛА: «БРЕЙ МЕНЯ НАГОЛО!»

— Еще 20 лет назад татарскую культурную общественность всколыхнула новость, что у вашей мамы обнаружено онкологическое заболевание...

— У нее была лимфосаркома щитовидной железы. На протяжении многих лет мамочка... мы от нее скрывали всю информацию про болезнь. Когда прилетели с мужем из Кипра в конце 1996 года, мама как раз приехала с гастролей. Слышу, она сипит как-то, она убрала шарфик на горле, а там шишка большая. Мой муж, доктор, сразу ее спросил: «А ты к врачам ходила?» Мама говорит: «Голос осип лишь два дня назад». Настояли, чтобы она пошла в больницу. Когда отправились в онкологическую клинику, сдали анализы и подтвердился диагноз, то позвонили нашему любимому Минтимеру Шариповичу Шаймиеву, в его аппарат, сказали, что, возможно, понадобятся средства для лечения. В течение нескольких дней Шаймиев дал команду, чтобы поддержали, и деньги нашлись. Нашли клинику в Марселе, во Франции, которая занимается конкретно этой болезнью. Но онколог Тазиев сказал, что пока мы будем оформлять документы, визы, то упустим время. Мы ему за это очень благодарны. И наши врачи-онкологи ее вытащили.

— То есть ваша мама не знала, что у нее был рак?

— Она догадывалась, но мы ей не говорили. Это человек, которому нельзя говорить такую правду. Она бы сникла и умерла. Когда мы пришли в онкологическую клинику на первую химиотерапию, маме мы сказали, что у нее доброкачественная опухоль, которую можно вырезать, а если не вырезать, то она может превратится в злокачественную. Тогда мама согласилась на процедуры. После них стали выпадать волосы, а мы с сестрой поехали покупать парик. В те годы это было почему-то сложно, но мы нашли, как раз под ее стиль.

Самый трудный момент был, когда мы с мужем подошли и сказали: «Мама, у тебя немножко будут выпадать волосы, поэтому ты будешь надевать парик». Естественно, она не рыдала, она не любила показывать, что ей больно, но мы все видели. В конечном итоге, когда волосы стали выпадать клоками, она взяла у моего мужа станок и сказала: «Брей меня наголо!» Помню, сестра Гузель приходит тогда и говорит: «Ой, мама, да ты гуманоид». Мы старались все это в шутку превратить, чтобы отвлекать ее от грустных моментов. Потом она с этим париком ездила даже на гастроли. Чудеса пошли с того момента, когда взяли биопсию, а анализ показал, что у нее болезнь локализована. Удивительно, но после лечения ее голос стал даже звонче, она продолжила заниматься концертной деятельностью. Если бы не творчество, мы бы ее похоронили еще 20 лет назад.

«Кара әле, минем борыным Шәйминеке шикелле („Посмотри-ка, у меня нос как у Шаймия“), может, мы родственники» / Фото: shaimiev.tatarstan.ru

«ОНА НИКОГДА СЛОВА ПЛОХОГО НЕ ДАВАЛА СКАЗАТЬ ПРО ПРАВИТЕЛЬСТВО»

— Когда Альфия Авзалова последний раз выступала на сцене?

— Четыре года назад она выходила на сцену.

— Не забыли ее с тех пор чиновники, коллеги по цеху?

— Всегда помогала филармония имени Тукая, ее руководитель Кадим Надирович Нуруллин — это человек такой душевный, что просто с ума сойти. Он завел традицию, когда пожилым артистам оказывалось внимание. Он никогда не забывал маму: день рождения, 8 марта, день пожилых людей. Два раза в больницу приезжал. Минниханов никогда не говорил «нет»: когда маме было 80 лет, Рустам Нургалиевич подарил автомобиль. Минтимер Шарипович постоянно интересовался. Но он — это особый разговор...

— Так ведь Шаймиев — земляк, якташ!

— Да, якташ-земляк, но не просто земляк: у меня такое ощущение, что они дышали одинаково. Дай ему бог здоровья. Мама его просто обожала. Она говорила: «Кара әле, минем борыным Шәйминеке шикелле („Посмотри-ка, у меня нос как у Шаймия“), может, мы родственники». Она никогда слова плохого не давала сказать про правительство.

Энгель абый Фаттахов — бывший глава Актанышского района, а сейчас министр образования — несмотря на занятость, приходил в больницу с огромной охапкой цветов, мама его узнала. Министр культуры Айрат Сибагатуллин интересовался — мы соседи — всегда про маму спрашивал, про ее состояние. Фарид Мухаметшин — от него постоянно были знаки внимания. А Ильсур Метшин знаете, что сделал для мамы? Он сделал лифт в подъезде. Нашли спонсоров, и в нашем подъезде четырехэтажного дома появился лифт. Благодаря Ильсуру Раисовичу мама успела на нем покататься. Он включается только от нашего ключа, потому что оплачиваем лифт только мы. Остальные соседи не хотят, говорят, что это дорого.

«САЛАВАТ — ЕДИНСТВЕННЫЙ ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ДО ПОСЛЕДНЕГО КУРИРОВАЛ ЕЕ ТВОРЧЕСКУЮ ЖИЗНЬ»

— Но любимцем вашей мамы был Салават Фатхетдинов.

— Салават — это номер один, потому что у него мелизм. Она говорила: «Смотри, как закручивает песню, просто убивает наповал!» Ну и Ильхам абый Шакиров — это просто number one. Она считала, что после Шакирова идет Салават. Еще ей нравился тембр Нафката Нигматуллина, Искандера Биктагирова, Айдара Файзрахманова, Фердинанда Саляхова. А вот молодежь, которая сейчас... Мы включали ей «Майдан ТВ» , потом перестали это делать, потому что это ее раздражало. Если видела поющую молодежь, говорила: «Нет, уберите, уберите!»

Салават ей очень помогал, у него много работы, он много ездит, он профессор, семья у него огромная... При этом всегда находил время позвонить: минимум три раза в неделю. Когда мама заболела, то звонил каждый день. Где бы он ни был, писал: «Как, что нужно, как она себя чувствует».

— Правда, что Салават очень помог Альфие Авзаловой в самые трудные годы?

— Это так. Он был ей очень благодарен, говорил, что мама много сделала для начала его карьеры. И он продлил ей творческую жизнь, возил на гастроли, когда ее никто не приглашал. Да, было дело, звонил какой-нибудь глава администрации и приглашал на юбилей или Сабантуй. Мама отзывалась, но не любила петь среди жующих, говорила, мол, она тут выкладывается, душу отдает, а люди едят. Салават — единственный человек, который до последнего курировал ее творческую жизнь.

— Многих удивило, что Салават не пришел на церемонию прощания в филармонии.

— Он там был. Незаметно пришел, незаметно ушел. Он был маме так близок, она же его сыном называла: «Минем улым». Не «энекәш» («братец»), а именно сынок. Он зашел до начала церемонии. Вот так было у человека на душе. Салавату захотелось с ней проститься так — непублично.

— А еще некоторых почитателей творчества вашей мамы покоробило, что ТНВ не поменяло сетку вещания, хотя это сделали федеральные каналы, когда в этот же день умер Алексей Баталов.

— Мы в YouTube заглядывали только один раз. Нам, честно говоря, не до этого было. А про татарстанское телевидение... Не берусь ни осуждать, ни обсуждать никого и ничего.

