Крымская война

Сражение на Альме

Уже первые сражения на суше ясно показали, что русская армия существенно превосходит турецкую. Но после высадки неприятельского десанта в Крыму воевать пришлось с куда более серьезным противником.
Несмотря на все просчеты и неорганизованность, союзники смогли без помех со стороны русских начать высадку десанта у Евпатории. Погода тоже не препятствовала англо-французским силам, а потому армия, насчитывавшая свыше 60 тысяч человек при 134 полевых орудиях (да еще и осадной артиллерии) была успешно перевезена на берег.
В это время начальник штаба Черноморского флота вице-адмирал В. А. Корнилов предпринял последнюю попытку оказать неприятелю решительное противодействие на море. Он приказал всем кораблям готовиться к выходу из Севастополя. Хотя численное и техническое превосходство союзников было значительным, в случае решительной атаки русских они могли попасть буквально в катастрофическое положение. Во-первых, за Севастополем не велось непрерывного наблюдения, хотя наличие винтовых кораблей позволяло сделать это. Во-вторых, англичане и французы, привыкшие к отсутствию в море русских кораблей, устроили у Евпатории «филиал Бедлама» (по названию печально известной психиатрической лечебницы в Лондоне). Их корабли и суда расположились в полном беспорядке. Получается, что при внезапном подходе российской эскадры союзный флот вступал бы в бой по частям, бессистемно, и на главном направлении мог оказаться слабее атакующих.
Но любимая историками поговорка гласит: «История не терпит сослагательного наклонения». Мы никогда не узнаем, чем могла бы закончиться решительная атака Черноморского флота на союзные силы у Евпатории, поскольку выход в море так и не состоялся. Атаковать на свой страх и риск, вопреки воле командующего обороной Крыма Меншикова, начальник штаба флота просто не мог.
А светлейший князь никаких решительных действий не поддержал, ни на море, ни на суше. В результате благоприятный момент оказался упущенным.
То, что момент действительно был благоприятным, подтверждается сентябрьским крейсерством парохода «Тамань». Небольшой, вооруженный всего двумя орудиями корабль подошел к мысу Керемпе, сжег турецкий торговый бриг, некоторое время крейсировал между Варной и Босфором, а затем пришел в Одессу. Проведя в море почти трое суток, «Тамань» не встретила ни одного вражеского корабля!
От Евпатории, расположенной в 50 км севернее Севастополя, союзные войска двинулись в направлении главной базы Черноморского флота. Напомним, что именно ее захват был определен как главная цель всей кампании. Севастополь к этому времени имел неплохие приморские укрепления, но совершенно не был защищен с суши. Навстречу неприятелю Меншиков повел свои основные силы, однако их численность не позволяла надеяться на победу. По данным, приведенным известным историком Е. В. Тарле, в распоряжении светлейшего князя имелись 42 пехотных батальона и 16 эскадронов кавалерии -всего около 37 ООО человек при 84 орудиях.
Союзники, которыми командовали маршал де Сент-Арно и лорд Раглаи. имели существенный перевес в силах. По сведениям французского генерала Ниеля, на которого ссылается Тарле, у французов под Альмой было 27 600 человек и 62 орудия, у англичан - 21 ООО человек и 50 орудий, у турок - около 6000 человек. В целом - свыше 55 000 человек при 112 орудиях. Единственное, в чем превосходство оказалось на стороне Меншикова, так это в кавалерии: 3400 сабель против 1000 (британцев). Зато у союзников большая часть десантного корпуса была вооружена нарезными ружьями, стрелявшими пулями Минье. Русские могли противопоставить им только 1660 штуцеров, которыми располагали егеря. Остальная пехота шла в бой с гладкоствольными ружьями. Распространено мнение, что против английских и французских винтовок русским пришлось сражаться «старинными ружьями с кремневыми замками», однако это не соответствует действительности. Кремневый замок уже ушел в прошлое, а на вооружении армии состояли более совершенные капсюльные ружья. Тем не менее, нарезное оружие в бою на средних и больших дистанциях обладало подавляющим превосходством. Увы, но по части дальнобойности и меткости гладкоствольное ружье очень серьезно уступало нарезному.
