Победы и подвиги черноморцев

Пароходофрегат «Владимир»

На следующий день после успеха «Бессарабии» состоялся первый бой пароходов. Находившийся в море «Владимир» под флагом В. А. Корнилова рано утром обнаружил большой неприятельский пароход «Перваз-Бахри». Русский корабль был быстроходнее и лучше вооружен; на нем стояли два 10-дюймовых и три 68-фунтовых бомбических орудия, а также четыре 24-фунтовые и две 18-фунтовые пушки. «Египтянин», направлявшийся из Синопа в Пендераклию, располагал десятью «18-фунтовками». Корнилов приказал командиру «Владимира» капитан-лейтенанту Е И. Бутакову начать преследование, однако в дальнейшем старался в действия подчиненного лишний раз не вмешиваться. Да этого и не требовалось — Бутаков вел бой тактически грамотно, в полной мере используя свое преимущество. Перестрелка пароходов началась около 10 часов, через час стало ясно, что русские артиллеристы стреляют намного лучше, а умелое маневрирование позволяет уклоняться от вражеских выстрелов. Но несмотря на серьезные повреждения, египетский корабль сохранял ход и продолжал отстреливаться. Причину такой стойкости русские моряки выяснили уже после боя. Оказалось, что египтяне применили так называемую «угольную защиту»: паровую машину прикрывали угольные ямы, не дававшие русским ядрам и бомбам поразить механизмы. Около полудня погиб капитан «Перваз-Бахри», но даже после этого пароход продолжал сопротивляться, пытаясь при этом уйти к турецкому берегу.
Тогда Корнилов спросил у Бутакова, когда тот рассчитывает покончить с неприятелем. Капитан-лейтенант после этого приказал увеличить ход, сблизиться с противником и дать залп всем бортом картечью. Это произошло в 12.45, затем последовало еще несколько залпов - картечь наносила египетскому экипажу большие потери. В 13 часов «Перваз-Бахри» спустил флаг, на нем насчитывалось свыше 50 убитых и раненых.


Повреждения пароходофрегата «Владимир» были несущественными, однако избежать потерь русским не удалось. Погибли адъютант Корнилова лейтенант Г. И. Железнов и горнист; унтер-офицер и два матроса получили ранения. На захваченный пароход перешла призовая команда, после чего победитель вместе с трофеем направился в Севастополь, куда и прибыл 6 ноября. Командование очень высоко оценило результаты боя пароходов: ведь опыта подобных баталий не было еще ни у кого в мире. Нет, опыт применения пароходов в бою уже имели многие флоты мира, но чтобы вот так — в открытом море; один на один... Бутаков и все его офицеры получили награды, не остались без них и нижние чины. Трофей же оказался так серьезно поврежден, что во время разыгравшегося шторма затонул 9 ноября в Севастопольской бухте. Подняли его только в марте следующего года, однако до конца осады Севастополя так и не отремонтировали. Но присвоить русское название успели — бывший «Перваз-Бахри» стал «Корниловым».
Активные действия развернулись на побережье Абхазии и в море у берегов Кавказа. Отряд кораблей под командованием вице-адмирала Л. М. Серебрякова — фрегаты «Месемврия» и «Сизополь», корветы «Андромаха» и «Пилад», бриг «Птоломей», пароходы «Херсонес», «Могучий», «Боец» и «Молодец» — принял на борт пехотный батальон и 7 ноября направился к захваченному противником посту Св. Николая. Но турки успели усилить укрепления и установили на них пушки. Поэтому после двухчасовой перестрелки Серебряков принял решение прекратить бомбардировку и отойти. После этого отряд предпринял крейсерство, рассчитывая перехватить идущие в Батум турецкие корабли, но безуспешно.
Зато в ночь с 8 на 9 ноября русские моряки смогли продемонстрировать свою отменную выучку в бою у мыса Пицунда. Перед этим три больших турецких пароходофрегата — «Таиф», «Фейзи-Бахри» и «Саик-Ишаде» — вышли из Батума, где остался четвертый корабль отряда — «Меджидие», и направились к абхазскому берегу. Там они выгрузили порох и свинец для воюющих против России горцев, после чего заметили русский 44-пушечный фрегат «Флора». Корабль, которым командовал капитан-лейтенант А. Н. Скоробо-гатов, был вооружен 24-фунтовыми орудиями, в то время как «турки» имели на палубах не только обычные, но и тяжелые бомбические пушки.