Последняя встреча Ильхама Шакирова и Альфии Авзаловой в июле 2016 года / Фото: Шамиль Абдюшев

«ОНА СТАВИЛА УСЛОВИЕ, ЧТОБЫ БОЛЬШЕ АРТИСТОВ В СЕМЬЕ НЕ БЫЛО»

— Альфию Авзалову называют «моң патшабикәсе» — «царица песни». А у каждой царицы должны быть наследники...

— Она ставила условие, чтобы больше артистов в семье не было, потому что жизнь певца не сладкая. Я имела наглость, пока она была на гастролях, поступить в театральное училище на актерское отделение к Марселю Салимжанову. Тогда сотовых телефонов не было, чтобы об этом сообщить. Приезжает она с гастролей, и я ей заявляю: «Мама, я уезжаю на практику, поступила в театральное училище». Для нее это было шоком, но мамочка не отругала, просто сказала: «Зря». Но потом после окончания театрального училища мы вместе с ней ездили, пели. Мой муж уехал в Афганистан врачом на войну, а я работала в филармонии в литературном лектории, редактором эстрадного отдела, потом мама предложила вместе ездить на гастроли. Я вела ее концерты, и мы дуэтом исполняли много разных песен, но не дуэтом, а была на подпевке, как сейчас принято говорить — работала бэк-вокалисткой.

— Значит, она видела вас продолжательницей своего дела?

— Да, думала, что я стану певицей. А так из действующих артисток ей нравились Хамдуна Тимергалиева, Хания Фархи. Ханию вообще любила. Сахабиеву очень любила, называла «моңлы җырчы». Шарифуллина Зухра ей тоже нравилась.

— А среди молодых исполнительниц? Я имею в виду участниц конкурса имени Альфии Авзаловой, где сама Альфия апа была членом жюри.

— Одна девочка ей очень нравилась, не помню, как ее звали, но она дальше не пошла по певческой карьере.

У Ильхама Шакирова  / Фото из личного архива

— Если ваша мама царица татарской эстрады, то Ильхам Шакиров, несомненно, король национальной песни. Он понял, что его старая подруга ушла из жизни?

— Он все понимает! Но есть такие вещи как склероз и возраст. Это возрастные изменения, от этого никто не застрахован. Когда мы после похорон на следующий день поехали к маме на кладбище, то мои муж, племяница, сестра позвонили Ильхам абый Хазиеву, который ухаживает за Шакировым, и сказали, что придем. Мы пришли, и у всех было ощущение, что и мама наша здесь. Попили чаю. Он вспомнил нас, целовал руки Гузель, моей сестре. Он ведь с детства нас знает, называл своими дочерями. Другое дело, что через полчаса он, может, уже забыл о нашем приходе. Это у кого как бывает: Зельдин в 100-летнем возрасте на сцене выступал. У всех старение идет по-разному. Они изношенные все — что Ильгам абый, что мама...

СЕМЬЯ, ХАРАКТЕР И ФОНД АЛЬФИИ АВЗАЛОВОЙ

— Насколько большая у вас семья?

— У моей мамы двое дочерей — я и Гузель. Внуки — Иделия, Лейсан, Аскар, Рената. На сегодняшний день в Америке живет моя дочь, у которой уже четверо детей. Это мамины правнуки — Ева, Кристан-Александр, Себастьян-Эндрю, Максимильян. Вплоть до смерти мама четко нас всех различала, помнила. С моей дочерью, которая живет за океаном, разговаривала по интернету. Когда дети приезжали, каждый год делали фотосессии. Интересно, что 4 мая, за день до того, как маму увезли в больницу, она с моей дочерью по FaceTime пели дуэтом песни, я жалею, что не засняла это.

Себи, полное имя которого Себастьян  

— Ваша собачка тоже была членом семьи?

— Мы привезли ее из Америки, мама собачку обожала. Себи, полное имя которого Себастьян, уже два с половиной года здесь живет. Мама его кормила со стола. Она всегда любила животных, любила лошадей, даже куриц, гусей. Когда на гастроли ездила, часто останавливались по домам. И первым делом просила показать скотину. А дети! Очень любила малышей.

Моя младшая дочь Рената настояла на том, чтобы Себи попрощалась с әннәкой (так мы называли маму), когда ее привезли из морга. Собака вышла, постояла, увидела народ, пошла к телу, лаяла и после этого перестала, хотя 40 дней до этого после того как маму увезли в больницу, на беду соседей она непрерывно лаяла и скулила.

— А ваша мама не страдала от многочисленных сплетен, которые ходили вокруг ее знаменитого имени?

— Она всегда говорила: «Аллах есть, все видит, всем воздаст то, что человек заслужил». Она ненавидела людей, которые сплетничают. Про нее же было столько сплетен: что в дурдоме лежит, пьяная в канаве, родила ребенка — отдала в детдом. Поначалу ей было очень тяжело все это выслушивать, а потом научилась брать себя в руки. Она говорила, что пока живешь, про тебя будут говорить, а перестанут говорить, значит, ты не нужна народу.

Помню с сестрой ехали в трамвае. Это было лет 40 назад, слышим, две женщины разговаривают: слышали, мол, Альфия повесилась? Мы с Гузель долго хохотали над этим...

— Как она относилась к религии?

— Она говорила, что является любимицей Бога, Ходайның яраткан кызы. Она совершала намазы, правда, не пять раз в день. Все суры Корана помнила наизусть, когда год назад приглашали муллу читать, она все аяты знала, про себя повторяла за ним. Даже в больнице она парализованным языком говорила: «Алла бирса».

— Теперь нужно сохранить память о легенде татарской эстрады. Вы собираетесь что-то делать для этого?

— Мы вам откроем большой секрет: по настоянию моего мужа лет десять назад мы решили создать фонд Альфии Авзаловой, который позволил бы отбирать талантливых исполнителей. Ей эта идея очень понравилась, и она с нами вместе ездила в регистрационную палату. 10 лет он был на нулевом балансе, только налоги платили. Сейчас будем стараться его запустить. Салават одобрил эту идею, у фонда есть имя: «Фонд сохранения и развития творчества певицы Альфии Авзаловой». Это название утверждала мама сама.

Page 2

ONLINE-Новости

Под Воронежем нашли тело обезглавленного таксиста 5 комментарии 01/11 22:58 Еще новости
Фоторепортаж
Афиша

Поможем детям

  • Будущая балерина уверена, что выздоровеет
  • Татьяна Речкунова, ИП: «Хорошо с персоналом там, где первое лицо посвящает этому 70% времени»

    Психолог, коуч и координатор HR-сообщества Татарстана о том, как найти хорошего кадровика и почему роботы вытесняют рекрутеров

    47 комментарии 14 Октября
  • Владимир Малышев, «Аэрокон»: «К сожалению, всех, кто занимается беспилотниками, шерстят»

    Как высокогорский Илон Маск повесил в своем кабинете портрет Сталина: достали...

    117 комментарии 7 Октября
  • Светлана Ярлыченко, «Гринта»: «Каждую неделю собираем гору отходов размером с пятиэтажку»

    Генеральный директор регоператора восточной зоны РТ о закупке спецтехники, «автоклавировании мусора», реформе ТКО и судьбоносной встрече с Нафисой Мингазовой

    17 комментарии 3 Октября
ещё публикации

www.business-gazeta.ru

Предсмертное пожелание Альфии Авзаловой: «Хочу прощаться со своим народом красивой, в красном платье»

Автор материала: Рузиля Мухаметова (перевод материала Intertat.ru)

Дочь легендарной татарской певицы рассказала о последних минутах ее жизни.