В довершение всех бед Меншикову откровенно недоставало ни военных талантов, ни профессионализма, а среди его подчиненных оказались просто недостойные люди. Речь идет прежде всего о командире 17-й дивизии генерал-лейтенанте В. Я. Кирьякове. Именно он в ответ на приказ главнокомандующего встречать атакующего врага фронтальным огнем произнес печально знаменитую фразу: «Не беспокойтесь, Ваше сиятельство! Шапками закидаем неприятеля».
Сражение на реке Альме началось днем 8(20) сентября 1854 г. Основной удар наносили французы, расположившиеся на правом фланге союзных сил. Левый фланг Меншикова также оказался под огнем вражеских кораблей, подходивших к берегу на небольшое расстояние. На первом этапе сражения русская артиллерия, разместившаяся на выгодных позициях, нанесла противнику ощутимые потери.
По свидетельству одного из участников сражения, когда союзники пошли в решительную атаку, «...наша артиллерия уже целыми рядами стала истреблять их, а они все-таки шли вперед, как бы не замечая и не заботясь о своих убитых собратьях!»
Несмотря на выстрелы русских пушек, союзная пехота вышла на расстояние эффективного ружейного огня, после чего положение кардинально изменилось. Пули выбивали офицеров и расчеты орудий, безнаказанность вражеских стрелков, недосягаемых для русских ружей, подрывала боевой дух. Попытки контратак и штыковых ударов приводили к большим потерям. Кирьяков настолько бездарно и безответственно действовал на своем фланге, что французы вообще без сопротивления взобрались на казавшиеся неприступными высоты (шапки не помогли!). В результате русские войска начали отступление.
Атака англичан развивалась сначала не столь успешно, их боевые порядки оказались перемешанными. Но и русские допустили немало ошибок - например, попытка Казанского полка контратаковать не только закончилась неудачно, но еще и помешала использовать свою же артиллерию. Частично положение исправили решительные действия Владимирского полка, атаку двух его батальонов лично возглавил командовавший левым флангом генерал князь П. Д. Горчаков (брат командующего Дунайской армией). Но положение в центре, где неудачно распоряжался войсками лично Меньшиков, отступление на приморском фланге и общее превосходство союзников в силах не позволили русским превратить тактический успех во что-либо существенное, в то время как Казанский и Владимирский полки понесли тяжелые потери.
После того как французы смогли втащить на высоты орудия, положение русских стало почти безнадежным, и в итоге начался всеобщий отход. Именно командование показало пример «отваги»: Кирьяков просто бросил своих солдат, Меншиков потерял портфель с документами. Но многие офицеры и солдаты даже в столь трагических условиях дрались до конца. Например, артиллерию удалось спасти только потому, что пушки вытаскивали с позиций, не считаясь с потерями, под картечным огнем и пулями. Стойкость, проявленная солдатами и офицерами, позволила армии отступить в относительном порядке, сохранив все знамена и оставив на поле боя только два подбитых орудия. Союзники, потерявшие 3500 человек (в том числе свыше 600 убитыми; потери турок неизвестны), отходящих не преследовали. Утрата русских оказалась существенно больше: 5700 человек, из них 1800 убитых.
Дорога на Севастополь была открыта, но Сент-Арно и Раглан не решились начать немедленное наступление на город. Отчасти промедление было вызвано тем, что численность русских войск в Крыму союзное командование преувеличивало и даже предположило, что на Альме действовал лишь авангард Меншикова. Защитники Севастополя получили передышку.

В штыки!
Сражение на Альме показало подавляющее превосходство стрелкового оружия союзников: британская пехота была полностью вооружена нарезными ружьями, французская - в значительной части. Это вынуждало русских стремиться в ближний бой, уповая не на пулю, а на штык. Владимирский полк в атаку повел лично генерал П. Д. Горчаков. Но и британцы, например шотландские гвардейцы, вовсе не избегали рукопашной. Считается, что в штыковых схватках чаще брали верх русские, но они понесли очень большие потери.


предыдущая следующая Крымская война