Экспедиция в Архипелаг

Непростые отношения между наиболее могущественными державами Европы самым непосредственным образом сказывались и на политике государств «второго ранга», к которым в середине XVIII в. принадлежала Турция. Оказавшись в фарватере французской политики, Османская империя в 1768 г. решилась на войну с Россией.
Отношения России и Турции в XVIII в. трудно назвать нормальными или приемлемыми. Страны постоянно воевали друг с другом, причем в большинстве случаев боевые действия складывались неблагоприятно доя турок и крымских татар. Тем не менее султан и его приближенные не оставляли надежд нанести военное поражение «неверным», отстояв свои причерноморские владения и особенно Крым.
В середине 1760-х гг. Турция попала под французское влияние, и ее антироссийские устремления в значительной мере инспирировались из Парижа. Россия в то время к войне готова не была, а потому инструкции императрицы Екатерины II предписывали российским дипломатам идти на любые ухищрения, но стремиться всячески оттянуть вооруженное столкновение. Но обещания французской финансовой помощи, поставок оружия и даже прямой подкуп турецких сановников сыграли свою роль: летом 1768 г. султанские власти воспользовались набегом гайдамаков на пограничное с контролируемой Россией частью Польши турецкое село.
Последовало предъявление России заведомо неприемлемых условий, а когда они были отвергнуты - объявление войны.
Как уже говорилось, в России ожидали подобного развития событий, но подготовиться к войне страна не успела. Турки полностью контролировали Чёрное и Азовское моря, а их большой и далеко не слабый флот мог создать русским огромные проблемы, обеспечив беспрепятственную переброску войск и снабжения на театре военных действий. Сухопутная же армия султана, пусть и не вполне соответствовала европейским нормам, была многочисленной и достаточно боеспособной.
Хотя спешно созданная русскими Азовская флотилия смогла предотвратить действия турок в Азовском море, но оперировать в Чёрном море ее корабли оказались не способны. Лишь в 1773 г. российские корабли начали демонстрировать флаг у берегов
Крыма, что оказало большое воздействие на население недавно завоеванного полуострова. Немногочисленная эскадра под командованием голландского морского офицера на русской службе капитана 2 ранга Яна Хендрика ван Кинсбергена дважды сразилась с превосходящими силами противника. Российским морякам удалось предотвратить попытки высадить турецкий десант в Крыму. Кинсберген действовал умело и решительно, со своими небольшими силами он совершил невозможное, но для решительных сражений с врагом их оказалось слишком мало. Любопытный факт: голландец оставил самые лестные отзывы о своих российских подчиненных, считая их умелыми и отважными людьми. В то же время построенные на российских верфях корабли Кинсберген оценивал крайне низко и отзывался о них пренебрежительно.
Екатерина II и ее советники еще в преддверии войны начали разрабатывать план действий против Турции, согласно которому следовало начать одновременное «подпаливание Турецкой империи со всех четырех сторон». Одной из мер, позволявших оттянуть вражеский флот из Чёрного моря и создать угрозу османским владениям в Европе, считалось отправление сформированной на Балтике эскадры в Средиземноморье. Районом ее действий определили Морею (старинное название Пелопоннеса) и Греческий Архипелаг - обширный островной район в Эгейском море. Именно это и обусловило название всего предприятия: Архипелагская (встречается несколько иное устаревшее написание - Архипелажская) экспедиция. Расчет делался не только на собственные силы, но и на выступление против турецкого владычества греков и славянских народов Балканского полуострова.
Уже в июле 1769 г. Кронштадт покинула первая эскадра, отправившаяся в поход вокруг Европы. Под командованием адмирала Г. А. Спиридова в Средиземное море ушло семь линейных кораблей, фрегат, бомбардирский корабль, четыре пинка и два посыльных судна. Перед выходом в море эскадру Спиридова, стоявшую на Кронштадтском рейде, посетила императрица, удостоившая адмирала ордена Св. Александра Невского и оказавшая «милостивое внимание всем чинам флота». Русские корабли располагали 640 орудиями, а в числе находившихся на эскадре 5582 человек, кроме собственно моряков, числилось 1106 морских солдат, а также 967 чинов Кексгольмского полка и сухопутных артиллеристов. Спиридов держал флаг на 66-пушечном корабле «Евстафий Плакида», которым командовал капитан 1 ранга А. И. Круз.

Линкор «Евстафий Плакида»

Плавание складывалось трудно, неблагоприятные ветра задерживали корабли и на переходе в Копенгаген (там к эскадре присоединился пришедший из Архангельска 66-пушечный «Ростислав»), и при следовании к берегам Англии. Да и в дальнейшем все проходило непросто - штормовые повреждения, необходимость ремонтироваться в иностранных портах, множество больных (только на первых восьми кораблях, достигших места сбора у Минорки, умерло 332 человека).
От Минорки часть кораблей отправилась к Ливорно, где находился назначенный главнокомандующим всей экспедицией граф А. Г. Орлов, а часть пошла прямиком к Морее.
Вслед за Спиридовым в Средиземное море повел свой отряд англичанин на русской службе контр-адмирал Дж. Эльфинстон. Это соединение состояло из трех линкоров, двух фрегатов и двух пинков. Позднее, в 1770 и 1772 г., с Балтики в распоряжение Орлова отправились еще два отряда, насчитывавшие в общей сложности шесть линейных кораблей и 13 фрегатов.


предыдущая следующая