Фрегат "Флора"

Около 2 часов ночи пароходы выстроились в боевую линию и попытались атаковать фрегат, пользуясь возможностью маневрировать вне зависимости от силы и направления ветра. Но «Флора», благодаря умелым действиям командира и меткой стрельбе комендоров, уже через 20 минут вынудила врага отойти.
Спустя непродолжительное время пароходофрегаты опять попытались атаковать парусный фрегат, но тот вновь сумел сманеврировать таким образом, чтобы встретить нападавших бортовыми залпами. Затем ветер совсем ослабел, но даже в условиях наступившего на некоторое время почти полного штиля паровые корабли так и не сумели справиться с лишенным возможности маневрировать парусником. В 6 часов утра бой прекратился.
Спустя полчаса турецкие моряки заметили у мыса Пицунда русскую шхуну «Дротик», и Мустафа-паша направил два корабля к легкой добыче. Но Антон Никитич Скоробогатов не бросил попавших в трудное положение товарищей и решительно атаковал третий пароход — флагманский «Таиф». Результат короткого, но жестокого боя в очередной раз определила намного лучшая выучка черноморцев, огонь пушек «Флоры»
наносил врагу серьезные повреждения, а ответные выстрелы оказывались безрезультатными. Отказавшись от охоты на шхуну, теперь уже «Фейзи-Бахри» и «Саик-Ишаде» бросились на помощь флагману — и тоже попали под русские ядра. Бой завершился к 9 часам утра, когда изрядно пострадавшие пароходофрегаты ретировались. Судя по всему, Мустафа-паша счел за благо прекратить активные действия и уйти на ремонт в Константинополь. Свой бывший флагман «Таиф» под командованием английского моряка на турецкой службе А. Слейда он отправил в Синоп, чтобы предупредить Османа-пашу о своем возвращении в столицу и предложить его эскадре поступить также.

Фрегат "Флора"

Согласно турецкой версии событий, пароходофрегаты встретили в море отряд русских парусных фрегатов, были атакованы ими, но героически и с честью отбились от более сильного противника. О славном и упорном бое свидетельствовали пробоины в корпусах кораблей и прочие повреждения. «Флора» же отделалась сравнительно легко - три пробоины да двое легкораненых. Считавшиеся самыми лучшими английские бомбические пушки в руках недостаточно вышколенных артиллеристов не стали по-настоящему серьезной силой — каким бы грозным ни являлось орудие само по себе, из него ведь надо попасть в цель...
Интересно, что во время летних маневров 1853 г. Нахимов неоднократно делал замечания Скоробогатову за различные ошибки и упущения. Но теперь офицер смог проявить свои лучшие качества, и командование оценило капитан-лейтенанта и его подчиненных по достоинству. Доблестный моряк стал капитаном 2 ранга, награды получили многие матросы и офицеры.
Тем временем эскадра П. С. Нахимова, в результате штормов сократившаяся до трех кораблей — флагмана «Императрица Мария», «Ростислава» и «Чесмы» (встречается немного отличающееся написание этого названия — «Чесьма»), а также брига «Эней», — подошла к Синопу. И там наконец-то удалось обнаружить соединение Османа-паши. Но атаковать противника в сложившейся обстановке оказалось неразумно: на стороне турок было превосходство в числе орудий, кроме того, Синоп защищали береговые батареи, борьба с которыми считалась очень трудной задачей.
В середине XIX в. даже существовало мнение, что одно орудие на хорошо оборудованной батарее равняется десяти на палубах. Поэтому Павел Степанович ограничился блокадой порта, а в Севастополь отправился «Эней» с донесением и просьбой срочно прислать подкрепление.
Там уже знали о турецких кораблях в Чёрном море, поэтому Меншиков немедленно принял решение - направить к Нахимову эскадру контр-адмирала Ф. М. Новосильского в составе трех 120-пушечных и двух 84-пушеч-ных кораблей, а также двух фрегатов. Но почти сразу после выхода из Севастополя эта эскадра попала в шторм.
В результате оба 84-пушечных линкора пришлось отправить обратно - корпус «Варны» дал течь, а «Гавриил» был выделен для сопровождения пострадавшего «собрата».

Вид Севастополя
К началу Крымской войны главной базой Черноморского флота был Севастополь. Оттуда уходили в море русские эскадры, туда приходили на ремонт поврежденные в боях и потрепанные непогодой корабли. С осени 1854 г. захват Севастополя стал главной задачей вооруженных сил Франции, Великобритании, Турции, а позднее — и Сардинии, а оборона города считается примером массового героизма русских солдат и матросов.

Вид Севастополя

Пароходофрегат «Владимир»

В 1847 г. в Англии для нужд Черноморского флота был заказан пароходофрегат, получивший название «Владимир». Корабль, строившийся под наблюдением В. А. Корнилова, имел водоизмещение 1200 т, длину 61 м, ширину 10,9 м, мощность паровой машины 400 л. с. По мощности механизмов и вооружению «Владимир» существенно превосходил остальные черноморские пароходы. К сожалению, российский флот в то время не имел в своем составе винтовых кораблей и в техническом отношении заметно уступал флотам Великобритании и Франции.

Пароходофрегат «Владимир»

предыдущая следующая