В ночь на 15 июня ушла из жизни одна из ярчайших звезд татарской музыки, заслуженная артистка России Альфия Авзалова. Какими были последние дни и часы легендарной певицы и ее пожелания по поводу проводов в последний путь – рассказала ее дочь Зульфия ханум.

«Мама всегда говорила: «Если умру, хороните меня красивой, нарядной. Я должна быть на сцене». Об этом она просила и своего земляка – министра образования и науки республики Энгеля Фаттахова, и министра культуры Айрата Сибгатуллина, и руководителя филармонии Кадима Нуруллина», – рассказала дочь певицы.

Мама любила свое красное платье – попросила надеть его. Она сказала, чтобы ее красиво накрасили, нарядили. “Пусть мой народ меня увидит. Пусть попрощается со мной’’, – сказала она. Попросила не предавать земле раньше трех дней. Все делаем по ее завещанию», – отметила она.

Зульфия ханум уже подготовила красное бархатное платье матери, купила ткань, чтобы накрыть тело. «К красному бархатному платью хорошо подойдет белое бархатное покрывало. Мне кажется, мама была бы довольна», – говорит она.

Зульфия – вторая дочь Альфии Авзаловой. После окончания Казанского театрального училища вместе с мамой поработала в Татарской государственной филармонии. Позже с мужем Иреком Нигматзяновым долгие годы жила на Кипре, в Америке. С мужем они воспитали двух дочерей – Лейсан и Ренату. Лейсан сейчас проживает в Америке, у нее четверо детей, младшему всего полтора года.

Зульфия ханум с мужем в последние два с половиной года находились рядом с Альфией Авзаловой.

С мамой очень много разговаривали. Она рассказывала анекдоты, вспоминала молодость, также говорила об отношениях с Ильхамом Шакировым, про наше детство, гастроли», – вспоминает Зульфия ханум.  

Вот что она рассказала об утре 5 мая, когда у матери случился инсульт: «Мама утром встала, умылась, почистила зубы, попили чай, поела кашу. Она осталась сидеть на стуле, я пошла погулять с собакой. Не прошло и семи минут, очень быстро вернулась. Застала маму лежачей на полу. Подняла ее. Спрашиваю – отвечает неразборчиво. Вызвала врачей. Врачи сказали, что упала не потому, что голова закружилась, а с ней случился инсульт».

Авзалову положили в Университетскую клинику – раньше она была городской клиникой №2, а также известна как «обкомовская» больница. Дочери Альфии Авзаловой очень благодарны врачам этой клиники и всему медперсоналу. «Они сделали все возможное, – говорит Зульфия ханум. – Мы там лежали около четырех недель. Потом нам дали понять, что пора или домой выписаться, или перейти в другую клинику. Это было связано с регламентами больницы».

Зульфие ханум пришлось написать в Аппарат Президента Татарстана, а также Минтимеру Шаймиеву. «Да, иногда приходилось и побороться. Я не из тех, кто останавливается, характер такой. Особенно если дело касается мамы», – говорит собеседница.  

После письма все разрешилось быстро – Альфию-апу положили в больницу №7 Казани, в отдельную палату. «Как бы мама ни любила людей, она не хотела показываться им в больном состоянии. Понимая это, мы попросили отдельную палату», – объяснила дочь певицы. Она выражает свою благодарность всем, кто протянул руку помощи.

«Правительству РТ, министру здравоохранения республики Аделю Вафину, директору филармонии Кадиму Нуруллину, певцу Салавату Фатхетдинову, – перечисляет она, боясь забыть кого-то упомянуть. – К кому бы я не обратилась с нашей бедой, никто не отказал в помощи. Энгель Навапович пришел в палату проведать маму. Мама очень его любила. Минтимер Шарипович, Энгель Навапович – они же оба ее земляки – из Актаныша».

Зульфия ханум высказала слова благодарности главному врачу клиники Марату Садыкову, профессору Радию Есину. «С того света маму вытащила “обкомовская” больница, а седьмая поликлиника старалась вылечить маму. Она ведь даже начинала петь! Я пою, она присоединяется», – плача, рассказывает Зульфия ханум.

Дочери ни на минуту не оставляли мать одну. Гузель ночевала с ней, а Зульфия находилась с мамой днем. «Три раза у мамы посидела конферансье Алифа Валиева. Попросили ее, потому что мама ее узнавала. Помогала нам и племянница мамы. У мамы ведь рано умерла родная сестра, остались ее шестеро детей. Из них племянницу Розу мама особенно любила. Но днем я всегда с мамой была сама, никому не доверяла ее и не оставляла ни с кем. Мама, хоть и не разговаривала, но понимала, кивала мне. Было тяжело. Мы надеялись на хорошее», – говорит дочь покойной.

Зульфия ханум со слезами на глазах вспоминает последний день матери. 

Пришла утром к девяти. Говорю: “Мама». Вроде бы узнает, но как-то по-другому. ''Не спи, говорю, - давай двигаться''. Открывает глаза, и тут же закрывает. Позвала врачей. Увезли в реанимацию, через некоторое время привезли обратно в палату. Вечером пришла сестра, чтобы меня сменить. С ней созванивались каждые 15 минут. Гузель говорит: “Она как-то странно дышит”. Говорю: “Позови врачей”. Когда я приехала, мама была в реанимации. Разрешили к ней зайти. “Мама”, – говорю и стала целовать ее руки. В ту же секунду сказали: “Быстренько уходите”. Я ничего не понимая выскочила из палаты. Оказалось, это она начала умирать. Врачи попытались что-то сделать. Мы стояли у двери реанимации. Через 10 минут врачи сообщили, что наша мама умерла. Попросили пустить к ней. Она была еще теплой. Поцеловали ей ноги. Через два часа ее увезли».

Напомним, церемония прощания с Заслуженной артисткой Татарской АССР, Народной артисткой Татарской АССР, Заслуженной артисткой РСФСР, лауреатом Государственной премии Республики Татарстан имени Габдуллы Тукая Альфией Авзаловой состоится 17 июня в 10.00 в здании  Татарской государственной филармонии. Артистка будет похоронена в татарском кладбище в Ново-Татарской слободе Казани.

sntat.ru

Дочь Альфии Авзаловой: «Если бы не творчество, мы бы ее похоронили 20 лет назад»

Фото: static.business-online.ru

Как знаменитая артистка боролась с  онкологией, Салават Фатхетдинов продлил ее  карьеру певицы, а  Ильсур Метшин подарил персональный лифт

Сегодня на  последнем ифтаре месяца Рамадан родные и  близкие Альфии Авзаловой у  нее дома отметят и  7  дней со  дня похорон знаменитой татарской певицы. «БИЗНЕС Online» удалось поговорить с  дочерью легенды Зульфией Нигмедзяновой, которая рассказала о  том, как уходила «моң патшабикәсе», кто был рядом с  ней все эти годы и  чем будет заниматься учрежденный фонд имени ее  мамы.

«МЫ, ЧЕСТНО ГОВОРЯ, ДУМАЛИ, ЧТО ОНА ВЫКАРАБКАЕТСЯ»

—  Зульфия, что  же все-таки послужило причиной ухода из  жизни вашей мамы, «моң патшабикәсе» Альфии Авзаловой?

