Возникновение Севастополя

В царствование Екатерины II к Российской империи был присоединен Крым. Это позволило заложить на берегу Ахтиарской бухты морскую крепость, вскоре ставшую главной базой Черноморского флота.
После распада Золотой Орды на ее территории возникло несколько самостоятельных государств. Одним из них стало образовавшееся в 1427 г. Крымское ханство, однако самостоятельность оно сохраняло лишь около 50 лет, став затем вассалом Османской империи. Надо сказать, что крымские ханы вели себя по отношению к соседям как хищники, постоянно совершая набеги на близлежащие территории (при Иване Грозном хан Девлет-Тирей даже сжег Москву), разоряя южнорусские, украинские, польские и молдавские земли. Долгие годы крымские татары представляли собой грозную силу и даже в начале Русско-турецкой войны 1768-1774 гг. серьезно угрожали безопасности южной части Российской империи. Но целая череда поражений на суше и на море вынудила Турцию в 1774 г. подписать Кючук-Карнаджийский мирный договор, одна из статей которого оговаривала полную независимость Крымского ханства. Более того, на территории Крыма Россия получила крепость Еникале и земли на побережье, в том числе у Ахтиарской бухты.
Весной 1778 г. туда прибыл генерал-поручик Александр Васильевич Суворов, которого императрица Екатерина II назначила командующим войсками в Крыму и на Кубани. Он сразу оценил достоинства превосходной гавани - большой и надежно защищенной от ветров и штормов. Полководец отметил, что в Ахтиарской бухте способен «удобно и спокойно» разместиться целый флот. Аналогичного мнения придерживались и турецкие адмиралы, невзирая на Кючук-Карнаджийский договор разместившие в бухте несколько кораблей. На донесение о подобном «безобразии» из Петербурга пришел ответ: турецкого десанта не допускать, но первыми огня не открывать.
Тем временем между русскими солдатами и казаками с одной стороны и турецкими матросами - с другой произошло несколько стычек, в ходе одной из которых был убит донской казак. Суворов потребовал от турецкого командования найти и наказать виновных, но турки ограничились вежливыми извинениями, ничего при этом не делая. Тогда Александр Васильевич распорядился начать возведение на берегах бухты артиллерийских батарей, отправив на работы сразу шесть батальонов. Легендарный суворовский принцип «быстрота, глазомер, натиск» в очередной раз был воплощен в жизнь. Позиции для батарей выбрали чрезвычайно умело, работы велись очень быстро, а вот натиск - по причине мирного времени - оказался дипломатическим. Турок заставили уйти восвояси без единого выстрела: адмиралы осознали, что при малейшем осложнении ситуации они окажутся в ловушке без шансов на спасение.
Значение возведенных на берегу Ахтиарской бухты укреплений в Петербурге оценили правильно. За их постройку, а также успешное изгнание турецкого флота из крымских вод Суворов в очередной раз удостоился монаршего благоволения (золотой табакерки с бриллиантами). О возможности использования защищенной от непогоды акватории для базирования флота не забыли, и в 1783 г., вскоре после императорского рескрипта о присоединении Крыма к России, туда прибыли два пехотных полка и гренадерский батальон, усиленные полевой артиллерией.
Вслед за ними появились и русские корабли - небольшая эскадра под командованием вице-адмирала Ф. А. Клокачева. Он остался очень доволен увиденным, сообщив в морское Министерство, что Ахтиарская бухта - одна из лучших и удобнейших в Европе.
По мнению адмирала, в ней можно было разместить до 100 линейных кораблей, а также организовать отдельные гавани, военную и торговую (купеческую).
В середине мая Клокачев отбыл в Херсон, став первым командующим Черноморским флотом, а в Ахтиаре остался контр-адмирал Ф. Ф. Мекензи. Он приказал начать работы по созданию базы флота - постройке пристани, мастерских, каменного адмиральского дома и часовни. Непосредственное руководство работами было возложено на лейтенанта Д. Н. Сенявина - будущего адмирала, победителя в Афонском и Дарданелльском сражениях.
Узаконил создание новой морской крепости императорский рескрипт, изданный в феврале 1784 г. В соответствии с ним крепость, порт и военное селение получили название Севастополь - от греческого «величественный (достойный поклонения) город». Новой базе флота и опоре в борьбе за Крым придавалось огромное значение, свидетельством чего можно считать две выбитые в честь основания города медали: «Слава России» и «Польза России». Важность Севастополя хорошо понимал и светлейший князь Г. А. Потёмкин, много сделавший для его развития, а также намеревавшийся превратить «величественный город» в основной центр кораблестроения на юге Российской империи.
Во время поездки Екатерины II на юг империи Потёмкин смог показать Севастополь в самом лучшем виде. Польстив самолюбию императрицы и возвысив ее в глазах сопровождавших коронованную особу высокопоставленных иностранных деятелей, светлейший князь смог получить полную поддержку своим начинаниям по строительству новых городов и созданию флота. Особое впечатление на государыню и других гостей произвел обед в специально построенном дворце. Когда по знаку Потёмкина были раздвинуты закрывавшие окна плотные шторы, взору Екатерины и всех присутствующих открылась Ахтиарская бухта со стоящей на рейде эскадрой из почти четырех десятков вымпелов, включая три линейных корабля (один из них носил символическое название «Слава Екатерины») и 12 фрегатов. Когда они салютовали императрице, та пришла в восхищение и провозгласила тост за Черноморский флот.