—  Это, что называется, старость, маме было 84  года. У  нее были инсульты, причем не  однократно, а  многократно. Первый случился 2002  году, потом наш лечащий доктор говорила, что у  нее было много микроинсультов, которые, конечно, постепенно ухудшали ее  состояние здоровья. Мама до  последнего момента многое понимала, ходила, пела, хотя чувствовала себя не  так хорошо, как, скажем, четыре-пять лет назад. Но  по-прежнему очень любила анекдоты-шутки, до  5  мая ей  стоило что-нибудь смешное рассказать  — она с  удовольствием хохотала, продолжала быть оптимистичной. Она очень любила смотреть телевизор в  последние годы, очень часто сидела и  обсуждала с  нами увиденное. А  как услышит или увидит поющего Салавата, сразу говорит: «Салават шәп!» («Салават —здорово!»).

5  мая у  мамочки случился инсульт ишемический, 2/3 мозга были поражены, при этом в  бывшей обкомовсой больнице, сейчас это университетская клиника «Казань», очень многое сделали. Врачи ее  вытащили с  того света, довели до  реабилитационного периода. То, что от  них зависело, они сделали, огромное спасибо руководству клиники, санитаркам, медсестрам, я  им  всем очень благодарна! Было такое отношение к  ней, причем не  только к  ней, а  вообще к  пациентам, там настоящие сестры милосердия! Это клиника «Казань»! А  потом маму перевели в  7-ю горбольницу.

—  Почему решили перевести?

—  В  7-й горбольнице очень большие возможности для реабилитации таких больных, как мама. Главный врач Марат Наилевич  — молодец, Зульфия Анасовна  — завотделением, они старались делать все, чтобы ее  вертикализировать. Ставили на  ноги, развивали моторику, она велосипеды крутила. Доктора нам говорили: «Девочки, надо ее  сажать минимум четыре раза в  день». У  нас не  всегда получалось, но  старались. Мы, честно говоря, думали, что она выкарабкается, хотя нам и  говорили, чтобы мы  не  сильно обольщались. От  10  дней до  двух месяцев  — это максимум для жизни, и  призывали быть ко  всему готовыми. Мы  ей  песни пели, она их  узнавала, подпевала, хотя ей  было очень непросто. Она старалась говорить: «Алла бирса». В  общем, мы  верили, что идет восстановительный процесс хорошо.

И  вот 14  июня наша племянница дежурила ночью, хотя обычно ночью дежурила моя сестра, а  днем  я. Хотели, чтобы мама видела  — рядом с  ней ее  дочери. И  вот 14-го числа мы  с  племянницей созванивались каждые 15  минут. Она сказала, что мама хрипит, сказали Розе, чтобы она срочно звала врачей, и  сами приехали в  больницу. За  20  минут до  ее  смерти мне удалось зайти в  реанимацию, а  потом уже вышел доктор и  сказал: «Ваша мама умерла». Мы, говоря по  правде, до  сих пор не  можем этого понять, что нашей мамы больше нет. Конечно  же, мы  не  правильно поступаем по  шариату  — каждый день ходим на  кладбище. Нам, когда на  третий день читал молитву Камиль хазрат Самигуллин, он  сказал, что не  желательно этого делать. А  мы  не  плачем, просто приходим к  могиле и  разговариваем. Она полностью в  цветах, ни  кусочка земли не  видно  — цветы на  цветах, цветы на  цветах.

«КОГДА ВОЛОСЫ СТАЛИ ВЫПАДАТЬ КЛОКАМИ, ОНА ВЗЯЛА У  МОЕГО МУЖА СТАНОК И  СКАЗАЛА: «БРЕЙ МЕНЯ НАГОЛО!»

—  Еще 20  лет назад татарскую культурную общественность всколыхнула новость, что у  вашей мамы обнаружено онкологическое заболевание...

—  У  нее была лимфосаркома щитовидной железы. На  протяжении многих лет мамочка... мы  от  нее скрывали всю информацию про болезнь. Когда прилетели с  мужем из  Кипра в  конце 1996  года, мама как раз приехала с  гастролей. Слышу, она сипит как-то, она убрала шарфик на  горле, а  там шишка большая. Мой муж-врач сразу ее  спросил: а  ты  к  врачам ходила? Мама говорит: голос осип лишь два дня назад. Настояли, чтобы она пошла в  больницу. Когда пошли в  онкологическую клинику, сдали анализы и  подтвердился диагноз, то  позвонили нашему любимому Минтимеру Шариповичу Шаймиеву, в  его аппарат, сказали, что, возможно, понадобятся средства для лечения. В  течении нескольких дней Шаймиев дал команду, чтобы поддержали, и  деньги нашлись. Нашли клинику в  Марселе, во  Франции, которая занимается конкретно этой болезнью. Но  онколог Тазиев сказал, что пока мы  будем оформлять документы, визы, то  упустим время. Мы  ему за  это очень благодарны. И  наши врачи-онкологи ее  вытащили.

—  То  есть, ваша мама не  знала , что у  нее был рак?

—  Она догадывалась, но  мы  ей  не  говорили. Это такой человек, которому нельзя говорить такую правду. Она  бы сникла и  умерла. Когда мы  пришли в  онкологическую клинику на  первую химиотерапию, маме мы  сказали, что у  нее доброкачественная опухоль, которую можно вырезать, а  если не  вырезать, то  она может превратится в  злокачественную. Тогда мама согласилась на  процедуры. После них стали выпадать волосы, а  мы  с  сестрой поехали покупать парик. В  те  годы это было почему-то сложно, но  мы  нашли, как раз под ее  стиль.

Самый трудный момент был, когда мы  с  мужем подошли и  сказали: «Мама, у  тебя немножко будут выпадать волосы, поэтому ты  будешь одевать парик». Естественно, она не  рыдала, она не  любила показывать, что ей  больно, но  мы  все видели. В  конечном итоге, когда волосы стали выпадать клоками, она взяла у  моего мужа станок и  сказала: «Брей меня наголо!» Помню, сестра Гузель приходит тогда и  говорит: «Ой, мама, да  ты  гуманоид». Мы  старались все это в  шутку превратить, чтобы отвлекать ее  от  грустных моментов. Потом она с  этим париком ездила даже на  гастроли. Чудеса пошли с  того момента, когда взяли биопсию, а  анализ показал, что у  нее локализована болезнь. Удивительно, но  после лечения ее  голос стал даже звонче, она продолжила заниматься концертной деятельностью. Если  бы не  творчество, мы  бы ее  похоронили 20  лет назад.

«ОНА НИКОГДА СЛОВА ПЛОХОГО НЕ  ДАВАЛА СКАЗАТЬ ПРО ПРАВИТЕЛЬСТВО»

—  Когда Альфия Авзалова последний раз выступала на  сцене?

—  Четыре года назад она выходила на  сцену.

—  Не  забыли ее  с  тех пор чиновники, коллеги по  цеху?

—  Всегда помогала филармония имени Тукая, ее  руководитель Кадим НадировичНуруллин  — это человек такой душевный, что просто с  ума сойти. Он  завел традицию, когда пожилым артистам оказывалось внимание. Он  никогда не  забывал маму: день рождения, 8  марта, день пожилых людей. Два раза в  больницу приезжал. Минниханов никогда не  говорил «нет», когда маме было 80  лет, Рустам Нургалиевич автомобиль подарил. Минтимер Шарипович постоянно интересовался. Но  Минтимер Шарипович  — это особый разговор...

—  Так ведь Шаймиев  — земляк, якташ!

—  Да, якташ-земляк, не  просто земляк, у  меня такое ощущение, что они дышали одинаково. Дай ему Бог здоровья. Мама его просто обожала. Она говорила: «Кара әле, минем борыным Шәйминеке шикелле („Посмотри-ка, у  меня нос как у  Шаймия“), может мы  родственники». Она никогда слова плохого не  давала сказать про правительство.

Энгель абый Фаттахов  — бывший глава Актанышского района, а  сейчас министр образования  — несмотря на  занятость, приходил в  больницу с  огромной охапкой цветов, мама его узнала. Министр культуры Айрат Сибагатуллин постоянно интересовался  — мы  соседи  — всегда про маму спрашивал, про ее  состояние. Фарид Мухаметшин  — от  него постоянно были знаки внимания. А  Ильсур Метшин знаете, что сделал для мамы? Он  сделал лифт в  подъезде. Нашли спонсоров, и  в  нашем подъезде четырехэтажного дома появился лифт. Благодаря Ильсуру Раисовичу мама успела на  нем покататься. Он  включается только от  нашего ключа, потому что оплачиваем лифт только  мы. Остальные соседи не  хотят, говорят, что это дорого.

«САЛАВАТ  — ЕДИНСТВЕННЫЙ ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ДО  ПОСЛЕДНЕГО КУРИРОВАЛ ЕЕ  ТВОРЧЕСКУЮ ЖИЗНЬ»

—  Но  любимчиком вашей мамы был Салават Фатхетдинов.

—  Салават-это №  1. У  него потому что мелизм. Она говорила: «Смотри, как закручивает песню, просто убивает напова!» Ну  и  Ильгам абый Шакиров —это просто number one. Она считала, что после Шакирова идет Салават. Еще ей  нравился тембр Нафката Нигматуллина, Искандер Биктагиров, Айдар Файзрахманов, Фердинанд Саляхов. А  вот молодежь, которая сейчас... Мы  включали ей  «Майдан ТВ» , потом перестали это делать, потому что это ее  раздражало. Если видела поющую молодежь, говорила: «Нет, уберите, уберите!»

Салават ей  очень помогал, у  него очень много работы, он  много ездит, профессор, семья у  него огромная... При этом всегда находил время позвонить, минимум, три раза в  неделю. Когда мама заболела, то  звонил каждый день. Где  бы он  не  был, писал: «Как, что нужно, как она себя чувствует».

—  Правда, что Салават очень помог Альфие Авзаловой в  самые трудные годы?

—  Это так. Он  был ей  очень благодарен, говорил, что мама много сделала для начала его карьеры. И  он  продлил ей  творческую жизнь, возил на  гастроли, когда ее  никто не  приглашал. Да, было дело, звонил какой-нибудь глава администрации и  приглашал на  юбилей или сабантуй какой-нибудь. Мама отзывалась, но  не  любила петь среди жующих, говорила, мол, я  тут выкладываюсь, душу отдаю, а  люди едят. Салават  — единственный человек, который до  последнего курировал ее  творческую жизнь.

—  Многих удивило, что Салават не  пришел на  церемонию прощания в  филармонии.

—  Он  там был. Незаметно пришел, незаметно ушел. Он  был маме так близок, она  же его сыном называла: «Минем улым». Не  «энекәш» («братец»), а  именно сынок. Он  зашел до  начала церемонии. Вот так было у  человека в  душе. Салавату захотелось с  ней проститься вот так непублично.

—  А  еще некоторых почитателей творчества вашей мамы покоробило, что ТНВ не  поменяло сетку вещания, хотя это сделали федеральные каналы, когда в  этот  же день умер Алексей Баталов.

—  Мы  в  YouTube заглядывали только один раз. Нам, честно говоря, не  до  этого было. А  про татарское телевидение... Не  берусь ни  осуждать, ни  обсуждать никого и  ничего.

«ОНА СТАВИЛА УСЛОВИЕ, ЧТОБЫ БОЛЬШЕ АРТИСТОВ В  СЕМЬЕ НЕ  БЫЛО»

—  Альфию Авзалову называют «мо ң патшабикәсе»  — царица моң, песни. А  у  каждой царицы должен быть наследники...

—  Она ставила условие, чтобы больше артистов в  семье не  было, потому что жизнь певца не  сладкая. Я  имела наглость, пока она была на  гастролях, поступить в  театральное училище на  актерское отделение к  Марселю Салимжанову. Тогда сотовых телефонов не  было, чтобы об  этом сообщить. Приезжает она с  гастролей, и  я  ей  заявиляю: «Мама, я  уезжаю на  практику, поступила в  театральное училище». Для нее это было шоком, но  мамочка не  отругала, просто сказала: «Зря». Но  потом после окончания театрального училища мы  вместе с  ней ездили, пели. Мой муж уехал в  Афганистан врачом на  войну, а  я  работала в  филармонии в  литературном лектории, редактором эстрадного отдела, потом мама предложила вместе ездить нагастроли. Я  вела ее  концерты, и  мы  дуэтом исполняли много разных песен. Ну, не  дуэтом, а  была на  подпевке, как сейчас принято говорить  — работала бэк-вокалисткой.

—  Значит, она видела вас продолжательницей своего дела?

—  Да, думала, что я  стану певицей. А  так из  действующих артисток ей  нравились Хамдуна Тимергалиева, Хания Фархи. Ханию вообще любила. Сахабиеву очень любила, называла «моңлы җырчы». Шарифуллина Зухра ей  тоже нравилась.

—  А  среди молодых исполнительниц? Я  имею в  виду участниц конкурса имени Альфии Авзаловой, где сама Альфия апа была членом жюри.

—  Одна девочка ей  очень нравилась, не  помню, как ее  звали, но  она дальше не  пошла по  певческой карьере.

—  Если ваша мама царица татарской эстрады, то  Ильгам Шакиров, несомненно, король национальной песни. Он  понял, что его старая подруга ушла из  жизни?

—  Он  все понимает! Но  есть такие вещи как склероз и  возраст. Это возрастные изменения, от  этого никто не  застрахован. Когда мы  после похорон на  следующий день поехали к  маме на  кладбище, то  мой муж, племяница, сестра позвонили Ильхам абый Хазиеву, который ухаживает за  Шакировым, и  сказали, что придем. Мы  пришли и  у  всех было ощущение, что и  мама наша здесь, попили чаю. Он  вспомнил нас, целовал руки Гузель, моей сестре. Он  ведь с  детства нас знает, называл своими дочерями. Другое дело, что через полчаса  он, может, забыл о  нашем приходе. Это у  кого как бывает, Зельдин в  100-летнем возрасте на  сцене выступал. У  всех старение идет по-разному. Они изношенные все, что Ильгам абый, что мама...

СЕМЬЯ, ХАРАКТЕР И  ФОНД АЛЬФИИ АВЗАЛОВОЙ

—  Насколько большая у  вас семья?

—  У  моей мамы двое дочерей  — я  и  Гузель. Внуки  — Иделия, Лейсан, Аскар, Рената. На  сегодняшний день в  Америке живет моя дочь, у  которой уже четверо детей. Это мамины правнуки  — Ева, Кристан-Александр, Себастьян-Эндрю, Максимильян. Вплоть до  смерти мама четко нас всех различала, помнила. С  моей дочерью, которая живет за  океаном, разговаривала через интернет. Когда дети приезжали, каждый год делали фотосессии. Интересно, что 4  мая, за  день до  того, как маму увезли в  больницу, она с  моей дочерью по  фейстайму пели дуэтом песни, я  жалею, что не  засняла это.

—  Ваша собачка тоже была членом семьи?