Однако стремление Потёмкина превратить Севастополь в центр кораблестроения на юге России осуществить в то время не удалось. Возникли большие сложности с доставкой леса, поэтому более удобным и экономически выгодным оказалось создание новых верфей в районе впадения Ингула в Буг, где в 1789 г. заложили Николаев. Сохранил свое значение и Херсон, а вот в Севастополе было решено ограничиться ремонтными работами и строительством малых кораблей. Увы, но качество постройки кораблей на южнорусских верфях оставалось невысоким. В разные годы это отмечали и бесстрашный голландец Ян Хендрик ван Кинсберген (зато к российским морякам он относился очень уважительно, сказав однажды: «С такими молодцами я бы дьявола выгнал из ада!»), и настоящий патриот Фёдор Фёдорович Ушаков. Это печальное обстоятельство самым негативным образом отразилось на действиях Черноморского флота во время очередной войны с Турцией, начавшейся осенью 1787 г.
Выход эскадры из Севастополя, предпринятый в конце сентября, закончился катастрофой. Сильный шторм застиг корабли у Калиакрии, сорвав намеченное нападение на турецкий флот у Варны. Линкор «Мария Магдалина» был отнесен к Босфору и захвачен противником, фрегат «Крым» (до 1783 г. - «Десятый») пропал без вести со всем экипажем, остальные линейные корабли и фрегаты вернулись в базу с серьезными повреждениями, их экипажи с трудом откачивали воду. На Потёмкина это произвело столь удручающее впечатление, что он даже решил вывести из Крыма войска и оставить полуостров.
В условиях численного и качественного превосходства турецкого флота приходилось считаться с возможностью нападения на Севастополь. Чтобы на месте решить вопросы, связанные с организацией обороны города, туда прибыл А. В. Суворов. Осмотрев на месте укрепления, он пришел к выводу о необходимости срочной постройки новых батарей, в том числе и ставшей впоследствии знаменитой Александровской батареи. Но турки недолго сохраняли господство на море: получивший адмиральский чин и свободу действий Ф. Ф. Ушаков одержал ряд побед, позволивших больше не опасаться нападения на Севастополь. Окончание войны привело к резкому сокращению ассигнований на строительство - как укреплений, так и различных объектов городской инфраструктуры. Лишь энергия и хозяйственная сметка Ушакова не позволили «величественному городу» прийти в запустение.
А затем вновь на развитии Севастополя сказался военный гений Суворова. Императрица отправила его на юг России, чтобы в головах у султанского окружения не возникало даже мыслей о реванше. Александр Васильевич, получивший большие полномочия, в числе прочих дел занялся и приведением в надлежащее состояние крепостей. По мнению полководца, слово «надлежащее» полагалось трактовать единственным образом - сами крепости должны соответствовать всем требованиям военной науки, материальная часть - содержаться в полной исправности, а боевая подготовка войск - находиться на высоком уровне.
Разработал Суворов и план перестройки Севастопольской крепости, но воплотить его в жизнь не успел. Сначала турки осознали, что грозный генерал опять на юге и надеяться на победу над его войсками не приходится. Поэтому горячие головы в Константинополе быстро остыли. Затем Суворов отправился в Польшу. Но работы - пусть и не суворовскими темпами - велись. Были построены Александровский, Константиновский и Николаевский форты.
После смерти Екатерины II и восшествия на престол императора Павла I многое изменилось. 1ород в конце 1796 г. официально переименовали в Ахтиар (при Александре I в ходу были оба названия, и лишь Николай I вновь официально оставил только одно из них, Севастополь). Турция на некоторое время стала союзником, и лишь в начале XIX в. вновь был поднят вопрос о необходимости усиления севастопольских укреплений. В период очередной войны с Турцией действительно занялись возведением новых батарей, но после 1812 г. они были заброшены и постепенно разрушились.
Лишь в 1820-е гг. образованный и энергичный командующий Черноморским флотом Алексей Самуилович Грейг - сын героя Чесмы - обратил внимание на необходимость как усиления береговой обороны, так и возведения укреплений для защиты главной базы флота с суши. Но сделать удалось сравнительно немного, в основном из-за недостатка средств. Во время Русско-турецкой войны 1828-1829 гг. султанский флот не только не угрожал берегам Крыма, но и свое побережье защитить не мог. И все-таки Грейг добился выделения ассигнований на строительство оборонительных сооружений. Работы тормозились недостаточностью ассигнований, «грызней» между армией и флотом и другими проблемами.
М. П. Лазарев, сменивший Грейга на посту командующего флотом в 1833 г., тоже считал, что Севастополю требуется надежная защита с суши. Не забывал он и о приморском фронте. В результате к началу 1850-х гг. Севастопольская крепость была вполне пригодна для отражения атаки с моря, а также - при наличии сильного гарнизона - с суши. Но работы бьии еще далеко не завершены.

Клады Крыма
Люди обитали на территории полуострова еще в доистфугескую эпоху. Затем различные колонисты и завоеватели неоднократно сменяли друг друга. Наиболее крупными городами Крыма долгое время являлись Херсонес (район современного Севастополя) и Пантикапей (Керчь). Именно недалеко от Керчи груша археологов-любителей совершила в 1830 г. удивительную находку: в кургане Куяь-Оба они раскопали не разграбленное погребение скифской эпохи, датируемое IV в. до н. э. В склепе, устроенном по греческому образцу, был похоронен знатный воин, предположительно - племенной вождь (царь). В кургане погребли еще двух человек - жену или наложницу вождя, а также раба.


Главная база флота
Севастополь изначально создавался как морская крепость и военный порт - главная база российского Черноморского флота. Основные городские объекты находились на Южной стороне: Адмиралтейство, все главные административные здания, там проживала и большая часть населения. На Северной стороне располагался небольшой жилой поселок, а также стояли мощные каменные Константиновская и Михайловская батареи. Немного дальше от берега было возведено Северное укрепление, призванное защищать базу флота со стороны суши.



предыдущая следующая