—  Мы  привезли ее  из  Америки, мама собачку обожала. Себи, полное имя которого Себастьян, уже два с  половиной года здесь живет. Мама его кормила со  стола. Она всегда любила животных, любила лошадей, даже куриц, гусей. Когда на  гастроли ездила, часто останавливались по  домам. И  первым делом просила показать скотину. А  дети! Очень любила малышей.

Моя младшая дочь Рената настояла на  том, чтобы Себи попрощалась с  әннәкой, так мы  называли маму, когда ее  привезли из  морга. Собака вышла, постояла, увидела народ, пошла к  телу, лаяла и  после этого перестала, хотя 40  дней до  этого, после того как маму увезли в  больницу, на  беду соседей она непрерывно лаяла и  скулила.

—  А  ваша мама не  старадала от  многочисленных сплетен, которые ходили вокруг ее  знаменитого имени?

—  Она всегда говорила: «Аллах есть, все видит, всем воздаст  то, что человек заслужил». Она ненавидела людей, которые сплетничают. Про нее  же было столько сплетен: что в  дурдоме лежит, пьяная в  канаве, родила ребенка  — отдала в  детдом. Поначалу ей  было очень тяжело все это выслушивать, а  потом научилась брать себя в  руки. Она говорила, что, пока живешь, про тебя будут говорить, а  перестанут говорить, значит, ты  не  нужна народу.

Помню с  сестрой ехали в  трамвае. Это было лет 40  назад, слышим, две женщины разговаривают, мол, слышали, ведь Альфия повесилась. Мы  с  Гузель долго хохотали над этим...

—  Как она относилась к  религии?

—  Она говорила, что является любимицей Бога, Ходайның яраткан кызы. Она совершала намазы, правда не  пять раз в  день. Все суры Корана помнила наизусть, когда год назад приглашали муллу читать, она все аяты знала, про себя повторяла за  ним. Даже в  больнице она парализованным языком говорила Алла бирса.

—  Теперь нужно сохранить память о  легенде татарской эстрады. Вы  собираетесь что-то делать для этого?

—  Мы  вам откроем большой секрет: по  настоянию моего мужа лет 10  назад мы  решили создать фонд Альфии Авзаловой, который позволил  бы отбирать талантливых исполнителей. Ей  эта идея очень понравилась, и  она с  нами вместе ездила в  регистрационную палату. 10  лет он  был на  нулевом балансе, только налоги платили. Сейчас будем стараться его запустить. Салават одобрил эту идею, у  фонда есть имя «Фонд сохранения и  развития творчества певицы Альфии Авзаловой». Это название утверждала мама сама.

Альфред Мухаметрахимов Фото: Альфред Мухаметрахимов

kazan.bezformata.com

Альфия Авзалова хотела напоследок пожить для себя

Минувшей ночью ушла из жизни выдающаяся татарская певица Альфия Авзалова. Ей было 84 года. Прощаться со своими поклонниками, самый известный среди которых - Минтимер Шаймиев, она начала еще весной 2001 года. Говорила в интервью «Вечерней Казани»: «Чувствую: надо успеть попрощаться со своим зрителем... Сейчас три новых платья в Доме быта сшила для бенефиса. Пусть меня публика модной красавицей запомнит! Мне, скажу тебе откровенно, недолго жить осталось... Сказывается, и очень сильно, операция, которую я перенесла четыре года назад. У меня тогда голос пропал... Мне долго не говорили правду, но когда привезли в онкологическую больницу, я сразу все поняла. Операция по удалению опухоли прошла успешно. Я и не сомневалась в этом, потому что профессор Рифкат Тазиев - профессионал! А на профессионалов у меня нюх. Я как его увидела, сразу передумала ехать лечиться во Францию. После операции голос ко мне вернулся. Но потом мне пришлось пройти 80 сеансов облучения! Я облысела, у меня полгода из подмышек кровь текла ручьями... И это ведь пережила, я сильная! У меня уже и новые волосы успели на голове вырасти - густые и почему-то волнистые. Но сейчас я живу на лекарствах: после облучения у меня стало скакать давление, страшно болит сердце... Уверена почему-то, что я не от новой опухоли умру - от сердца».

По предварительным данным, причиной смерти Альфии Авзаловой стал инсульт.

Своим уникальным голосом (альт) она прославилась еще в школьные годы. Гастролировавшие в ее родном Актаныше артисты Татарской госфилармонии посоветовали одаренной юной певице ехать в Казань. В этом городе тогда работали ее любимые исполнительницы - Гульсум Сулейманова и Зифа Басырова. Их волшебные песни помогали ей меньше грустить: Альфия была сиротой - мама умерла, когда девочке было 5 лет, отец погиб на Великой Отечественной войне.

Авзаловой было 19, когда она начала профессионально учиться музыке в Татарской филармонии, параллельно работая в хоре Татарского государственного ансамбля песни и пляски. Со временем стала солисткой этого коллектива, а потом создала свою концертную бригаду и объездила с гастролями весь СССР. Учиться не переставала: брала уроки у знаменитой Ирмы Яунзем. Любопытная подробность: Ирма Яунзем собирала и исполняла песни народов мира более чем на 50 языках. Альфия Авзалова пела на 14 языках.

Во времена СССР у Авзаловой была ставка 6 рублей за концерт. Одинокая мать двоих детей, она старалась давать на гастролях по четыре концерта в день. Ее так любили, что после концерта устроители всегда спрашивали: «Альфия-ханум, может, вам чего-нибудь надо?» «Все надо!» - прямо отвечала певица. И, как сама вспоминала, привозила с гастролей в деревне «500 яиц, мяса - целую корову, масло - ящиками». После развала СССР благодарные поклонники продолжали одаривать Авзалову: однажды певица похвасталась корреспонденту «Вечерней Казани» преподнесенной ей в Бугульме норковой шубой. В отличие от большинства своих коллег Авзалова страшно радовалась, когда слышала о себе сплетни. Объясняла: «Раз обо мне говорят - значит ценят, завидуют!» И признавалась, что так умно относиться к сплетням ее научил Ильхам Шакиров - певец, которого народная молва постоянно записывала в мужья Авзаловой.«У нас с Ильхамом любовь была - как в кино! - признавалась она мне в интервью в 2001 году. - Это он уговорил меня с мужем развестись. Помню, после развода я поехала с Шакировым на гастроли в Ташкент. В гостинице администратор спрашивает: «Вам какой номер? Вы муж и жена?» Ильхам как воды в рот набрал. И я как заору: «Да! Да! Да! Я жена Ильхама!» Нам дали люкс. А возвращаемся после «медовых» гастролей в Казань - Ильхама опять как подменили. «До свидания, - говорит мне в аэропорту, - увидимся в филармонии…» Недавно спросила его: «Ильхам, почему ты на мне так и не женился?» Он ответил: «Багаж» у тебя слишком большой был - дети, бабушка…» Но я не могу на него сердиться - люблю я его. Думаешь, стала бы я Авзаловой, если бы не Шакиров? Я ведь всегда соревновалась с ним, старалась доказать, что я лучше!..» В 2005 году я видела выступление Альфии Авзаловой на родине Гаяза Исхаки - в селе Яуширма (Кутлушкино) Чистопольского района. «Альфия-апа, это вы?! - кидались к ней с объятиями сельчане. - А мы ведь помним, как вы к нам с концертом приезжали в 1986 году! А вы помните?» Авзалова мрачно отвечала: «Ничего я уже не помню! Старею я. Память ни к черту! Я даже не помню, с кем я сегодня спала!» Потом, когда Авзалова в белом длинном платье пела со сцены свои хиты, публика подпевала ей хором. То, что Альфия-ханум поет под фонограмму, заметили тогда только ее коллеги. «Она фантастическая артистка! - говорил мне по секрету один из них. - Чтобы никто не догадался о фонограмме, сейчас сделает вид, что не помнит слова песни и будет демонстративно смотреть в шпаргалку... Смотри, смотри - так и есть!..» 

В 2008 году она дала серию юбилейных концертов в честь своего 75-летия. Со сцены концертного зала Татарской филармонии - прекрасно выглядевшая, очень бодрая, - восклицала: «Мне семьдесят пять?! Прекратите называть эту цифру! Я - молодая!» Публика горячо аплодировала любимой певице, а ведущие концерта - Салават Фатхетдинов и Джавит Шакиров - рассмешили виновницу торжества, подарив ей нарядную вывеску «70 лет», сделанную в те дни для юбилея Татарской филармонии. «Только на пять лет меня омолодили? Как не стыдно!» - смеялась Авзалова.

Признавалась после концерта: «Знаешь, я на сцене оживаю! Никакой боли не чувствую! Правда, перед концертом море таблеток сейчас выпиваю. Могла бы и не принимать - утомительно это, страшно дорого к тому же. Но мне врачи сказали, что надо. Иначе - долго не протяну. А я так хочу, чтобы Бог мне подарил еще хотя бы десять лет жизни. Я бы для себя наконец-то пожила, я ведь всю жизнь пахала...» 

В субботу, 17 июня, в концертном зале Татарской филармонии состоится прощание с Альфией Авзаловой. Официальная часть и гражданская панихида начнутся в 10 часов. Похоронят Авзалову на Ново-Татарском кладбище.

www.evening-kazan.ru

Альфия Авзалова: «Я словно растворилась в песне!»

Автор материала: Айсылу Хафизова Фото: кадры из фильма «Мон патшабикэсе»

Заслуженная артистка Татарской АССР и РСФСР, Народная артистка Татарской АССР, Лауреат премии имени Габдуллы Тукая, кавалер Ордена «За заслуги перед Республикой Татарстан» Альфия Авзаловна Авзалова ушла из жизни в ночь с 14 на 15 июня, в дни священного месяца Рамазан.

Мусульмане верят, что умершие в месяц поста попадают в рай. Народная любимица обладала уникальным тембром голоса – альтом полного диапазона, а также незаурядным характером и оставила после себя не только множество песен, но и анекдотов. На Казанской аллее звёзд заложена её именная звезда.

Альфия Авзалова родилась 15 января 1933 года в селе Актаныш Актанышского района Республики Татарстан. Рано лишилась родителей. Мамы не стало, когда Альфие было пять лет. Отец погиб на фронте в Великую Отечественную войну. Заботу о сестрах Авзаловых взяла на себя сестра матери. Альфия вспоминает, как они с тетей «воровали» зерно. Чувство телесной боли от колющихся и царапающих зерен Альфия ощущала всю свою жизнь. Она считала, что ее «мон» родом из детства – от нищего сиротства («мон» – это непереводимое с татарского языка понятие, касающееся пения. В приблизительном переводе – «дар петь с душой» – прим ред.). «Дочки мои на всем готовом жили. Пытались петь. Не получилось», – вспоминала она.

Еще в Актаныше Альфия выступала с песнями. Своими первыми наставниками Альфия Авзаловна считает баянистов Марзию Юнусову, Масхута Ахметшина. Именно они научили ее песням, сопутствующим ей всю жизнь: «Салкын чишмэ», «Гульджамал», «Аллюки»...

Тяга к театру проявилась у Альфии в четвертом классе. Она играла в школьных спектаклях, мечтая стать актрисой драматического театра. Театр был для нее сказкой, а песня, с которой она шла по жизни, – реальностью. Мечта об актерстве привела ее из деревни в Казань. Первый секретарь Актанышского райкома партии, услышав пение Альфии, заявил: «Альфия, все, к чему ты стремишься, тебе даст твой голос».

Слова песни помогали Альфие Авзаловой полностью войти в образ. «В народной песне важны слова, а не музыка», – считала певица.  Одна из ее программ названа «Наша родина — земля». В этих словах, выражена жизненная позиция певицы.

В 1952 году Альфия Авзалова была приглашена на работу в Татарский ансамбль песни и танца в качестве солистки. Обладая редким по красоте тембра голосом (альт полного диапазона), она вскоре стала одной из ведущих солисток Государственного ансамбля песни и танца Татарии. В годы работы в ансамбле певица мастерски исполняла самые сложные произведения С.Габаши, А.Ключарёва, М. Музафарова, 3. Хабибуллина и многих других композиторов, а также старинные и современные народные песни. Любимым романсом А.Авзаловой в те годы стал романс Султана Габаши «Кукушка».

С благодарностью вспоминала Альфия Авзаловна руководителей ансамбля: Разию Тимерханову и Зулейху Ахметову. Она не раз вспоминала о том, что тогдашний руководитель Татгосфилармонии Раиса Волкова поставила ей голос и научила нотной грамоте.

Проработав в филармонии один год, Альфия Авзалова поступила в музыкальное училище, где, проучившись восемь месяцев, сорвала голос –певице с народным голосом небезопасно было заниматься в классе колоратурного сопрано. Восстановив его, начала заниматься самообразованием: прослушивала и анализировала песни известных исполнителей. Сначала пела «горлом», перегружая голосовые связки, от этого уставала. С годами пришло понимание тонкостей вокального мастерства.

Потом по рекомендации художественного руководства Татгосфилармонии Авзалова создала свою концертную группу, в которую вошёл аккомпанирующий эстрадный инструментальный ансамбль «Казан утлары», состоящий из органа, гитары, клавишных и синтезатора под руководством Карима Габидуллина, а также танцевальная группа.

Работая в течение многих лет с эстрадной бригадой, певица гастролировала по республикам Средней Азии и Прибалтики, побывала в Москве, Ленинграде и во многих городах России, выступала перед нефтяниками Татарстана и Башкортостана, перед строителями КАМАЗа, перед тружениками села. За один выезд по селам и деревням она могла дать более сотни концертов за два месяца. Выступления эстрадной бригады Альфии Авзаловой были невероятно популярны.

Певица с уважением относилась к соседним национальным культурам, поэтому в репертуар включала песню того региона, в котором выступала. «В Баку пою «Сурею», в Ташкенте — «Яр-яр», после этого мои родные татарские песни зрители принимают ближе к сердцу», – делилась секретом успеха артистка.

Во время гастролей по республикам и городам Советского Союза А.Авзалова собирала множество забытых неизвестных песен разных народов, которые в её исполнении обрели новую жизнь, стали достоянием широкого круга слушателей. Певица всегда была в тесном творческом контакте с ведущими современными композиторами, поэтами и другими деятелями искусств. Она брала уроки у всемирно известной исполнительницы песен мира Ирмы Петровны Яунзем.

Первый большой успех певица завоевала на выступлении на Декаде татарского искусства и литературы в Москве в 1957 году. В Москве Альфия Авзалова научилась петь на тринадцати языках. И в репертуаре «повелительницы мон» появилась программа «Песни народов мира»: индийские, арабские, китайские, еврейские, афганские и т.д. С концертной программой, подготовленной вместе с Ирмой Яунзем, татарская солистка выступала во многих уголках Советского Союза и за рубежом. За пропаганду песен народов мира ей была вручена Почётная грамота Советского комитета защиты мира «За активную деятельность по укреплению мира между народами» (1960 год).

Как вспоминала Альфия Авзалова, однажды во время отдыха на курорте произошла такая история. На вечере танцев между Альфией Авзаловой и пригласившим ее на танец мужчиной завязался разговор:

— Какая хорошенькая обезьяночка! Пошли танцевать!

— Пошли, хорошенький медведь! — ответила Альфия.

— Вы чукча? — спросил мужчина.

— Нет! — последовал ответ.

— Тогда вы якутка?!

— Нет!

— Кто же вы, скажите, пожалуйста! — взмолился мужчина.

— Японка! — пошутила Альфия.

— О, хорошенькая японка, тогда скажите что-нибудь по-японски.

— Хи-хи, карт алаша (старый мерин – с татарского – прим.ред.)!

— О, какие красивые слова по-японски, — обрадовался мужчина. 

Популярная народная певица была окружена множеством анекдотов и баек в артистической среде. Она была остра на язык и за словом в карман не лезла.

В конце 90-х Альфия Авзалова лечилась от онкологии. Лечение дало хороший результат, но последствия были тяжелыми. У артистки пропал голос, выпали волосы. Со временем голос вернулся, волосы отросли. Остались лишь скачки давления и боли в сердце. Но Альфия Авзаловна была снова в строю и выступала на сцене.

С 1997 года Рабит Батулла записывал то на магнитофон, то на любительскую видеокамеру материал для своего будущего фильма о певице. Беседы проходили в непринужденной домашней обстановке. Батулла и Авзалова по-соседски беседовали на всевозможные темы. Эти записи легли в основу фильма «Мон патшабикэсе» («Царица песни»). Позже к работе подключился кинорежиссер Энвер Габдрахманов. Материал, снятый на любительскую камеру Рабита Батуллы, дополнился кадрами, полученными с профессиональной камеры Габдрахманова.

2 ноября 2010 года в кинотеатре «Мир» состоялась презентация документальной кинокартины «Мон патшабикэсе». На презентацию были приглашены журналисты, деятели культуры и искусства. Для широкой аудитории премьерный показ состоялся в Актанышском районе. Первыми зрителями картины стали земляки Альфии Авзаловой из села Актаныш.

Фильм был снят студией «Тан» при поддержке Государственного учреждения «Татаркино». Автор сценария и сорежиссер – Рабит Батулла, писатель, драматург, Заслуженный деятель искусств Татарстана; режиссеры – Рабит Батулла, режиссер и оператор картины – Энвер Габдрахманов, член Союза кинематографистов РФ. Роль молодой Альфии в фильме сыграла Элиза Хайретдинова, режиссер Актанышского Дома культуры, а в роли ее друзей выступили ученики Актанышской средней школы. Фильм «Мон патшабикэсе» вышел на татарском языке длительностью 50 минут.

На презентации картины Рабит Батулла заметил: «Альфия Авзалова с 8 лет на сцене. Ее официальный стаж составляет 53 года, а неофициальный – 68. У какого народа еще есть такая певица? Одно только это достижение заслуживает занесения в Книгу рекордов Гиннеса».

Как рассказали бывшие сослуживцы певицы, навещавшие ее, в последние годы жизни артистка болела, но была под наблюдением врачей и в заботливых руках своих дочерей Гузель и Зульфии. Накануне смерти после реанимации в РКБ-2 артистка лежала в Городской клинической больнице №7. Она находилась в хороших условиях, с удовольствием смотрела телевизор, подаренный руководством Татгосфилармонии.

Друг и коллега по сцене, легендарный певец татарской эстрады Ильхам Шакиров в последний раз встречался с Альфией Авзаловой 19 июля 2016 года. «Я посчитал своим долгом организовать эту встречу. Альфия-апа пришла с дочерьми Зульфией и Гузель. Это не были какие-то серьезные разговоры, все очень легко и непринужденно. Теплая встреча, посиделки с песнями и воспоминаниями. Илхам-абый запоет, Альфия-апа подхватит… Очень душевная встреча. Они уже перешагнули 80-летний рубеж, поэтому, наверное, осознавали, что это их последняя встреча. Но все же пока Альфия-апа чувствовала себя не так плохо, они время от времени созванивались», –рассказал помощник Ильхама Шакирова Ильхам Хажиев. О смерти Альфии Авзаловой он узнал одним из первых – около трех часов ночи. «Что поделаешь, братец», – сказал артист и много времени провел в раздумьях.

Композитор Резеда Ахиярова: В последнее время я часто слушала романс «Сагындыра» («Скучаю») в ее исполнении. Я написала его на стихи Рената Хариса в 1980-е годы. Она сама дала такое название песне, которая до этого называлась «Кар сулары» («Талая вода»). В этом произведении она раскрывается совершенно по-другому. Меня потрясла весть об ее кончине. Она была очень простой и открытой, общение с ней оставила яркий след в моей душе. До сих пор помню, как на скрипке играл Рустем Абязов, за роялем – Марат Сиразитдинов. И приучастие троих великих татар родилась эта песня. Были те, кто говорил, когда мы записывали ее на радио, что Альфия-апа не захочет исполнять эту песню. Но она исполняла ее так, как будто о себе самой. Пропустила романс через сердце, глубоко прочувствовав смысл. Поэтому произвела глубокое впечатление на публику. Романс хорошо принимают даже те, кто не знает татарского языка. И я этим очень горжусь.

Поэт Ренат Харис: В апреле-мае 1983 года мне позвонила Резеда Ахиярова и рассказала о том, что написала романс на мои стихи «Киттен инде» («Ты ушла»). На эти стихи уже был написан романс Рустемом Яхиным. Этот романс открывает цикл «Солнечный дождь», созданный на мои стихотворения. Музыка Резеды Ахияровой меня также потрясла – я услышал в ней безутешность страдающей души, и на эту музыку написал новый текст. мы долго решали, кому предложить этот романс. И Резеда отдала его Альфие Авзаловой, потому что его мог донести только человек с непростым жизненным опытом. Этот романс прославленная певица приняла с большим волнением и изъявила желание разучить его с автором. Резеда Ахиярова, конечно, не стала противиться и пару раз съездила к певице на квартиру, чтобы аккомпанировать ей. По ходу репетиций Альфия Авзалова предложила изменить название на «Сагындыра», и я согласился с этим. На трагический голос Альфии Авзаловой хорошо легли скрипка Рустема Абязова и фортепиано Марата Сиразетдинова, и этот романс как будто превратился в музыкальную драму. 

Альфия Авзалова в книге «О себе»: Когда я слушаю песни, которые я спела за свою творческую жизнь, я испытываю странные противоречивые чувства. Прошедшие годы молодости, любимые близкие люди, друзья по сцене встают перед глазами и душа начинает болеть. Не так давно по радио передавали песню «Мэхэббэтем» («Любовь моя»), которую я любила исполнять. Я слушала ее, затаив дыхание, слезы навернулись на глаза. Словно сильное цветущее дерево вырвали с корнем. Словно что-то с корнем вырвали из сердца, я была охвачена какими-то странными чувствами. Словно бы эта песня отражает всю мою жизнь, в этой песне и моя ушедшая молодость, и разлука с любимым, и печаль – все, все... Мне показалось, что я растворилась в этой песне, что я не человек, что я превратилась в песню...

sntat.ru


Смотрите также